Ты дома?

Сообщение от Атласа. Я отвечаю:

Пока да. А что?

Кладу детское питание в сумку, где уже лежат подгузники, и, покружив по комнате, собираю для Эмерсон сменный комплект одежды. Не забываю и про молочную смесь, поскольку больше не кормлю дочку грудью.

— Ну что, готова ехать в гости к Райли? — спрашиваю я у Эмми, подхватывая ее на руки.

Услышав имя «Райли», она смеется.

Сегодня утром, забрав дочку, я рассказала Алисе и Маршаллу обо всем, что произошло у нас с Райлом. Алиса поддержала мое решение показать его сообщения адвокату. И согласилась, что настало время для серьезного семейного разговора. Я, конечно, волнуюсь, но, по крайней мере, Алиса и Маршалл не дадут меня в обиду.

Как только я с Эмми на руках подхожу к двери, раздается стук. Я заглядываю в глазок и с облегчением вижу Атласа. Только младшего брата с ним нет. У меня сжимается сердце. Неужели Джош предпочел отца? Я распахиваю дверь.

— Что случилось? Где Джош?

Атлас улыбается, и моя тревога мгновенно рассеивается.

— Все хорошо. Он у меня дома.

Я выдыхаю.

— Слава богу. А почему ты пришел?

— Да вот ехал мимо твоего дома в ресторан и подумал, не забежать ли за обнимашками.

Я расплываюсь в улыбке. Атлас придерживает для меня дверь. Он не может полноценно меня обнять, так как я держу Эмерсон, поэтому быстро целует меня в висок.

— Врунишка. Мой дом не по пути к ресторану. К тому же сейчас воскресенье, и у тебя выходной.

— Потом объясню, — отмахивается он. — А вы куда сейчас?

— К Алисе. Мы сегодня ужинаем вместе. — Я поднимаю сумку с детскими вещами, однако Атлас ее перехватывает и закидывает на плечо.

— Я вас провожу.

Эмми тянется к Атласу и приводит в крайнее удивление нас обоих, когда охотно переползает к нему на руки. Она утыкается личиком ему в грудь, и это зрелище заставляет меня замереть. Атлас тоже замирает, а затем улыбается мне и начинает спускаться по лестнице. Всю дорогу к машине мы держимся за руки.

Я забираю у Атласа Эмми и пристегиваю ее к детскому креслицу. Наконец наступает момент, когда мы можем обняться по-настоящему, и Атлас притягивает меня к себе. Его объятия заменяют целый разговор. Он так крепко меня стискивает, словно хочет забрать с собой частичку меня.

— И все-таки куда ты собрался? — интересуюсь я, когда мы размыкаем объятия.

— Я правда еду в ресторан, — говорит Атлас. — Я попросил Саттон о встрече. Нам надо серьезно поговорить насчет Джоша, и я предпочитаю беседу с глазу на глаз. Она обожает скандалить на публике, этой радости я ее лишу.

— Ого. А я, если честно, еду к Алисе, чтобы поговорить с Райлом. При свидетелях, как и планировала. Похоже, сегодня у нас День решения проблем?

Атлас негромко усмехается:

— Надеюсь.

Я целую его.

— Удачи!

— И тебе. Будь осторожна и позвони мне, как только освободишься. — Он целует меня на прощание и добавляет: — Люблю тебя, милая.

В машину я сажусь с улыбкой. Люблю тебя, милая. Выезжая с парковки, я все еще улыбаюсь. Меня саму удивляет такое хорошее настроение, учитывая, куда я направляюсь. Вдобавок ко всему это будет скорее спонтанное вторжение, чем запланированная встреча. Да, я действительно еду на ужин к Алисе и Маршаллу, вот только Райл об этом не подозревает. Тем более о цели моего визита.

* * *

— Лазанья? — уточняю я у Маршалла, едва он мне открывает.

Я даже из коридора учуяла чеснок и томаты.

— Это любимое блюдо Алисы. — Захлопнув дверь, он протягивает руки к Эмми и прижимает ее к себе. — Ну-ка, иди к дяде Маршаллу!

Он корчит рожицу, и малышка хихикает. Она его обожает; в принципе, сложно найти ребенка, которому Маршалл не по душе.

— Алиса на кухне, да?

Кивнув, Маршалл шепотом добавляет:

— И он тоже. Мы не сказали, что ты приедешь.

— Хорошо.

Проходя мимо гостиной, я вижу, что за Райли присматривает бабушка — мать Райла и Алисы. Я машу, она улыбается в ответ, однако я не задерживаюсь, чтобы поговорить. Мне нужна Алиса.

На кухне я первым делом вижу Райла — облокотившись на барную стойку, он непринужденно болтает с сестрой. Заметив меня, он замирает и выпрямляется.

Я не реагирую. Не хочу, чтобы он возомнил, будто все еще каким-то образом на меня влияет.

Кивнув мне, Алиса закрывает дверцу духовки.

— Ты как раз вовремя. У нас есть сорок пять минут, пока готовится лазанья.

Она откладывает в сторону прихватки и приглашает нас обоих за стол.

— Что это вы затеяли? — спрашивает Райл, попеременно глядя то на меня, то на сестру.

— Надо поговорить. — Алиса кивком просит его сесть.

Райл раздраженно вздыхает и все же занимает место напротив меня и Алисы. Откинувшись на спинку стула, он складывает руки на груди. Алиса смотрит на меня, предоставляя мне право начать.

Не понимаю, почему до сих пор не трясусь от страха. Вероятно, Атлас, поговорив с Райлом, отмел мои тревоги. Да и присутствие Алисы и Маршалла дает мне дополнительную защиту. Даже присутствие матери Райла, пусть она и не знает, что сейчас происходит. Рядом с матерью Райл держит себя в руках, так что я благодарна ей за приезд.

Я не трачу время на выяснение, что именно придает мне сил, а сразу пользуюсь этим преимуществом.

— Вчера ты спрашивал, говорила ли я с адвокатом, — обращаюсь я к Райлу. — Да, говорила. И у нее возникла пара предложений.

Райл закусывает нижнюю губу. Затем приподнимает бровь, давая понять, что слушает.

— Я хочу, чтобы ты прошел курс управления гневом.

Райл смеется. Он встает, готовясь задвинуть стул и закончить разговор, однако вмешивается Алиса:

— Пожалуйста, сядь.

Райл глядит на сестру, затем на меня и снова на нее. Проходит несколько секунд. Должно быть, он чувствует себя обманутым, но ни я, ни Алиса не намерены его жалеть.

Райл любит и уважает сестру, так что, несмотря на раздражение, возвращается за стол.

— Пока ты проходишь курс, я предпочла бы, чтобы ваши с Эмерсон встречи проходили здесь, — говорю я. — Или в других местах, но в присутствии Маршалла или Алисы.

Райл косится на сестру, как на предательницу. Раньше у меня по спине пробежал бы холодок, теперь — нет.

Я продолжаю:

— А потом, в зависимости от того, как ты продолжишь общаться со мной, мы всей семьей решим, можно ли оставлять с тобой девочек без надзора.

— Девочек?! — изумленно восклицает Райл и взывает к Алисе: — Она что, убедила тебя, будто я могу навредить собственной племяннице?

Дверь распахивается, на кухню заходит Маршалл. Он занимает место во главе стола и окидывает взглядом собравшихся.

— Девочки в гостиной, под присмотром твоей мамы, — сообщает он Алисе. — Что я пропустил?

— Ты об этом знал? — поворачивается к нему Райл.

Немного помедлив, Маршалл подается вперед.

— Знал о чем? Что на прошлой неделе ты слетел с катушек, схватил Лили и прижал к двери? Или о твоих сообщениях? Или об угрозах, которыми ты сыпал, как только речь зашла про адвоката?

Райл изумленно таращится на друга, багровея на глазах. Однако ничего не делает: понимает, что загнан в угол.

— Налетели, как коршуны, — бормочет он, качая головой.

Райл не скрывает досады и раздражения. Возможно, чувствует себя в ловушке. Понимаю. Придется выбирать: либо пойти нам навстречу, либо вконец рассориться с близкими.

Он поднимает на меня потухший взгляд.

— Что еще?

— Я слишком долго тебя прощала, Райл. Ты сам прекрасно знаешь. Отныне заруби себе на носу: ради спокойствия Эмерсон я готова на все. Если продолжишь вредить мне или ей, я продам все свое имущество, чтобы призвать тебя к ответу в суде.

— А я ей помогу, — добавляет Алиса. — Несмотря на то, что ты мой любимый брат.

У Райла подрагивает челюсть, но в остальном он владеет собой, лишь переводит взгляд с Алисы на Маршалла. Напряжение в комнате почти осязаемо, и в то же время я чувствую огромную поддержку. Я благодарна друзьям до слез.

И мне до слез жалко тех несчастных, кому в подобных ситуациях не на кого опереться.

Довольно долго Райл молчит. Наконец отодвигается от стола, встает и направляется к двери. На пороге оборачивается.

— В этот четверг у меня выходной, — сообщает он, избегая наших взглядов. — Я приду сюда в десять, чтобы побыть с Эмерсон.

Как только он выходит из комнаты, моя броня дает трещину, и я буквально рассыпаюсь. Алиса обнимает меня за плечи, однако я плáчу не от горя, а от огромного облегчения. Мы выполнили крайне важную задачу.

— И что бы я без вас делала, — говорю я сквозь слезы, прижимая к себе Алису.

Она гладит меня по голове.

— Совсем пропала бы, что же еще.

Мы обе откуда-то находим в себе силы рассмеяться.