Утром следующего дня Ларс вернулся к кораблям. Первые, кого он встретил, были Дем и Ариселла, которые стояли на капитанском мостике и о чем-то переговаривались. Ларс сразу заметил, что общаются они как-то по-новому. Увидев его, маги заговорщицки заулыбались.

— Доброе утро, — произнес Дем.

— Удивительно, что оно доброе. Вчера ночью я уж было подумал, что мы тут застряли дня на три, не меньше. И откуда взялась эта буря!

Ариселла захихикала, пряча лицо за спину Дема.

Ларс окинул парочку внимательным взглядом.

— «Разящая пчела» готова к отплытию, Дем?

Тот несколько стушевался.

— Надо спросить у Руда. Он вчера начал проверку.

— Я назначил тебя ответственным за всю эскадру, значит, ты должен быть в курсе процесса подготовки на всех кораблях. А почему вы такие веселые? Произошло что-то радостное, о чем я не знаю?

— Да нет, ничего особенного.

«Наверное, у меня сиреневая аура, и я очень смешно выгляжу», — подумал Ларс.

Вспомнился светлый, которого он видел на причале вместе с Миали. Ларс нахмурился и отправился проверять товар, размышляя до какой же степени он потерял рассудок.

Вечером Ларс вернулся в дом Миали. Она встретила его жарким поцелуем, и он вдруг осознал, что всего лишь за один день соскучился по её объятьям. Казалось, женщина полностью разделяла его чувства и тут же увлекла в спальню. Спустя некоторое время они наслаждались роскошным ужином. Ларс смотрел, как она изящно, при помощи ножа и вилки, отделяет от кости кусочки мяса. Почему-то в памяти всплыло, как Миали-пума растерзала лань. «Какая же она всё-таки удивительная! Как же мне будет не хватать её!» Магиана подняла на него глаза и внимательно посмотрела.

— Ларс, сними кулон.

Он улыбнулся и снял с шеи черный кристалл.

— Твой светлый источник вновь обрел силу, — я почувствовала это даже сквозь защиту, а сейчас вижу магическим зрением. Тебе просто осталось научиться смешивать потоки.

Ларс прислушался к себе. Свет действительно стал намного более ощутим. Он поднял вверх ладонь и из неё хлынул белый поток с сиреневым оттенком.

— У тебя получилось? Это смешанный поток?

— Полагаешь? Вообще-то я хотел просто вызвать свет.

— Это не свет, направь его на деревья.

Ларс пустил в окно сиреневый луч, который легко прошел сквозь листву, ничего не произошло.

Даже птички, сидевшие в кроне, не разлетелись.

И тут в комнату вошел слуга с резной шкатулкой в руках.

— Вам послание от актирена Теймира, госпожа.

Царица хищно улыбнулась, взяла шкатулку и распахнула крышку. Внутри лежала роскошная парюра из изумрудов и алмазов, сверху записка. Миали прочла её, и бумага осыпалась пеплом в пальцах.

— Завтра военная эскадра уйдет на Эсхир. Так что тебе нечего опасаться.

Ларс почувствовал злость: «Да как это хананец смеет посылать подарки моей женщине! Впрочем, с чего я решил, что она моя. Она ведь ничего мне не обещала».

— Почему он прислал тебе драгоценности? — спросил Ларс, стараясь, чтоб его голос звучал как можно более мягко.

— Ты не знаешь, зачем делают подарки, Ларс? Причины бывают разные: желание извиниться, выразить своё восхищение, благодарность. Ты хочешь, чтобы я гадала, что было в голове у Теймира, когда он решил подарить мне эти украшения?

— Тебе не нужно гадать, ты прекрасно всё знаешь.

— Я разве должна тебе что-то объяснять?

Ларс вздохнул, первым его желанием было развернуться и уйти, но он сдержался, и чтобы хоть как-то скрыть смятение чувств, взял со стола прозрачную чашу. В полутьме комнаты вино казалось очень темным, почти черным. Он поднес его к свече и огонь подсветил прозрачную, без малейшей взвеси рубиновую жидкость. «Превосходное вино, а ведь пока не проверишь, не определишь. Жаль, что нельзя так просто взять и просветить душу сидящей напротив женщины». Он не верил, что совершенно безразличен ей. Идущие от неё эмоции, которые он ощущал при каждом прикосновении, говорили об обратном. Поставив чашу на стол, он посмотрел Миали в глаза.

— Ты самая восхитительная из всех женщин, которых я встречал. Я понимаю, что у тебя много поклонников, и любой самый могущественный правитель был бы счастлив взять тебя в жены. Но я не согласен быть одним из многих. Хочу, чтоб ты была только моей. Если ты не желаешь ни в чем себя ограничивать, то давай просто сохраним деловые отношения. А сейчас я уйду. Не буду на тебя давить.

Миали смотрела на него с изумлением, на кончиках пальцев играла тьма. Но при этом в её взгляде появилось уважение. Ларс встал и решительно направился к выходу.

— Стой! Если ты сейчас уйдешь, то точно потеряешь меня.

Ларс остановился и повернулся к Миали. На её лице отражалась смятение.

— А сам то ты готов хранить верность⁈

Он подошел, присел рядом, коснулся губами обнаженного бедра.

— Мне никто не нужен кроме тебя, любимая.

Ларс заключил её в объятья и поцеловал сначала нежно, а потом всё более и более страстно и требовательно.

От неё исходила тьма так, что прикосновения к кожи обжигали, но постепенно ярость сменилась страстью.

«Ты будешь моей навсегда?» — спросил он на мыслеречи, целуя её шею и услышал в ответ «да».

Едва начало светать, Ларс покинул дом Миали и отправился в город. Он дошел до ювелирной лавки, где покупал самоцветы, долго барабанил в дверь, пока ему не открыл заспанный ювелир. Ларс потребовал показать самые дорогие камни. После долгих колебаний, ювелир принес несколько великолепных черных и красных бриллиантов, и Ларс заказал ожерелья, серьги и кольцо. А еще он хотел купить опалы, такие же, как были в павлине, создающим магический щит. У ювелира их не оказалось, но он пообещал привезти их из Ханани.

Ларс оставил предоплату и отправился в порт. Тут было непривычно пусто. Хананьская эскадра уже покинула бухту.

Он взошел на «Бешеного комара» с опозданием на пару часов. Первым он увидел Руда, который смотрел на него с нескрываемым ехидством.

— Тебя все ждут и уже даже начали волноваться, ну совсем не похоже такое опоздание на нашего серьезного Ларса.

— У меня возникли непредвиденные обстоятельства, пришлось задержаться.

— Знаем мы твои обстоятельства, — довольно протянул Руд.

Похоже, ему нравилось, что приятель в кои-то веки вел себя не идеально.

Капитаны доложили о готовности к отплытию и вернулись на свои корабли. Ларс испытывал беспокойство, он привык до последнего всё контролировать, а тут пришлось положиться на других. Впрочем, он вполне доверял капитанам и Дему, которого назначил своим заместителем.

Подняли флаги. Корабли снялись с якорей и начали один за другим выходить из бухты. Эскадра покидала гостеприимные берега острова.

Следующим утром Ларс стоял за штурвалом. Руд и Ариселла чуть в стороне о чем-то перешептывались, погладывали на него и хитро улыбались. Потом дружно спустились и скрылись в каюте царевны. Ларс хмуро посмотрел на происходящее. Он постоянно задавался вопросом — должен ли он контролировать сестру, как про себя он называл царевну. Он любил и Руда и Ариселлу и хотел, чтобы оба были счастливы. Но пусть тогда поженятся, что ли! Или ведут себя подобающе… Впрочем, они с Миали тоже не женаты, это ни капельки не унижает её в его глазах. Но он обязательно исправит это, вернется и предложит ей стать его женой. Только вот согласится ли гордая царица выйти замуж за простолюдина? Он обязательно уговорит её…

На мостик поднялся Хауг. Ветер был попутный, и воздушник слонялся по кораблю без дела. Он посмотрел на Ларса и усмехнулся.

— Что тебя веселит?

— Ты очень изменился, свет чувствуется, не смотря на защитный артефакт.

Из каюты вышли Руд и Ариселла. Ларс нахмурился. Хотя, они пробыли там не настолько долго, чтоб заподозрить их в чем-то.

— Не сердись, Ларс, они готовят тебе сюрприз.

— Сюрприз? Звучит отвратительно. Что за сюрприз, Хауг?

— Сейчас они расскажут сами.

Пара поднялась на мостик. Ларс встретил их хмурым взглядом.

— Ларс, мы добыли схему хананьского прибора.

— Что⁈

Он просто не верил своим ушам.

— Вот, смотри, — сказала Ариселла и протянула ему свиток.

Ларс передал штурвал Руду и раскрыл бумагу. В первый момент ему показалось, что над ним решили очень неудачно пошутить. На рисунке был изображен ни то лес, ни то забор с растущими за ним ветвистыми кустами. Но когда Ларс заметил подписи, то начал догадываться, что же за сюрприз приготовили ему друзья.

— Где вы это достали? — спросил он недобрым голосом.

Улыбки сползли с лиц Руда и Ариселлы. Хауг начал потихоньку ретироваться с мостика.

— Тебе очень важно это знать? — с некоторой обидой спросила царевна.

— Конечно! У меня есть очень похожая схема. Только моя красивей, аккуратней и на ней изображен павлин, а у вас тут частокол какой-то. Ну, рассказывайте, где вы умудрились это добыть?

Ларс повернул голову к Руду, который не предполагал, что друг так плохо отнесется к их самодеятельности. «Повезло Дему, он на другом корабле, а отдуваться приходится мне», — мелькнуло у него в голове. Впрочем он не стал пользоваться возможностью очернить соперника в глазах Ларса и решил всё взять на себя. В итоге, по версии Руда, это он придумал всю операцию, а маги лишь выполняли то, что он говорил. Дем вообще в истории не фигурировал, а вот прикрыть Ариселлу и Хауга ну никак не получалось.

Ларс внимательно его слушал.

— Руд! А если бы вас поймали? Я места себе не находил, опасаясь, что хананьцы в любой момент могут напасть на наши корабли, а вы в это время устроили такую авантюру!

Голос Ларс звучал ровно, но в нем слышались угрожающие нотки.

— Но нас ведь не поймали! — воскликнула Ариселла. — Мы получили серьезное оружие. Теперь, если хананьцы решат напасть на нас в море, мы будет на равных. Ларс, это я всё придумала, просто Руд меня прикрывает.

— Это неправда… — начал было Руд.

Но Ларс его прервал.

— Я не стану умалять ваших заслуг, только вот почему вы не предупредили меня? Ты могла бы послать птицу, Ариселла. И тогда я сказал бы тебе, что всё это делать было совсем не обязательно, потому, что я срисовал такое же устройство, установленное на крыше дома царицы.

— Мог бы сразу нам сказать, — с обидой ответила девушка.

— Я и собирался во время плавания! Не письмом же отправлять подобную информацию! Давать вам внеочередной дежурство за подобный поступок смешно. Поэтому я ограничусь предупреждением, что тот, кто еще раз решиться на подобную авантюру, не поставив меня в известность, больше на моих кораблях служить не будет.

От Ариселлы хлынули волны возмущения с такой силой, что Ларс заподозрил, что она нарочно сняла щит. Девушка развернулась и, ни слова ни говоря, покинула мостик. Руд последовал за ней и услышал вслед.

— Если еще раз увижу тебя входящим в каюту моей сестры, то отправлю на «Хромого богомола».

Руд даже не обернулся. Ларс грустно посмотрел им вслед. Он спросил себя — может, нужно было поступить иначе? Но понял, что увы, без субординации на кораблях начнется полный хаос.

* * *

Закис проснулся от нестерпимой жажды. И тут же в его памяти вспомнились последние события. «И почему Создатель так безжалостен ко мне, — подумал старый пьяница, — когда надо — ничего не помню, а как забыть хочется — так врезается в память». Вчера его любимая кроткая доченька Делия вдруг решила ему противоречить. Она сказала, что не хочет выходить замуж за прекрасного, богатого и всеми уважаемого господина Лакиса. Он решил немного поучить её сгоряча, а она сбежала, кажется. Он с трудом разлепил глаза, намереваясь пойти попить воды, и тут увидел сидевшую на бревне, которое они использовали в качестве стула, дочь.

— Ну что папаша? Очухался? — спросила она, — Когда свадьба то?

— Делия, ты тут⁈ Водички принеси!

— Вот еще только не хватало мне всякой пьяни воду таскать!

— Надо было тебе вчера покрепче всыпать! Ты еще и дерзить вздумала! — просипел Закис, и тут же замолчал, схватившись за голову, которая от напряжения заболела в два раза сильнее.

— Что папаша? Головка болит?

— Да, словно хоры рвут на множество частей!

— Хоры говоришь? Разве ж это хоры? Это ты сам постарался. Я тебе сейчас покажу, как хоры голову рвут.

Душераздирающий вопль огласил ущелье.

Закис заметался по лежанке и скатился на пол.

«Страдай молча», — услышал он в своей голове и вдруг осознал, что его крик стал совершенно беззвучным. Казалось, боль не прекращалась целую вечность. Когда она стихла, Закис потерял сознание. Очнулся он от того, что кто-то вылил на него ведро ледяной воды.

— Ты сейчас же пойдешь вымоешься в озере, переоденешься, а потом отправишься к Лакису и скажешь, что свадьба должна состояться завтра, или ты передумаешь.

Закис в ужасе уставился на дочь, он не узнавал её. Вроде это была его Делия, но в то же время взгляд и выражение лица были совершенно чужими. Он хотел сказать что-то резкое, но смог выдавить из себя только стон.

— Ну что ты развалился⁈ Вставай и двигайся! — сказала она, глядя ему в глаза.

Закис готов был поклясться, что ничто его не поднимет, но тело само зашевелилось, и вот он, к своем ужасу, уже шел к озеру.

Полоскающие белье женщины с открытыми ртами наблюдали, как он шагнул в ледяную воду.

— Утопнуть решил! — крикнула одна и побежала за подмогой.

Тщательно отмыв многодневною грязь, Закис вышел и, дрожа от холода, пошел обратно к своему шатру.

* * *

Вальд полдня наблюдал за состоянием Джай. Она восстанавливалась сама, и его участия не требовалось. Но память о событиях последних месяцев была полностью стерта. Ясно было одно — тут поработал темный маг. Он навестил Коракса, который долго возмущался, но затем снял щит и сказал, глядя на Вальда, что не общался ни с какой орчанкой и уж тем более не стирал ей память.

Вальду показалось, что всё это что-то ему напоминает, но предъявить Кораксу было нечего. В конце концов он вернулся в свой шатер, где Джай беседовала с Медеей.

— Наверное надо отвезти тебя к родителям? — спросил он.

Джай втянула голову в плечи.

— Надо, конечно. Но мне почему-то страшно.

— Это просто последствия ментальной травмы. Я провожу тебя и поговорю с ними, чтобы они отнеслись к тебе повнимательнее.

Вальд и Джай отправились на орочий берег.

По дороге к поселку им встретился Вамбаг. Джай, увидев его, радостно улыбнулась. Он же уставился на неё, хмуря лохматые черные брови.

— Ну, здравствуй, не хочешь ничего объяснить мне? — хмуро произнес он, показывая забинтованную руку.

— Она не может ничего объяснить, — ответил за девушку Вальд, — Джай потеряла память.

Вамбаг нахмурился еще сильнее.

— Как это, память потеряла? Думаешь, в поселке кто-то этому поверит? Рокверк вообще мечтает посадить тебя в лодку и отправить к болотникам.

— За что⁈ — в голосе Джай послышалось отчаяние.

Вамбаг тяжело вздохнул.

— Почему её хотят изгнать? — спросил Вальд.

Орк вкратце поведал о том, что происходило за последние месяцы.

— Значит, это она поранила тебя ножом?

Казалось, Джай сейчас зарыдает.

— Да, но я то готов забыть, а вот родители Муфи требуют разобраться с тем, что произошло. Да и многие имеют зуб на Джай, хоть и не могут обвинить толком. Странная она была, хотел отвести её в храм.

— А в храм то зачем? — удивилась орчанка.

— Мы с Базуком решили, что в тебя вселился ледяной демон.

— Демон… — задумчиво повторил Вальд, — водить ей в храм — бесполезная трата времени. Она светлая магиана, её источник таков, что никакой демон в нем существовать не сможет.

Орки уставились на Вальда, как на сумасшедшего.

— Джай, подними руку, подумай о чем-нибудь хорошем и сконцентрируй эти эмоции в ладони.

Из руки девушки полился светлый поток.

— Направь его на рану твоего приятеля.

Она направила свет на Вамбага, то с удивлением смотрел на происходящее. А потом он снял повязку. На месте глубокой раны была лишь розовая полоса.

— Наверное, мне стоит пойти с вами, — сказал Вальд, — если жители совсем уж ожесточились и захотят изгнать её, то заберу Джай обратно на Шварах.

Вамбаг лишь покачал головой.

— Спасибо тебе. Думаю, что мы сами как-нибудь справимся. Орки как-то не очень доверяют эльфам. Я не позволю никому обидеть Джай.

Вальд задумчиво посмотрел вслед парочке и решил, что девушка в надежных руках.

* * *

Ларс смотрел на исчезающие за горизонтом берега Леймери. Его наполняла светлая тоска. Он уже представлял себе, как вернется в объятья любимой. Прислушался к своим источникам, казалось, тьма притихла. Свет наполнял всё его существо.

Ларс потянулся сознанием к чайке, она послушно присела на фальшборт перед ним. Маг осторожно вошел в её сознание и принялся нарезать круги над кораблем, а затем устремился к берегам Леймери. Он увидел Миали, сидевшую на балкончике с чашкой чая в руке. Царица с удивлением взглянула на чайку.

«Я уже скучаю», — сказал он ей на мыслеречи.

«Ларс? — Миали удивленно вскинула брови и улыбнулась. — Ты делаешь успехи. Попробуй создать смешенный поток».

«Как только вернусь… Ты любишь сюрпризы?»

«Ненавижу», — со смехом ответила она.

«Мы похожи. До встречи, любимая».

Ларс покинул тело чайки. Отдохнув с полчаса, он попробовал выпустить одновременно свет и тьму. Из руки хлынул фонтан энергии, похожий на поток грязной воды. Капли попадали на палубы, прожигая дыры. Ларса охватило нечто, похожее на жар, который бывает во время лихорадки. Он тут же прервал поток и задумался. Оказывается, всё не так просто. И тут Ларс вспомнил о тоненькой книжечке, которую когда-то взял у Коракса… Он спустился в каюте и принялся рыться в своих сундуках. Наконец она нашлась. Он развернул кожаный переплет. На кожаной обложке было написано «Основы соединения магии». Листы были пропитаны составом из сока сандового дерева. Обработанная им бумага становилась необычайно прочной, не желтела и не рвалась. Так, что предположить возраст книги было практически невозможно, но текст великолепно сохранился.

Спустя пару лун эскадра Ларса добралась до Швараха. Большая часть плавания была, на удивление, спокойной, только в северных водах начались сильные ветра и волнения. Но вскоре корабли пришвартовались между островом и орочьим берегом.

Эйлин влетела в шатер и восторженно доложила:

— Там корабли прибыли, папа. Пойдем встречать Ларса!

Вальд удивленно посмотрел на дочь.

— Она опять ходила на пляж одна! — в сердцах воскликнула Медея.

Вскоре они и еще много жителей вышли встречать моряков.

Ларс выпрыгнул из шлюпки, и оглядел пришедших на встречу людей. Закутанные в шкуры, они совершенно не походили на обычных ассуринцев.

К нему подошел Вальд.

— Ну что? Как у вас тут дела? — спросил его Ларс.

— У нас всё отвратительно. Надеюсь, ты что-то узнал про Черепашьи острова?