В деревянном доме на улице Космонавтов жил человек в пальто. Он иногда выходил из своего жилища, наблюдал за лодками на речке, улыбался, кутался в пальто. А иногда разглядывал что-то в земле.

— Кало, кто это?

— Не надо смотреть в его сторону.

Кало брезгливо отвернулся, пошагал в направлении больших поселений. А человек высмотрел в земле, дернулся, резко подцепил червяка и кинул его себе в рот. Все это он провернул так быстро, что даже возникло сомнение, было ли это вообще. Разжевал, проглотил, снова спрятался в пальто

— улыбающийся, тайный.

— Кто это? Кто это? Кто это?

— Никто. Не надо смотреть в его сторону.

Душман по дороге снова и снова пытался разговорить Кало, чтобы тот хоть немного рассказал о человеке с червяком, но тот раздраженно отказывался. Прикол еще был в том, что человек лицом смотрелся как копия одного важного авторитета в тех местах, контролировавшего доходы ларьков и магазинов, имевшего машины, пистолеты и людей.

— Это брат самого… ??

— Это никто! — Кало посмотрел крайне недовольно, и из его взгляда стало вполне ясно, что у разных людей разные секреты, и если человек не хочет секреты раскрывать, то и не стоит настаивать.

— Нифига себе «никто», — тихо прошептал Душман сам себе.

Душман копил в своем уме таких людей, он мог часами рассказывать истории о странной жизни соседей, о сексуальных играх психов, об абсурдных разборках. Иногда я приходил к нему, мы не включали свет в комнате, сидели в темноте, беседовали.

«Кудахтанье над пропастью» — как говорил Иван Тимофеевич. Обрисовывалось страннейшее пространство взаимоотношений, которые невозможно было извлечь из книг или телевизора. Видимо, это был реальный быт, в который Душман мог вторгаться за счет своей внимательности.

— Что такое сумасшествие?

— Передозировка хаосом.

А там не было передозировки хаосом. Наоборот. Казалось, что любой передознется, а он — нет. За окном такие вопли душевные раздаются, будто птицы встревожились смыслом и закричали от дикой тоски. Лиса кричит как птица. А Душман рассказывает спокойно об обмане.

— Да… 99 процентов гаданий — это попадание пальцем в небо. Пришли к колдуну, погадали. Не совпало описание жизни — пошли и забыли, но если вдруг совпали какие-то детальки — пошли и раззвонили всем знакомым, о чудо, чудо, чудо, там колдун угадал, что я в пятилетнем возрасте тонул на озере.

Один раз взяли мы с Эдуардусом видео-магнитофон на сутки. Видео-магнитофон нам обычно не хотели давать знакомые, так как не доверяли. Но мы настаивали, не уходили от дверей — так и получали. Смотрим кино какое-то, а глаза слипаются. Говорю Эдуардусу: — Если усну, ты разбуди обязательно. Уснул. А Эдуардус, видимо, никого никогда в жизни не будил и не понял, как это нужно делать. Он стал изображать карлика, ходить по комнате и фыркать. Во сне ко мне пришли кошмары. Будто кто-то нереальный, лесо-морской, с которым лучше не встречаться, будто смотрит на меня и фыркает. Открываю глаза, а там огромное лицо Эдуардуса звуки издает. Я заорал на весь дом. Так и проснулся. Уже позже. Эдуардуса выгнали с работы из дурки после того, как он захотел организовать «конференцию высшего знания» среди пациентов и нарядить санитарок в костюмы инопланетян из «звездных войн».

Реально не знаю, что за рыбалка там велась и как речные места делились по зачаткам. Душман любил рыбу и драники из картошки. Он иногда даже спрашивал у прохожих, умеют ли они драники готовить. Словно хотел попросить пойти на кухню и приготовить. Чтобы затем мирно посидеть, покушать, со сметаной, с видом из окна. Бывало, беседует с цыганом, черным от супа:

— А ты в комнате живешь?

— Отвечаю, братан, в комнате.

— А ты драники умеешь делать?

— Отвечаю, братан, умею.

— Из картошки?

— Отвечаю, братан, из картошки.

— Врешь ссука, по глазам вижу. Кому гнать вздумал.

— Каюсь, братан, не воткнул просто, что ты спросил.

Рыба смотрела на Кало и плакала.