В тот день консультация тянулась очень долго, и я почти могла слышать, как время медленно течет, словно свист, клубясь вокруг меня.

Из кабинета для консультации не доносилось ни резкого плача девушки, ни гневных угроз. Однако это спокойствие наполнило меня еще большей тревогой. Я чувствовала темную энергию, которая незримо закручивалась, словно мрачные подводные течения.

Что же происходило в кабинете?

Спустя несколько дней я увидела записи консультации, сделанные Чэн Ю, и постепенно начала понимать состояние Рины. Мои пальцы скользили по гладким страницам блокнота с неразборчивыми записями наставника – Чэн Ю предпочитал вести запись от руки, а я позже аккуратно переносила все на компьютер.

Запись № LN001: Консультация с Чэн Ю № 1

Пациентка: Я бы хотела знать, какие еще у вас есть методы?

Психотерапевт: Я думал, что ты воспримешь это как помощь.

Пациентка: Ну да, вы просто используете меня как полигон, чтобы выяснить, кто из вас круче. Я уже все поняла.

Психотерапевт: Как обстоит дело со сном?

Пациентка: Чей сон вас интересует?

Психотерапевт: Твой.

Пациентка: Которой из нас?

Психотерапевт (пауза): Той, кто ближе всего к тебе.

Пациентка: Тогда это Энтони. (Она скрестила руки, выражение ее лица теперь кардинально отличалось от того, что было десять минут назад. Она резко выпрямилась и даже стала казаться выше.)

Пациентка: Меня зовут Энтони.

Психотерапевт: Привет, Энтони.

Пациентка: Нельзя так легко вызвать меня и отправить обратно, как какого-то случайного туриста.

Психотерапевт: Кто тебя вызвал?

Пациентка: Не притворяйтесь. Это все вы.

Психотерапевт: Где ты был до этого?

Пациентка: В месте, которое вы не видите. Рине тогда я был не нужен, и я подчинился ее желанию.

Психотерапевт: А сейчас?

Пациентка: Рина подчиняется мне. У меня есть вопрос к вам: нравится ли вам философия Ницше?

Психотерапевт: Я знаком с ней, но не могу сказать, что она мне сильно нравится.

Пациентка (девушка сморщила нос, стала говорить интонациями юноши с признаками маниакальной чистоплотности): Мы изучали Ницше целый семестр, готовила школьный реферат и все больше открываю для себя его мощь. У Ницше тоже было множество личностей, но он развил «сверхчеловека» в своей личности до невероятного уровня, и это сделало его философию настолько масштабной. Я – «сверхчеловек» Рины.

Психотерапевт: Я помню твой танец «Одинокий огонек». Не хочешь поговорить о кавер-танцах?

Пациентка: Еще раз повторю – это была Рина, а я – Энтони!..

* * *

Запись обрывается на этом. Чэн Ю не отметил, что произошло дальше.

Я закрыла блокнот. В целом можно сказать, что консультация была чрезвычайно противоречивой, практически неудачной.

Чэн Ю продолжал спокойно рисовать картину в стиле гохуа.

– Наставник, Рина очень опасна! – сказала я.

– Почему ты считаешь ее опасной? – спросил он.

– Она находится на грани раздвоения личности! – ответила я.

– Лин, а если я скажу, что каждый из нас имеет потенциальные множественные личности? Как ты определяешь свое «я»? Ты уверена, что в твоем теле существует только одна личность?

Чэн Ю невозмутимо выводил линии на бумаге, похожие на облака.

– Наши предвзятые представления о вещах создают конфликты, а не сами вещи, – сказал он.

Я задумалась над его словами. Чэн Ю снова давал объяснения, которые выходили за рамки логики. Он всегда действовал нестандартно.

Но беспокойство не покидало меня, даже когда Чэн Ю спокойно работал в кабинете. Что-то уже произошло, и я это чувствовала.

Да, я была права, почему я не доверилась своему чутью?

Чэн Ю, подобно мученику, уже однажды применил радикальный метод лечения, когда работал с Цзи Чэном, юношей, страдающим маниакальным расстройством. Упрямство могло затянуть его в болото. Болото испускало темные пары, постоянно опасно пузырилось, и если бы он там погряз, то уже никогда бы не выбрался..

Да, почему я не высказала свой страх и тревогу? Если бы я это сделала, могло ли бы что-то измениться?