Сабина и остальные уже десять минут сидели перед большой и подробной картой фьорда, которую Марк спроецировал на стену из своего ноутбука. Получив от Хоровица наводку об изогнутом кинжале, они заподозрили, что Хокон или, по крайней мере, кто-то из его домочадцев может иметь отношение к убийствам проституток. Как Сабина теперь видела на карте, извилистые фьорды с множеством долин и тысячами километров береговой линии довольно глубоко врезались в материк. «Просто рай для того, кто хочет избавиться от трупа».

Теперь к ним снова присоединились Хоровиц и Тина.

— На данный момент похоже, что изогнутый кинжал Хокона не является орудием убийства, — удрученно объявил Хоровиц, — но мы еще не знаем наверняка.

По комнате пронесся разочарованный ропот.

— Давайте пока все равно исходить из того, что Хокон может иметь какое-то отношение к убийствам. — Хоровиц подъехал к столу и долго рассматривал карту, на которой была как указана глубина фьордов — до трехсот метров, — так и цветными стрелками обозначены течения. — Я вижу, вы уже вовсю работаете. При обычных условиях мы бы сейчас стали выяснять, кто онлайн или с помощью кредитной карты покупал надувную лодку, пластиковую пленку, гантели, цепи или канаты. Таким образом мы могли бы сузить круг возможных преступников. — Он пожевал нижнюю губу. — Но мы даже не знаем, чем именно были утяжелены тела.

Сабина кивнула.

— Что бы это ни было, оно лежит где-то на дне моря.

Хоровиц указал на карту:

— То есть вы ограничиваетесь возможными местами, где могли быть сброшены тела, верно?

— Верно.

Марк отметил в своем ноутбуке места, где были найдены Венке Хольм и Ильва Эдегор, и программа начертила красные пунктирные линии с учетом течений. И все равно вышло более трех десятков вариантов мест, где тела могли быть сброшены в воду.

— Если предположить, — сказал Снейдер, — что убийства были совершены в Тёнсберге, а не где-то еще, то круг возможностей можно сузить еще больше. — Он подошел к проекционному экрану и указал на несколько мест. — Вопрос в том, до каких мест фьорда отсюда можно легко добраться на машине. Второй вопрос — где вода не кристально чистая? Третий вопрос — где самые глубокие места?

— Четвертый вопрос, — добавила Тина, — где не нужно грести далеко от берега?

Сабина подняла глаза.

— Грести?

— Ночное тарахтенье подвесного мотора привлечет слишком много внимания.

— Хорошее замечание. — Снейдер удовлетворенно кивнул.

Затем они изучили все варианты один за другим, отсортировав как недоступные, так и неглубокие места и часто используемые маршруты.

В радиусе десяти километров от Тёнсберга осталось пять конкретных мест, куда можно было легко добраться на машине и откуда достаточно было отплыть на лодке всего на пятьдесят метров, чтобы сбросить тело в воду.

— Если бы я хотел избавиться от кого-то, то сделал бы это там, — заключил Снейдер.

Пять мест!

— Если принять во внимание подводные течения, — сказал Марк, стуча по клавиатуре, — то на самом деле есть только три узких, но глубоких места, где мог бы гнить труп. — Отметив их красным цветом, он поднял глаза.

— Нам нужен полицейский катер с камерой и глубинным сонаром, чтобы все обыскать, — недовольно проворчал Снейдер, очевидно прекрасно понимая, что Гульбрандсен не даст ему на это разрешения.

— Полиция уже сделала это… — сказала Кора, которая до сих пор не принимала никакого участия в их поисках и была полностью поглощена собственным исследованием. Теперь она взглянула на карту Марка. — ЕЕо совершенно в других местах.

Марк ухмыльнулся.

— Вы взломали полицейские файлы?

— Я нашла интервью со следователем водной полиции, который в то время возглавлял поиски пропавших проституток.

— В то время? — спросила Сабина.

— Сейчас он на пенсии. Вероятно, он был разочарован, что, несмотря на обширные поиски, полиция не нашла никаких других тел, кроме Венке Хольм. По-видимому, он еще несколько лет работал над этим делом в частном порядке в свободное время.

Снейдер насторожился:

— Зачем ему это делать?

— Одна из пропавших женщин была бывшей школьной подругой его дочери.

Снейдер приподнял бровь.

— Это наш человек! — Он щелкнул пальцами. — Вы знаете, где он живет?

— Его зовут Кнут Бьёрнсон, — пробормотала Кора, стуча по клавиатуре. — Нет адреса, нет номера мобильного… только номер стационарного телефона на его имя для важной информации. Но это было три года назад.

Снейдер требовательно посмотрел на Кору, после чего она потянулась за телефоном и набрала номер.

— Спросите его, говорит ли он по-английски, — прошептал Снейдер.

— Почти все в Норвегии говорят по-английски.

Снейдер кивнул, и не успела Кора произнести: «Здравствуйте, господин Бьёрнсон», как Снейдер взял у нее из руки телефон. Он ходил по комнате, объясняя на английском, кто он, где находится и почему звонит. Насколько Сабина поняла из ответов Снейдера, Бьёрнсон быстро схватывал информацию и сразу задавал нужные вопросы. Снейдер слушал какое-то время, несколько раз кивнул, а затем щелкнул пальцами.

— Марк! Нам нужен звонок по скайпу. — Он назвал ему имя Бьёрнсона в скайпе и положил трубку.

Затем они сели вокруг ноутбука Марка. Установив соединение, Марк отодвинул от себя компьютер так, чтобы Бьёрнсон мог их всех хорошо видеть.

Бьёрнсону было около семидесяти лет, и со своей седой щетиной он напоминал сурового морского волка. Нахмуренный лоб, морщины под глазами, грязная кепка, низко надвинутая на лицо, и темный свитер с высоким воротом, который выглядел довольно колючим.

— Привет, — поприветствовал он их, после чего Снейдер кратко представил свою команду.

Изображение часто мерцало и иногда замирало на секунду, но, насколько могла судить Сабина, Бьёрнсон сидел за столом в узкой деревянной каморке, с потолочных балок которой свисала голая лампочка. Слева и справа возвышались стопы папок, а на заднем плане виднелась стена с фотографиями и газетными вырезками. Изображение было очень размыто, но, по крайней мере, звук был чистым и ясным.

— Вам повезло, — объяснил Бьёрнсон по-английски прокуренным голосом. — Сейчас я как раз в Каллестранне, небольшом городке на побережье недалеко от вас, где у меня есть хижина. — Он указал рукой себе за спину. — Вчера мы с братом рыбачили. — Он закурил трубку. — Время от времени…

— Бьёрнсон! — перебил Снейдер. — Несколько дней назад во фьорде недалеко от Свартскога было найдено второе тело, которое, как и Венке Хольм…

— Да, я знаю, именно поэтому и остался после рыбалки в хижине, чтобы просмотреть свои старые документы… — Бьёрнсон попыхивал своей трубкой. — Это место находится всего в ста пятидесяти километрах от Ларвика, где была найдена Венке Хольм.

— Мы определили три места, где могли быть сброшены и другие тела, — пояснил Снейдер.

Бьёрнсон вынул трубку изо рта и мягко улыбнулся.

— При всем уважении… как вам это удалось? Еще на службе я изучил все варианты, ночи напролет анализировал данные вместе с коллегами, а затем продолжил поиски самостоятельно. Мы понятия не имеем, откуда стартовал убийца. Таких мест тысячи…

— Мы думаем, что знаем отправную точку, — прервал его Снейдер.

Бьёрнсон удивленно приподнял густые брови, и на мгновение его морщинистое лицо разгладилось.

— Я действительно заинтригован.

— Тёнсберг, — коротко сказал Снейдер.

— Тёнсберг? — Лицо Бьёрнсона застыло. — Почему вы так думаете?

Снейдер стиснул зубы.

— Я пока не могу сказать.

— Понимаю. — Бьёрнсон прищурился. — Возможно, это как-то связано с Хоконом Йоргенсеном?

— Возможно.

Затем Снейдер назвал ему три места.

Бьёрнсон задумчиво повторил названия мест и кивнул.

— Вы правы, это имеет смысл. Но из трех упомянутых вами мест наиболее вероятным является Холместранн-фьорд. Боже мой, да! — Он вскочил, стащил с головы кепку и ударил ею по столу, отчего изображение затряслось еще сильнее. Его редкие седые волосы спутались и торчали в разные стороны. — У отца Хокона там была рыбацкая хижина с пристанью.

— Вы это точно знаете?

— Все в этой местности знали старого Йоргенсена. Он регулярно выезжал на рыбалку с двумя своими сыновьями, когда они еще были маленькими. Я и сам мог бы до этого додуматься. Если бы только знал раньше, от какой исходной точки мне отталкиваться… — Он глубоко вздохнул. — Я уже так давно этим занимаюсь.

— Почему вы не продолжили поиски, когда еще были на службе? — спросила Сабина. — Или ваши коллеги?

Бьёрнсон саркастически улыбнулся.

— В то время от дела отстранили не только меня, но и всех следователей, которые в нем участвовали. Тогда на острове произошло ужасное массовое убийство, и это было первоочередной задачей. Весь мир наблюдал за нами. Потребовалось больше года, чтобы осмыслить эту трагедию, а потом никто уже не интересовался пропавшими молодыми женщинами.

— А как насчет тех, кто пропал позже? — перебил мужчину Снейдер.

Бьёрнсон пожал плечами:

— Поскольку тел не было обнаружено, речь шла просто о новых случаях пропажи людей.

— Мы должны сообщить в полицию о том, что нам удалось выяснить. Вы все еще поддерживаете связь с теми следователями?

— Да, но… — Бьёрнсон решительно покачал головой. — Это займет слишком много времени. Пока прокурор выдаст разрешение, чтобы полицейский катер обследовал Холместранн-фьорд… а место, о котором я думаю, находится недалеко отсюда.

Сабина бросила взволнованный взгляд на остальных, затем снова повернулась к монитору.

— Что вы планируете делать?

— Вы мобильны? — спросил Бьёрнсон.

— У нас есть машина, — ответил Снейдер.

— Тогда приезжайте сюда. Мы выйдем в море, как только вы будете на месте. Из Тёнсберга вы доберетесь сюда за полчаса. — Он дал им свой точный адрес в Каллестранне. — А я тем временем подготовлю свою лодку.

Сабина посмотрела на часы.

— Вы хотите сейчас выйти в море?

— Еще полтора часа будет светло, — пояснил Бьёрнсон. — А внизу, где мы ищем, и так всегда темень.

— У вас есть сонар и камера со светом? — поинтересовался Снейдер.

— Предложил бы я иначе выйти на поиски? — ответил Бьёрнсон. — У меня также есть кабель достаточной длины для обследования морского дна и металлоискатель. Вы умеете управлять моторной лодкой?

— Немного, — ответил Снейдер.

— Тогда поторопитесь. — Бьёрнсон собирался отсоединиться, как ему в голову пришел еще один вопрос. — Кстати, кто работает над этим делом, кроме вас? Я имею в виду от норвежских следователей?

— Инспектор Гульбрандсен из…

— Я так и думал, — перебил его Бьёрнсон. — Не доверяйте ему! Против Гульбрандсена неоднократно выдвигались обвинения в коррупции — по крайней мере в прошлом.

— Спасибо, мы будем начеку, увидимся позже. — Снейдер закрыл ноутбук Марка. — Бьёрнсон прав — если мы хотим быстрых результатов, то не можем обращаться к Гульбрандсену и норвежской уголовной полиции. — Он встал и потянулся за пиджаком.

— Мне кажется, вам вдруг захотелось раскрыть эти убийства любой ценой. — Кора демонстративно осталась сидеть. — Эти женщины так важны для вас?

Снейдер мягко улыбнулся.

— По правде говоря, мне плевать на убийства проституток, но они — средство для достижения цели — выследить нашего убийцу. В конце концов, посол и эти женщины были убиты одним и тем же оружием.

— Мы не знаем этого наверняка, — ответила она.

Теперь Снейдер нетерпеливо фыркнул.

— Это тот же самый нож. Даже следы удушения идентичны. Если мы найдем еще одно тело во фьорде, то получим новые улики и доказательства. Кроме того, должна будет подключиться и норвежская прокуратура. А это, в свою очередь, затягивает петлю на шее Хокона… На мой взгляд, он определенно имел какое-то отношение к убийству посла.

— Я тоже так считаю. — Хоровиц откатился от стола. — Но ночная поездка на рыболовном катере для меня слишком утомительна. Я останусь здесь и свяжусь с норвежской водной полицией.

— Зачем уже сейчас? — спросила Кора.

— Я хочу представить им дело со всеми косвенными доказательствами. Может быть, они пришлют вам подкрепление во фьорд.

— Да, попробуй, — пробормотал Снейдер.

— Это значит, мне тоже придется остаться здесь, — сказала Кора, — кто-то ведь должен переводить.

— Согласен, — поддержал Хоровиц, — а когда вы вернетесь домой среди ночи, замерзшие и промокшие, я уже буду спать в моем уютном гостиничном номере.

Снейдер кивнул, но, похоже, ему не очень нравилась идея оставить Хоровица и Кору одних. В конце концов, напавший на Кшиштофа все еще был на свободе. Снейдер посмотрел на Тину.

— Вы не хотите?..

— Да, я тоже останусь, — быстро сказала она. — Я постараюсь убедить ван Нистельроя, что мы нашли хорошую зацепку и что нам нужно задержаться здесь еще немного.

«Он будет в восторге». Сабина встала, схватила куртку и табельное оружие.