На следующий день я снова пошла на прием к шефу, и, хотя его секретарша была не в восторге от моего очередного внезапного набега, она все же втиснула меня в его плотный график.

– Томас, я хотела бы еще раз кое-что с тобой прояснить, – начала я, заняв место по другую сторону его громадного письменного стола, но меня тут же остановила его поднятая рука.

Вчера мы с Яном долго обсуждали, чем я могла бы заниматься на работе, так чтобы это приносило удовлетворение мне и в то же время было полезно компании. Всю ночь я не спала, прокручивая в голове различные варианты, обдумывая, как сделать их привлекательными для Томаса, и провела, наверное, бесед двадцать с моим боссом, со Свеньей и со всей командой. В полусне я объясняла, аргументировала, обосновывала, спрашивала, отвечала и договаривалась. И вот теперь я сижу здесь, под глазами темные круги на пол-лица, у меня есть тщательно продуманные и вполне справедливые и корректные предложения, а поднятая рука босса призывает меня к молчанию. Серьезно?

– Анна, я тут подумал, – сказал Томас и, успешно заставив меня замолчать, опустил руку. – Как я уже говорил вчера, ты одна из наших лучших сотрудниц, и мне очень важно, чтобы тебя здесь все удовлетворяло…

Меня обдало волной тепла. С одной стороны, появилась надежда, что Томас предложит мне какое-то решение. С другой стороны, было свежо воспоминание о вчерашнем разговоре и о том, как горько я была разочарована. Так что я не осмелилась дать волю радости и на всякий случай запрятала ее как можно глубже.

– …Поэтому мне жаль, что ты чувствуешь себе обделенной в том, что касается повышения зарплаты, – продолжил босс.

При этих словах внутри у меня словно щелкнул выключатель, я вдруг почувствовала себя бодро и уверенно. Теперь настала моя очередь прервать его.

– Погоди-ка, Томас. Позволь немного поправить. Не я чувствую, а меня и впрямь обошли. Это совсем другое: тут не мое субъективное представление, а реальное положение вещей, – вырвалось у меня, и пришлось приложить все усилия, чтобы сохранить спокойный и уверенный тон. Голос порывался стать на несколько октав выше, как это бывало, когда я чувствовала, что меня не воспринимают всерьез или обращаются со мной несправедливо. И что хуже всего, на глаза навернулись слезы. Вот уж чего точно сейчас не надо. Начальник, напротив, казался совершенно невозмутимым и продолжил свою речь так, будто я не сказала ни слова.

– Так что я могу понять твое желание, и после долгих размышлений я нашел решение твоей проблемы, – продолжил Томас и снова сделал драматическую паузу.

Боже мой, любит же он произвести эффект, подумала я, потирая руки, чтобы дать выход энергии. Очевидно, среди качеств, присущих начальникам, – не только невосприимчивость к мнению других, но и умение себя преподнести.

– На прошлой неделе Тина из отдела по развитию талантов сообщила, что беременна и уходит в декрет с ноября. Ты можешь пока занять ее место, но я не могу дать никаких гарантий на последующее время. Оформим для начала контракт на два года, а там посмотрим.

У меня словно камень с души упал, и я смогла наконец вздохнуть полной грудью.

– Это звучит потрясающе, Томас! – сказала я, но вдруг почувствовала, что меня одолевают смешанные чувства. К облегчению и воодушевлению примешивалось нечто вроде страха перед столь решительной переменой – его я, конечно, проигнорировала. – Уверена, что на этой должности я смогу многому научиться и при этом использовать свой опыт на общее благо. Когда мне приступать к новой работе?

Томас подвигал мышкой и взглянул на экран компьютера.

– В середине месяца менять что-то не очень удобно, – сказал он сухо. – Ты же сама знаешь, сколько это прибавляет бумажной работы. Как насчет начала сентября? Тут как раз будет поспокойнее.

– Потрясающе!

Я взволнованно подалась вперед на своем стуле.

– Но есть еще одна загвоздка, – продолжил Томас, внося хаос и смятение в мою душу. – Эта вакансия предусматривает 32-часовую рабочую неделю. Таким образом, обычно выплачивается только 80 % заработной платы. И прежде чем ты снова перейдешь к теме повышения заработной платы: коллеги из отдела развития персонала зарабатывают меньше, чем сотрудники отдела кадров. Могу платить тебе чуть больше, скажем, до 90 %, но в целом зарплата все же уменьшится.

Я принялась лихорадочно соображать. Может, это одна из типичных ловушек для женщин? Меньше денег? Неполный рабочий день и, как следствие, меньше доход? Я и представить не могла, чтобы Ян, например, принял такое предложение. И Томас, конечно, тоже.

Однако я послушалась интуиции.

– Хорошо, – согласилась я.

Я не рассчитывала, что с новой должностью все сложится идеально. Наверняка в отделе поощрения и развития сотрудников тоже найдутся задачи, которые будут для меня не такими уж интересными. Однако я была твердо убеждена, что в основном обязанности там будут гораздо больше мне по душе, чем обработка заявлений и составление досье, – на что я трачу сейчас чуть ли не все рабочие дни. Кроме того, у меня появится больше свободного времени, которое я смогу посвятить другим приятным занятиям.

– Ты уверена в своем решении? Потому что тогда мы разместим объявление о вакансии на твою нынешнюю должность и возьмем на твое место кого-то другого. И пути назад уже не будет.

– Уверена, – кивнула я. – Спасибо, Томас! Я действительно рада, что все получилось.

Я вышла от начальника и, чуть не прыгая от радости, поспешила в наш со Свеньей кабинет. Когда я поделилась с ней новостью, она искренне обрадовалась и обняла меня. Потом позвонила Яну и рассказала ему обо всем, а затем села в свое кресло и загрузила компьютер.

Все-таки удивительно, размышляла я, мечтательно глядя в окно рядом с моим рабочим местом, которое мне предстояло скоро сменить на новое – на другом этаже. Вот так живешь-живешь, и все кажется неизменным, а потом вдруг раз – и все меняется! Иногда изменения вызваны какими-то внешними обстоятельствами – это если мы просто плывем по течению. Но на этот раз я сама была инициатором перемен, потому что Томасу и в голову бы не пришло автоматически перевести меня в другой отдел на освободившееся место. Во-первых, он бы не знал, как я мечтаю сменить род деятельности и какие задачи меня интересуют, если бы я не сказала. А во‐вторых, он бы все равно взял на это место кого-то другого, если бы я накануне не проявила такой настойчивости. Во всяком случае, сейчас я действительно могла собой гордиться.

И опять подумала о дневнике, который сопровождал меня уже много недель и которому я была обязана открытиями и переменами в моей жизни. Снова и снова мне приходила на ум вторая заметка Тильды, особенно фраза: «Если я сама не позабочусь о своем счастье, никто другой о нем не позаботится».

Вспомнив эти слова, я улыбнулась. Тильда была права. Никто, кроме меня самой, не мог позаботиться о моем счастье. И я это сделала. Я нашла в себе смелость высказать недовольство боссу и попытаться найти решение. Теперь меня ожидала новая должность, которая должна принести мне больше удовлетворения и радости.

Я открыла почту и начала обрабатывать текущие задачи. Однако мысли мои витали далеко – вокруг предстоящих перемен, новых задач и вызовов, которые вставали передо мной. Я ощутила прилив сил и возбуждение – чувства, которые давно не испытывала на работе.

Свенья взглянула на меня и улыбнулась.

– Ты так и сияешь, – сказала она, и я лишь кивнула в ответ.

Я и впрямь сияла. И не только из-за предстоящих перемен, но и потому, что наконец-то снова почувствовала, что могу контролировать собственную жизнь. Я взяла бразды правления в свои руки и схватила удачу за хвост.

Во-первых, бывает и по-другому. И во‐вторых, обычно бывает намного лучше, чем ожидаешь.