Кирилл и Стас на новогодних праздниках ездили на три дня в лагерь при спортшколе, где усиленно занимались. Женька тоже хотел, но у родителей не было лишних денег.

– Теперь бы я тебе в спарринге не уступил, – похвастался Кирилл.

Женька пожал плечами: не факт. Сам он все праздники отжимался от пола и качал пресс. А еще подтягивался на турнике во дворе. С начала занятий похудел еще на размер и стал как брат. Теперь Пашкина стройность не раздражала, в весе они почти сравнялись.

После случая с Олей Кирилл стал нервным и начал придираться к Кате. Вечно критиковал и выражал недовольство, что Женька с ней общается.

– Ничего хорошего в ней нет, она как все, – цедил он.

Женька молчал – не будешь же ссориться с другом.

Хотя самого его эта ситуация напрягала: если Кириллу не повезло, зачем переносить это на других? Тем более Женька с Катей просто общаются, без глупостей. Катя всегда с уроками поможет, да и поболтать с ней прикольно. И про Женькиных друзей ничего плохого не говорит. Так что зря Кирилл кипятится.

В субботу родители уехали на дачу, как обычно. С этого года они разрешили Пашке и Женьке оставаться дома одним – уже не маленькие. И бутерброды нарежут, и яичницу пожарят, и глупостей не наделают. На тренировку всех отвез папа Стаса, он же и забрал. Кирилл с Женькой сидели сзади, Стас – рядом с отцом. Он щелкнул смартфоном, а потом долго возился. Затем показал фотографию: на ней у Женьки были выпученные рыбьи глаза и огромные уши. Сверху красовалась надпись: «Суворов – лох». Женька закатил глаза:

– Дебил.

– Сам дебил, – ответил Стас. И удалил фотографию.

А через три дня его папа позвонил Женькиной маме.

– До меня не сразу дошло, – возмущался он, – о чем мой сын разговаривал с вашим! Я в это время беседовал по телефону. А потом стал прокручивать и вспомнил, что вроде услышал слово «дебил». Спросил Стаса, он подтвердил, что его ваш Женя обозвал, а он только в ответ.

Мама не могла понять, в чем суть претензий.

– Мне тоже не нравится, как они общаются друг с другом, но их устраивает. Перерастут со временем.

– Нет, – кипятился отец Стаса, – мой сын никогда таких слов не произносит. В нашей семье они под запретом. Если бы я услышал их от Стасика, я бы его наказал! Нельзя так разговаривать друг с другом. Если что-то не устраивает, пусть подерутся. Это по-мужски.

Мама извинилась, но собеседник не успокаивался:

– Больше я вашего сына возить не буду. Я его возил как друга моего сына. А ведь получается, что раз он считает моего сына дебилом, значит, мы родили дебила. Значит, у Стаса и родители – дебилы.

Мама заверила, что ничего подобного Женька не имел в виду, еще раз попросила прощения и повесила трубку.

Женька получил выволочку.

– Сколько раз тебе говорили, следи за языком! Что у вас за дурацкая привычка обзывать друг друга? – ругалась мама.

– Все так делают, – оправдывался Женька.

– Знаю. Сколько раз мы с отцом отчитывали и тебя, и Пашу. Говорили, что когда-нибудь поплатитесь за слова. Вот так и вышло – будешь ездить сам.

– И буду, – буркнул Женька.

– Обратно папа тебя сможет забирать, а туда на маршрутке. В первый раз с тобой съезжу, маршрут отработаем, а потом сам.

Женька добавил:

– Или с мамой Кирилла поеду, когда она сможет.

Мама почесала нос.

– Повторяю, что мне не нравится, когда от других зависишь. А друг твой хорош – подставил перед отцом и не поморщился. «Стасик таких слов никогда не употребляет!» – с ума сойти.

Женьке тоже не понравилось, что друг так поступил. Ведь неправда же! Вовсе не Женька первым начал. Но Стас отца боится, поэтому ему пришлось выкручиваться. Но все равно, Женька такого от друга не ожидал – сам бы он врать и подставлять Стаса не стал. А так выходит, что на Стаса положиться нельзя – сдаст при малейшей опасности. Еще друг называется! Но по Стасу и так понятно – слабак. А тут еще Пашка не упустил момент и ковырнул рану, сказав, что друзья у Женьки липовые.

На следующий день к Женьке подошел Стас:

– Извини, что с отцом так получилось. Я не ожидал, что он услышит.

Женька нахмурился:

– Мог бы про меня не говорить.

– Ты его не знаешь, он мне весь вечер мозги выносил. «Почему ты это сказал? Как ты это сказал?» Думал, что побьет.

Женька понимающе кивнул, папа у Стаса – очень своеобразный дядька. Вечно хвастается боевыми подвигами и ранением в голову, твердит, что скоро разбогатеет, мол, есть у него один многообещающий проект. А Стас в это время пальцем у виска крутит, но так, чтобы отец не заметил. Не повезло Стасу с отцом.

Женька подумал про своего. Он с папой часто спорил и не соглашался, потому что папа заставлял делать то, что Женьке не нравится: посуду за собой сразу убирать, а не когда захочется. Порядок в комнате наводить, уроки днем делать, а не перед сном. В детстве Женька ворчал: «Мама, ты зачем нам с Пашкой такого папу завела? Не могла получше выбрать?» Но все-таки Женькин папа намного лучше, чем у Стаса. Не орет по пустякам, не запрещает все без разбора.

Раньше он им с Пашкой мечи деревянные на даче делал, лук со стрелами и даже сюрикены – звездочки ниндзя. На рыбалку в ночь за карпами брал. Наборы из кубиков помогал собирать и играл с Пашкой и Женькой больше, чем мама. Да и сейчас с папой можно поболтать по мужским делам, посоветоваться. С мамой об этом не поговоришь – она сразу в ужас придет и все запретит.

В среду мама с Женькой отправились в спортшколу. На улице валил густой снег, поэтому вышли заранее, чтобы не застрять в пробках. Снег мгновенно облепил шапку, куртку, забился в нос и глаза. Приходилось все время смахивать его. По дороге ездила снегоуборочная техника с желтыми проблесковыми маячками. Было темно и таинственно. Тусклый свет фонарей, люди, с трудом пробирающиеся по узким дорожкам, медленно едущие машины.

Мама остановила маршрутку, указала Женьке на номер, чтобы запомнил. Добирались недолго – полчаса. Вышли на конечной, потом минут семь шли вдоль проспекта. В принципе, заблудиться трудно, Женька сразу запомнил путь. Плохо только, что зимой рано темнеет и холодно. Но занятия спортом Женька бросать не собирался. Он взрослый парень, справится. А если к нему гопники пристанут, то он им – раз-раз – парочку приемов покажет. Или убежит.

Конфликт с отцом Стаса получил продолжение. Примерно через две недели, когда за Женькой приехал папа, отец Стаса подошел к ним. И снова слово в слово высказал претензии, будто все не мог успокоиться. Да еще пригрозил инспекцией по делам несовершеннолетних, но Женькин папа лишь посмеялся.

– Не надо лезть взрослым в детские конфликты, – посоветовал он, – сами разберутся, не маленькие – тринадцать лет уже.

Дома папа передал разговор маме, он не понимал отца Стаса, который не соображает, что его сын уже вырос и сам может разобраться в ситуации.

На отношениях со Стасом ссора с его отцом не сказалась, просто Стас стал скрывать от родителей, что дружит с Женькой. Да Женьке пришлось самому добираться на тренировки, а не ездить с комфортом в автомобиле. Но это пустяки! Ради дружбы можно и потерпеть. Тем более Стасу сложнее – Женьке притворяться не надо. Хотя это все как-то неправильно.

Однажды у папы сломалась машина, и он приехал за Женькой своим ходом.

– Поедем не на маршрутке, – объявил папа, – надо учиться пользоваться и другим транспортом.

Женька пожал плечами: чем плоха маршрутка? Сел – и скоро уже дома, от остановки идти всего ничего. Но папа повел на троллейбус, а тот останавливался на параллельной дому улице, оттуда топать еще минут десять.

В квартире их ждала бабушка, она заглянула в гости.

– Что так долго? – распереживалась она. – На чем ехали?

– На электричке, – кратко ответил Женька.

– На метро? – не поняла бабушка. – На трамвае?

– Нет, на электричке, – повторил внук. Вылетело из головы, как называется транспорт, на котором они ехали. – С рогами и за провода цепляется.

Хорошо, что папа объяснил, что на троллейбусе добирались. Бабушка только руками всплеснула.

– Ребенок темный, – объявила она. – Надо с ним все же заниматься.

Можно подумать, бабушка слишком много самообразовывается. Торчит целыми днями у телевизора да передачи разные смотрит. Даже гулять не ходит. Другие бабушки на скамеечках сидят и в карты играют. А их бабушку и подъемным краном с дивана не поднимешь, хорошо, что к внукам иногда заглядывает.

Пашка сразу же начал смеяться над Женькой и повторять бабушкины слова. Чуть не подрались.