– Когда же оно нападёт опять?

– Хорошо, что тебя не слышит Салли.

– Но я хочу сражаться! Победить настоящего врага, как вы! Мы всё тренируемся, тренируемся – а зачем, если ничего не случается?

– Тина, это бывает совсем не так занятно, как кажется.

– Это у тебя бывает. А у меня ни черта не бывает! Все радуются лету, а я вот теперь не могу даже в школу ходить! Мне скучно. Ты же не думаешь, что оно оставит Лунных воинов в покое надолго?

– По правде говоря, не думаю, – вздохнула Аня.

– Селена утверждает, что мои родители и другие воины постоянно боролись со злом. Каждый день! А тут уже полгода ничего не происходит.

– То есть как? А сказки?

– Это было твоё приключение. Я успела только испугаться – а потом всё закончилось. Вот если бы в книжку попала я…

– Там творился сущий кошмар! Особенно в «Золушке».

Свои похождения в «Мастере и Маргарите» Аня даже Тине подробно не описывала. Слишком личное. Да и обо всём, что касалось взаимоотношений полов и собственного в таковом участия, принцесса Авелилона пока говорить вслух робела. Шутка ли, за полгода она не нашла в себе сил признаться маме в самом наличии Ники. А уж обсуждать с подругами неполноценность их отношений считала прямо-таки постыдным. Причём именно от смущения, что ничего не происходит.

– Но это же интересно! – воскликнула будущая дочь, возвращая мысли к врагам.

Её маниакальное желание столкнуться с коварным противником росло как на дрожжах. А вот Аню пугала перспектива непрерывно биться с нечистью. Мало ли что может приключиться. Гибель в ближайшие пять сотен лет ей, правда, теперь точно не грозит, но принцесса Авелилона всерьёз никогда и не опасалась смерти. Такое казалось абсолютно нереальным. Однако ведь пострадать может кто-то другой. И вообще, жизнь совершенно прекрасна – что Тина заладила со своими врагами?

Ещё и на море.

В конце июня семейство Сухановых, оставив кошек на попечении домомучительницы, полным составом отправилось в Крым, потому что папа оформлял шенгенскую визу и на время лишился доступа к своему загранпаспорту, да и готовить необходимые документы для Тины было морокой. Одна из трёх недель отдыха в небольшом посёлке на побережье уже прошла. Ко вниманию курортников были пляж, шикарный парк, уютные домики, набережная и пара кафе. Минусом пребывания здесь оказалось сонное спокойствие, окутывавшее территорию.

Но это была первая общая поездка Ани с Тиной куда-либо, что они и использовали как могли. Укрепили и без того прочную нежную дружбу.

Во вдруг обретённой родственнице Аня нашла по-настоящему близкого человека. Они думали одинаково почти всегда, смеялись вместе и чудесно дополняли друг друга. Обычно Аня, если постоянно, едва ли не круглосуточно общалась с кем-то, уставала. Начинались ссоры. И она искала уединения. Даже с Никой нельзя не расставаться совсем. Его идеалистические представления о долге в быту и на воинской службе порой утомляли и её.

Другое дело – Тина. К пока не рождённой дочери Аня тянулась. Они на пару проходили компьютерные игры. Аня читала ей вслух, как раньше, в замурованном замке, читал Эрру. Вдвоём делали уроки. Или не делали – что тоже очень важно. Исследовали мир – Аня чувствовала себя подлинным гидом. Хотя Тина не кидалась на тостеры и в целом проявляла похвальную адекватность, для неё всё в окружающем казалось новым и увлекательным.

Из-за пережитой травмы мама всячески поддерживала выражение её индивидуальности. Тина предпочитала ультрасовременный стиль в одежде, отстояла права на дорогую косметику и даже лоббировала идею проколоть нос и бровь. Мнимая амнезия довершила превращение для тех, кто не был посвящён в тайну. Взрослые потихоньку переставали верить, что это расстройство пройдёт.

Курорт открыл для подружек дополнительные горизонты.

Соревновательные заплывы (в сторону Турции до тех пор, пока не поймёшь, что нет сил шевелиться, а потом обратно), пикники в глухих уголках парка (чтобы, не дай бог, не пронюхали Стас или Соня), танцы по вечерам в кафе с негласной установкой поднять на танцпол половину отдыхающих, прогулки по пустеющей набережной, когда с периодичностью в десять минут трезвонит ругаться и пророчит страшные беды мама.

В разговорах Тина всё реже поминала своих дуэний, а ведь сначала они, их мнения и поступки просто сыпались из неё на каждом шагу. Теперь имена пяти женщин, растивших заточённую принцессу, почти не звучали, как и истории из их бытности в околдованных стенах. Анина будущая дочь старалась абстрагироваться от унылого прошлого и ни в коей мере не скучала по своей темнице дворцового типа, изученной и смертельно надоевшей. Создавалось впечатление, даже живи она сейчас за шкафом в коммуналке – и то была бы в восторге.

Тина строила планы: ей столько всего нужно срочно посмотреть и попробовать! Сходить в аквапарк, прыгнуть с парашютом, провести ночь в кинотеатре, покататься на лыжах, пройти курс массажей, попариться в сауне, поплавать с аквалангом, полетать на самолёте, побывать на футбольном матче и многотысячном концерте… Практически ничего из задуманного Аня и сама никогда не делала – и потому была воодушевлена не меньше.

Правда, мама браковала сколько-нибудь экстремальные затеи на корню. Но ведь не обязательно же обо всём сообщать ей, учитывая, что Аня и так теперь скрывает от родительницы львиную долю своей повседневности.

Порой казалось, что Анжела даже неосознанно ревнует старшую дочь к племяннице, будто отобравшей у неё статус Аниного конфидента. Мама ещё пыталась украдкой завести задушевную беседу, но со всё большей безнадёжностью. Аня отвечала односложно или очень коротко. То, что волновало по-настоящему, маме не озвучишь.

О существовании в жизни дочери убеждённого приверженца платонической любви Ники Анжела не догадывается, хотя он всё настойчивее просит наконец-то познакомиться с родителями Ани в новом качестве. О переходящих границы кознях Евгении Витальевны маме, соответственно, не поведаешь. Да и масштаб их оценим в полной мере только с поправкой на доскональное знание Аней преподаваемого злостной интриганкой английского языка. Не пожалуешься, как третирует постоянно кошка Салли, не расскажешь о поцелуе с булгаковским Воландом, не покидающим Анины мысли. Не обсудишь сожжение целой вселенной в книге сказок. С мамой нельзя фантазировать о таинственном недоброжелателе Лунных воинов. Из всех действительно важных для Ани тем осталась одна чёртова Елизавета Афанасьевна, но в этом вопросе здравый смысл на стороне старшей родственницы.

Мыть за собой тарелки, не таскать в спальню еду, чистить обувь по возвращении с улицы, вешать свою одежду в гардеробной, протирать в комнате пыль, держать в порядке письменный стол, не просиживать ночи за компьютером, не орать на трёхлетнюю сестрёнку и оболтуса-брата – ультимативные требования няньки, которые навряд ли поставит ей в вину хозяйка дома и мать семейства.

Слава богу, они бежали от этой напасти на курорт!

Купаться и загорать – здорово, но к концу первой недели такая идиллия всё же несколько наскучила, и деятельная Тина, оставив надежды победить врага, выдвинула идею с посещением экскурсий. Это развлечёт и Стасика, уже начавшего капать на мозги: ему нужны были компьютерные игры в Сети, а в здешних местах почти не работал интернет. Так что предложение приняли, хотя по поводу их с Тиной и Стасом двухдневного пешего тура в горы мама долго протестовала, и вообще мероприятие состоялось только благодаря папе.

Аня пожалела об этой авантюре ещё до первого привала. Подъём оказался тяжёлым, солнце палило нещадно, а ещё всё было однотипно и неинтересно. Принцесса Авелилона забыла в домике новый телефон – свою гордость, всего с тремя кнопками, полноценным доступом в интернет и картой памяти, куда помещалась тяжёлая папка с музыкой. С начала лета она вообще перестала передвигаться без пения любимых исполнителей хотя бы в одном ухе, а сейчас приходилось идти в тишине. Аня утешала себя, думая, что подтянет фигуру. Конечно, до габаритов брата есть и есть, но тренировки в Храме Луны перестали давать нужный результат, и принцесса Авелилона давно планировала сесть на диету. Зеркало показывало лишние мерзости на её животе и боках. Нужно достичь идеала – и тогда Ника не сможет строить из себя пуританина до её совершеннолетия. Это же так безнадёжно нескоро!

Задумав попрактиковаться в обольстительности, утром перед походом Аня подкрасила ресницы Тининой тушью. Будущая дочь – единственная, кто в семье пользовался косметикой. Эта страсть напала на неё как-то сразу, и особенному удару подвергались глаза. Тина уверяла: они выглядят непомерно маленькими с тех пор, как пришлось остричь брови. Потому малевала вокруг раскраску племени папуасов. Аня косметики побаивалась, считая премудрость слишком сложной и совершенно лишней. Столько времени экономится, особенно по утрам перед школой. И точно никого не напугаешь, внезапно представ в своём природном облике. Глаза Тины без привычных теней и прочей ерунды и правда теперь казались крошечными, едва ли не китайскими. Но, может, всё-таки и Ане пора прихорашиваться?

Однако эксперимент с треском провалился. В какой-то момент Стася вдруг принялся гоготать и фотографировать сестру. Забеспокоившись, та вытащила зеркало и обмерла: тушь, о которой туристка сотню раз забыла, размазалась подтёкшими кругами. Аня выудила из рюкзака влажные салфетки – они были горячими, как полотенца в японских ресторанах, – и принялась тереть краску. Некоторых результатов достичь удалось: вместо чёрных, глаза стали красными, со «здоровым» оттенком мокрого асфальта. В тот момент отчаянно захотелось бросить к чёрту треклятый поход.

– Прекрати возмущаться, – посоветовала Тина, выслушав спич о крутизне горы, неприятных попутчиках и жарище, – это же настоящее приключение!

– Человеку, жившему в замурованном замке, а теперь перебравшемуся в прошлое, не хватает на веку приключений?

– О Свет и Разум, конечно, мне их не хватает! – воскликнула Тина, сдувая со лба выкрашенную перед поездкой в ядерно-розовый цвет чёлку. – Аня, свобода и жизнь прекрасны! Нужно попробовать всё-всё, я же потеряла почти тринадцать лет! Не ворчи. Раз уж нет врага – покорим вершину! Тебе не стыдно? Даже Стас не ноет, это при его-то весе.

Стася действительно удивлял. Он, плотно сжав губы и тяжело дыша, упрямо следовал за проводником. Ишь какой! Откуда только силы берутся? Аня была уверена, что увалень-братец и спорт – антонимы, а вот же, топает который час.

Вместе с сухановскими детьми поднимались ещё пять человек: семейная пара с десятилетней девочкой Юлей, ровесница Ани Дина, отличавшаяся вздорным и задиристым характером, и поджарый экскурсовод Эд, постоянно рассказывавший о растениях.

В конце концов группа оказалась на плато с остатками какого-то лагеря, где гид помог поставить палатки. Вид отсюда открывался потрясающий.

Аня намазалась лосьоном от комаров и присоединилась к собравшимся вокруг разведённого огня сотоварищам. Темнело. Они пели песни и жарили на ветках крошечные зефиры, которые над костром набухали и шипели сгоревшим сахаром. Тина светилась от восторга. Дина завела длинный поучительный разговор с мамой Юли, папа Юли благополучно попивал с Эдом поодаль баночное пиво из переносного холодильника. Стас неожиданно сдружился с самой девочкой и затеял игру в прятки вокруг лагеря.

Пожалуй, невзирая на склочную Дину, всё это по-настоящему здорово.

* * *

Принцессу Авелилона разбудил истошный вопль. Она вздрогнула – как жутко неудобно лежать на чём-то твёрдом и неровном! – и села.

– А-а-х! – вырвалось у Ани. – Ой!

Поражённо взмахнув руками, она влезла локтем в сухую иглицу. На коже остались белые полосы от острых листьев.

Было отчего ошалеть!

Там, где ещё вчера находился их лагерь, сейчас не оказалось ничего. С прохладной после ночи земли, усыпанной мелкими камешками, в предрассветных сумерках растерянно озирались Тина и Стас. Юленька бегала вокруг родителей. Дина придурочно верещала, перепрыгивая с ноги на ногу, будто на жаровне. Обалдевший экскурсовод сидел на корточках и подвывал.

Пожитки исчезли без следа.

– Но где же всё? – сомнамбулически мямлил Эд.

– Чудесно, нас ограбили дикие звери! – выпалила Дина, перестав голосить.

Аня в этот момент благодарила небо за то, что забыла новый мобильный на зарядке. Всё, что ни делается, к лучшему. Вчера она была готова расплакаться, когда поняла, что оставила в домике телефон и никак не успеет за ним вернуться. Сегодня стало очевидно, что это дело рук ангела-хранителя.

– Ты, ты всё устроил? – напустилась на гида вздорная попутчица, будто по щелчку превращаясь из истерички в скандалистку.

– Н-нет, – нехотя ответил тот. – Мать твою, это ж трындец полный!

– Хочу пить! – требовательно сказала Юленька.

– Подрывайся и веди нас самым коротким маршрутом, – обратилась Дина к Эду. – Я вам ещё устрою увлекательный поход!

Проводник затравленно на неё посмотрел и встал.

– Но послушайте! Так ведь быть не может, – возмутился папа Юли. – Нельзя украсть палатку и спальный мешок, не разбудив человека.

– Нас усыпили газом, – безапелляционно разъяснила Дина. – Говорю вам! И ещё не факт, что эти мошенники ни при чём, – добавила она, указывая на Эда.

– Прекрати городить ерунду! – взбеленилась вдруг спокойная Юлина мама.

– Круть, – восторженно выдохнул Стас.

– А я всем доказываю, что он – придурок, – буркнула Тине Аня. – Друзья мои! – громко крикнула она, ощутив насущную потребность структурировать чрезвычайное положение. – Это всё отлично, но давайте перемещаться к людям-человекам, пока ещё не припекает. Ссорьтесь, если хотите, по дороге.

Эду понадобилось некоторое время, чтобы собраться с силами, но вскоре горе-экскурсанты двинулись за ним, продолжая препираться.

Рассвет быстро сменялся жарким приморским утром. Аня и Тина отстали, воспользовавшись тем, что Юленька и Стас затеяли горячую дискуссию с выстраиванием самых невероятных предположений.

– Тебе не кажется это странным? – негромко поинтересовалась Аня. – Я понимаю, если бы у нас украли ценное. Но исчезнувшие спальники… Мы бы проснулись.

– Да, это новый враг, – ничтоже сумняшеся согласилась Тина. В её взгляде сверкало что-то, подозрительно напоминающее восторг.

– Нет!

– А что тогда? – растерялась будущая дочь.

– Какая-то экзотическая часть программы, – заявила Аня. – Нам в вечерний ужин насыпали снотворное, – бредила она, – мы отключились, и кто-то забрал экипировку. Сколько папа заплатил за экскурсию? Цена не была больше, чем следует?

Тина закатила глаза и промолчала.

Честь по чести, в запланированность происшествия в рамках экскурсии не верила и принцесса Авелилона. Просто пыталась успокоиться. Мысли клубились в голове, сметая друг друга. Она чувствовала себя так, будто над ней надругались. Вопиющее ограбление и полная беспомощность, необходимость ещё много часов добираться до цивилизации под палящим солнцем и острая обида из-за того, каким мраком обернулся поход, вызывали едва ли не слёзы. Что скажет мама? Да она же ещё пару лет не отпустит детей вообще никуда!

А пропавшее? Это были её, Анины, вещи. В кои-то веки нетрущие кроссовки и любимые шорты! Редко какие штаны короче колен ей идут. И браслет – подарок Ники, между прочим! Помада, за которую она отдала львиную долю сбережений. Всего этого теперь просто нет. И вернуть навряд ли удастся. А она, Анна Суханова, принцесса Авелилона, способная энергетическим шаром отправить целую шайку горных грабителей к праотцам, сейчас сделать вообще ничего не может. Её просто банально обворовали. Какие-то жалкие людишки. И до подножья горы ещё целая вечность пути…

Аня чувствовала себя отвратительно из-за этих рассуждений, но о главнейшей потере не вспомнила.

Через полчаса мама Юли остановилась и села на камень.

– Я больше не могу. Голый ребёнок, нет воды! – Она сжала виски.

– Вам придётся возвратить нам деньги, – заметила Дина заносчиво. – За экскурсию, на лечение и ещё моральный ущерб. Плюс возместить всё, что пропало, – загибала пальцы она.

– Ещё чего тебе сделать?! – взорвался экскурсовод. – Или я не с вами был? Или у меня не … всё? Ты, …, тупая …, уже …!

– А ну закрой свой поганый рот, …!

Вот тут Аня окончательно убедилась, что это точно не часть программы.

– Не материтесь при ребёнке! – завизжала мама Юли.

– И ты не ори! – гаркнул гид.

Стас восхищённо наблюдал за перепалкой.

– Аня, – севшим голосом вдруг выдавила Тина, но за криками никто её не расслышал. – А-а-аня-я-я…

И потянула будущую мать за локоть.

– Что тако..? – принцесса Авелилона проследила за её взглядом и обмерла.

Сквозь кусты и деревья позади к ним стремительно приближалось Настоящее Приключение.

Двухметровый парень с козлиными ногами, покрытыми длинной рыжей шерстью, и обнажённой мускулистой грудью нёсся лёгким аллюром, выставив вперёд свои изогнутые заострённые рога.

– И где же мы превратимся? – прошептала Аня, прежде чем вдруг осознала: вместе с вещами и рюкзаком пропал Священный камень. Но не успела сказать об этом.

– Нигде, – выдохнула Тина. – Бежим.

– Куда?

– Я потеряла заколку, подождите нас здесь! – выпалила «кузина», хватая Аню за запястье. Неясно, услышал ли это кто-то в пылу свары, но стремительную ретираду явно заметили.

Они мчались по диагонали прочь, под гору, петляя между стволами. Свернули за здоровенный валун. Аня углядела на повороте, как сменивший траекторию козлоногий ринулся следом. Тут же под пятку попало что-то твёрдое и острое. И в этот момент Тина с силой толкнула её в обширные заросли с белыми цветами. И большими шипами.

«Обязательно выбирать самый колючий куст?» – успела подумать Аня, прежде чем навалилась давящая тяжесть, а всё кругом заволок туман.

* * *

Она очнулась на земле. Рядом стояли Тина в воинском сарафане и Эрру. Последний накинул на Аню её же рубашку, потерянную во время обморока.

– Что было? – просипела принцесса Авелилона. В затылке гудело.

– Чудище в тебя чем-то попало, и ты вырубилась, – восторженно поведала Тина. – А я огрела его вот такущей молнией! И позвала через передатчик принца. Он-то его как-то и убил.

Аня скосила взгляд на Эрру.

– Пара пустяков – слабенькое существо, – развёл руками тот.

– Это был демон, Аня! Настоящий демон! Целый Минотавр, я никогда не видела ничего подобного! И мы его победили!

– Эй!

К ним спешили Стася и Юленька. Тина с завидной реакцией прыгнула обратно в куст, из которого послышался стон, свидетельствующий, что колючки на месте, а Эрру проворно сотворил соломенную шляпу, прикрывшую мутно-чёрный рог. Аня закуталась в рубашку.

Стася прибежал первым.

– Аня! Аня! Что случилось? Вы шизанутые! Куда понеслись?

Из зарослей выползла Тина. Показались остальные экскурсанты.

– Что произошло?! – зло спросил Эд, задыхаясь на ходу. – Куда помчались? И кто это?

Он посмотрел на Эрру. Тина тоже, но гораздо более гневно.

– Это Эр…р…раст, – выдавила Аня, осилившая недавно «Бедную Лизу»68. – Он… отбился от своей группы. А мы увидели человека и махнули навстречу. И ещё нам нужно в туалет, – добавила она и утащила Тину за кусок скалы, оставив её избранника самостоятельно изобретать ответы на град посыпавшихся вопросов.

– Камень, – простонала принцесса Авелилона, – Священный камень.

– Что?

– Пропал вместе с нашими вещами!

На лице будущей дочери проступил ужас, потом – отчаянная решимость сразиться с любой бедой.

– Я назначаю совет в парке. Пускай Тутэлла заведёт всех в Ворота и они нас ждут. Как доберёмся до домиков, найдём способ свалить – и туда.

– Девочки! – раздалось из-за укрытия.

Пока Эрру мужественно работал сочинителем, придумывая на ходу, откуда приехал, с кем был на экскурсии, почему родители выбрали такое имя и что это за странный наряд, Тина обрисовала Тутэлле ситуацию. А когда принцу удалось отвязаться, Аня принялась сетовать на их злоключения. Будущая дочь же прямо ворковала от удовольствия.

– Эрру, теперь и мы с тобой сразимся с врагом! – радовалась она. – Я бы тоже могла прибить того демона. Должны же у этого врага быть ещё демоны? Одного или даже двух я точно прикончу без помощи! Ты заметил, какой он был здоровенный? Прикинь, у Ани похитили Священный камень. Мы просто обязаны его отыскать и вернуть! Как думаете, откуда взялся монстр? Он охотился именно на нас? Я думаю, да. Он же побежал за нами, правда, Аня? Я, конечно, сразу испугалась… всё-таки первый раз такое вижу. Но теперь уж я не растеряюсь! Ух, я им и задам!

– Аль… а нам далеко идти? – осторожно уточнил принц.

Хороший вопрос. Они шли и шли. И шли. Аня даже всерьёз начала грезить «потеряться» и спуститься с помощью Тутэллы. Но вместе с тем она ощущала, что ситуация, на деле ставшая куда худшей, приобрела черты какой-то нормальности. Мистический враг – понятное и обычное испытание, быть ограбленной на горе в походе – отвратительное безобразие, недостойное Лунного воина. Боги, сколько же часов теряется сейчас! Она озвучила идею с коридором Времени.

Не привыкший к подобным марафонам Эрру всесторонне поддерживал предложение, и Аня прониклась к Тининому принцу симпатией.

Но этим они вынудят попутчиков искать их, что потом обязательно дойдёт до мамы и папы. Уж Стася расстарается.

Конца проклятой горе не предвиделось. Снова привязался Стас со своими дурацкими расспросами и в итоге разругался с «двоюродной сестрой». Решив, что этим долг неприязни выполнил, братец стал придумывать, что купит на моральную компенсацию. Вот же кретин!

Когда добрались до причала, выражение «сбить ноги» для Ани навеки потеряло любые признаки фигуральности.

Во дворе домика родителей не обнаружилось. Однако окончания экскурсии ожидали только к вечеру, так что немудрено. Позвонить им с Аниного телефона тоже не удалось: папин лежал на тумбочке рядом и заряжался, а мама умудрилась утопить свой в море в первый день отдыха.

– Мы пойдём искать на пляжах, придурок, – сообщила решительно Тина. – Если разминёмся, набирайте. – И она сунула в клатчик Анин мобильный.

Когда воительницы сворачивали за калиткой в пышную рощу низких деревьев, Стася уже вовсю повествовал хозяйке пансиона и паре мамочек из соседних домиков об их приключении.

Тина раскрыла Ворота маленьким Ключом Времени – к счастью, она держала его в косметичке внутри чемодана, а не таскала с собой, – и затворила за Аней. Там было замечательно прохладно. Они опустились на пол и позвали Эрру, который спрятался во Внутреннем мире, попрощавшись с Эдом и попутчиками.

Связались с флегматичной Тутэллой.

Та не задала ни единого вопроса, зато посоветовала подготовиться к неожиданности. И бросила золотистую дымку. Выйдя из неё, все трое остолбенели.

Да уж, Ханна и Маргарет, взявшие на себя обустройство Ворот интерьером, потрудились на славу! Аня и не думала, что планы такие глобальные.

Пространство коридора, насколько хватало глаз, было заставлено стульями, диванами и креслами, шкафчиками и тумбами. Здесь нашлось всё: обеденный стол, кровати, туалеты и душевые кабинки. Прямо целый особняк, вытянутый в длину! Там и сям приютились лампы, излучающие яркий, но мягкий свет. Их шнуры питания окунались в небольшие стаканы с голубоватой жидкостью, как в замке на острове-Тени.

Сияющая Маргарет пустилась в пространную лекцию. Новая обстановка оказалась нестационарной. Она перемещалась по коридору на зов «Сюда!» при условии, что, кроме окликающих, там никто не находится. Мебель материализовалась в нужном месте. Ханна оснастила Ворота запасом провианта и напитков в бездонных корзинах-холодильниках. Маргарет натаскала из Парижа всевозможную одежду, гигиенические принадлежности, бытовую утварь – и всем этим забила многочисленные ящики. На отдельной полочке, висящей в воздухе в миллиметре от стены, красовались плетёный кувшин с Языковыми конфетами и горстка запасных средств магической связи. Рядом высились внушительная коробка с Аниным Подводным миром, украшенная затейливыми побрякушками ручной работы, и две зачарованные книги – Булгакова и Пушкина. В центральной части меблированного пространства на парящих крюках – увеличенный до размеров плазменного телевизора раскрытый передатчик без нижней панели, предназначенной для набора сообщений.

Маргарет разливалась соловьём, Ханна наблюдала с широкой улыбкой, а потом принялась раздавать угощения и заваривать травяной чай.

– Завтра день моего рождения, – объявила французская актриса с воодушевлением. – На самом деле мы хотели дождаться его, чтобы презентовать тут всё. Но…

– Почему ты не предупредила? – всплеснула руками Кристина.

– Ой, не хотела утруждать. Да и сюрприз.

– А подарки? – возмутилась Тина.

И тут Жаклин наконец взорвалась.

– Мы, в конце концов, собрались, хочется верить, по важному поводу, – звенящим голосом заметила она, – а не перекусить и посмотреть диваны!

– Тебе не по́ сердцу убранство? – огорчилась Ханна.

– Время ведь не идёт, – добавила, жуя бутерброд, Аня.

Вообще, ей и самой не терпелось поведать о последних событиях, но то, что сотворили с унылыми Воротами Ханна и Маргарет, действительно завораживало. Да и наблюдать, как злятся жрицы Храма Луны, весьма забавно.

Всё же они с Тиной принялись рассказывать, перебивая друг друга, об экскурсии, демоне (тут подключился Эрру) и дороге домой. Кристина слушала с нарастающей паникой.

– Вот такое дело, – вдохновенно закончила Тина.

– Я так понимаю, это первый случай? – уточнила Натали.

– Почему стоит Ане куда-то поехать – и там сразу появляется враг? – раздражённо вставила Евгения Витальевна, зыркнув на сочувственно обнимающего принцессу Авелилона Нику недобрым взглядом.

– Не раздорничайте. – Ханна снова вынула свою плетёную корзину и принялась доставать оттуда стаканчики с желе, предлагая воинам. – Лучше отведайте. Я сама приготовляла, – сообщила она, распределив угощение. Маргарет с деланной непринуждённостью отставила свою порцию подальше. – Лакомо?

Жаклин свирепела с каждой секундой.

– Чего мог добиваться враг? – произнесла Тутэлла, задумчиво рассматривая ёмкость с желе и неуверенно пробуя пищу, которой отродясь не брала в рот.

– А не могла ли быть целью пропажа Священного камня? – предположила Тина, потянувшись к нетронутому десерту, оставшемуся подле жриц. – Что? Мы забыли об этом упомянуть?

Салли охнула и очень смешно села на попу, вытянув задние лапки и опершись на передние у себя за спиной. Жаклин схватилась за сердце. По Воротам прокатился протяжный стон.

– Наверное, нам нужно опять пойти на место вашего лагеря и всё изучить, – выдавила наконец Натали. – Там могли остаться какие-то следы.

– Только в ритме вальса, – попросила Аня. – Мы типа пошли искать родителей, долго пропадать нельзя.

– А как вы, интересно, собираетесь побеждать противника, принцесса? – возмутилась Жаклин, обнаруживая, где можно выпустить пар.

– Совершенно согласна с Энн, – неожиданно подключилась Маргарет. – У меня широкое окружение, и я уж как-то оказалась в преглупой ситуации, внезапно пропав. А сегодня съёмки! Будет колоссальный штраф. Я не могу такого себе позволить. Нет, право, я же не миллиардер, mes amis69!

– Отлично. Пускай по Крыму бродят демоны, у нас кино и вообще мама будет ругаться! – вспылила Жаклин. – Феноменально.

– В принципе… – Ханна задумалась, – я припоминаю одно стародавнее чародейство. Однак, надобно домой, в библиотеку. Мы можем сподобиться сотворить наши Тени, – пояснила она.

– Тени нам нужны меньше всего, – съязвила Жаклин.

– Сие будут не тени, – строго оборвала Ханна.

– Но ты сказала… – вступилась Аня.

– Позабудь, что я рекла! Мы образуем отображения, каковые способно кликать по повелению. Сии существа станут исполнять вашу роль в обыденном бытии.

– Ого! – восхитилась Тина. – Это реально?

Ханну пришлось забирать из Ворот, ведущих аж через час. Невзирая ни на каких Теней, проблем не оберёшься. Потому на этот период Тина и Аня вернулись в Курортное70. И вовремя.

Папа и мама были вовсе не на пляже. С момента, когда телефоны Тины и Стаса оказались вне зоны действия сети, они носились повсюду. И странно, как в воздухе до сих пор не летают вертолёты. В конторе экскурсий выяснилось, что невозможно позвонить и Эду. Мама готовилась начать Третью мировую войну и уже собиралась идти по следам исчезнувшей группы, когда, заскочив оставить Соню с хозяйкой, родители наткнулись на Стасю. К счастью, Аня и Тина тоже скоро возвратились.

Обласкивая, подкармливая и отмывая детей, Анжела с ужасом рассуждала о том, что ещё могло произойти с ними кошмарного, подтверждая все наихудшие опасения принцессы Авелилона по поводу грядущих санкций по безопасности. Папа, который мог бы встать на защиту прав и свобод, коим грозила полная аннуляция, отсутствовал – он ушёл штурмовать бюро туристических развлечений. На какой-то особенно драматической ноте об отправке в турецкие публичные дома в качестве рабынь, запиликал передатчик, и Тина с Аней синхронно испарились «в уборную».

В районе мебели, куда их доставила Тутэлла, Ханна уже листала толстый и старый, очень внушительный фолиант. Аня успела съесть два желе, прежде чем та положила книгу на стол.

Процедура потребовала собрать по капле крови у всех присутствующих. Принцессе Авелилона казалось, что она уколола палец очень глубоко, но красную жидкость пришлось буквально выжимать из ранки. Тутэлла пояснила, выскребая из ёмкости остатки желе: пока время не идёт, никакие жизненные процессы не работают. Например, не бьются сердца. Внутри коридора все будто замирают на той секунде, когда Ворота закрылись. Возможность управлять телами сохраняет энергия коридора, а не системы организма. Даже если кому-то отрубить голову, он не умрёт, а кровь не побежит из разорванных вен – потому что секунды для этого недостаточно. А чего она хочет от крошечной ранки? Можно лишь механически выдавить.

– И того довольно, – уверила Ханна.

Оказалось, что загадочные Тени чёрными сгустками вылетают из призвавшего их человека и принимают точный его образ. Им можно велеть соткаться где угодно, если отправитель представляет, что это за место, и дать любые указания. Вот только Ханна советовала ограничивать повеления сном, потому что Тени не отличаются умом и очень чётко следуют инструкции, никак не реагируя на происходящее вокруг. Нужно также быть внимательными с тем, где предстояло материализоваться двойнику – чтобы он не сделал это в чьём-то присутствии. И ещё они оказались совершенно бесполезны в сражении: даже всякая царапина, случайно полученная воплощённой Тенью, мигом появлялась и на её отправителе. Более серьёзных травм и, разумеется, смерти это тоже касалось.

Зато после проведения ритуала возможностью в любой час пользоваться зеркальным подобием обзавёлся каждый.

Аня долго рассматривала свою точную копию. Экая нескладная. Волосы растрепались в воронье гнездо. И на диету сесть необходимо. А ещё сжечь эти шорты! Надо потихоньку переодеться. Хотя бы в тех, что пропали, она ведь не столь отвратительно выглядела? Бока, перетянутые поясом, дыбились, как взошедшее тесто, а живот наводил на мысль, что месяца через четыре уже может родиться маленькая Тина. Мрак. Минутку, это что же, она так неуклюже двигается? И постоянно кривит лицо? А что со спиной? Прям Квазимодо…

Когда с конспирацией в жизни бытовой покончили и все, кому требовалось, отмучились с заданиями для своих Теней (Тина с Аней положили их спать, как и рекомендовала Ханна), а Маргарет вволю высказалась о том, что её проблему это не решает, Жаклин наконец взяла бразды правления. И Ворота открыли на том самом плато.

Вечерело. Сумерки окутывали домики далеко внизу, море серебрилось, и по нему уходила вдаль ещё бледная лунная дорожка.

– Теперь мы будем искать, – деловито выдала Натали, ступая на землю и медленно поворачиваясь вокруг своей оси, словно к чему-то прислушиваясь.

– Что? – уточнила Аня.

– Улики, – не сдержалась Селена, нюхая воздух. – Потом она сдаст их в лабораторию. Как в детективе про Коломбо.

– Вам с Салли стоит поменьше торчать перед телеком, – попеняла Тина, тогда как Жаклин бросила на кошку поистине испепеляющий взгляд и решительно ринулась из Ворот.

Разошлись по горе.

Аня в упор не понимала, что хотят обнаружить жрицы. Отпечаток ноги и недокуренные сигареты? Вот бы узнать, что там решили по поводу всего этого в экскурсионной конторе…

Вместо окурков, с плато заметили демонов. Ника увидел их выходящими на берег в бухте у подножия. Мохнатые чудища отряхивались по-собачьи и вереницей поднимались к тропинке. Жаклин с Натали и боевая Тина устремились было убивать их, но остальные настояли обсудить ситуацию в коридоре Времени.

– Они похожи на сатиров, – испуганно отметила Кристина, когда все снова устроились на удобных диванах.

– Из всего мира монстры почему-то наличествуют именно на этой горе, – потирая руки, поделилась своими соображениями Анина будущая дочь. – Или по крайней мере и здесь тоже. Значит, их логово, а то и замок врага, рядом.

– Почему ты решила, что есть конкретный враг и замок, дорогая? – скептически скривилась Евгения Витальевна.

– Ну должен же кто-то быть у демонов главным, – вступилась Кристина. – И где-то же они плодятся или возникают.

– Например, в море, там, откуда вылезали твари, – кивнул Ника, бросив опасливый взгляд на пылающую энтузиазмом Тину, но смолчал – ещё зимой Аня провела с ним долгую беседу о праве будущей дочери быть полноценным Лунным воином.

– Это опять произошло, – продолжала Кристина с отчаянием. – Что-то натравило на нас монстров.

– Не на нас, а на Аню, – процедила англичанка.

– Наипервейшая задача – вернуть принцессе Священный камень, – заявила Жаклин. – Но как мы будем искать под водой?

– Акваланги? – предложила Тина.

– Субмарина надёжнее.

– Маргарет, тебе не кажется, что сейчас не до шуточек?

– Просто я представила себе нашу дружную команду в гидрокостюмах. Умилительное приключение. А какими мы будем манёвренными и готовыми к бою!

– Принцессина подруга из бумажных тетрадок вроде превращает людей в русалок и водяных, – задумчиво протянула Натали.

– Помнится, прощаясь, она пожелала нам угодить в пасть мурене, – заметил Ника.

– Пригрозим, что сожжём тетради, – воинственно сказала Жаклин, – если она нас не трансформирует.

– Давайте просто попросим о помощи! – испугалась Кристина.

– А как, интересно? – вскинула брови Аня. – Мы её вообще найдём?

– Я выпускала тогда эту Алану в спальне, которую отразило зеркало, – напомнила Тутэлла, – и знаю, где она расположена уже в этом времени.

– Но там же вода…

* * *

Настоящее приключение. Аня и Тина лежали на животах, сунув головы в открытые Ворота. Чуждая стихия сквозь них, к счастью, не проливалась. На обеих красовались герметичные маски с трубками – концы остались в наполненном воздухом коридоре Времени. Вот уже полчаса Аня ждала свою знакомую, а Тина просто набиралась незабываемых впечатлений.

Стены удивительной спальни облицовывали ракушки. Диковинный шкаф с распахнутой дверцей являл взорам поросшие водорослями полки, усыпанные самой разнообразной и совершенно непонятной утварью. Кровать, походящая на анемон, шевелила ядовито-салатовыми щупальцами. Крошечный морской конёк в проржавевшей птичьей клетке с любопытством таращился на изуродованные снаряжением лица.

Интересно было только поначалу. Разговаривать соглядатаи не могли, дышать через рот оказалось неудобно, и вообще его уже сводила судорога от этой трубки. Тонны воды давили на барабанные перепонки до звона. И хорошо ещё, что это чудно́й мир III-го измерения – в I-м, небось, и вовсе бы расплющило с ходу. А от здешней температуры недолго схлопотать менингит.

Так можно провести дни и дни! Что, если Алана уплыла в Северный Ледовитый океан фотографироваться с основанием айсберга?

К счастью, принцесса Атлантики заглянула в свою спальню до того, как Аня от этой специфической пытки почувствовала признаки помешательства. Русалка оторопела в дверях и прытко юркнула в комнату, захлопнув за собой коралловую перегородку. Растревоженная вода подхватила со стола листы каких-то растений.

Аня высунула из проёма Ворот руку и помахала, от всей души надеясь, что старая знакомая узнает её в этой маске, а потом, окунув в океан вторую конечность, поманила и молитвенно сложила ладони. Глубоко вдохнула и стянула нехитрую амуницию.

Глаза тут же обожгло солью, и Аня отпрянула всем телом в Ворота, заливая туманный пол. Тина тоже достала мокрую голову из светящейся арки. Через полминуты оттуда показалась и верхняя часть Аланы. Она упёрлась локтями в порог и вытаращилась, словно окунь.

– Вы рехнулись?!

– Нам нужна помощь, – горячо начала Аня, отплёвываясь и бешено моргая. – Наш новый враг, судя по всему, не сухопутный. И только ты можешь помочь бороться с ним, превратив в русалок!

– А если бы вас кто-то увидел?!

* * *

Завёрнутая в местами промокшую парчовую штору, Алана восседала на одном из новых диванов Ханны и Маргарет, поджав ноги, и всем своим видом выражала недовольство.

– Козлоподобные подводные сатиры, – наконец скептически подытожила она, – с длинной шерстью.

– Это демоны! Они выглядят как угодно!

– Ладно, – после паузы протянула русалка. – Заключим сделку. Я помогу вам не утонуть, побеждая вашего врага, а вы потом устроите мне экскурсию в мир наземных жителей. Покажете их города и быт.

– Идёт! – вдохновенно подскочила Тина, явно намылившаяся напроситься в гости в Атлантику. – Ты вообще можешь стать Лунным воином! Увидишь массу интересного.

Алана обдала леденящей ненавистью Евгению Витальевну, но потом кивнула.

– По правде говоря, последние полстолетия я отчаянно скучаю… Так какой у вас план, странные люди?

– Нужно, чтобы ты превратила кого-то в амфибий. И для начала исследуем дно, – живо распорядилась Жаклин. – Плыву я, кто ещё?

– Я, собственно, Алана – на случай, если нужно будет опять ходить, – подумав, сказала Аня.

– И я хочу! – закончила Тина.

Принцесса Авелилона покосилась на будущего мужа. Но Ника снова сдержался. Надо полагать, её доводы о том, что отсутствие прикладных тренировок когда-нибудь может стоить их дочери жизни, и напоминание, что он в одиночку сражался с монстрами, будучи на год её младше, возымели действие.

За линией черноморского побережья под толщей воды путём долгих блужданий обнаружился именно замок. Он угнездился в расщелине скалы, искусно сокрытый от любопытных глаз дайверов и ныряльщиков за рапанами. Аня снова втягивала в себя солёную жидкость, и это не причиняло дискомфорта. Она наловчилась довольно сносно плавать, хотя не всегда соизмеряла взмахи плавников с расстоянием, которое следует преодолеть. Вокруг было необыкновенно: сама атмосфера этих просторов завораживала сознание. И принцесса Авелилона ловила себя на том, что не ищет логово демонов, а наблюдает, как струятся её волосы, если резко мотнуть головой, или как колышутся водоросли на скользких камнях внизу.

Тина исследовала морские края с восторгом, Жаклин – внимательно и сдержанно.

– Я никогда не бывала так близко к континентальной суше, – рассказывала Алана. – Здесь голо и блёкло. И вода ненормальная. Не чувствуете? Сколько в ней всего намешано, так и отравиться недолго.

– Ханна исцелит, не переживай, – пообещала Аня. – А мне кажется, здесь волшебно.

– Какой-то мёртвый мир без красок. Вот на глубине…

– Не факт, что там на самом деле всё, как ты думаешь, – возразила Аня. – В этом измерении я имею в виду. Не забывай, что яркие цвета твоих подводных широт – это мои фломастеры и воображение.

Алана мрачно скривилась, упорно продолжая отрицать очевидное.

– Вон тебе образчик фантазии без фломастеров, – прищурившись, отметила она. – Небось у всех жителей твоей особой вселенной мысли о море стереотипны, раз уж выдумывают то же, что и наши архитекторы.

Аня всмотрелась и окликнула Тину с Жаклин.

Извилистое массивное сооружение, казалось, составляли кораллы. Окна были заделаны стёклами, внутри сухо. Лунные воины смогли попасть за стены, сфотографировав для Тутэллы одну из комнат на передатчик и выбравшись из Ворот уже в ней. Алану лазить по замку не отпустили: её способность делать людей амфибиями в сложившихся обстоятельствах следовало беречь. А вот Жаклин, Аня и Тина отправились на разведку.

Блуждая по пустому с виду строению, троица набрела на зал, центр которого занимал трон, выложенный отшлифованными водой камнями. Рядом с ним дремала земная собака с рыбьим хвостом. Помещение украшали золотые статуи веселящихся русалок и водяных и изваяние, изображающее козлоногого демона. Возле трона, на вычурном столике под колпаком, лежала ракушка.

– Это может быть самая большая сила нашего врага, – сказала Аня, рассматривая находку.

– Или его завтрак, – парировала Тина, и они прыснули. Жаклин скрипнула зубами.

– Надеюсь, здесь нет Духа Справедливости, – рассуждала тем временем Аня. – Эта дамочка любила богатые хоромы. Вам не кажется подозрительным, что опять наш противник обитает в целом замке? Как будто с конвейера.

– Пошли, – процедила Жаклин. – Обсудим это в другом месте.

– Ходят, ходят, – произнёс чуть подвывающий хриплый голос у них за спинами, – а чего ходят? Достойные леди так себя не ведут! – и разразился протяжным визгливым хохотом, будто целая стая обезьян в безмолвных джунглях.

Разведчицы синхронно вздрогнули и с испугом обернулись. Аня почувствовала, как кожа покрывается мурашками.

Неизвестная низкорослая бабёнка скалилась посреди комнаты – то ли подошла незаметно, то ли соткалась из воздуха. Одета она была в громоздкое и несколько неопрятное платье старинного кроя, густые угольные волосы с проседью растрепались и засалились. Она казалась опьянённой, а в глазах сверкало подлинное безумие.

– Ворота! – просипела Жаклин. – Ворота!

– Что? – спросила Аня, делая шаг назад.

Но свет померк. И очнулась она уже от боли: висела, схваченная за запястья цепями, на вершине высоченной статуи. Разномастные морские обитатели, поднимающие кубки или вкушающие яства, словно застыли посреди безудержного танца вокруг переплетённых лоз цветущего винограда. Под Аней на плавниках хохочущего водяного болталась Тина, а у подножья среди выбитых из камня бочек и кувшинов, по которым плясали фигурки крабов, стояла Жаклин.

Принцесса Авелилона сжала губы и осторожно пристроила пятки на панцирь огромной черепахи, лежащей на спине и аплодирующей чему-то задними ногами. Полегчало. Но огонь расползался от плеч по всему телу. Что уж, настоящее же приключение!

В углу просторного пустого помещения подводного замка высилась гора снаряжения и личных вещей, пропавших у туристов этой ночью. Аня узнала там свой кед.

– Мои тапочки, – обратилась она к Тине.

– Тебе суждено их потерять, – слабо улыбнулась будущая дочь, – ещё по дороге на море чуть не посеяла.

– Мы их отвоюем! – гордо пообещала Аня. На самом деле радоваться нечему, и вообще – если она вот просто сейчас не сможет опустить руки, то станет как Винни-Пух в истории про полёт на воздушном шарике. – Надеюсь, ты довольна своими приключениями?

– О Милитта, за что? – прошептала Жаклин, поднимая вверх голову. – Что мы будем делать? – рявкнула она.

И что здесь ответить? Передатчики пропали – оставалось только ждать помощи от друзей. Мучительная боль в суставах вызывала судороги, скука бездеятельности разъедала разум. К тому же принцессе Авелилона хотелось пить, а вскоре понадобилось и в туалет, после чего положение стало абсолютно невыносимым.

Коротая время, Жаклин пыталась направить свою Тень в Ворота, чтобы та рассказала остальным, где они, но дело не заладилось – похоже, отображения способны действовать только в текущем периоде. Не смог двойник и снять массивные цепи, хотя жрица велела ему отыскать в груде украденного какой-нибудь топорик, и это даже удалось. Пришлось испарять Тень Жаклин.

Зато её хозяйка подвела целую теорию к тому, что Аня по всем законам логики должна быть способна перевоплощаться в воина и без Священного камня. Раз это доступно всем прочим, принцесса и подавно имеет внутреннюю силу.

Через бессчётное количество попыток у Ани действительно получилось. Воздух качнулся, материализовалась боевая форма, а свинцовая тяжесть в руках отхлынула, будто смытая волной. Даже неудобно вывернутые суставы уже не давали о себе знать. И, хвала небесам, отступило мучительное желание посетить уборную, сдерживать которое уже не было никакой возможности.

Только вот освободиться всё это не помогло совершенно: энергетические шары получалось отправлять лишь в потолок.

Тина покаянно признала свои ошибки. Враги – это совсем не так увлекательно.

– Та морская кикимора не живёт же тут давно? – рассуждала повеселевшая Аня. – Она не в себе, вы заметили?

– Как бы то ни было, а Священный камень в кучу хлама не кинула, – досадливо просвистела Жаклин. – Значит, вполне соображает, на кого нападать и что искать.

– То есть мы уже уверены, что угодили в эту передрягу не случайно? – уточнила Тина.

– Готова спорить, замка тут раньше не было, – согласилась Аня.

– Тогда надо эту дамочку убить, – решила будущая дочь.

– Ты опять за свои приключения?

Казалось, прошла целая вечность. Неделя, две…

В один прекрасный день (на самом деле часов через пять) приоткрылась дверь и в узенькую щель заглянула лысая мордочка Селены. Не успел никто сказать и слова, как за кошкой распахнулись Ворота и та угрём юркнула в них.

Тут же появились другие, больши́е, и в зал вылетел в облике пегаса Эрру. Он испарил цепи наручников, и Аня с Тиной сверзились на пол. Принцесса Авелилона ушиблась о черепаху, благодаря небо, что теперь её защищает костюм в горошек.

Всё остальное заняло несколько минут. Вспыхнувшие откуда-то красные лучи, сила, ударившая в Эрру и отбросившая его, захлопнувшиеся Ворота, возникновение врага, совершенно утратившего сходство с людьми.

Теперь существо напоминало прихвостней резиновых демониц – помесь человека с куском остова старого судна. Часть кормы составляла основу тела чудовищ, из спины торчала деревянная рея, сломленная над головой, кожу рук и лица уродовали обломки досок, обрывки парусины и канатов, изо лба торчал осколок амфоры с узором из виноградных листьев и сатиров. Детальнее Аня не рассмотрела: снова раздвинулось пространство и во врага вразнобой понеслась магия. Но чудовищная женщина стала плясать, и чары прошли сквозь, лишь стена осыпалась руинами и в какую-то брешь хлынула вода. Однако благодаря ловкости Тутэллы, Жаклин, Аня и Тина с Эрру оказались в коридоре Времени. Провалились в него, когда в полу под ногами прорезались щели.

Тинин принц шарахнулся в сторону, бешено махая руками, словно пытаясь всплыть в воздухе Ворот под потолок. Упавшая Аня увидела, как Натали закрывает отверстие, из которого она свалилась, Тининым Ключом Времени. Впереди в другом, светящемся и огромном, осела в туман хохочущая Тутэлла. Протянула ладонь, но ничего не произошло. Лицо стража резкой волной исказил ужас, она схватилась за горло и рухнула на пол в туман. Эрру перестал метаться, непонимающе оглядываясь. А Натали ловко, словно зрячая, бросилась к Тутэлле, повернула в светящейся арке Ключ – и Ворота наконец сомкнулись.

* * *

– Если она не придёт в себя, – говорила Евгения Витальевна через двадцать минут после того, как бесчувственную уложили на диван и попытались откачать всеми доступными способами, включая исцеляющее кольцо Ханны, – мы окажемся заперты здесь навечно.

Эрру полностью очухался – правда, всё ещё считал, что коридор некоторое время был заполнен водой, в которой он едва не захлебнулся. В остальном Тинин принц оказался в порядке. Чего никак нельзя сказать о Тутэлле.

– У нас есть Ключ, – напомнил Ника.

– Дорогой, Ворота на много километров вокруг ведут в комнату с врагом. Думаю, стоит нам открыть любые из них – и присоединимся к Тутэлле в её забытьи. Хорошо ещё, что мы все собрались в одном месте!

– Что, если пройти очень, очень далеко, – предложила Тина, – шагать день, два… и уже там выбраться?

– А дальше? – досадливо спросила Маргарет. – Кто-нибудь имеет понятие, по какому принципу расположены эти двери? Мы можем после суточного кросса оказаться у Ворот в соседний зал замка врага или к прибрежному дну моря, или в той же комнате за сто лет до. Или вообще на Аляске. В любую эпоху.

– Я снова начинаю вас ненавидеть, – отметила русалка Алана, поправляя свою штору.

– Проблема в том, что мы вообще не знаем, где нам нужно быть, – выпалила Кристина с испугом.

– Я знаю, – произнёс тихий, совершенно посторонний голосок вдали коридора, там, куда почти не доставал уютный свет ламп.

Переполошившиеся воины, принявшие боевую готовность, могли, наверное, причинить немалый вред невысокой фигуре, с головой укутанной в плащ с капюшоном, и не преминули бы воспользоваться этой возможностью, если бы вдруг Жаклин и Натали синхронно не вскочили и не заслонили собой неизвестную.

– Стойте! – повелительно крикнула Натали, загораживая её двумя руками. – Не троньте! Это Предсказательница! Та самая, что посетила нас в Храме Луны и вывела на путь.

Аня окинула незваную гостью любопытным взглядом, но ничего, кроме сплошного чёрного балахона, не рассмотрела.

– Признательна вам, благородные жрицы, – молвила Предсказательница, – однако я не нуждаюсь в вашей защите. – Жаклин и Натали расступились. – Я явилась, чтобы помочь. Указать дорогу к спасению. Ваш враг, женщина, которую называли Свичелли, сильна и безумна. Когда-то она попала в ловушку рока и слишком долго томилась в ней, чтобы сохранить великомужие… кхм, великодушие натуры и даже разум. Сейчас волею случая существо это получило свободу. Его магия превышает всю вашу, и собственными дарованиями, увы, ещё не развитыми, вы не сможете победить.

– И что же теперь? – с раздражением перебила несколько напыщенную тираду Маргарет. – Мы в курсе всего этого! Как, к слову, ты сюда попала? – добавила она, игнорируя вспыхнувших негодованием жриц Храма Луны.

– Я пришла дать совет, – умиротворяюще произнесла загадочная личность, – подсказать, где взять недостающее. Свичелли черпает силу из праха Диониса, но он неравномерно защитил её тело своими чарами. Затылок остался уязвим. Предлагаю вам ударить в её слабое место Молотом Смерти. Этот артефакт был создан очень давно для людей, чтобы вызывать воплощение Смерти. А потом воплощение разгневалось за то, что к нему часто обращались, и забрало Молот. С тех пор он лежит у Врат Ада.

– Дионис, Врата Ада и воплощение Смерти? – саркастически подняла брови Евгения Витальевна.

– Вход в Преисподнюю из вашего измерения располагается в джунглях Амазонки, – невозмутимо пояснила Предсказательница. – Там есть храм Афо-Харского духа пепла, где находится арка-портал. Вот изображение. Страж коридора поражена священным безумием, но она придёт в себя через минуту. Покажите это, и она поймёт, как попасть туда.

Женщина выпростала руку из своего чёрного одеяния. Тоненькую и бледную кисть украшали три ярко-алые живые розы, затейливо вплетённые в браслет. На фоне них кожа казалась мертвенной.

Предсказательница передала Натали, стоявшей к ней ближе остальных, лист жёлтой бумаги с запечатлённой исполинской физиономией старика из камня, овитой лианами и окружённой деревьями.

– Пойдём? – произнесла Предсказательница, чуть поведя головой, будто спрашивала у кого-то, находящегося за спиной. А потом исчезла, просто растаяла в многоцветных подтёках.

Воцарилась тишина.

* * *

– Мне кажется, нужно попробовать, – в который раз повторила Аня.

– Глупая доверчивость! – Евгения Витальевна свирепо втянула носом воздух. – Странная дамочка появляется в Воротах Времени, хотя априори не может этого. Называет себя Предсказательницей, говорит, что делать, и пропадает, ничего не объяснив! Конечно, нужно следовать её указаниям, дорогая! И как это мы ещё колеблемся?

– Она уже помогала нам, – возразила Жаклин с едва слышным сомнением. – Если бы не она, мы с вами и не познакомились бы.

– Но Тутэлла не приходит в себя, – парировала Салли.

– Мисс Неожиданность говорила о священном безумии, – напомнила Маргарет. – С Эрру, кажется, тоже оно было. И быстро прошло.

– Античный бог Дионис насылал священное безумие, – наморщила лоб Кристина. – Его кто-то не хотел признавать, и он всех наказал. Матери убили сыновей, принимая за чудовища. Как-то так. Не помню. И ещё кто-то прикончил сына, думая, что рубит виноградную лозу. – Кристина с надеждой оглядела присутствующих

– Царь Ликург, отвергший Диониса, – пришла на выручку Тина, – грохнул топором сына и мать. Но это же… миф.

– Дионис – это бог вина? – уточнила Маргарет.

– Не только, – разъяснила Кристина. – Ещё плодородных сил природы, вдохновения, экстаза, удовольствия, безумия и неистовства.

– И театру покровительствовал, – присовокупила Тина. – Но я снова повторюсь: мы собираемся поверить в греческих богов? Не логичнее ли предположить, что «прахом Диониса» просто называется какой-то артефакт? Тем более Дионис не имел никакого отношения к морю. Бог морей – Посейдон.

– Планируя проверить, нет ли входа в Ад в джунглях, странно так категорично отрицать Диониса, Ваше Высочество, – заметила Селена.

– Тогда уже не Ад, а Царство Аида, – закатила глаза Евгения Витальевна. – Только Тутэлла лежит трупом. А ваша, – обратилась она к жрицам, – предсказательница сказала, что она очнётся через минуту. Почему мы считаем, что она не ошиблась и в остальном?

– Сто-о-о-о-оп, – вздрогнула Аня, чьи глаза вдруг расширились от возбуждения. – Чёрт, вы же гений! Минута! Минута не прошла! – воскликнула она.

– Да уж больше часа спорим, – досадливо уронила Маргарет.

– Ворота же закрыты, – взволнованно пояснила свою мысль принцесса Авелилона. – Помните, Тутэлла объясняла: всё, что происходит в изолированном коридоре, умещается в один миг.

– Но мы не можем открыть проход без неё! – испугалась Кристина. – Мы понятия не имеем, куда какая арка ведёт! Мало ли чего мы натворим!

– Нам ведь лишь нужно запустить ток времени в коридоре, – задумчиво произнесла Натали. – Стоит отойти немного, ведь тут снаружи наверняка эта Свичелли, и провернуть ключ на миллиметр, отсчитав минуту. Не заглядывая вовне и ничего не меняя на случай, если это окажутся Ворота в прошлое или будущее.

– Хорошая идея, – заметила Аня.

Хорошая идея действительно сработала. Едва таймер в телефоне Тины перевалил за шестидесятую секунду, страж зашевелилась, и Ника тут же вывернул ключ в обратном направлении, закрывая случайную арку.

– Одно сбылось, – подытожила Салли. – Стоит искать в джунглях.

Пришедшая в себя после обморока, но всё ещё слабая страж Врат выслушала историю воинов не без удивления. Весть о неизвестной на её территории показалась Тутэлле неудачной шуткой, но снимок красноречиво подтверждал рассказ. Она взяла у Натали картинку и внимательно изучила.

– Да, такое место существует, и я знаю, какие Ворота ведут туда.

Она вымученно встала и, вынув из мешочка на поясе немного золотой пыли, бросила на пол. Но привычная дымка не поднялась в воздухе. Порошок песком утонул в тумане. Страж охнула.

– Это ваше безумие лишило меня возможности открывать арки и быстро перемещаться по коридору, – простонала она, – похитило всё моё естество!

– Скорее всего, тебе кажется, – нахмурилась Тина. – Как принцу казалось, что тут вода.

– Я уже в норме, – возразил Эрру. – Полнейшей. Возобновим связь с реальностью и подождём?

Тутэлла взялась протестовать – Ворота в ближайшем пространстве коридора вели в недалёкое прошлое – но, когда ей объяснили, что не планируют даже выглядывать наружу, покорилась. Она выбрала арку, приоткрыла портал и в ожидании перемен стала рыться в бездонной корзине Ханны, то и дело вынимая оттуда разномастную снедь и отправляя в рот.

Спустя двадцать томительных минут Жаклин решительно провернула ключ в обратном направлении и произнесла:

– Довольно! Мы только теряем время. Сейчас ещё, чего доброго, враг сюда проникнет. Ты ведь всё равно знаешь, какой проход ведёт к тому, что на картинке? – строго спросила она.

– Знаю, – подтвердила Тутэлла, чей рот был заполнен мясным пирогом, а потом быстрее заработала челюстями и проглотила: – она там, – страж указала налево в застланную поволокой даль.

– Что ж, – бодро объявила Жаклин, – ничего не поделаешь, пройдёмся.

Тутэлла хмыкнула.

– Врата Пространства и Времени ведут всегда и везде. Разум смертного не способен объять протяжённости этого коридора. Идти придётся долго. Очень долго.

– Сколько? – тихо уточнила Аня, вдруг почувствовав под сарафаном испарину.

– Время стоит, и никто из вас здесь не постареет ни на минуту и ни минуты не потеряет, – начала Тутэлла, снова шерудя в корзине.

– Вот и отлично! – встала Жаклин. – Тогда вперёд, хватит болтать языками. Побеседуем в пути.

– Однак, сколь долго сие займёт? – требовательно вмешалась Ханна.

– Полагаю, в быстром темпе и с короткими перерывами на стол и сон, привычные вам и весьма приятные, – Тутэлла извлекла на свет полную салатницу, – за период, равный ста пятидесяти оборотам планеты Земля вокруг Солнца, мы доберёмся до нужного места, – кротко припечатала она и зачерпнула ложкой еду.

– Ха-ха, – неуверенно прокряхтела Аня. – А серьёзно?

– Если объективно – несколько дольше, Ваше Величество, – с полным ртом признала страж.

– Это бред! – вскрикнула Маргарет, вытаращив глаза и задохнувшись воздухом. – Вы что же, вы… Что вы такое… Мы не потратим сто пятьдесят лет на топанье по Воротам! Даже если не постареем! Это за гранью добра и зла, это… немыслимо! Мы тут свихнёмся за сто пятьдесят лет!

– Почему сто пятьдесят? – опустошая салатницу, спросила Тутэлла.

– Ты всё-таки пошутила! – возликовала Аня.

– Просто я полагаю, что придётся доставить предмет и обратно, – пожала плечами та. – Зачем он нам в джунглях?

Принцесса Авелилона с шумом выдохнула.

– И выражение «потратить» неуместно, – добавила страж, – ведь не пройдёт ни мгновения.

– Какая разница?! – в ужасе выпалила Алана. – Мы рехнёмся уже через пару месяцев! Я на такое не подписывалась!

– Эрру, а ты сможешь перебросить нас вперёд? – нашлась Тина. – Просто бесконечно вперёд?

– Да, разумеется, – кивнул её принц.

Но облегчение оказалось преждевременным: с бравадой взявшись за задачу, Эрру очень быстро сдал позиции. Он побледнел, на лице появились капельки пота, а глаза забегали из стороны в сторону. Стало понятно, что до конца в норму он не пришёл. Всех своих чар Тинин принц не утратил, не поразила его и тяга к удовольствиям, открытым Тутэллой в ублажении организма пищей, но перенести всех Лунных воинов или даже просто стража Врат на миллионы километров вперёд у Эрру не получилось.

– Слишком необъятное расстояние. Не выходит. А когда пытаюсь, в голову лезет, как я тут тонул…

– Тогда не пробуй, – испугалась Тина, хватая его за руки. – Найдём другой путь.

– Очевидно, быстрее пойти ножками, – предложила лысая кошка, состроив страдальческую гримасу из-за нежностей подопечной.

– А сейчас ты чем поплывёшь? – разозлилась русалка Алана, насильно втянутая в эту дикую историю.

– Я имею в виду не по Воротам, а по земле. В настоящем.

– Точно! – подхватила Маргарет. – Я могла бы позволить себе билет до, скажем, Перу71, оттуда переместиться с помощью своего зонта за каждым из вас и по одному перенести. Наймём экскурсовода… Да, это не так быстро, но не триста же лет, и…

– А просто оказаться в Перу ты под зонтом не можешь? – спросил Ника.

– Я там никогда не была.

– А если найти в инете фотки? – предложила Тина.

– Зонт так не работает, – возразила Маргарет. – Но можно ведь полететь на самолёте.

– Откуда, дорогая? – вмешалась Евгения Витальевна.

– Что «откуда»?

– Откуда ты можешь полететь на самолёте в Перу?

– Из Парижа, я же сейчас там. В смысле как гражданка Франции. По документам.

Молодая учительница сощурено посмотрела на стража Времени.

– Ориентировочно, прикидывая до той комнаты, где я забирала Маргарет последний раз, это более двухсот лет пути. Кроме того, разве мы можем терять реальное время? На покупку этого билета и прочее? – уточнила страж, вынимая банку варенья.

Слушавшей их Ане казалось, что она читает пьесу театра абсурда72.

– Ну так домой-то я могу перенестись под зонтом, – вскинула брови Маргарет. – Только вот съёмки…

– Что за колдовство ты пользовала для перемещения? – спросила вдруг у Тутэллы Ханна. – У меня схоронилась телепортационная пудра, благодаря коей околдован зонт. Его может активировать лишь Маргарет, мы умышленно так сладили, мало ли кто схватит невзначай. Но пудра наличествует. Ты ведь имеешь понимание о том, в кое место Ворот алчешь попасть? Следовательно, твою особу сия субстанция сподобится перенесть в те широты, и уж ты захватишь нас с собой. Надобно выбраться подальше от чудовищного Кораблика. Ты ведаешь, где в коридоре подходящие Ворота? Маргарет перенесёт меня на остров-Тень, заберём пудру, возвратимся – и ты пустишь нас.

– Ближайшее место, которое я тут знаю, – задумалась Тутэлла, – холм на горе. До него к чуть позже, чем Натали закрыла Ворота в покоях врага, мы можем дойти… за недельку, пожалуй. Если постараться.

– Вот отлично!

Анино тихое «недельку?» так никто и не услышал.

* * *

– Мне кажется, мы идём уже три часа.

– Двадцать минут, Аня.

– Предлагаю во что-то играть.

– Ань!

– Что? Мы будем неделю топать в тишине? Хорошо, не хотите играть, так давайте составим план. Вот найдём мы этот молоточек, и как бить им Кораблика? «Простите, можно по вам постучать?», что ли, скажем?

– Нет, мы притворимся докторами, – сообщила Тина и засмеялась. К ней вернулось благодушие.

– Так она и разрешит постороннему доктору стучать по ней, – скривилась Аня.

– Полагаете, своему доктору она разрешит стучать по ней молотком Смерти? – поинтересовалась Маргарет.

– Вы думаете, у неё есть доктор? – подключилась к дискуссии кошка Селена.

– Девочки! – обозлилась Жаклин, поддерживающая Натали под локоть. – Во имя Милитты, почему, когда у нас неприятности, вы ведёте себя как я не знаю кто?

– О, ты ошибаешься, – тяжко возразила Салли, – они всегда себя так ведут.

Принцесса Авелилона хотела наступить ей на хвост, но кошка убежала вперёд.

* * *

– Попробуем «Крокодила»73 на ходу?

– Аня!

– Что? Мы тащимся уже два часа.

– Полтора.

– Какая разница, нам идти ещё целую жизнь. Слушайте правила.

– Принцесса! – гаркнула обычно спокойная Натали. – Вы всех раздражаете своей болтовнёй.

– Я сейчас вообще сяду и буду тут сидеть!

– Да на здоровье, – буркнула Евгения Витальевна.

Аня собралась опуститься на пол, но Ника подхватил её под руку и увлёк дальше.

Через пять часов по инициативе стража Врат решили устроить привал.

– Сюда! – позвала Ханна, и все блаженно опустились на диваны.

– Нам нужен маленький реактивный самолётик, чтобы летать по Воротам, – грезила Тина.

– Нам нужно держать телепортационную пудру на всякий случай тут, – заметила на это Маргарет, выуживая из бездонной корзины булочки и джем. Видимо, после многокилометровых маршей она относилась к стряпне подруги куда лояльнее. – А если завтра мой день рождения, означает ли это, что он наступит, когда мы проснёмся?

– Нет, – хором отрезали Тутэлла с Жаклин, и Маргарет, кажется, обиделась.

– О, ну почему здесь нет воды? – стенала русалка Алана. – Мы бы проплыли уже двадцатикратное расстояние!

Аня думала, что от скуки и однообразия она скоро сойдёт с ума. Звучал плейлист Ники с какой-то странной музыкой. Сама она топала со стаканом голубой жидкости – туда окунался зарядный шнур лежащего в кармане шорт мобильного. Телефон сел полчаса назад.

Идею петь хором отвергли единогласно. Потом затеяли занятную устную игру. Затем другую. Дальше коллективно признали, что это дурацкие игры, и начали третью. После очередного привала стали слушать аудиокниги из богатой фонотеки Кристины. Принцесса Авелилона восхитилась гениальности такого способа знакомиться с литературными произведениями, и уже мысленно запланировала осваивать по книжке каждый день-два. Потом, когда они наконец-то выберутся в реальность.

– Тутэлла, а что будет, если открыть Ворота, в которые мы в каком-то времени заходим? – ближе к истечению вторых суток путешествия спросила Аня. – И вообще, почему тут нет толпы наших копий?

– Ворота в другие времена нельзя открывать, Ваше Величество, – со всей безнадёжностью страдания пояснила Тутэлла, за века своего существования никогда не ходившая пешком и, кажется, мечтающая только о том, чтобы выпроводить всех со своей территории. – Допустимо пользоваться коридором, лишь чтобы перемещаться в настоящем или незначительно и необратимо приближать будущее. За очень редкими исключениями, когда я уверена в существовании временной петли. Манипуляции со временем могут привести к катастрофе. Меня очень волнует, что ваша Предсказательница смогла проникнуть в коридор без меня. Это уже вторая опасность течению времени за короткий период. Мало ли что ей взбредёт в голову и какую ещё дверь она вздумает открыть.

– Если она столь могущественна, – заметил Ника, – то почему только подсказывает, но не помогает?

– Сверхприродные способности бывают разными, – возразила Салли, замедляясь, – вероятно, она не может.

– Я так и не поняла, почему тут не собираются наши копии со всякого раза, когда мы заходили в Ворота, – напомнила Кристина, обращаясь к Тутэлле.

– Точно не знаю. Полагаю, есть измерения Ворот. Я связала себя с вами и живу параллельно вашему времени вне его.

– Дорогая, ты сама-то понимаешь, что имеешь в виду? – уточнила Евгения Витальевна.

– Не особо, если откровенно.

– Тогда другой вопрос об этом коридоре, – подхватила тему Натали. Она шла впереди, чтобы сослепу не врезаться в попутчиков. – Здесь земная атмосфера – почему так?

– У меня только одно объяснение, – пожала плечами Тутэлла, – тот, кто создавал его, нуждался в ней или к ней привык. Мне самой воздух ни к чему, – добавила она. – Хотя отказ от яств определённо был ошибкой. Быть может, пора нам устроить ещё передышку?

– Это тебя Свичелли околдовала – вот и тянет к удовольствиям, – пропищала Селена. – Но я за привал!

– Хорошо, что она хоть не прибухивает, – прыснула Тина. – И на Нику с Эрру не вешается.

– Если бы не Ханнино желе перед атакой, она и про еду бы ничего не знала? – вслух задумалась Аня. – Ограничилась бы нежеланием ходить?

– Похоже, – согласилась Кристина. – Но желание ходить что-то и у меня иссякло.

В пути не раз возникали конфликты. Но скоро острая жажда наконец куда-то добраться у Ани пропала. Ей стало нравиться само путешествие. Оно как-то сплотило воинов и сделало их почти семьёй. Даже захваченная едва ли не в плен русалка, судя по всему, сердилась уже только для проформы. Она расспрашивала товарищей о жизни людей и развеивала бытующие под водой мифы. Ну и про Атлантику рассказывала весьма увлекательно.

Вот уж воистину поход так поход. И настоящее приключение.

Кажется, Тина разделяла это мнение и открыто наслаждалась необычным вояжем, особенно когда получилось уболтать Эрру обернуться пегасом и пуститься верхом. Это ему удалось без проблем, как и возвращение во Внутренний мир. Чары врага лишь частично связали его способности.

В какой-то момент Аня вслух позавидовала верховому варианту преодоления расстояний, и Тина милостиво пригласила её к себе. Эрру только застонал, но наездницы задобрили его массажем.

– Ты просто лапочка, – умасливала удобного принца Аня.

Жокейство явно не её стихия (больно трясёт), но это всё же лучше ходьбы на своих двоих.

– А по легенде Врата Ада стережёт трёхглавый пёс Цербер, – на энном километре боязливо сказала Кристина. – Как раз в греческой мифологии. И если сама Преисподняя окажется реальной, может обнаружиться и этот охранник. Что тогда делать? Мы же не попытаемся убить его? Вдруг потом все подземные обитатели разбегутся.

– Если уж там обнаружится Цербер, то, скорее всего, существует ещё и дьявол, – заметил Ника, шагающий у правого крыла пегаса. – И сомнительно, чтобы он порадовался нашему грабежу.

– Дьявол? – ехидно спросила Евгения Витальевна.

– Лунное королевство? – в тон ей скривилась Аня, сверху вниз глядя на ненавистную соратницу. – Врата Ада? Подводные монстры, обирающие туристов? Коридор Времени?

– О’кей, – сдалась учительница.

– Интересно, князь тьмы симпатичный? – легкомысленно хихикнула Маргарет.

– Подземный бог Аид был женат на Персефоне, – просветила Кристина. – А князь тьмы – это уже библейское.

– Вы что, всерьёз считаете, что существуют греческие боги? – в который раз возвела очи долу Тина. – А почему тогда не римские? Или не египетские? Или там вьетнамские какие-нибудь, про которых вообще никто не слышал?

– Они все олицетворяют одно и то же, зачастую с похожими мифами, и разнятся только именами, – парировала Кристина. – В них верили целые народы. Что, если…

– Ну в общем и целом уже сложно будет чему-то удивиться, – согласилась Евгения Витальевна.

А перед глазами принцессы Авелилона невольно соткался образ булгаковского Воланда. Кожа покрылась мурашками. Она поёжилась – всё ещё считала случившееся в гостиной ювелирши своей постыдной тайной.

Наверное, неприглядные секреты есть у каждого. И Анин далеко не такой ужасный. В этом бесконечном совместном турне принцесса Авелилона кое-что узнала о друзьях. Теперь она почти уверена, что Жаклин и Натали связывают не только сестринские отношения, но и куда более плотские. Как-то в ночёвку, пока все спали, Тина с Эрру забрели на самый край обставленной части Ворот. И там случайно приметили жриц. Тина потом об этом рассказывала страшным шёпотом, округлив глаза. Но так и не пояснила вразумительно, зачем в час всеобщего отдохновения искала укромный уголок для общения со своим принцем.

Для ежесуточного сна они укладывались на одном диване, что вызывало тяжёлые взгляды Ники и безгранично злило Селену. Кошка громоздилась в их ногах, а позже, якобы замерзая, по-пластунски пробиралась выше и к подъёму всегда оказывалась между парой.

Ника тоже ложился рядом с Аней, но под отдельным одеялом. И Салли даже не пыталась играть роль дуэньи, видимо, понимала, что это совершенно лишнее. И была права. Порой права просто до слёз!

И всё же уноситься в царство Морфея, лёжа с ним рядом, было восхитительно. В первую ночь Аня очень долго не могла сомкнуть глаз. Она слушала размеренное дыхание и украдкой наблюдала за будущим мужем из-под полуопущенных век, с особой жадностью ловя запах его одеколона, смутно витающий в воздухе. Никогда раньше Аня ещё не видела Нику спящим, и в этом было что-то пронзительно интимное. Принцесса Авелилона долго набиралась мужества, но всё же решилась придвинуться поближе и положить голову ему на плечо. Ника открыл глаза и улыбнулся, а потом обнял Аню левой рукой.

Безмерное счастье наполнило всё её существо. Пускай целые полчища козлоногих демонов наводнят реальность, лишь бы можно было вот так вот лежать день за днём! И не нужно ничего больше.

Тогда же во сне Аня стояла около Ники в гостиной ювелирши, и его руки скользили по её обнажённому телу, выдворяя навсегда прочь все воспоминания о Воланде. Но стоило Нике прижать принцессу Авелилона к себе, как командирский голос Жаклин разогнал грёзу, требовательно призывая соратников подниматься, завтракать и отправляться в путь.

Русалка Алана втянулась в странное мероприятие. За эти дни Аня и остальные подробно поведали ей всё, что когда-то в сказке о Золушке вкратце очерчивала о своей жизни принцесса Авелилона, готовясь к свадьбе с ныне покойным Мирлифлором. Алана с нотками неверия в свои затеи строила планы посещения человеческих городов. А Тина и Аня, да ещё и Маргарет с Никой и Кристиной к тому же, таки напросились посмотреть Атлантику. Рассказали русалке и о раскрытой уже после их знакомства и не самого удачного расставания тайне появления на свет Аниной младшей сестрёнки. К возможности путешествий во времени прагматичная амфибия относилась наиболее скептично.

С Тининым возлюбленным в это однообразное странствие Аня подружилась. Окрестила его Лапочкой, и они подолгу болтали вдвоём, пока будущая дочь принцессы Авелилона на ходу расспрашивала Алану об Атлантике или Маргарет о её кинематографической карьере. Тина вознамерилась скачать все фильмы с участием соратницы, а может быть, когда-нибудь даже стать актрисой.

Эрру тревожился, что там, за пределами туманного коридора, его девочка отдаляется, теряется в бескрайних просторах реальности. Принц привык быть для своей избранницы всем, а сейчас будто отходил за кулисы, отодвигаемый целым миром, полным увлекательного и захватывающего. По его словам, она за эти полгода безмерно изменилась.

Ещё Аня силилась осознать, что такое Внутренний мир, и Эрру перенёс её в чей-то, подхватив золотым облаком.

Странные то были ощущения – невесомости и завершённости. Перед глазами марево, всё заполняет состояние абсолютного покоя. Но разве можно существовать так бо́льшую часть жизни?

Она не видела очертаний собственного тела, вообще ничего не видела, кроме пульсирующего зернистого золота.

– Чей это? – попыталась проговорить принцесса Авелилона, используя привычные навыки будто отсутствующего тут организма.

И услышала голос Эрру всюду вокруг себя:

– Мы в гостях у Кристины. Думал занести тебя во Внутренний мир Ники, я считаю, это сближает. Но оказалось, что у него Внутреннего мира нет. Удивительно: я-то думал, они присущи всем людям. Забавно, ведь я по сути ничего не знаю ни о действительности, ни о самом себе.

– Каково это – не помнить прошлого? – полюбопытствовала Аня у золотого марева. – И как такое вообще могло получиться?

– Я не представляю другого состояния. И не имею понятия о причинах.

– А не хочется узнать забытое? – допытывалась собеседница. – Как так? Неужели тебе неинтересно?

– Я уверен, что сам принял такое решение, Аня. Мечтал об этом долго и страстно. И нет, мне неинтересно. Правда. Совсем неинтересно.

– Но как же так? Ведь это может быть всё что угодно! А вдруг ты маньяк-убийца, Лапочка? – Золотое спокойствие ласкало пропавшее тело. – Или, может, это именно ты напал на Лунных воинов будущего. Что, если ты пират? Или прилетел с далёкой планеты. Ты что же, сам не гадаешь?

– Я предпочитаю придумывать другое. Особенно теперь, когда мы с Алей получили свободу. То, что когда-то казалось мне нашим предрешённым грядущим, рухнуло – и следует сочинять наново. А это, волею Света, сложно, потому что я вообще не вижу места для себя в здешних реалиях. Аля жаждет впечатлений. Всё, что я могу дать, уже давно стало для неё тривиальным.

– Но она тебя любит. Поверь, Лапочка! Я же вижу. И вы точно будете вместе. Не забывай, что нам открылось о Соне.

– Мне лучше вернуть тебя обратно, – сменил тему Эрру. То, что они с Тиной забросят своего младенца в прошлое, скорее пугало, чем обнадёживало его. – Будущий тесть не питает к моей персоне особого тепла.

Аня засмеялась, и будто бы тёплые волны заструились вокруг.

– Просто Ника считает Тину ещё совсем маленькой, а себя – обязанным быть ей отцом. Это смешно, но пока непоправимо. Он негодует, когда она отторгает его потуги.

– Аля уже немаленькая.

– Уверена, Ника к этому привыкнет. И не придумывай ерунды: она любит тебя.

Опасения принца Аня, пожалуй, вполне могла понять. Сама же знает наверняка, что через пять сотен лет они с возлюбленным будут вместе – а Евгению Витальевну предпочла бы держать от своего суженого на расстоянии.

Принцесса Авелилона заметила, что заклятая подруга снова подбивает клинья к её парню. В пути она постоянно ластилась к нему! Воркует, как тот ангелочек. Так и хочется огреть энергетическим шаром.

Но всё равно идти всем скопом – здорово! По крайней мере, так думала Аня.

А вот финал мероприятия несколько беспокоил её.

Больше всех от нескончаемого шествия страдала Тутэлла. Страж Времени оказалась совершенно не приспособленной к таким марафонам. Может, тому виной чары врага, а может, то, что она всё делала неспешно и размеренно, имея власть в любой момент закрыть Ворота и отдохнуть в покое хоть год кряду. Тутэлла всерьёз пристрастилась к еде и уверенно превращалась в чревоугодницу, потроша бездонные корзины Ханны даже в часы сна, пока отдыхали те, кто к этому привык. Вообще в закрытом коридоре усталость, как и голод, были психосоматикой: время не шло, и жизненные процессы остановились. Даже пища выходила наружу в непереваренном состоянии, к чему Аня не сразу привыкла. Тутэллу, видимо, такие мелочи не смущали. Лакомства помогали побороть тревогу: что, если со смертью странного монстра чары не вернутся? Она не верила, что только считает себя неспособной поднять телепортационный туман или открыть Ворота. И сколько бы Кристина с Тиной ни вспоминали греческих мифов о проказах Диониса, позиций не сдавала.

Когда страж остановилась около заветных Ворот, а заняло путешествие, по земным меркам, вовсе не неделю, а добрые две, Аня почувствовала даже некоторое разочарование. Она привыкла идти в этой бесконечности, общаться с друзьями и засыпать, положив голову на Никину грудь. Хорошо, что так кстати завелась мебель!

Но вот Ханна и Маргарет, осторожно осмотревшись, выбрались на холм. И исчезли оттуда вдвоём под красным зонтиком. Тутэлла не закрывала Ворота, а только вставила в проём Тинин Ключ и провернула его, оставив в воздухе крошечное пятнышко хода в иное пространство. Объяснила, что, если оборвать связь, придётся идти ещё невесть куда, чтобы забрать Ханну и Маргарет по прошествии времени.

Их не было много часов. В малюсеньком отверстии начинало светать, но Тина с Аней, посовещавшись, решили не трогать Тени, с вечера спящие в комнате домика где-то у подножия горы. Осознать, что за эти несчётные дни спортивной ходьбы там, снаружи, минул лишь проведённый в плену врага период, было почти невозможно.

– Я соскучилась по маме, – жаловалась Аня Нике вдали от остальных, на кушетке за душевыми кабинками, расположенными с одного края их обстановки и зачарованными генерировать воду. – Не помню, чтобы мы когда-нибудь так долго не виделись. А ведь она думает, что мы со Стасей только-только вернулись с многострадальной экскурсии. Я уже даже не представляю, что было накануне похода… Ника, мы собираемся сейчас проникнуть в настоящий Ад. И можем погибнуть.

– Ханна оживит и исцелит пострадавших.

– Ханна не всесильна. Она же не вернула отца Маргарет.

– Мы не умрём, – прошептал Ника, обнимая Аню. – Тина и Соня – яркое тому подтверждение.

– Мы – нет. Но кто-то из них, – принцесса Авелилона качнулась назад, – может. Это чудовище умудрилось лишить Тутэллу чар. Даже не факт, что она сумеет вновь использовать свои дарования. И мало ли, на что ещё оно способно… И что ему нужно от нас.

– Мы обязательно победим врага, – Ника скользнул губами по её шее, и кожа покрылась волной мурашек, – мне кажется, в этом наше предназначение.

Аня развернулась к нему корпусом и положила руки на плечи, но он только покачал головой с доброй и такой родной улыбкой, а потом прижал её к себе и стал убаюкивать, словно маленькую.

– Я хочу, чтобы ты познакомилась с моей мамой, – произнёс Ника внезапно. – Что думаешь?

– Оу! – От неожиданности она захлебнулась воздухом. – Я… я не… Вдруг я… не понравлюсь ей? Она вообще знает о моём существовании?

– Знает, что есть девочка, которая позже станет матерью её внучки. И мечтает на неё посмотреть.

– Ого! Ты что, так прямо и сказал?

– Ведь это правда.

– А с внучкой этой ты не собираешься знакомить Валентину Васильевну? – смеясь, спросила Аня, удобнее устраиваясь на его коленях. – Ты предупредил маму, что ждать ребёнка придётся пять сотен лет или получить сейчас взрослой леди?

– Не вредничай. Я никогда не стану пугать матушку миром, который она не сможет понять. С неё довольно рациональных трудностей.

– Ты не говорил мне о её трудностях, – нахмурилась Аня. – И ещё ты никогда не говорил мне о своём отце.

– У меня нет отца.

– Ник, я серьёзно.

– У меня нет отца. Он бросил нас, когда я был подростком, потому что не смог осилить собственные неудачи. Предпочёл от них убежать. И мы с мамой – тоже в числе неприятностей.

– Ты не искал его?

– Я не хочу находить. Отец, оставивший сына, больше ему не отец. А вот матушка у меня замечательная. Я знаю, вы точно подружитесь! Ты влюбишься в её смородиновое варенье. И, может быть, наконец решишься рассказать о нас своим родителям.

– Не сердись.

– Я не сержусь и всё понимаю.

Ханна и Маргарет возвратились, когда часы крымчан за открытыми Воротами показывали начало шестого утра. Тутэлла повернула Ключ в просвете, и время остановилось.

Белёсый порошок в хрустальной колбе, зажатой в руках Ханны, переливался синевой.

– Надобно пользовать сие подобно твоей златой пыли, – сообщила она стражу Времени, – но обдуманно, не так богат запас, сыскавшийся у меня.

Пудры хватило, чтобы все перенеслись вперёд в далёкую даль. Путешествовать таким образом Ане категорически не понравилось. Дымка Тутэллы будто поднимала завесу между двумя частями коридора: прошёл сквозь – и всё. А тут, казалось, что-то дёрнуло прямо за кишки, вывернуло наизнанку, а потом, не особо стараясь, впихнуло обратно. От перемещения осталось головокружение, к горлу подступили съеденные запасы стряпни Ханны. Аня не сразу пришла в себя.

В джунглях смеркалось, но пронизанный зноем влажный воздух даже перед ночью не нёс и намёка на прохладу. Древний храм, перед которым оказались Лунные воины, смотрелся заброшенным вечность назад. Его оплетали экзотические растения, а некогда величественные изваяния растрескались.

Сначала путники разбрелись кто куда. Но потом столпились на покрытой сухими листьями площадке. Никакой арки не было.

– И что же из здешнего великолепия больше всего похоже на вход в Ад? – спросила Евгения Витальевна.

– Вот вход в Ад! – сказала русалка Алана, кивнув на открытые Ворота Времени. – Хвала Тритону, нам теперь нужно плыть в другой…

Арку нашла Натали. Наверно, почувствовала. Громадина стояла наверху исполинской лестницы, поросшей травой так густо, что издалека напоминала холм, – потому зрячие и не заметили.

От каменного сооружения, испещрённого вековыми разломами, веяло неестественным для здешнего климата холодком. Проход завешивала едва шевелящаяся чёрная ткань, такая старая и оборванная, будто её сотворили миллиарды веков назад.

Воины собрались вокруг. Арка казалась безнадёжно древней и загадочной. Манила и отталкивала. Никто не осмелился приблизиться к ней.

Наконец Аня нарушила тягостную тишину.

– Интересно, если зайдёшь в Ад, – громко произнесла она, – то потом можно просто выйти?

– Надеюсь, да, – неуверенно протянула Кристина, опасливо изучая строение. – Если не оглядываться74, – предположила она затем.

– А кто… проникнет туда? – почему-то прошептала Маргарет.

– Все, – решила Жаклин в своём ефрейторском стиле.

– А если есть собака? – напомнила, морщась, Евгения Витальевна. Она терпеть не могла, когда жрицы начинали командовать, потому что до их появления эта привилегия, как правило, доставалась ей.

– Атакуем, – припечатала Жаклин. – Я могу ухнуть её в земные недра.

– Так её, адскую фауну, – прыснул Ника, – какие проблемы?

Когда рваная ткань коснулась кожи, стало жутко и безысходно холодно. Что-то леденящее угнездилось глубоко внутри и стремилось наружу. Перехватило дыхание, хотелось бежать прочь, но Аня поборола этот порыв и ступила в Ад.

Широкий каменный тоннель скрывался вдали. Из него пахну́ло нестерпимым жаром. Почти у самого входа обнаружился огромный Молот – только одна ударная часть была размером с метр на метр. Но Аня не смотрела на цель посещения – её взгляд приковал к себе фантастический чудовищный пёс.

Тремя устрашающими головами он подпирал высокий пещерный свод, хвостом-змеёй яростно размахивал, со свистом рассекая накалённый воздух. Пёс разинул слюнявые пасти, подался вперёд, дохнув могильной сыростью и смрадом разложения, хотел броситься на воинов, но они все, даже Жаклин, стремглав, сбивая друг друга, выскочили из арки.

Следом, словно иллюстрация ночных кошмаров, вырвалась клыкастая анаконда – задняя часть чудовища. На мгновение Ане показалось, что весь монстр выскочит наружу, но хвост с потусторонним низким шипением вполз назад, потерявшись в искромсанной ткани.

Принцесса Авелилона прислонилась к внешней стенке арки. В ушах стоял оглушительный лай, отдающийся эхом от скалистых сводов. Вдобавок что-то больно обожгло плечо. Аня резко отпрянула от камня: на растрескавшейся поверхности осталось влажное зелёное пятнышко крошечной раздавленной лягушки.

– Милая тварь, – пробормотала, всё ещё задыхаясь, Маргарет. – Как мы будем воровать молоток, если: а) мы его не поднимем и б) тварь.

– Я бы поменяла «а» и «б» местами, дорогая, – отметила Евгения Витальевна.

– Пусть мы и выпрем его из Ада, – пробормотала Аня, потирая пульсирующее жгучей болью плечо, – не думаю, что у нас очень медленный враг. Он, конечно, не занимался спортивной ходьбой по Воротам, но от гоняющихся с такой фиговиной, пожалуй, смоется.

– Вытолкнуть из Ворот на макушку Кораблика? – предложила Тина.

– Интересно, как люди вызывали этого представителя Смерти: они что, тот молоточек поднимали? – бодро рассуждала Селена.

– Прикиньте, сколько нужно было народу, – согласился Ника. – Но ведь, наверное, они все владели магией, раз знали про Смерть.

– Да, не каждый способен сделать молоточек, вызывающий Смерть, – хмыкнула Маргарет.

– Почему? – прыснула лысая кошка. – Множество молоточков вызывает смерть, если садануть посильнее.

Аня слабо хихикнула. Окунающиеся в ночь джунгли душили. Она опустилась на раскрошенную поверхность монумента. Начали непроизвольно вздрагивать руки. Все органы будто сводило судорогой.

– Эрру мог бы быстро заскочить туда и закинуть Молот в Тинин Внутренний мир, – раздалось откуда-то издалека, словно каждый присутствующий уносился ввысь и в стороны в бесконечных тоннелях, переплетающихся в косы, разбегающихся в глубь, ныряющих в болота, где чавкающая трясина раскрывала чудовищные глаза мглистых осьминогов…

– Только молотка Смерти там не хватало! – возмутился тонкий голос Тины из-под глыб в жерле вулканического кратера. – Пусть просто вынесет его из Ада!

Аня наблюдала за препирательствами и приготовлениями откуда-то издалека. Её голова стала чугунной и пустой, там что-то звенело, странные галлюцинации гиенами разрывали окружающее. Эрру долго собирался с духом, но всё же решительно и прытко снова юркнул в арку. А потом вырвался наружу золотистым облаком, принявшим после его форму и обретшим плоть. Молот стукнул по постаменту, разгоняя гиен, во все стороны побежали трещины.

Аня смотрела на них и понимала: видоизменяющаяся реальность дрожит в её глазах. Конвульсии сотрясали тело. Или это гул от удара? А не позвал ли Эрру случайно воплощение Смерти? Аня ощущала, что позвал. Потому что казалось, будто она сейчас действительно умрёт. А потом всё подёрнулось фиолетовыми разводами, и принцесса Авелилона провалилась в лихорадочный дурман.

* * *

– Аня! – звали сквозь мглу, но она не шевелилась. Просто не могла.

Всё давило. Будущая императрица почти не дышала. Воздух пылал. Как в Аду около трёхглавого пса Цербера.

Вдруг тело волной наполнил холодный, освежающий белый свет, который поглотил жар. Аня села. Вокруг столпились взволнованные соратники. Ханна опустила руку с кольцом.

– Дорогая, ты просто ходячая катастрофа, – процедила Евгения Витальевна, пока Ника помогал встать. – Почему-то из всех нас именно тебя угораздило нарваться на ядовитую лягушку!

– Ядовитую лягушку?

– Натали сказала, в твоём теле отрава, – кивнула Маргарет. – А Крис заметила вот эту подозрительную лепёху. – И она постучала длинным чёрным ногтем около впечатанного в арку над Аниной головой характерного зелёного силуэта.

– Филломедуза, мы проходили в школе, – кивнула Кристина. – Помнишь? Их нельзя трогать.

– Ханна исцелила, уже всё в порядке, – добавила Маргарет, потому что Аня побледнела, хватаясь за плечо Ники. – И мы идём убивать королеву-Кораблик! А потом наконец-то наступит мой день рождения. Только уж простите, отмечать его в Воротах я теперь точно не стану. Ещё выслушивать «поздравления» антрепренёра, за что всем большое спасибо.

– А где Молот? – подозрительно спросила принцесса Авелилона.

– В моём Внутреннем мире, – сквозь зубы выдавила Тина. – И потому давайте, пожалуйста, поторапливаться. А если хотите болтать, таскайтесь с ним сами!

Спустя несколько часов в коридоре Времени Кристина, Жаклин, Евгения Витальевна и Ника заканчивали вычерчивать сложную инженерную схему на большом ватмане, взгромождённом на три сдвинутые квадратные тумбы. Они силились верно рассчитать точку для открытия портала, в который Эрру надлежало вынести Молот, чтобы рухнуть вместе с ним на врага. Исходником для проектировки служило зеркало Натали, где силами старшей жрицы отражалась полоумная Свичелли – испещрённая обломками корабля женщина-монстр, застывшая у окна подводного замка – так, как стояла в реальности в момент, когда из джунглей Амазонки воины вернулись в Ворота и провернули в светящемся проёме Ключ.

Аня сидела поодаль, и, выворачивая шею, рассматривала кожу в районе правой лопатки. Там не осталось, конечно, никаких следов от некстати попавшегося земноводного.

– А что ты видела? – допытывалась Тина, пытаясь отвлечься от мыслей о Молоте Смерти во Внутреннем мире. – Крис сказала, яд филломедузы вызывает галюны, их ещё индейцы используют, чтобы в транс входить. Но не в таких лошадиных дозах, как ты, конечно. Блин, жалко, что умереть не успела.

Аня вытаращила глаза на будущую дочь.

– Что? Ханна бы всё равно оживила, тебе что, неинтересно узнать, каково это – умереть хоть на пять минуточек? Расскажи мне о галлюцинациях. Классно?

Принцесса Авелилона хмыкнула. Что там Ника говорил об опасениях, как бы Тина чего лишнего не попробовала в пылу энтузиазма?

– Скажи «нет» наркотикам, – пошутила она. – Ничего хорошего в галлюцинациях нет. И быть при смерти мне не понравилось.

– Вашему Высочеству нечего о таком думать, – вторила подкравшаяся Селена. – Вы мне это бросьте!

Аня не участвовала в подготовке инженерной схемы не только потому, что черчение за неё весь семестр делала втайне от учительницы мама. На самом деле она просто гнала от себя размышления о том, что произойдёт, если они промахнутся или, того хуже, если Молот не поможет. И принялась молиться, сама не понимая, кому, когда операция по уничтожению Кораблика началась.

Принц Эрру, бледный до синевы и со взмокшей растрёпанной чёлкой, в очередной раз изучил раскрашенную фломастерами инструкцию. Ника снова и снова показывал сжимающей Тинин Ключ Тутэлле место на застывшем в зеркале изображении, сверяя с ней высоту и ширину Ворот, которые следовало открыть. Кристина натужно проверяла какую-то формулу, но в результате объявила, что расчёты верны.

Они и были верны. Обернувшийся золотым облаком Эрру нырнул куда-то в грудь Тины, страж открыла Ворота, у которых Крис держала две большие линейки, обломанные по рассчитанным ширине и высоте. Их наколдовала Ханна.

Сверкающая дымка из будущей дочери Ани порхнула в возникший проём. Тутэлла сомкнула его Ключом. Повисла пауза.

– Да проверяй же! – первой не выдержала Евгения Витальевна.

Зеленоватая от волнения Тина сжала кулаки.

– Свет и Разум, не дайте ему попасть в беду, – шептала она.

Потом Эрру рассказывал, что под весом обретшего форму Молота ухнул прямёхонько на макушку врага. Монстра расплющило. И принц уж думал, что отделается парой ушибов, когда…

Чертёжники в своих расчётах не учли одно маленькое, но весьма существенное обстоятельство: едва филигранно сброшенный Молот отправил Свичелли на попечение трёхглавого Цербера (или куда там попадают почившие в бозе чудовища?), на месте её не существовавшего автономно замка образовалось громадное воздушное пространство под водой, совсем недалеко от береговой линии. Туда тут же ринулось море, перепугав Тининого принца, и без того чувствовавшего себя камикадзе. К счастью, он не утонул, чтобы умереть хоть на пять минуточек, а лишь отделался шоком. Но мини-цунами, созданное стараниями Лунных воинов, затопило побережье, нанеся немалый урон. К счастью, обошлось без человеческих жертв: Аня потом внимательно следила за новостями.

Следовало ещё найти Священный камень.

Задним умом все оказались крепки – так что изумляться, как это одиннадцать человек и две кошки не догадались сначала стянуть похищенную у туристов экипировку, и только потом огревать врага по уязвимой макушке, охочих нашлось много. Правда, о вещах Ане с Тиной скоро было велено больше не заикаться: Натали гадала на зеркале, пытаясь обнаружить Священный камень в море и на ближайшей суше, а остальные наперебой убеждали друг дружку, что, раз со смертью врага силы стража Врат Пространства и Времени полностью возвратились к Тутэлле, то и артефакт обязательно отыщется, просто его невесть куда унесло водой.

По песчаному дну камень потом выискивала русалка Алана. Тина и Аня во всём этом уже не участвовали – они поспешили заменить свои Тени, чей здоровый сон уже тревожил маму. И усиленно вспоминали, на чём прервалась бытовая жизнь столько недель назад вечером накануне.