Утро началось со звонка маме. Голос был жизнерадостным, чувствовала она себя хорошо, но волновалась из-за предстоящей операции. Егор как мог ее утешил, после чего быстро сварганил бутерброд и съел, торопливо запивая его кофе.

Нужно было спешить в «Ракуэн». Ночью Хас писал, что они с Мико добрались до Ратчета, что «девчонка прикольная, я бы с ней замутил». Еще друг обеспокоенно интересовался, что у Егора с Мико, мол, девушка почему-то много расспрашивает о нем. Зная Хаса, Егор ухмыльнулся: и в игре занимается тем же, охмуряя девчонок. Гримаса получилась кривой, он ощутил в душе неприятный укол.

Когда Гор вышел из «Колизея», ждущие неподалеку друзья замахали руками. И тут Егор понял, какое серьезное ограничение накладывает консоль: не обнимешься на радостях. А вот лежал бы сейчас в капсуле – мог бы обхватить за талию чернокнижницу, похлопать по спине смуглого стрелка с гномьим ружьем.

Хас, кстати, именно так и делал – приобнимал девушку за талию. И снова Егор ощутил укол ревности – сбывался его печальный прогноз, похоже, друг своего не упустил…

– Как дела, бро? – спросил Хас, улыбаясь.

Гор открыл рот, но его опередила реплика, отпущенная низким прокуренным голосом:

– Гор? Привет! Поздравляю со вчерашней победой!

Все как по команде повернулись: к ним подошла маленькая гномка в грубом кожаном комбинезоне и высоких (а как для ее роста, так и просто гигантских) черных сапогах. Она встала рядом, задрав кудрявую голову с милым личиком, и добавила хриплым басом:

– Ты молодец, вытянул финал!

Надра, гном, инженер 15-го уровня

– Э… спасибо, – ответил Егор, несколько обескураженный несоответствием внешности и, так сказать, звучания этого милого создания.

Надра в ответ по-свойски пихнула его кулаком в бок (выше она не дотягивалась), развернулась, громко стукнув каблуками великанских сапог, и утопала прочь.

Некоторые игроки, проходя мимо, тоже отпускали замечания по поводу победы Гора, и друзья быстро сообразили, в чем дело:

– Так ты и тут успел уже без нас набедокурить? – тряхнула головой Мико.

– Набедокурить? – улыбнулся Егор. – Я мужественно сражался на арене! Не один, правда…

Договорить не успел, рядом объявился тот, о ком он хотел рассказать. Крам, улыбаясь от уха до уха, подпрыгнул, хлопнул Гора по плечу и затараторил:

– Братушка! Как дела? Круто вчера мы, да? Хочешь повторить?

– Да я… – хотел было возразить Егор, но маг продолжал говорить:

– Не получится, бои только вечером начнутся. А это кто, друзья твои? Видели, как ваш варвар вчера сражался?

– Не видели, мы только прибыли, – ответил Хас.

– А зря, зря. Мы с братушкой первое место в турнире забрали.

– Братушка… – сощурился Хас. – Знакомое словцо. Слушай, извини за нескромный вопрос, ты сам откуда?

– Из Болгарии, – ответил маг.

– Ага, так и подумал. Была у меня знакомая болгарка – так же иногда меня называла.

– Иногда? В каких это, интересно, случаях? – подмигнул гном. – Вообще, я Стоян. А вы русские, да?

– Русские, – подтвердил Хас.

– Ага. Так это, может, айда соберемся в команду и продолжим завоевывать арену?

– Извини, не сейчас, – ответил Егор. – Есть другие важные дела.

– Да? Жаль! – не обиделся Крам. – Ну лады, добавь меня в «Друзья», чтобы, если что, легко найти. До связи!

– До связи, – кивнул Егор, и маг ушел.

Они тоже направились прочь от боевой арены, лавируя между игроков и неписей, и Мико на ходу уточнила:

– А какие у нас дела?

– Для начала нужно решить, что делать с легендарным сетом.

Егор открыл свойства экипировки, позволив согруппникам увидеть, во что он одет. Хас выпучил глаза и, вчитываясь, проговаривал названия предметов, цокая языком в восхищении:

– Полный апофеоз и триумф, Гор! – воскликнул он, хотя Егор подозревал, что друг на самом деле сказал другое слово.

Мико же, изучив «Доспехи Веспы», обрадовалась, но сказала не то, чего ожидал Егор. Ни слова о возможной продаже сета, только:

– Ух! Грац, Горушка! Теперь путь к руднику станет проще!

– Погоди. Ты же понимаешь, Микошечка, что этот сет – наш? И твой, и мой, так что нужно делить по справедливости.

– С ума сошел! – Девушка ткнула варвара в грудь. – Такое чудо дробить?

– Ну, можно же продать и разделить…

– Еще слово, и я точно решу, что ты идиот! Причем клинический! – завопила Мико. – Люди за такое с себя последние штаны снимут, да только не купишь! А он продавать собрался!

– Да я ж о тебе забочусь! – ошалел Егор. – Чтобы по справедливости!

Мико закатила глаза, качнула головой, тряхнув гривой:

– Все-таки идиот. Забыл о наших планах? Если когда-нибудь и зайдет речь о продаже и разделе, то явно не сейчас, а после того, как мы разойдемся. Ты расходиться собрался? Сам руду добывать? Снова решил кинуть бедную девушку?

– В смысле «снова»? – удивился Егор.

– Все, забей. Тем паче этот сет даст хоть какое-то оправдание для других, почему чар этого уровня такой крутой. Меньше палить тебя будут. Так что носи сет и радуй нас уроном!

На том и порешили, после чего Мико поинтересовалась, чем они планируют заняться. Все еще не отошедший от щедрости и здравомыслия девушки Егор задумался, потом вспомнил о надоевшем Торфу и заговорил:

– Значит, так. Перво-наперво надо в храм какого-нибудь бога сходить – из тех, что покрупнее. Взять у него квест, или помолиться, или как-то еще услужить…

Они вышли к краю площади, где народу было меньше, и Егор, достав из инвентаря кирку, потряс ею.

– Зачем? – не понял Хас.

– Достал этот болотный божок. А мне тут подкинули тему: если получить благословение какого-нибудь бога высшего круга, то либо это само по себе уберет Торфу, либо я смогу его прогнать. Ибо заколебал…

– Ты что говоришь, ловкач?! – завопило кайло дурным голосом, и они отошли подальше, за дома. – Избавиться?! Стоит только отлететь в Астрал, прошвырнуться там-сям по запределью, чтоб развеяться, а тут на тебе – удар в спину!

– Теперь понимаете, о чем я? – спросил Егор друзей.

Оба закивали, причем Мико так часто, что у нее с головы слетела редкая «Ведьмина шляпа».

Егор сжал кирку, выставил перед собой и сказал, обращаясь к Торфу:

– Извини, Торфу, но вместе у нас ничего не получится. Вспомни, как ты вообще здесь оказался? Обманом!

– Да ты грубый, подлый человек, неблагодарный! Животное, Гор, ты домашнее!

– Ну он и хам, – добавила Мико, а Хас стукнул кулаком по ладони, демонстрируя, что нужно сделать с наглым богом.

– За что мне тебя благодарить? – спросил Егор у кирки.

– Да за то, что от Веспы спас! Забыл, кто слово божье вовремя выкатил? А это, между прочим, непросто! Ты что, думаешь, «Божественное вмешательство» – это как пальцами щелкнуть? В Астрале до сих пор рябь от него! Весь баланс мироздания пошатнулся!

– Если бы не ты – и спасать бы не надо было, алхимик бы на меня не напал, – покачал головой Егор. – Нет, Торфу, я твердо решил: иду искать благословение другого бога и избавляюсь от тебя, как посоветовал варвар Грон.

– Братушка… – задушевно произнес Торфу. – На кой слушаешь ты Грона? Этот пень старый ничего не знает! Да я тебя за такие штучки…

– Ничего ты мне не сделаешь, – оборвал его Егор и уже собрался сунуть кирку в инвентарь, но Торфу неожиданно сменил тон:

– Не изгоняй меня, – серьезно заговорил он. – Нет хуже удела, чем вечные скитания во мгле Астрала, чьи стражи рано или поздно способны изловить любую душу.

Егор оглядел спутников, с любопытством слушавших эту речь, и Мико осторожно кивнула: мол, пусть дальше говорит.

– Продолжай.

– А что тут продолжать? Есть же у меня тело, ловкач. Есть! Сильное, мужественное, привлекательное… Покойница Веспа не дала бы соврать! И ведь ты уже понял, что скромность – одно из основных, хотя и не самых главных моих достоинств. Так что не вру. Да ты и сам видел его астральный отголосок, когда произнес я эпическое свое слово и снял с тебя заклятье ошеломления, насланное моей сгоревшей женушкой.

– Помню, кто-то с посохом тогда возник. Вот, значит, как ты выглядел?

– Ну и где это тело? – вмешался Хас.

– О, наш академик прорезался! – обрадовался Торфу, очень быстро сбившийся на свой обычный тон. – Где-где… в пещере хрустальной в хрустальном же монолите оно заключено.

Мико тоже вмешалась в разговор:

– А почему оно там?

– Так жена моя Веспа, стерва ненаглядная, его туда поместила.

– Ого! – удивился Егор. – Вот почему ты ее так ненавидишь?

– Еще бы… Бедное мое тело, бедное… одно там, вдали от души моей… – Кирка издала звук, как будто начала хлюпать носом и вот-вот расплачется.

– И как ты вообще с такой уродиной жил, удивляюсь. За что она тебя в хрустальный монолит посадила?

– За то, что я ее такой сделал, – хлюпнула кирка.

– В смысле? – не поняла Мико. Собственно, не только она, никто не понял. – Какой сделал?

– Да уродиной же.

– А какой она была до того? То есть нет, стоп, погоди! Она что, изначально была не такой внешности?

– Ты, кучерявая, чего несешь?! – оскорбился Торфу. – Вот бабы! Чтобы я, великое божество болот, трясин, топей и прочих водно-земельных участков, на этакой мымре корявой женился? Да Веспушка моя красавицей была невероятной! До тех пор, правда, пока я на нее неснимаемое заклятье болотной скверны не наложил. – Кирка хихикнула. – Подпортил видок, так сказать.

– Блин, я вообще в шоке, – высказался Хас, пока Егор и Мико растерянно хлопали глазами. – А зачем ты, стесняюсь спросить, это сделал?

– Притесняла она меня сильно. На пирушки божественные не пускала или там в кости перекинуться со старым водяным, да и на других девиц взгляда не позволяла бросить, шпыняла всячески и поучала… А я это… – Кирка снова издала смешок. – Как-то, слышьте, напился тинистой браги столетней выдержки и как домой пришел… то бишь в замок наш… ну тот, вы его видели.

– Видели, – подтвердила Мико. – Унылое зрелище.

– Но-но! Время никого не щадит, а так-то – хоромы были!

– Ты давай не отвлекайся, рассказывай дальше, – сказал Хас, которого такого рода истории всегда будоражили, утверждая во мнении, что брак – это зло.

– Вот сразу видно, что человеку интересно, – одобрил Торфу. – Спасибо тебе, академик. Дальше вот что было: пришел я домой, значит, а Веспа как набросилась на меня, да как давай пилить! И ведь все не по делу, все почем зря! Что с того, спрашивается, что я спустя три месяца пришел, после того как подышать воздухом на пару минут выскочил? Ну ладно, не пришел, а приполз пьяный, но ведь прибыл же на место! К ней, к родимой моей, вернулся, а не к русалке какой-нибудь… а ведь мог… была у меня одна там… и не одна даже…

Торфу погрузился в воспоминания, начав перечислять знакомых особей женского пола, с кем у него «случалось пошалить», но Егор, стервенея, перебил:

– Короче, Торфу! Ну пришел ты домой, и что?

– Вот что! Вернулся я, стало быть, а Веспа как набросится! Как давай ругать! Вот я не выдержал и спьяну-то ее и… тогось… заколдовал навеки.

– Тьфу! – В Мико проснулась женская солидарность. – Какой ты все-таки гад болотный! Егор, то есть Гор, а ну пошли в ближайший храм, избавимся от этого козла!

– Нет, стойте! – всполошился Торфу. – Я ж не договорил! Коли отнесете меня в Хрустальную пещеру и разобьете монолит, получите хорошую выгоду! Божественного уровня!

Торфу, древний бог болот, предлагает вам выполнить задание:

«Свободу Торфу!»

Доставить божественную сущность в Хрустальную пещеру к западу от Мшистых холмов и помочь ей воссоединиться с телом, заключенным в хрустальном монолите.

Чтобы божественная сущность смогла воссоединиться с телом, необходимо добыть сердце Торфу, спрятанное в Башне Ужаса, что посреди Мертвого замка…

Принять задание?

Егор перечитал описание, потом пересказал его остальным. Квест мог быть пустышкой, раз о наградах ни слова…

Некоторое время они сомневались, брать или нет, разглядывали карту континента, прикидывали дорогу к Мшистым холмам, а Торфу ныл, чтобы взяли, убеждал и подначивал, обвиняя их в трусости. Хас в конце концов пожал плечами и махнул рукой, Мико кивнула варвару – и тогда Егор, мысленно плюнув, взял да принял квест.

Показалось… или реально услышал вздох облегчения, донесшийся из кирки? Но уж точно она дрогнула в руке, движение передалось через геймпад.

– Божественная благодарность тебе обеспечена, ловкач!

– Возможно, но прямо сейчас мы по твоему заданию не пойдем.

– Почему не пойдете? – удивился Торфу. – Сейчас идем! Айда мою божественную сущность выручать!

«Ага, – сообразил Егор. – Этот бог мало того, что хитрец тот еще, так он лексикон на игроках пополняет, на ходу словечки срезает! „Айда“ – это ж только что Крам брякнул…»

Но вслух сказал решительно:

– Нет. До этих твоих Мшистых холмов пилить и пилить, ничего конкретного в награду ты не предлагаешь. Так что придется тебе подождать.

– Сколько? – спросил Торфу.

– Пока мы не достигнем элементиевого рудника, к которому собираемся. А теперь слушай внимательно: ты меня больше не раздражаешь, а наоборот, помогаешь, понял?

– Не, погодь, ловкач, – скрипнул геймпад в его руках. – Ты что, плохо поручение мое божественное усвоил? Вам ведь сначала сердце мое из Мертвого замка добыть надобно! У вас не так много времени!

– Чего? Какого еще времени?

Егор поспешно полез в свой игровой дневник, отыскал квест… Вот черт, да что за дела! Как в тот раз, с капитаном торговой джонки чжантийцем Хосой, когда уже после принятия квеста включился счетчик.

Задание Торфу после принятия обновилось, добавились новые условия:

Внимание! Задание «Свободу Торфу!» ограничено по времени.

Если вы не успеете доставить божественную сущность в указанное место, задание будет считаться проваленным. Это повлечет за собой развоплощение Торфу, которое негативно скажется на состоянии предмета, в котором заключена сущность древнего бога болот.

Осталось времени: 40 дней.

– Э, ребята… – осторожно начал он.

– Что? Говори! – насторожилась Мико, мгновенно почувствовавшая подвох. – Что-то не так с божественным квестом?

– Все так! – бодро вставил Торфу.

– Короче, квест на время, – пояснил Егор. – В нем появился таймер, который показывает, что у нас всего сорок дней. И если не успеть, то кирке моей кирдык.

– В смысле? – не поняла Мико.

Егор зачитал им дополнение к квесту, и тогда Хас поинтересовался:

– А что значит «негативно скажется на состоянии»? Что за канцелярит? Конкретно не написано? Прочность упадет, бонусы порежет? Что именно произойдет с киркой?

– Что-что, академик… сломается кайло Хозяйки Медной горы! – рявкнул Торфу, прежде чем Егор успел открыть рот. – Не выдержит выплеснувшегося от моего развоплощения потока энергии. Исход неприятный, но заботить вас должен меньше, чем развоплощение моей божественной сущности!

– Что-то негодное, неприятное! Ну ты и гад, Торфу! – выругался Егор и выдал сквозь зубы: – Нехороший, подлый человек!

Первое ругательство было созвучно с северным пушным зверьком, второе было вполне уместным – «скотина». Однако в наушниках с активным шумоподавлением Егор слышал другое. Еще более яркие эпитеты посыпались от Мико с Хасом – подстава Торфу ломала все их планы.

– Не человек я, – открестился Торфу. – Бог, хоть и древний. В те времена людишки в боги записывали любого, кто чуть выделялся из толпы, но я-то бог настоящий!

– Так, спокойно, не нервничаем… – заговорила Мико. – Может, нам Торфу в другое что-то переселить?

– Это не от вас зависит, – заносчиво отрезал вредный божок, – а от меня, захочу ли я куда-то переселяться или нет.

– А ты не захочешь?

– А я не захочу! Зачем мне? Мне тут, будем говорить, комфортно. Да и нет во мне веры в то, что вы не откажетесь, другие-то ваши вещи цены небольшой, не то что кайло Хозяйки Медной горы!

– Но ведь у нас больше месяца, так? – Мико зарылась в карту, пытаясь отыскать Мертвый замок. Найдя, простонала: – Мы туда точно не дойдем, тем более вовремя! Там мобы 100-го уровня и выше!

– Как твое сердце вообще в замок попало, Торфу? – поинтересовался Хас.

– Некромант один нехороший, когда Веспа меня пришибла, выкупил у нее мое сердце и спрятал в своей башне. Опыты там над ним всякие нечестивые проводил, – зло произнес древний бог.

– И? Зачем это ему?

– Хотел из сердца мою божественную сущность вытянуть и в себя впитать. Пришлось проучить его… Наслал я на него скверну болотную, и некромант тот вместе со всей прислугой своей…

Торфу замолчал.

– Что? – первой не выдержала тишины Мико. – Чего из тебя все клещами тянуть приходится, а? Когда не надо, у тебя рот не закрывается, а когда нужно…

– Осквернился он, – признал Торфу. – Я этим не горжусь, потому что породил еще большее зло. Некромант тот и раньше был мерзок, а после стал гадким донельзя. Короче, ловкач, нужно вам сердце мое у него из замка добыть, затем идти в Хрустальную пещеру и воссоединить мою душу, сердце и схороненное в пещере тело. Так что поспешите – вперед!

– Спешить не будем, – отрезал Егор, внимательно разглядывавший карту и размышлявший все то время, пока Торфу болтал. – Я все прикинул, время есть.

– Ага, – согласился Хас, тоже, судя по всему, хорошо изучивший окрестную игровую географию. – И этот Мертвый замок, и Мшистые холмы… Обе локации далековато отсюда, замок вообще в Проклятых землях, там сейчас только самые топы тусят, но нам это подходит для прокачки. Поэтому план предлагаю скорректировать и двигать туда.

– Принимается, – подвел итог Егор. – Тем более замок этот, который Мертвый, инстанс. Мало ли, вдруг и там руда найдется?

Приняв решение, двинули по просьбе Егора к лавке старого варвара Грона. По дороге он коротко рассказал им о Камнях Балара и четках.

Грон все так же подпирал стену магазина возле двери, сложив на груди мускулистые руки. А когда гости вошли внутрь, шагнул следом и прикрыл дверь. Обойдя прилавок, степенно остановился, выжидая. Егор открыл инвентарь магазина и купил четки, благо теперь у него была тысяча крисов за победу на арене плюс сотня, выпавшая из «Потертого сундучка».

Когда четки оказались у него в ячейке… ничего не произошло. Он пригляделся к невозмутимому лицу старого варвара, не произнесшего ни слова (наверное, потому, что и покупатели молчали). Неужели какой-то обман? Ох развели Гора! Вспомнилось и переиначилось: «Мы, варвары, друг друга не обманываем!»

Ухмыльнувшись, Егор вызвал инвентарь, навел перекрестье на слот с четками, ткнул кнопку…

На экране телевизора четки, состоящие из серебряных камешков, переместились в руку варвара – и тут же с шелестом развернулась карта окрестных земель, закрыв почти весь обзор. На ней появились четыре поблескивающие серебром звездочки… нет, пять. Просто одна из них, находящаяся в горах неподалеку от Лунного приюта, была блеклой, ведь это место Гор уже посетил.

Так вот оно что! Не квест, но карта!

Закрыв ее, Егор искренне поблагодарил Грона и вместе с друзьями вышел наружу.

– На пути к Мертвому замку будут еще Камни Балара, можно завернуть к ним, – предложил он. – Глядишь, еще какие-нибудь полезные абилки получим.

– Можно, – согласился Хас. – Вот только мы, пока сюда добирались, пару раз чуть не погибли. А ведь тогда мобы меньше 20-х уровней были. Там, куда мы идем, явно твари посильнее.

– Ага, – кивнула Мико. – Не знаю, как Гора, а меня точно будут ваншотить.

– Да уж… – вздохнул Егор. – А по дороге мы никак не прокачаемся?

– Прокачаемся, только это займет время.

– Сколько?

– Хех! – усмехнулась Мико. – «Ракуэн» вышел три года назад. Вот примерно столько и займет, если качаться как все.

– Кажется, в нашем плане есть пробел, – почесал затылок Хас. – Когда всю эту тему с рудой придумывали, мы не учитывали свои уровни!

– Да, как-то упустили, – ответил Егор. – Рассчитывали, что быстро прокачаемся за счет фарма мобов уровней на двадцать выше. Но даже так… Мне все равно нужно пять косарей, чтобы привязать легендарную броню, рисковать ею не хочу. Короче, идея! Смотрите… – Он вытащил «Сферу возвышения». – Как насчет задержаться в Ратчете на недельку и погонять на арене?

– Времени нет… – начала Мико, но Егор продолжал:

– За оставшиеся недели как раз успеем допилить до Мертвого замка, а потом до этих Мшистых холмов. По дороге, может, найдем еще высокоуровневые рудные жилы.

– Хорошо, – кивнула Мико. – Но ты забыл, что не можешь участвовать в дисциплине, в которой уже выиграл.

– Это в два на два. А нас трое. А еще можно позвать Крама и сыграть в четыре на четыре. Плюс есть соло-дисциплина. А если найти пятого…

– Все, все, не тупые, – засмеялась Мико. – Выиграть все, потом прокачаться до 20-го уровня и пройтись снова. Отличный план.

– Ага, – кивнул Хас. – Как у гномов в «Южном парке». Пункт первый – зарегистрироваться на арене. Пункт второй – выиграть, но как – непонятно. Пункт третий – профит!

– Как-нибудь выиграем, – заключил Егор. – Для начала каждому надо взять 15-й уровень, чтобы вечером было больше шансов. Мико, где тут поблизости лучшая точка для фарма?