Пока мужчина находился в соседней комнате, Тина решила отказаться от своего плана освободиться от веревки и кляпа. Если он заметит, то снова заткнет ей рот, только надежнее.

Поэтому она легла на пол рядом с радиатором и притворилась, будто все еще без сознания. От жара батареи по ее спине уже струился пот. Вскоре она услышала, как мужчина вошел в комнату — видимо, чтобы ее проверить. Она слышала его дыхание, затем что-то зашуршало.

«Не шевелись. Дыши спокойно и глубоко».

Мужчина ничего не сказал, закурил и в конце концов тоже вышел из квартиры. Дверь за ним захлопнулась.

Тина села. Возможно, у нее было всего несколько минут до его возвращения. Она подняла плечо и собиралась стянуть веревку со рта, но потом остановилась. «Какой смысл звать на помощь? Кто знает, в каком районе ты находишься! Возможно, тебя никто не услышит, и единственное, чего ты добьешься, — это то, что парень вернется и вырубит тебя».

Тина задумалась. «ТЫ должна вырубить ЕГО!»

Труба отопления была слишком горячей, чтобы к ней можно было прикоснуться. Поэтому она уперлась ногами в стену, стиснула зубы и дернула наручники. Позади нее заскрежетала и затрещала труба. «Этим коммуникациям не меньше пятидесяти лет». Она издала громкий стон и изо всех сил рванула наручники и трубу. Снова и снова, все сильнее и сильнее.

Металл врезался ей в запястья, но она не обращала внимания на боль и продолжала трясти трубу. «Такие старые коммуникации долго не выдержат. — Она снова дернула. — Труба должна поддаться!»

Теперь боль стала невыносимой, она громко застонала в кляп, но не остановилась. «Ну же, давай!» Труба скрипела и кряхтела. Затрещал первый соединительный элемент. Отвалились куски стены, и у Тины открылось второе дыхание.

«Продолжай, труба долго не продержится! Или ты долго не продержишься».

Она еще раз со всей силы резко дернула трубу, и в конце концов соединительная муфта треснула. Из трещины с шипением брызнула горячая вода.

«Вот дерьмо!»

Тина быстро отползла в сторону, чтобы не обжечься, но продолжала дергать трубу. Она крепко уперлась ногами и оттолкнулась всем телом от батареи. Соединительная муфта наконец разорвалась, труба вырвалась из стены, и горячая вода забила струей во все стороны. Тина закричала от боли под кляпом и поползла к месту разрыва.

Стало чертовски жарко. Вода обжигала ей пальцы, запястья и предплечья, вызывая жгучую боль. Застонав, она освободилась от трубы и как можно быстрее откатилась от стены на середину комнаты, где осталась лежать без сил, тяжело дыша через нос. За считаные секунды на ее коже образовались огромные волдыри, которых Тина не видела, но очень хорошо чувствовала.

Тем временем вода разливалась по комнате и уже достигла ее ног. Она быстро откатилась, поднялась и посмотрела на свою работу. «Какой красивый прорыв трубы».

Поскольку ее руки все еще были скованы наручниками за спиной, она плечом стянула с лица веревку, фиксирующую кляп. С трудом выплюнула кухонное полотенце — при этом ее чуть не вырвало — и вытерла о плечо слюну со щеки.

«Тебе нужно выбраться отсюда! Парень наверняка уже давно докурил свою сигарету».

Она побежала через обе комнаты к входной двери, надеясь, что та не заперта, и тут увидела, как ручка опускается. Дверь открылась, и в квартиру вошел парень. Тина его не знала, но, по крайней мере, это был не Александер Йоргенсен. Она разбежалась, врезалась головой ему в живот и со всей силы вытолкнула на лестничную площадку.

Он попятился, споткнулся и полетел вниз по ступенькам. Тина побежала вслед за ним. Насколько она успела заметить в суете, лестничная клетка была такой же обшарпанной, как и комната. Парень упал на перила, ударился затылком о стену и, застонав, остался лежать на промежуточной лестничной площадке. Прежде чем он успел подняться, Тина уже стояла над ним и пнула его ногой в лицо. Один раз, другой… после третьего удара он перестал шевелиться.

«Ему достаточно!»

Она развернулась и в несколько прыжков оказалась внизу на первом этаже. Это действительно был мотель, правда, на стойке регистрации не было персонала. Там стоял старый стационарный телефон, но, учитывая, что у нее были связаны руки, он не мог ей помочь. Она бросилась к двери, толкнула ее плечом и, спотыкаясь, вышла на улицу.

Ее встретили холод и мелкий моросящий дождь. А также шум дорожного движения и гудки машин. Пахло мокрым асфальтом. Тина с облегчением расслабила плечи. Она была так рада оказаться на свободе и услышать звуки цивилизации, что сразу побрела через парковку и тротуар к дороге.

На стене здания висела неоновая вывеска «Мотели Гамлебиена», но она не горела. Поблизости Тина заметила лишь несколько одноэтажных домов. Она понятия не имела, где находилась. Вероятно, на одной из окраин Осло. «Плевать, тебе нужно остановить машину и позвонить!»

Тут она услышала позади себя шум. Из мотеля вышел парень. С окровавленным лицом и кривым, очевидно сломанным, носом. Но огляделся в поисках ее.

«Дьявол его побери!»

Тина развернулась и побежала прямо на проезжую часть. Все еще немного опьяненная хлороформом и обессиленная после сражения с батареей, она, спотыкаясь, спешила к машине, которая ехала ей навстречу. Она не могла поднять руки, чтобы помахать, но водитель уже заметил ее. Он мигнул фарами. Тина продолжала бежать к машине. Водитель сбавил скорость, но продолжал лихорадочно подавать световой сигнал.

«Эй, прекрати уже и остановись, наконец!»

Позади нее раздался гудок. Тина обернулась. В этот же момент ее ударила радиаторная решетка грузовика и отбросила через дорогу.