— Разве ты не богатый? — удивляется Брэд. — Ты что, не можешь нанять для этого людей?

— Если у меня два ресторана, это еще не значит, что я богач. Даже близко не так. И зачем мне кого-то нанимать, если у меня есть вы, ребята?

— По крайней мере, мы тащим все это вниз, а не наверх, — замечает Тео.

— Вот, учись у сына, Брэд. Главное — оптимизм.

Осталось немного. Лили не понадобится бóльшая часть вещей, поскольку у меня дома уже есть необходимая мебель. Все, что останется, Лили отдаст в местный приют для жертв домашнего насилия. Сегодня к полудню мы должны освободить ее квартиру.

Из всех моих знакомых фургон есть только у Брэда, поэтому они с Тео помогают перевезти вещи, которые не помещаются в наши машины: коляску Эмерсон, телевизор из гостиной, несколько картин…

Джошу повезло. Он сейчас на тренировке по бейсболу, поэтому мы таскаем тяжести без него.

Несколько месяцев назад я очень удивился, когда брат сообщил мне, что идет на отборочные испытания. Его взяли в команду, и теперь он все свободное время посвящает спорту. Мы с Лили не пропустили ни одной его игры, — о чем он и не догадывается.

Я отправлял его расписание и нашей матери, но она пока на стадионе не появлялась. И всего лишь раз пришла на семейный ужин — один из тех, что я устраиваю по вторникам. Я надеялся, что она проявит больший интерес к жизни Джоша. С другой стороны, я совсем не удивлен. Думаю, брат тоже. Мы с ним не зацикливаемся на том, что не получается исправить. Другие вещи, которые нам удаются, гораздо важнее, и мы за многое благодарны судьбе. Особенно за то, что я получил опеку над братом, и за то, что Лили и Эмерсон переезжают к нам.

Не перестаю изумляться, как круто и внезапно порой меняется жизнь. Еще год назад я и представить не мог, каким стану сейчас.

Спустившись по лестнице, я встречаю Лили, которая с улыбкой направляется наверх. Она мимоходом меня целует и взбегает по ступенькам.

Тео качает головой:

— До сих пор не могу поверить, что она дала тебе шанс.

Не выпуская из рук коробку с вещами, он спиной толкает входную дверь, а затем придерживает ее плечом для нас с Брэдом.

На подземной парковке я замираю как вкопанный. Рядом с фургоном Брэда останавливается машина Райла.

Меня охватывает тревога. Я не сталкивался с Райлом долгие месяцы — со времен неудавшейся драки в ресторане. Даже не знаю, свыкся ли он с мыслью, что мы с Лили теперь вместе. Судя по взглядам в мою сторону, смириться ему только предстоит.

Райл приехал не один. С пассажирской стороны выходит мужчина. Судя по рассказам Лили, это Маршалл, зять Райла. Я уже знаком с матерью Лили, Алисой и Райли, а вот Маршалла вижу впервые.

Я подхожу к фургону и ставлю в кузов коробку с вещами, при этом наблюдая за соседней машиной. Тео и Брэд, ничего не заметив, направляются обратно в дом. Райл остается за рулем. Маршалл берет на руки Эмерсон, захлопывает дверцу и подходит ко мне.

— Привет. — Он протягивает руку. — Ты Атлас, да? Я Маршалл.

Я отвечаю на рукопожатие:

— Да. Рад познакомиться.

Узнав меня, Эмерсон едва не выпрыгивает у Маршалла из рук, и ему приходится крепче ее ухватить. Шагнув вперед, я осторожно забираю малышку.

— Привет, Эмми! Как прошел день?

Пару мгновений мы с Маршаллом наблюдаем за девочкой, а затем он предупреждает:

— Будь осторожен. Она сегодня дважды срыгнула на Райла.

— Ей нехорошо?

— Она здорова, просто весь день за ней присматривали два мужика. Обе девчонки объелись сладкого на завтрак. А потом был полдник. И обед, и еще один перекус. — Махнув рукой, Маршалл добавляет: — Лили с Иссой уже привыкли.

Эмерсон протягивает ручонки и снимает с меня солнечные очки. Она пробует нацепить их себе на нос, но выходит криво, и я ей помогаю. Она мне улыбается, я улыбаюсь в ответ.

Маршалл косится на машину, в которой остался Райл, а затем переводит взгляд на меня.

— Прости, что он не вышел поздороваться. Никак не привыкнет, что она будет жить у тебя.

Маршалл говорит не о Лили. Он смотрит на Эмерсон. Я киваю, давая знать, что все прекрасно понимаю.

— Ничего страшного. Ему, должно быть, нелегко.

Маршалл взъерошивает волосики на голове у Эмми.

— Ну все, я поехал, не буду путаться под ногами. Рад был наконец-то с тобой познакомиться.

— Я тоже.

Я действительно рад. Думаю, если бы не обстоятельства, мы с Маршаллом наверняка подружились бы.

На полпути к автомобилю Райла он останавливается и, обернувшись ко мне, говорит:

— Спасибо. Лили очень близкая подруга моей жены, так что… Спасибо, что Лили теперь счастлива. Она это заслужила. — Маршалл трясет головой и отступает на шаг. — Все, пойду, пожалуй, пока нам обоим не стало неловко.

Он возвращается в машину, а мне даже жаль, что мы так мало поговорили. Я бы тоже сказал ему спасибо. Его поддержка много значит для Лили.

Маршалл захлопывает пассажирскую дверцу, Райл заводит мотор, и они уезжают.

Я смотрю на Эмми, которая пожевывает дужку очков.

— Пойдем скажем мамочке «привет»? — Я направляюсь к зданию, а Лили, оказывается, уже стоит у двери на лестницу!

Встретившись со мной взглядом, она быстро смахивает слезы. Почему она плачет? Я замедляю шаг, чтобы она успела вытереть глаза перед встречей с Эмми. И, конечно, уже несколько секунд спустя Лили обращает к нам широкую улыбку.

— Ну как, весело было с папочкой? — спрашивает она, покрывая личико Эмми поцелуями.

В ответ на ее взгляд я поднимаю брови: почему ты плакала? Лили кивает в сторону парковки, откуда недавно уехал Райл.

— Это был важный момент, — объясняет она. — То есть я знаю, Райл приехал с Маршаллом, но все же… Он передал Эмми тебе… — Ее глаза вновь наполняются слезами, и она вздыхает, порицая себя за слабость. — Теперь главные мужчины в жизни Эмерсон хотя бы притворяются, что ладят ради нее. Это прекрасно.

Я тоже рад. Лили, конечно, была наверху и не видела, что ко мне вышел Маршалл, а не Райл, и все-таки мы сделали шаг в верном направлении. Думаю, для меня и Райла этот момент не менее важен, чем для Лили.

Мы только что доказали, что способны действовать сообща, несмотря на все «но».

Я вытираю слезы у Лили со щек и коротко ее целую.

— Люблю тебя. — Веду ее к лестнице, приобняв за талию. — Еще один подъем и спуск, и ты застрянешь со мной навсегда.

Лили смеется:

— Жду не дождусь!