«Какую маску надеть перед аскетом-паладином с отвратительным характером? Это интересный вопрос. В первую очередь он рыцарь, значит, если я подойду к нему в образе несчастной и беззащитной девушки, вряд ли он разозлится, верно?»

Мраморные ступени, нагретые летним солнцем, ослепительно блестели. Я представляла северные храмы как мрачные и жуткие лабиринты из фэнтезийных игр, но это здание, хотя и отличалось от романского стиля, выглядело величественно, строго и прекрасно. Конечно, я пришла не полюбоваться храмом.

Я пряталась за мраморной колонной, поглядывая на шумный тренировочный плац. Я вовсе не хотела прятаться и шпионить, это получилось само собой.

«Какое интересное зрелище».

Высокие паладины в черных доспехах сформировали небольшие группы и размахивали светящимися голубым цветом мечами – картинка словно со страниц романа. По сравнению с рыцарями Романии местные паладины казались грубее и безрассуднее, а их доспехи и снаряжение тоже выглядели тяжелее и толще. Наверное, все из-за постоянных нападений.

«Как же им удается так легко двигаться в такой громоздкой экипировке?»

– Кого-то ищете?

Пока я очарованно наблюдала за рыцарями, сзади послышался вежливый голос. Я вздрогнула и вернулась в реальность. Бесшумно подкравшийся паладин пристально смотрел на меня. У него было миловидное, как у девушки, лицо, которое обрамляли завивающиеся у висков кремовые волосы. На губах играла мягкая изящная улыбка.

Я сделала вид, что смутилась, и мужчина медленно моргнул. Один раз, второй. Его чистые светло-зеленые глаза загадочно сверкнули.

– Госпожа Рудбекия, если я не ошибаюсь?

– А…

– Не поймите меня неправильно. Я был среди рыцарей, что встречали вас в порту Эльмос.

– Ах, да. Извините, не признала…

– Это вполне естественно. Так что вы здесь делаете? Пришли полюбоваться храмом?

– Нет. Слышала, что мой муж сейчас здесь.

Я неловко улыбнулась, и мужчина замолчал. Потом снова несколько раз моргнул: то ли от удивления, то ли от смущения. Его взгляд метнулся на корзину в моей руке.

– Подождите немного, пожалуйста.

Он тепло улыбнулся, обошел колонну и направился в сторону тренировочного плаца. Я настороженно высунула голову.

– Иске! Твоя супруга пришла!.. Иске! Эй! Вот же засранец, игнорируешь меня?! Твоя супруга здесь! Тц, хоть внимание обрати!

Я не могла поверить, что из такого красивого рта могут выходить подобные слова. Что не так с людьми этого мира? Я снова спряталась за колонной и глупо уставилась на статую, стоявшую у стены напротив. Святая Агнесса, держащая на руках ягненка. Вдруг меня снова затошнило.

«Странно, ведь меня недавно вырвало…»

– Что ты здесь делаешь? – В ушах зазвенел холодный низкий голос. Меня передернуло.

Я подняла голову, широко раскрыв глаза. Иске, опираясь рукой о колонну, смотрел на меня с привычной свирепостью. Растрепанные серебристые волосы, стекающие со лба капли пота.

«Тц, вот бы вам с Чезаре поиграть в гляделки».

– Ну, сегодня ночью…

– Что?

– Из-за меня у вас испортилось настроение. Я волновалась и…

Я нарочно замялась и неловко начала оглядывать его, он усмехнулся уголками губ, словно не поверил, а затем резко наклонился.

– Раз все целы, забудь.

– Эм, постойте!

Он резко оттолкнул мою руку. Пошатнувшись, я отступила назад и уронила корзину на землю. Все содержимое рассыпалось.

«Боже, ну и что теперь делать?»

– Ох…

«Эления говорила, что это очень дорогие фрукты».

Я села на пол и начала собирать раскатившиеся плоды. Думала, что Иске просто развернется и уйдет, но он стоял на месте, молча наблюдая. В рубиновых глазах светилось недоумение.

– Что ты делаешь?

«Что же еще? Собираю дорогие фрукты, не видишь? Какой сварливый тип».

– П-простите. Я собиралась отдать их вам…

– А я разве это спросил? Зачем ты их с пола собираешь?

– Извините.

«Давай, открывайся, дамба. Пусть хлынет река».

Зажавшись, я встала, слезы потекли по щекам.

Кап-кап.

«Думаю, я могу претендовать на “Оскар” за лучшую женскую роль».

Благодаря моему многолетнему опыту из прошлой жизни такая реакция стала естественной. Когда начинаешь плакать, ситуация смягчается. Разумеется, были и те, с кем невозможно найти общий язык. Например, мой первый старший брат. А этот парень из каких?

– Простите, что доставила вам неудобства. Я просто хотела разрешить недопонимание и объясниться…

Лучший рыцарь Севера стоял неподвижно и не отводил от меня взгляд.

«Неизменно равнодушный мерзавец. У тебя же глаза выпадут, подлец».

– Какое недопонимание?

– В-вы сказали, что я искала повод расторгнуть помолвку…

– …

– Я-я понимаю вас, естественно, что вы меня ненавидите. Любой бы так подумал. Но я…

– Это я-то? Ненавижу тебя?

Всхлипывая, я широко распахнула глаза. Он наклонил голову и подошел ближе, на губах появилась едва заметная ухмылка. У меня побежали мурашки.

«Без сомнений, он ненавидит слезы, так что мне они не помогут».

– Не помню, чтобы говорил кому-то, что ненавижу тебя.

– М-мне показалось, что так оно и есть…

– Нет. Я не ненавижу тебя.

«А что, если попробовать это?»

– П-правда?

– Правда.

– Честно-честно?

С надеждой в глазах я крепко сжала руки, радостно улыбаясь. Наступила короткая тишина. Его ухмылка исчезла, Иске молча продолжал смотреть на меня. Он очень долго не отводил от меня взгляд. На мгновение я подумала, что он собирается меня ударить, но этого не случилось. Он моргнул, и злобные искорки у него в глазах пропали.

– Черт, чем я вообще занимаюсь? – сказал он с недоумением. Или ему стало стыдно за себя? Иске раздраженно провел рукой по волосам. Похоже, я каким-то образом задела его самолюбие.

«Ого, вот оно что. Я уже была готова умереть, но мне очень повезло, что он так отреагировал!»

– Вы в порядке?

Он бросил на меня мимолетный взгляд, затем наклонился и поднял упавший фрукт. Кинул его в корзину и резко протянул мне ее.

«Боже, какой наглый мерзавец».

– Это мне не нужно. Впредь не занимайся такими глупостями.

– Но…

– Возможно, мне показалось, но скажу сразу: мне без разницы, прекратишь ты этот нелепый цирк или нет, но я ненавижу подобные легкомысленные зрелища. Даже не думай играть со мной в свои глупые игры. Лучше напиши письмо и попросись домой, маленькая южная принцесса.

«Ненавидишь подобные зрелища? Я знала, что ты не наивный аскет, но теперь почти уверена, что с тобой бесполезно пытаться казаться умной или “другой”. И ты не из тех, кто простит опечаленного или беспомощного человека. Однако ты допустил этот момент, а поэтому он стал еще ценнее. Наверняка ты думаешь, что я даже не стою твоей злости – споры и пререкания сделают тебя незрелым в глазах окружающих. Если мои действия будут очевидны и ничтожны настолько, что не будет смысла обращать на них внимание… Стоп, я всего лишь на четыре года младше, а ты меня “маленькой” назвал? Думаешь, можешь выпендриваться, если родился чуть раньше?»

– Но я не хочу домой!..

– Почему, уже почувствовала себя как на своей гниющей родине?

«Гниющей родине? Считаешь, что я воспринимаю это место так? Спасибо, что сказал».

– Я… я влюбилась в вас.

Мгновение слышался лишь воющий ветер. Я резко опустила голову, чтобы скрыть покрасневшее лицо. Моей актерской игре можно было позавидовать.

– Что?

– З-знаю, что вы часто слышите подобное. И понимаю, что никогда не понравлюсь вам. Но вчера вы пришли на помощь, когда я была в опасности. Я ничего не прошу и постараюсь исправить все свои недостатки. Только могу ли я хоть немного быть вам полезной? Вы же сказали, что не ненавидите меня!

«Да, я стану твоей фанаткой. Для тебя – самым простым и ничтожным существом. Если будешь думать обо мне так, то у меня появится надежда».

Тогда я услышала откуда-то смешок. Кто-то подкрался к нам вплотную и наблюдал. Думая об этом смехе как о фоновой музыке, я подняла голову и ярко улыбнулась. Точно так же, как раньше, – мило и беззаботно.

Иске будто не услышал моих слов. Должно быть, подумал, что если продолжит разговор, то почувствует еще большее отвращение к себе. Он молча развернулся и ушел, его спина казалась такой же холодной, как и глаза. С тем же беззаботным видом я крикнула ему в спину:

– Я не стану обременять вас. Честно!

Конечно, ответа не последовало. Молчаливый мерзавец.