– Да не виноват я, ловкач! – оправдывался Торфу, когда они уже выдвинулись к четвертому Камню Балара. – Ты пойми, мне без Астрала жизни нет: я там энергией кормлюсь! И раньше всегда ускользал от Стражей!

– И снова поймают, если вернешься, – заключил Хас. – Короче, мы все поняли, ненасытная твоя душонка. Хорошо, что так все закончилось.

– Истину говоришь, академик! – воскликнул божок. – Помню, жил в соседнем болоте один слабенький бог, все, что у него имелось в подчинении, – ручей захудалый, потому силы в нем наблюдалось немного, а в Астрал ему путь был заказан…

Торфу пустился в рассуждения, не имеющие никакого отношения к делу, его слушали от скуки, потому что всех утомила монотонная езда на осликах.

Путь пролегал через деревню на краю Проклятых земель. Мико предложила пробираться именно этим маршрутом, выдвинув довод, что по краю пройти легче. В ее словах был резон: сильнейшие мобы обычно располагались в глубине локаций.

Сначала все выглядело обычным: зеленый луг, трава по пояс, вдалеке срубы, утопающие в растительности, палки «журавлей»[103]. Но по мере приближения к деревне все больше бросались в глаза следы запустения. Заборы накренились и почернели, дворы заросли травой, цепи на воротах бесполезно позвякивали, свистел сквозняк, гуляющий на чердаках. От ветра хлопнула незапертая дверь – и Мико, вскрикнув, выругалась.

Даже наблюдая за картиной со стороны, Егор ощущал гнетущую атмосферу, подогреваемую скрежетом, свистом и воем ветра, похожим на всхлипы невидимых существ.

– Жуть, – пожаловалась Мико и попыталась снять напряжение, вслух объясняя свои чувства: – Всякое я в «Ракуэне» повидала, но тут будто в фильме ужасов. Кошмар!

Команда вышла на центральную дорогу, которая уже поросла травой, но была еще различима.

– А мне нравится, – признался Восимбо. – Все мертвое, аж до дрожи! Обожаю такой сеттинг![104]

– А знаешь, почему страшно? Потому что невидимое зло всегда пугает больше, – пустился в философию Крам. – Самые жуткие фильмы какие? Не те, где режут и потрошат, а те, где убивает непонятно кто и непонятно как…

Он смолк, насторожился. Скрипнув петлями ворот, со двора на дорогу выбрел мертвец: обычный человек-зомби, чья землистая кожа слезла со скулы, обнажая кость; глаза у него были белесые, шея изогнута так, что гнилая башка накренилась под неестественным углом и лицо смотрело вниз.

Голодный зомби, нежить 93-го уровня

– Оп-пачки, – прошептала Мико. – А вот и ходячие мертвецы!

Восимбо бафнул группу и вместе с Хасом отошел, а Мико и Крам остались на месте, ожидая, когда Гор сагрит моба.

Зомби оскалился и зашипел. Взмахнув киркой, Гор устремился к нему. Будь что будет! Все равно локацию освоить надо.

Активировав «Берсерка», в прокачку которого Егор в последнее время вливал все очки умений, варвар раскрутился в «Мельнице богов», но комбинированный прием отнял у зомби всего полпроцента жизни. Кирка уходила в гнилую плоть как в пластилин, разлетались ошметки и брызги, но тварь не дохла. Мертвяк атаковал механически, обычными ударами, кусался, царапался – однако бил больно.

Зомби стойко выдерживал прокачанные «Лики смерти» Мико, «Разрывные выстрелы» Хаса, которые входили в гнилую плоть, вышибая фонтанчики гноя. Больше всего урона, снимая аж по проценту жизни, наносила магия огня Крама. Чтобы моб не сорвался на мага, Егору пришлось выложиться, удерживая агро на варваре. После очередного удара киркой зомби вдруг ускорился, на корявых, почти негнущихся ногах отбежал от Гора и призывно заурчал:

– Ур-р-р! Ур-р-р-р!

Не поняв, что произошло, Егор продолжил его бить, практикуя новые приемы, и так увлекся, что не заметил, как погибла Мико.

– Гор! – заорал Крам. – Обернись!

Егор поднял камеру выше над головой варвара и отвесил челюсть – зомби поперли изо всех щелей. Крам попытался остановить их «Зеленой волной», заклинанием из школы магии жизни. Из земли лезли хищные кусты, начиная оплетать ноги мертвецам, но те были намного выше уровнями и лишь замедлились на время, ненадолго продлив жизнь соклановцам Гора.

Вторым полег Крам, потом посерели иконки Восимбо и Хаса, и все мертвяки устремились к Гору, который, не желая гибнуть от их лап, взлетел и попытался уйти по воздуху. Целое море зомби под ним ломанулось следом. Мало того, все окрестные мобы, стоило варвару пролететь над локацией, запрокидывали головы и тоже кидались за ним, протягивая руки.

Когда действие «Печати Легкого дуновения» закончилось, Гор опустился на небольшой холм и побежал. Но навстречу ему вырулили сразу два неживых волка 90-х уровней и прыгнули одновременно, сбивая с ног. Ругнувшись, Егор замолотил киркой вслепую, видя, как от варвара отлетают кровавые цифры урона и как на подмогу волкам несутся зомби. Даже когда они навалились всей толпой, Гор не сдавался – выкрикивал ругательства и молотил в ответ, но без шансов. Варвар погиб быстро, но труп не истаял, а остался лежать. Зомби с урчанием отрывали от него куски и отправляли в гнилые пасти. На рес он отправился, только когда они его полностью обглодали.

Выругавшись, Егор вскочил и заходил туда-сюда по комнатушке съемной квартиры. Кач обещал быть нескучным. Он со стороны наблюдал за гибелью варвара, и то было неприятно, а соклановцев, получается, сожрали заживо… Брр!

Варвар возродился недалеко от болота с плюющимися лягушками, оглядел сосредоточенную команду.

Мико, отзывавшая «застрахованные» перед смертью шмотки на аукционе, вдруг воскликнула:

– Хей, Гор, смотри, что я нашла!

– Что? – спросил Крам, хотя обращались не к нему.

– «Пояс Скофилда»! – заорала торжествующе Мико. – Парный эпик к твоим комплектным штанам, которые ты выбил с Йоджимбо! По ходу, долго висит на ауке, потому и цена низкая – всего девять тысяч крисов!

– Всего?! – удивился Егор. – Аж!

Восимбо, до того молчавший, неожиданно выдал:

– Стоит того. Гор, напомни, что там в описании бонуса за полный сет?

– Плюс тринадцать процентов к урону и защите, – зачитал Егор, открыв профиль. – В сете всего два предмета, штаны у меня есть.

– Берем пояс! – завопил Крам. – Кто за то, чтобы усилить нашего варвара из клановой казны?

Все были за. Только Егор сомневался. Да за такие деньги машину можно купить! Или квартиру в провинции!

Поняв это, Крам сел рядом и деловито, загибая пальцы, заговорил:

– Смотри. Во-первых, мало того что шмотка сама по себе тебя усилит, так еще и повысит выживаемость и DPS[105] за счет бонусов сета! Чего тут думать? Во-вторых, представь, что группа вайпнется, не добив босса на пяти процентах его жизни? И? С этим поясом точно бы добили, а без него – урона не хватило, понимаешь? И снова траты – на ремонт, на новую попытку. А если шмот не успеет кто выставить? Потеря. Я уже не говорю про затраченное время. Да и Восимбо придется меньше маны вбухивать в твой хил…

– Понял, понял, – улыбнулся Егор. – Берем.

На выкуп «Пояса Скофилда» ушли секунды. Изучив его профиль, Крам удовлетворенно кивнул и спросил:

– Ну что, вторая попытка?

– Чертовы зомби жрали меня заживо! – воскликнула Мико, передернув плечами. – Давай пойдем другим путем, через деревню нам точно не пробиться.

– Слушайте! – осенило Егора. – По краю болота бродят лишь одиночные скелеты…

– И?

– Может, попробуем через них? Будем пулить по одному и зергать.

– «Толстые»? – поинтересовался Восимбо, имея в виду уровни скелетов.

– Без понятия, не считывал характеристики – мобы были далеко.

– Зато близко от болота Камень возрождения, – сказала Мико. – Выиграем во времени, если будем вайпаться.

Чернокнижница была права: бегать с границы соседней локации лучше, чем от Камня возрождения за полсотни километров через две-три зоны. Так что предложение приняли даже с каким-то облегчением и пошли не через деревню, а лесом, замирая и приглядываясь. В дороге, приближаясь к болоту, Гор максимально поднял камеру над головой варвара и благодаря «Восприятию» видел неподвижных мобов задолго до того, как они агрились.

Пробной целью выбрали одиночного скелета 90-го уровня. Гор надеялся, что своих мертвых товарищей он призывать не умеет, но и в одиночку этот обычный моб превосходил их на тридцать уровней. Если не сумеют его одолеть, делать здесь точно нечего, только время терять и опыт.

Пока он об этом думал, соклановцы заняли боевые позиции.

Егор сконцентрировался, Торфу благословил, и Гор побежал в атаку. Скелет с налипшей на него травой и грязью проснулся, задвигался, стуча костяшками, и зашлепал по болоту навстречу.

В этот раз бой шел успешней: понемногу, но удавалось сносить жизнь моба. Хас, Крам и Мико наносили урон с дистанции, на помощь прибежали бесы-огнеплюи и призрачные твари, повылезавшие на «Сумеречный выстрел» стрелка.

Не будь варвар таким ловким, скелет бы его быстро убил – один удар ополовинивал жизнь, а так Гор успевал уклоняться, уходить от атак кувырками, и дело мало-помалу продвигалось. Чтобы завалить моба, потребовалось десять минут. Все прибавили по уровню, и Хас станцевал лезгинку на тающем трупе. Мико полутала его и подняла круглую железную штуковину с тремя рубинами.

– Вос, гляди! Похоже, твоя вещь? Это навершие «Посоха массового воскрешения». Откат – час. Если соберешь весь, сможешь поднимать павший рейд. Держи.

– Вот это было бы крайне полезно! – оживился Крам.

Восимбо забрал набалдашник и вроде бы даже улыбнулся. Теперь фарм нежити приобрел дополнительный смысл… Вот только происходящее сложно было назвать фармом: следующего скелета почти завалили, но набежали мертвяки и решили исход поединка в пользу команды Проклятых земель. На двух убитых мобов – два вайпа, печаль.

– Так и будем здесь только с нежитью биться? – поинтересовался Хас, когда Гор появился возле Камня возрождения.

– А как же! Вперед, во славу великого божества меня! – бодрым голосом подтвердила его слова кирка. – Тем паче патроны у тебя нескончаемые, академик, так что не ной!

– Вообще-то, тут не только зомбяки и костлявые, – заметил Крам, наизусть выучивший мифологию игры. – Некромант преуспел в создании куда более кошмарных тварей, но они уже там, дальше, то есть поближе к Мертвому замку.

– Это же нужный нам инстанс, где топовая руда? – уточнил Хас.

– Ага, – ответил маг. – Пишут, что замок вырос в горе, из его подвалов тоннели ведут вниз, в старую шахту. Там-то и добывается элементиевая руда. Но нам надо побить скелетов, чтобы собрать «Посох массового воскрешения» для Воса.

– Чтобы до руды добраться, придется убить финального босса Мертвого замка, – добавила Мико. – Того самого некроманта.

– Уже страшно, – поежился Егор. – Не то чтобы я мертвяков боялся, я о боссе. Он, наверное, 100-го уровня, еще и элитник? Нас обычные мобы ваншотят, нужно усиливаться.

– Босс 99-го, – ответил Восимбо. – Но, говорят, финальный не самый сложный. До него будут Зашитый и Залатанный – два кадавра, собранные из человеческих тел. У этой парочки жизни три вагона, и даже ты долбить их будешь часа три, если не ляжешь раньше. Надо повышать урон кирки.

– Надо… – почесал затылок Егор. – Только прочность и без того уже меньше двадцати процентов. Нужно реально мощные пухи разбирать…

Весь следующий день «мощные пухи» скупали на аукционе, при этом клан постепенно приближался к Мертвому замку. В целях экономии брали в основном «зеленое» оружие без сильных магических бонусов, но с приличным уроном – от трех сотен единиц.

Денег потратили относительно много, однако свои докидывать не пришлось. Клан практически с первого дня зарабатывал на всем, что попадалось. Они собирали травы, сдирали шкуры, добывали руду, ловили рыбу – вроде мелочь, но с повышением уровней локаций росла и стоимость добываемых ресурсов.

Отслеживая растущие цифры на клановом балансе, Егор испытывал уже знакомое удовлетворение, как при пополнении инвестиционного счета, и азарт. Причем клановая казна росла не только за счет продажи ресурсов и ненужного лута, но и автоматически, снимая долю со всех доходов. Первые, символические, пять крисов соклановцы внесли сами, но они уже доросли до четырехзначного числа.

А вот новые уровни давались со скрипом. Сложность монстров в «Ракуэне» росла нелинейно, и после 90-го уровня они стали чуть ли не вдвое сильнее мобов 80-х. Причем отражалось это не только в характеристиках, но и в поведении – они игнорировали правила агро, вели себя разумнее, а еще владели всякими нехорошими умениями. Почти каждая нежить могла отравить укусом или царапиной, зомби не гнушались подправить здоровье прямо во время боя, пожирая мертвых и все то, что удавалось урвать с тел Гора и его друзей.

Худо-бедно кирку прокачали, подняв базовый урон до тринадцати тысяч, но снизив прочность до десяти процентов. Кузнец Восимбо мог бы ее починить, но сначала хотелось дождаться, пока он станет мастером, – чтобы ремонт не сократил вдвое общий показатель прочности. Возможность прибегнуть к услугам кузнеца-непися Егор держал в уме на крайний случай: прочность кирки падала только от разрушения предметов, так что в бою оружие внезапно не сломается.

Со всеми модификаторами «Силы», «Ловкости» и приемов Гор перестал испытывать проблемы в боях с обычными мобами Проклятых земель. В прокачке здорово помогал поначалу игнорируемый Егором классовый талант «Берсерк», превращавший варвара в машину для убийств. Время в этом состоянии, как правило, заканчивалось уже после убийства моба. Но был и подводный камень – с ростом таланта росло время отката.

Кач пошел быстрее, главным было не допустить случайной смерти кого-то из соратников и, как следствие, потери опыта: за все время в этой локации им не встретилось ни одного погоста с Камнем возрождения, чтобы заякориться. Так и бегали от болота с плюющимися жабами.

Зато Восимбо собрал «Посох массового воскрешения», привязал его уникальным редким «Свитком вечного обладания», выпавшим с обычного скелета, и по итогу все выдохнули.

Смерть больше не пугала.