В комнате стояла бархатная кушетка для психоанализа кроваво-красного цвета, которая в общей серой гамме помещения выделялась особенно ярко. На стене висела картина в китайском стиле: вдали зеленели горы, волны плавно накатывали на берег, а в лодке умиротворенно сидел рыбак. В кабинке сочетались два разных стиля – европейская ретроэстетика и китайский философский минимализм. Как удивительно, что эти два стиля в этом кабинете не противоречили друг другу.

– Лин, в каждом из нас существует множество зерен личностей. Какими бы они ни были, это самая настоящая часть нас. Никаких оценок, никаких границ, никаких сомнений. Сейчас сосредоточься на какой-то точке внутри себя и позволь им медленно появляться одна за другой. Ты встретишь своих внутренних вторичных личностей – все они являются частью твоей личности. Закрой глаза и следуй за своим сознанием. Тихо спроси себя: «Какие у меня есть вторичные личности?»

Голос Чжан Яна стал медленным, словно волны, которые накатывают и переливаются на свету. Следуя его голосу, я закрыла глаза и положила руки на грудь. В такой позе я показалась себе похожей на мученицу.

Я представила, как мотнула головой, пытаясь выбросить из головы эту тревожную ассоциацию, но в реальности этого не сделала. Перед моими глазами появился темный тоннель.

Я продолжала слышать Чжан Яна:

– Мой голос станет ветром, дождем, всем, что существует в твоем сне. Он будет следовать за тобой, куда бы ты ни пошла, и в нужный момент напомнит тебе, что нужно вернуться. Лин, иди вперед не спеша и расскажи мне, что ты видишь.

Темный тоннель, вокруг влажные каменные стены, покрытые каплями воды. Пол был тоже весь залит водой, словно мы находились в глубокой шахте. Мои ноги уже промокли, было холодно и влажно. Я протянула руки вперед, пытаясь нащупать путь.

Я чувствовала прохладу за своей спиной, будто кто-то наблюдал за мной или животное медленно подкрадывалось, готовое к атаке. Мне казалось, что я ощущаю его осторожные шаги, подготовку к прыжку.

Мне было страшно, очень страшно.

– Иди вперед, Лин. Если слишком темно, зажги свет, – раздался эхом голос в тоннеле. Я не могла определить, чей это голос – он был похож на голос Чжан Яна, но одновременно и на голос Чэн Ю, или, может быть, голоса их обоих слились воедино.

В моей руке внезапно появился фонарь. Я высоко ее подняла и увидела перед собой извилистый коридор. Капли воды падали с потолка, образуя лужи под моими ногами, отражая свет и создавая бесконечные отблески.

Я глубоко вздохнула и двинулась вперед.

Я услышала горестный плач, похожий на рыдания маленькой девочки. Он звучал смутно, и я не могла понять, откуда он исходит.

– Иди вперед, Лин. Не сомневайся.

Голос звучал изнутри меня. Я больше не старалась понять, чей это голос, просто подняла фонарь выше. Теперь я начала различать детали: это была масляная лампа с черным металлическим корпусом, тяжелая и надежная.

Слева.

Фонарь осветил путь, и я определила, откуда исходит звук. Я больше не колебалась и уверенно выбрала путь.

Я шла босиком, от холодной воды под ногами по спине бежал озноб, иногда я наступала на острые камни. Но фонарь в моей руке светил ровным светом, помогая различить усыпанный неровными булыжниками путь.

Плач не прекращался, и у меня уже не было времени думать о том, кто наблюдает за мной сзади. Я просто шла вперед.

Затем я увидела впереди огромный камень, на котором сидела белая фигура – она рыдала, закрыв лицо руками. Я подняла фонарь еще выше и разглядела, что это маленькая девочка с длинными волосами.

– Кто ты? – крикнула я ей издалека, опасаясь, что она может причинить мне вред.

– Меня зовут Кристи. Я заблудилась, я не могу найти дорогу домой. Ты пришла, чтобы спасти меня? – подняла голову и всхлипнула девочка.

Ее черты лица были размыты, хотя между нами было около десяти метров. Она казалась такой беззащитной, одинокой в темноте тоннеля, должно быть, ей было очень страшно и тоскливо.

Я на секунду замешкалась, затем медленно двинулась к ней.

Подходя ближе, я увидела ее лицо: бледное, с мокрыми черными прядями волос, разметавшимися по щекам, словно черные нити.

Ее зрачки начали расширяться, словно она увидела что-то ужасное.

– Я не причиню тебе вреда, – тихо сказала я. Но она лишь широко раскрыла рот, словно ее горло сдавило от ужаса, и она не могла издать ни звука.

В ее расширенных глазах я увидела свое отражение. За моей фигурой с фонарем, напоминающей рыцаря, маячил силуэт – черное, блестящее существо ночи. Оно было огромным, и его тень затмевала все, куда падал свет. Холод пробежал по моему позвоночнику, когда я осознала его присутствие.

– Здравствуй! – раздался глухой рык за моей спиной.

Я не могла набраться смелости повернуться, фонарь в моей руке задрожал. Я чувствовала, как это существо приближалось ко мне, уловила его тяжелый, хищный запах.

Маленькая девочка упала на землю, попыталась отползти назад. Песчинки сыпались сверху, а за ее спиной возвышалась твердая скала. У нее не было выхода – нет, у нас обеих не было выхода. Тогда я схватила ее за руку и помчалась вглубь тьмы.

Ее рука была такой холодной и маленькой. За нами раздался душераздирающий рев существа.

Мы бежали по тоннелю. На ногах у девочки были красные туфли на каблучках, которые громко стучали по земле, создавая эхо. В моей голове была только одна цель: спасти ее, вытащить ее отсюда!

– Беги, Кристи! Беги! – коротко крикнула я, затем инстинктивно обернулась, чтобы взглянуть на чудовище, которое преследовало нас.

Темная тень неслась на нас в лучах света, затем вскочила на камень. Я увидела его глаза – зеленые, как два блуждающих огонька в темноте.

– Нет! – крикнула я, а сколько хватало легких. Голос эхом разнесся по тоннелю, и мне показалось, что мир вокруг начал вращаться. Чудовище пыталось схватить меня! Схватить! Меня!

– Сейчас, я хочу, чтобы ты немедленно вернулась из своего психологического мира. Слушай меня: один, два, три. Ты должна срочно покинуть этот тоннель. Свет загорится, помни, где ты находишься. Я твой психотерапевт, и я приказываю тебе вернуться! – раздался мужской голос в тоннеле.

Свет и тьма сплелись в бесконечную цепь. Я пробиралась через слои реальности и очутилась снова на кушетке. Открыв глаза, я увидела Чжан Яна совсем близко, он напряженно вглядывался в мое лицо.

Машинально я оттолкнула его, и он упал на пол. Я с трудом поднялась с кушетки, все еще дрожа от страха.

– Никогда раньше не встречал такого пациента, как ты. Я настолько страшный? – спросил он, усмехнувшись.

– Ой, простите, простите, – извинилась я, хотя понимала, что мой внутренний страх перед Чжан Яном был слишком силен. Я никогда ему не доверяла. Я согласилась на терапию только потому, что у меня не было выбора. Я хотела спасти Чэн Ю, вытащить его из опасного мира, в который он попал.

– Ты встретила свою первую вторичную личность, да? По-моему, ты назвала ее Кристи, правильно? Как она выглядит? – с интересом спросил Чжан Ян.

– Она маленькая, очень хрупкая, ей лет семь-восемь, прячется в тоннеле, и там есть какое-то чудовище, которое ее пугает. Я не успела хорошо рассмотреть это существо. Что это такое?

Чжан Ян внимательно смотрел на меня, его выражение становилось все более серьезным:

– Это твоя вторичная личность, Лин. То чудовище, все существа, которые появляются в твоем психологическом пространстве, являются частью тебя.

Я молча смотрела на Чжан Яна. Он явно не шутил. Красная кушетка подо мной стала казаться такой яркой, что я почувствовала резь в глазах. Она как будто отделилась от остального серого интерьера, пытаясь прорваться сквозь него. А картина в китайском стиле на стене и украшения за дверью превратились в неестественную пародию на себя прежних.

– Теперь ты понимаешь, что чувствует Чэн Ю. В каждом из нас живут различные вторичные личности. Рина или, скорее, Энтони бросают вызов пределам твоего наставника, им интересно, сможет ли он победить свои темные стороны. Эта битва продолжается, – сказал Чжан Ян. В его взгляде не было больше ни следа обычной насмешливости, вместо нее появилась… грусть.

– А что же у вас в душе? Какие вторичные личности живут в вас? – спросила я.

– Угадай! Возможно, там живет любимец публики, самый большой романтик в мире, – рассмеялся он, и прежний Чжан Ян вернулся.

Я все еще была под впечатлением от того, что сейчас произошло. Это было похоже на сон, но я наполовину была в сознании. Может быть, этот длинный, глубокий тоннель – это и есть мое психологическое пространство?

Должно быть, мой взгляд помрачнел: внезапно я поняла, что все это время блуждала во тьме и ни на миг не вышла из нее.

– Когда проведем следующий сеанс расщепления личности? – подняв голову, спросила я Чжан Яна. Я уже приняла решение: я должна найти все ответы и вместе с Чэн Ю выйти к свету.

– Ты действительно хочешь продолжить? – удивился он.

– Да. Я хочу понять, что такое расщепление образов личности, – тихо ответила я. Капельки холодного пота все еще блестели у меня на лбу, и я аккуратно их вытерла.

Чжан Ян помолчал, затем улыбнулся:

– А ведь Чэн Ю – настоящий счастливчик.

Мой лицо залилось краской, но я притворилась, что не поняла его намека.

Однако он тут же сменил тон:

– Только учти, расщепление образов личности коснется самых глубоких уголков твоего сознания. Будь осторожна. Как только ты ступишь на эту дорожку, назад пути не будет. Твои вторичные личности могут стать все ярче и сильнее, повлияют на твою основную личность. Они могут чаще появляться, изменяя твой почерк, стиль одежды. Когда они станут доминировать, твой характер тоже может измениться.

Он сделал паузу и снова спросил:

– Ты все еще хочешь продолжить?

Я кивнула:

– Я буду продолжать.

В тот день я впервые встретила Кристи и увидела то чудовище, которое скрывалось в глубинах моей души. После этого многое произошло. Странным образом после первого расщепления образов личности я стал лучше понимать Рину. Наверное, в каждом из нас живут другие личности. Одна может называться Энтони, другая – кем-то другим.

Только сейчас я понимаю свой выбор. Да, я хотела помочь Чэн Ю. Но тогда я не осознавала другой, сильный импульс внутри себя – желание увидеть себя такой, какая я есть. После этого во мне больше не останется страха.

Я бежала к огромной ветряной мельнице, которую нужно было победить.

Это был мой враг.