Чтобы не провоцировать озлобленных «Летящих по волнам», резко просевших в рейтинге, после того как их лидер, Пронзающий Небеса, потерял основной комплект экипировки, дальше действовали очень осторожно. Хотя и китайский клан скрыл свое поражение.

«Они никогда не признаются, для них это потеря чести», – пояснил Восимбо, большой знаток азиатских стереотипов и фанат Брюса Ли. Но все же клан заклятых врагов был силен и вполне в состоянии выставить против «Торфу» более полутысячи бойцов 90-х уровней. При грамотном контроле Гору не помогла бы и кирка, его бы просто не выпускали из станов.

Они спешили, но по дороге Гор все же обнаружил доселе неизвестный вид руды: адамантит. Первый же стак, на пробу выставленный Сашкой на аукцион, произвел фурор. Кузнецам и некоторым другим ремесленникам в гильдиях открылись новые рецепты с использованием адамантита, и это был следующий уровень в экипировке – новый шаг в развитии всей игры, всего мира «Ракуэна». Десять кусков адамантитовой руды выкупили за три тысячи кристаллов!

Саня, сдержанно улыбаясь, сообщил о выручке Егору, а тот остальным. Клан уже предвкушал огромные барыши, оставалось лишь найти новые рудные залежи, но те пока не попадались.

Егор в это время ждал японскую туристическую визу. Программу поездки в Токио он уже согласовал с «Ракуэном» и вместо трех дней, предлагаемых организаторами, сговорился о двух неделях. Мама после реабилитации чувствовала себя замечательно, так что он оставлял ее без угрызений совести. Тем более что к ним в гости собиралась тетка Егора, ее младшая сестра. А еще к маме заглянул в гости доктор Станислав Игоревич, которого она теперь называла просто Стасом. Попил чаю, пообщался, расспросил Егора о том, чем он занимается, и оказался неожиданным знатоком игр, но олдскульных[107] – в «Ракуэн» не играл. Егору доктор понравился, основательный такой мужчина, уверенный в себе, спокойный, но без заносчивости. И, главное, к маме он относится с большой теплотой.

Дни сверх программы в отеле он хотел оплатить сам, но Мико-Кристина, узнав об этом, оскорбилась и сказала, что была о нем лучшего мнения. Егор взмок, пытаясь понять, почему обиделась девушка, а когда догадался спросить напрямую, то, получив ответ, дал себе по лбу.

– Какой отель, Горчик? У меня отличные апартаменты! Маленькие, но уютные! Остановишься у меня! – безапелляционно заявила Кристина.

Егор предлагал организаторам поездки пригласить и его друзей, чтобы показать историю успеха с разных сторон, но у них решили взять интервью на местах: в Болгарии, России и Южной Корее. Планировалось, что Мико будет вместе с Егором.

Причем у организаторов имелось еще одно пожелание:

– Когда будем общаться с вашим другом, стрелком Хасом, хотим заодно снять ваш дом. Это будет незабываемо для всех поклонников «Ракуэна»: своими глазами увидеть место, откуда вы играли, и легендарную консоль, используя которую нашли мифический предмет.

Тогда-то Егор и запаниковал. Он же солгал маме, что якобы работает в американской фирме, даже квартиру снял, чтобы спокойно играть и не волновать ее, а с появлением журналистов его ложь раскроется.

«Придется все ей рассказать», – решил он. Не то чтобы опасался ее гнева, просто его воспитывали избегать лжи, даже если она во благо, и не хотелось разочаровывать маму.

Признаться Егор решил во время завтрака. Учитывая, что из-за спешки с квестом Торфу в последние дни он играл чуть ли не до утра и дома появлялся с рассветом, то завтракал в обед.

Мама уже уверенно передвигалась по кухне, готовила. Закончив, она поставила перед сыном аппетитно пахнущий омлет с беконом и сыром, гренки, свежесваренный кофе и уселась напротив за новенький стеклянный стол, заменивший старый.

– Как спалось, Егорушка? Я утром заглядывала, ты был весь мокрый, взъерошенный, будто кошмары снились… На работе что-то? Не обижают тебя американцы твои?

Егор, уже тянувший вилку ко рту, опустил ее на тарелку, набрал в грудь побольше воздуха и выдохнул:

– Мне нужно тебе кое-что рассказать.

Мама внимательнее посмотрела на него, подобралась, открыла рот, но он ей не дал говорить:

– Не перебивай, пожалуйста, дослушай до конца. Поверь, он счастливый, хотя начало истории так себе…

Глядя в чашку остывающего кофе, Егор рассказал, как лишился работы, как отчаялся и от безысходности начал играть, как в него поверил Саша и дал взаймы, как начало получаться и он вывел первые деньги, а сейчас уже вернул другу долг.

– За три месяца? – Мама удивленно распахнула глаза.

– За два, – улыбнувшись, кивнул Егор. – И это только начало, мам. Я решил сказать тебе только тогда, когда буду уверен, что все получилось, чтобы не волновать.

Он уставился на нее, ожидая ответных жалоб, хотя бы ворчания, но мама лишь улыбнулась дрогнувшими губами, накрыла его руку ладонью.

– Прости, Егорушка, что не верила. Кто бы мог подумать, что дурацкое хобби будет тебя кормить? – И рассмеялась.

Вот так поворот! Она что же, одобряет его деятельность? Зря столько скрывался и квартиру снял? Он тоже рассмеялся, сжал ее ладонь и сказал:

– Спасибо, мам! Мне правда важно, что ты понимаешь и поддерживаешь… – Егор задумался и просиял. – Но это, кстати, не все. У меня в игре… хм… скажем так, феноменальные успехи.

– Не сомневаюсь, – улыбнулась мама.

– Да не, суть не в этом, – отмахнулся Егор. – Главное вот что! Разработчики пригласили меня в Японию!

У матери отвисла челюсть. Япония для нее была не ближе, чем Марс или Туманность Андромеды. Другой мир! И вот ее сына приглашают в эту загадочную страну…

– Короче, мам, – подвел итог Егор. – Когда меня не будет, к нам домой придут журналисты. Хотят заснять, где я живу, чтобы было интереснее зрителям. Уверен, и тебя поспрашивают, так что ты не ударь в грязь лицом, расскажи, какая ты у меня замечательная! Ладно?

Мама понимающе кивнула:

– Так вот почему ты ремонт и новую мебель затеял? Чтобы в грязь лицом не ударить?

– Нет, мам. Я это начал гораздо раньше, чем получил письмо, – чтобы тебе жилось светлее…

* * *

В Ракуэне, осваивая новые территории, клан открыл город, полный неписей расы гато, кошколюдей. Перед кланом предстал огромный неисследованный участок мира, а преимущество первооткрывателей позволило набрать крутых квестов.

Выполнить их, однако, не успели: за сутки до срока окончания божественного квеста Торфу снова затих, напоследок прошелестев, что больше говорить у него нету сил. «Противоестественно мне находиться в этой ипостаси, ловкач, – сообщил он напоследок Гору. – Силы мои окончательно на исходе. Не успеешь – развеет меня по миру».

– Лишимся кирки! – нервничал Хас. – Вдруг он при развоплощении ее вообще уничтожит? Погнали квест закрывать!

Восимбо недавно отремонтировал кирку, и Егор покачал головой в ответ:

– Да, это будет номер, если я прилечу в Токио, а мифика при мне уже нет…

Деваться было некуда, так что бросили все и ломанулись к Мшистым холмам, чтобы отыскать Хрустальную пещеру, в которой хранилось запасное тело-аватар Торфу.

Костяные драконы, по замыслу разработчиков, были летающими, но без соответствующего навыка наездника подниматься в воздух отказывались и только ползали со скоростью стандартного наземного маунта. Хотя «+100 % к скорости передвижения» – тоже неплохо, все лучше, чем пешком или на осликах. Летать, конечно, намного лучше и быстрее – «+300 % к скорости», – но навык обещал открыться только на 150-м уровне. Разработчики объясняли это ограничение тем, что игроки должны сначала изучить континент, передвигаясь по земле, а не мчаться сразу в высокоуровневые локации в надежде на редкие ресурсы.

По пути клан Егора раскопал в древних подземных руинах инстанс. Когда сунулись туда, как выразилась Мико, «просто глянуть», первый же босс долбанул таким заклинанием, что все сразу погибли.

– Нахрапом не возьмем, – признал Егор. – Надо подкачаться. А у нас времени ни фига нет.

Мшистые холмы встретили приключенцев бесконечным ливнем и вязкой почвой, снижающей скорость передвижения. До истечения времени, отведенного Торфу, оставалось двенадцать часов, а на следующий день Егору нужно было лететь в Токио.

Когда наконец добрались до нужной горы и попытались проникнуть в Хрустальную пещеру, отмеченную в квесте, жестко обломались. Обошли все вокруг, излазили все тропы, Крам даже облетел гору, но как попасть в пещеру, так и не поняли.

– Торфу, ты видишь? – спросила Мико. – Здесь нет входа. Мы не можем забраться внутрь!

Древний бог болот не ответил. Жив ли вообще? Егору оставалось надеяться, что его сущность там, в кирке, еще тлеет, просто ей уже не до разговоров.

– Не может он уже ничего сказать, – пояснил он.

– И в этом обманул, прохиндей, – проворчал Крам. – Обещал же усилить нас как-то за добытое сердце! Ну вот, добыли, и где награда за промежуточный квест?

– Слился божок, – констатировал Хас. – Так что случилось с входом в пещеру? Его не могло завалить? Может, здесь какие-то тектонические сдвиги были?

– Землетрясение, точно! – воскликнула Мико.

– Ага, – поддержал идею Восимбо. – Только не землетрясение, а беспокойный сон Древних богов, по мифологии Ракуэна. Они в недрах земли ворочаются и плечами своими почву двигают… Что-то такое.

– Давайте обыщем это место, может, остался проход? – предложил Егор. – Все равно больше ничего не сделать, только искать вход до упора и надеяться на «Восприятие»…

Много времени убили на поиски. Мешали мобы, вязкая почва, но обследовали все, излазили гору вдоль и поперек, даже пытались проникнуть через другую пещеру в километре от нужного места – набрели на еще один инстанс, прошли как нож сквозь масло, отхватив достижение и пару эпиков, но и там не обнаружилось прохода к Хрустальной пещере.

А ехать в аэропорт уже скоро, совсем скоро. В отчаянии Егор открыл карту и зацепился взглядом за надпись: «Неизведанные земли». Там, у самой границы с Мшистыми холмами, светилась метка Камня Балара…

– Ждите здесь и ищите проход! – нервно сказал Егор друзьям. – У нас еще около шести часов есть. Я метнусь к пятому Камню, вдруг как-то поможет!

– Стой! – окликнул его Крам. Он воткнул в землю стальной стержень, а Гору через окно обмена передал портальный свиток. – Одноразовый и только по маячку. Сможешь портануться сюда, если время поджимать будет.

О новой способности мага Егор слышал впервые. Тот не развивал портальную ветку, упираясь в урон и все то, что могло помочь в Мертвом замке, но, видимо, раскошелился, вложив очки умений с последних левелапов.

– Спасибо, – только и нашел что сказать Егор, подумав, что выяснять, как и когда Крам выучил порталы, нет смысла.

Мико все же не послушалась – поехала вместе с ним. «Мало ли, случится что, я помогу», – заявила она.

До нужного места даже на драконе ехали часа два. Мико сидела позади варвара, прижимаясь к нему. Всю дорогу Егор думал о том, что скоро они встретятся, и от этих мыслей все проблемы «Ракуэна» отходили на второй план.

– Как я тебя узнаю? – в который раз спросил он. Хотя девушка говорила, что выглядит в игре так же, как в реале, оставалась серьезная опаска, что тогда она пошутила. – Свою фотку я тебе выслал, а ты почему нет?

Мико рассмеялась, толкнула в спину.

– Боишься, что тебя встретит пузатый мужик?

Девушке нравилось его дразнить, а ему нравились ее чувство юмора и остроумие, легкость и одновременно здравомыслие, а также преданность, на нее можно было положиться. В конце концов, если они не понравятся друг другу в реале, никто не отнимет у него друга…

Но ведь хотелось большего! Будь у него ее фотография, Егор бы знал, к чему готовиться, на что настраиваться. Да и вообще – знал бы, стоит ли настраиваться, ведь, помимо симпатии в виртуале, есть физическое влечение, которое складывается из множества вещей, начиная с внешней привлекательности и заканчивая голосом и запахом. Он не был уверен, что фантазия и ожидание перекроют возможное неприятное впечатление от ее внешности, и очень боялся разочароваться.

– Ну ты хотя бы точно девушка? – не унимался он.

Она рассмеялась и легко укусила его варвара за ухо, воскликнув:

– Бабушка!

Скрипнув зубами, Егор сосредоточился на поездке и квесте Торфу.

До нужного места добрались, когда до сдачи квеста оставалось четыре часа. Камень, спрятавшийся в широкой расщелине под холмом, охраняла гидра. Чертовски огромная. Прямо Годзилла какая-то. Пять змеиных голов с интересом огляделись и повернулись к непрошеным гостям. Огромные пасти открылись, обнажив ряды острейших зубов, закапала едкая слюна.

Беспощадная гидра, чудовище 111-го уровня

Глобальный босс.

111-й уровень? «Глобальный» босс? Это что-то новое, а вот в остальном…

– Раз плюнуть, – озвучил мысли Егор и бросился на босса, врубив классовый талант.

«Берсерк» активирован: +255 % к физическому урону и объему жизни на 55 секунд!

Гидра распахнула пасти еще шире и оглушительно взревела. Одна голова, вытянув шею, отвлеклась на призванного чернокнижницей испепелителя – ее-то Гор и выбрал первой целью. Кирка, оставляя за собой сияющий синий след, трансформировалась в огромный меч и рубанула, с громким хрустом перебивая позвоночник и отсекая голову от тела. Полоска здоровья стража Камня обнулилась.

Что? Это все? Так просто? Но тогда почему другие головы все еще живы? Четыре оставшиеся пасти издали пронзительный рев боли и ярости, обезглавленная шея заметалась, разбрызгивая фонтан черной крови. Ага, значит, у каждой башки гидры собственная шкала здоровья? Что ж, ладно.

Гор налетел на следующую голову. Кирка больше не превращалась в клинок – по-видимому, то был рандомный эффект мифического меча Пронзающего Небеса, поглощенный кайлом. На вторую шею ушла полная серия «Мельницы богов», и варвар, худо-бедно переносящий попытки гидры разорвать его на части, перешел к третьей, но тут Мико закричала:

– Гор, смотри!

Приподняв камеру, Егор увидел то, что испортило и без того невеселое настроение: первая отрубленная голова отросла заново! Глаза на морде прорезались в последнюю очередь. Регенерация завершилась, и гидра недобро посмотрела на варвара, разевая пасть, в которой уместился бы теленок. В ее глубине разгорался слепящий белый огонек…

Шшш-шшш-шу-у-уххх! Струя плазмы ударила Гору в лицо. С ужасающей скоростью шкала здоровья поползла вниз и остановилась в оранжевой зоне, а варвар перекатами вышел из радиуса поражения.

– Отступаем! – крикнул он Мико.

Оставив испепелителя отдуваться за них двоих, варвар и чернокнижница выбежали из охраняемой гидрой расщелины и спрятались по другую сторону холма. Демон-испепелитель к тому времени развоплотился, но многоголовая тварь за ними все равно не погналась бы.

– Без парней не справимся, – озвучил Егор очевидное.

– Согласна. Я заметила, что раненая башка у гидры не регенерирует. Ты понял?

– Зашитый и Залатанный? – догадался Егор, вспомнив тактику боя против предпоследних боссов «Мертвого замка».

– Да. Добивать головы надо почти одновременно. За двадцать секунд все пять…

Через пару часов на зов явились парни, как кавалерия из резерва: верхом на костяных драконах и с улыбками до ушей. Радоваться особо было нечему, но их так задолбало искать вход в пещеру, что драку с боссом они расценивали как долгожданное развлечение.

В реале за окном уже рассвело, оттуда доносились звуки просыпающегося города.

– Знаете, что я сейчас должен делать? – спросил Егор на пути в расщелину с Камнем Балара. – Дрыхнуть! У меня рейс через шесть часов! Регистрация за три начинается! Я вторые сутки не сплю!

– Мы все не спим… – буркнул Восимбо. – Не надо так волноваться, Гор.

– Успеешь, не ссы, – успокоил Хас. – Я тебя отвезу в аэропорт, а отоспишься в самолете. Сколько тебе лететь? Десять часов? Два раза выспаться успеешь! Там же, по идее, больше и делать нечего, только дрыхнуть да жрать.

– И пить, Горушка, обязательно пить! В самолете будут разносить саке, – добавил Крам. – Но ты не позорься, возьми водки. Не испорти японцам впечатление о братушках-славянах: в Токио должны прилететь дрова!

– Не надо, – тихо сказала Мико, но Егор ее услышал.

– Кстати, Хас… – вкрадчиво заговорил маг. – Ты же говорил, что не пьешь?

– А я и не пью, – соврал Хас.

– Не пьет, – подтвердил Егор, улыбнувшись.

– А вот на днях в таверне мы сидели, это что было?

– Так то же пиксели! – отшутился Хас. – Ладно, где там ваш Кощей Бессмертный?

– Змей Горыныч, Хас! Пятиголовый! – хихикнула Мико. – Вот он…

Все сразу посерьезнели. Группа сыгралась, научившись четко понимать, когда есть время шуткам, а когда нужно работать. Ведь так оно и было – «Ракуэн» их обеспечивал, а значит, стал работой.

– Здоровый, гад, – присвистнул Хас. – Блин, а у нас сколько осталось, часа полтора?

– Уже меньше, – поправил Егор. – Вы не спешили.

– Успеем! – отмахнулся стрелок.

– Не забывай, у тебя есть свиток портала, который вернет тебя прямо к Хрустальной пещере, – добавил Крам. – Ладно, давайте драться уже…

Глобальный босс впечатлял как размерами, так и силой, превосходя игроков больше чем на десять уровней.

– Играем в «Зашитого и Залатанного», – объяснил тактику Егор. – Доводим все бошки до двух-трех процентов, потом мочим одновременно. У нас только одна попытка, это точно. Поэтому все делаем очень-очень четко. Хас, Крам, не переусердствуйте! Мико, на тебе метки!

– Легко! – согласилась девушка, приняв на себя роль наводчика. Выставленные ею метки над головами босса покажут, кому какую бить.

– Череп – я, крест – Хас…

– Да поняли, поняли, – перебил Крам. – Работаем!

– Вос на хиле, поэтому круг тоже на мне. Все, поехали! Пул!..

Они справились за полчаса. Гидра не баловала разнообразием атак: плазменная струя по Гору, кислотные плевки по рейнджам и банальные «грызь», «кусь» и «цап-царап», как выражалась Мико в описании приемов мобов.

К концу боя добавилось «шмяк» – это когда гидра попыталась раздавить Гора. Но в целом обошлось без неожиданностей. Тщательно выверяя урон, группа снизила здоровье каждой головы, а потом уложилась в двадцать секунд, прикончив все разом.

Беспощадная гидра, чудовище 111-го уровня, убита.

Легендарное ожерелье с пятью поблескивающими мифрилом змеиными черепами получил Крам. В блаженстве закатив глаза, маг начал танцевать лезгинку, которой научился от Хаса, и выкрикивать бонусы легендарки:

– Плюс сто процентов к урону стихийной магией! Заклинание «Купол маны» срабатывает автоматически при получении смертельного урона! Плюс шестьсот к «Интеллекту»…

Не слушая его, Гор занялся Камнем Балара. Несколько минут поисков привели к загадке: «Да обретут кости плоть». Кости? Черепа?

Наученный опытом варвар долго пялился на мегалит, пока не разглядел пять незаметных выемок, которые как раз подошли бы под змеиные черепа ожерелья. Одолжив у мага добычу, Гор вставил ее в пазы…

Прими же дар божественной Печати, пятый из пяти!

Внимание!

Отмеченный Печатью Бесплотного духа обретает умение проходить сквозь любые материальные объекты в течение 30 секунд один раз в сутки.

Собрано Печатей Балара: 5/5.

«То ли Торфу так подкрутил, то ли реально подфартило», – подумал Егор, прикидывая, как новая Печать поможет ему попасть в Хрустальную пещеру. Но додумать не успел.

Землю тряхнуло так, что все повалились с ног. Небо рассекла молния, ударившая в Камень Балара. Где-то вдали расчертили горизонт еще четыре.

Мегалит раскололся надвое, распался. Призрачные потоки энергии из его сердцевины застыли в воздухе и сначала медленно, а потом все ускоряясь рванулись к Гору и влились в него.

Суть и плоть могучего Балара воссоединились!

Гор, варвар 99-го уровня, стал новым воплощением древнего божества!

«Ой-йо… – придушенно прокряхтела кирка на пределе слышимости. – Старый дядя Балар вернулся!»

От неожиданности у Гора, что называется, в груди дыханье сперло. Бог в него вселился? Его варвар станет богом? За бога придется играть? Вообще ведь не понять!

Строчки квеста прояснили ситуацию:

Чтобы пробудить силы божественной сущности, дремлющей внутри вас, необходимо собрать сорок вещей, когда-то принадлежавших могучему Балару.

Егор восторженно выругался, но рефлексировать не стал. Открыл портал и вернулся в окрестности так пока и ненайденной Хрустальной пещеры, где лежало тело Торфу.

До развоплощения души болотного бога оставалось меньше четверти часа.

* * *

Под многометровой толщей скальной породы таилась пещера – идеальная сфера, пятиметровый пузырь воздуха, застывший в хрустале. В центре его находился прозрачный саркофаг, хрустальный монолит, где застыло белоснежное тело, подходящее именно божеству: трехметровое, мускулистое, могучее.

– Что дальше, Торфу? – спросил Егор и едва услышал ответ: «Разрушь монолит, ловкач».

С первого же удара кайлом хрусталь саркофага разлетелся на тысячи осколков со звоном, многократно усиленным эхом. От кирки отделился крохотный изумрудный комочек, начал разбухать и превратился в пышущий ядовито-зеленым светом кипящий шар.

Он завибрировал, искажая пространство вокруг, стены пещеры унесло куда-то выбросом призрачной энергии, и Егор увидел, что варвар и неподвижный белоснежный гигант стоят в центре огромного котлована на том месте, где раньше высилась гора. Зеленое пламя врезалось в грудь гиганта, но не повредило тело, а, расплескавшись по нему, растеклось и сформировало что-то вроде цельной энергетической изумрудной оболочки.

Гигант открыл глаза, энергия впиталась в него, и кожа вернула себе прежний молочный цвет.

– Тебе удалось, ловкач! – хрипло и басовито громыхнул гигант. Подвигав шеей, руками и ногами, он сделал шаг к Гору и легко, ухватив за нагрудник, смявшийся в тисках стальных пальцев, поднял варвара.

Егор шагнул к телевизору, нагнулся, заглядывая прямо в экран, но не увидел в руках своего персонажа кирки. Предчувствуя недоброе, открыл инвентарь – мифическое кайло исчезло! Вспыхнули воспоминания: вот монолит взрывается осколками хрусталя… и в граде осколков отдельными фрагментами разлетаются части разбившейся кирки!

– Уже понял? – свирепо поинтересовался Торфу, обретший тело. – Ничто не в состоянии выдержать выброс энергии, сопровождающий божественное высвобождение! Разрушение артефакта было неизбежно.

– Ты… ты… ты мне солгал! – рассвирепел Егор. – Ах ты мошенник! Подлый обманщик! А еще бог называется! Я же тебе помогал! А ты!..

– Что я? Умолчал? Опустил последствия? – Торфу вернул варвара на землю и заговорил прежним ворчливо-насмешливым тоном: – Да брось, ловкач, ты что, иначе бы поступил? Да и потом, кирка твоя сломалась бы в любом случае, я же тебе говорил, что ее ждет, если не успеешь и меня развеет. Говорил?

– Говорил. Но я же успел! А ты не только наград не дал обещанных, а еще и отобрал самое ценное! Кто я без кайла? Это не награда, а антинаграда какая-то получается!

– Так я тебе благодарен, мало благодарности моей божественной?! – возмутился Торфу. – Не вешай нос, ловкач! Теперь, когда в тебе суть и плоть дяди Балара, кирка не понадобится.

– «Чтобы пробудить силы божественной сущности, дремлющей внутри вас, необходимо собрать сорок вещей, когда-то принадлежавших могучему Балару», – припомнил Егор строчки квеста. – Сорок! И в освоенных землях лишь три! Это издевательство, а не «суть и плоть дяди Балара»! Я эти вещи за век не соберу!

– Почему это? – ухмыляясь, спросил Торфу.

– Да потому, что тридцать с лишним из них на других континентах! А то и вовсе на дне океана! Или на Небесном плане! Нога игрока… то есть никого из подобных мне никогда туда не ступала!

– Так ступит же, чего ты так забеспокоился? Ну-ка, подыши глубже, а то, гляжу, ты реально взволнован.

– Отвали! Внуки мои туда ступят, Торфу, блин! Наобещал с три короба, теперь съезжаешь!

Утешения божества его только бесили. Через час уже Хас заедет, надо лететь, а он не спал, голоден как черт, и в душ очень хочется! Еще и Торфу мало того, что кирки лишил, так еще и с наградами прокинул, тоже мне квест божественный!

Как он посмотрит в глаза соклановцам, когда скажет, что фарм адамантита накрылся медным тазом? Хорошо хоть, долг Сане отдал…

– Ладно, ладно, ловкач, видеть не могу, как ты страдаешь. Не хотел тебе говорить, думал, сам увидишь, поблагодаришь Торфу Великого и Милосердного, а также Щедрого, Прекрасного, Могучего, Ужасного и так далее… Кстати, надо бы подобрать полный список эпитетов, а то как-то не по-божественному – «Торфу». Что я, урка из подворотни?

– Эй, не сходи с темы!

– Да-да, извини. В общем, друзьям твоим благодарность свою я выдам, когда встретимся. Навещу их, каждого навещу, никого не забуду. По заслугам и выдам награды. И дурачку-академику Хасу, и острой умом девице Мико, и горячему парню Краму, и вечно мрачному монаху Восимбо. Да и клан ваш, славным именем моим названный, тоже в обиде не оставлю, силушкой поделюсь своей богатырской!

– Э… – протянул Егор. Торфу явно что-то замыслил, и, зная его характер, следовало готовиться к подвоху. – Спасибо, что друзей моих не забыл, Великий и Ужасный! А что насчет варвара буйного, плясать любящего по поводу и без?

– Варвар буйный? Ты это о себе, что ли, ловкач? Ох, не знаю… – Торфу притворно вздохнул, покачал головой… и расхохотался, обнял, прижал к себе, стиснул до хруста костей. А отстранившись, заговорил серьезно: – Короче, малой, перед тем как вылезти, я успел перехватить все то могущество, что ты в кирку насобирал, и вот… Возвращаю!

Божественное задание «Свободу Торфу!» выполнено!

Награды: +150 000 очков опыта; мифический перк «Наследие первозданного кайла Хозяйки Медной горы».

Болотный бог припечатал ко лбу Гора огромную длань, и побежали цифры логов, сообщающих о постоянных повышениях характеристик…