Ларс успел покинуть тело птицы прежде, чем её проткнула стрела. Он открыл глаза и обнаружил рядом Руда, Дема и Вальда.

— Что увидел? — успел первым выпалить Руд.

— Они часах в пяти ходьбы от Риорунга.

— У нас есть шансы успеть, — с облегчением произнес Вальд.

Эскадра продолжила путь. Ларс то и дело спрашивал Дема — не видит ли тот участка, пригодного для закрепления цепи, но стихийник лишь мрачно качал головой.

— Нам до Селеры осталось всего ничего, — грустно произнес Вальд. — А там Риорунг…

Дем посмотрел на него несчастным взглядом.

— Тут одна хорошая топь!

— А вон, смотри, дубы растут, может там островок сухой земли?

— Мы туда не подплывем.

— Да достаточно, чтоб шлюпка добралась, — произнес Ларс и тут же понял, что шлюпок у них нет. — Вальд, ты сможешь доставить наш корабль к тому месту?

— Да. Лишь бы хватило длины цепи от него.

Чуть поразмыслив, Ларс наложил иллюзию невидимости на корабль. Волна подхватила его и понесла над камышами к видневшемуся среди топи острову. В нос ударил запах гнили и плесени, в воздух взмыло множество птиц: серых цапель, коростелей, болотников. Они наполнили пространство возмущенными криками. Ларсу вспомнился остров, на котором рос тот хоров вяз…

Вальд опустил корабль в небольшом участке воды, рядом с твердой землей. Тут были густые заросли кустарника и высоких трав, одуряюще пахло багульником. Коракс создал проход. Команда прошла чуть вглубь, таща за собой цепь. Дем некоторое время хаотично бродил по зарослям, темный услужливо расчищал ему путь.

— В какую сторону двинемся дальше, о великий властитель земли, камня и болотной жижи?

Дем смущался и хмурил рыжеватые брови, пока Ларс не приказал Кораксу заткнуться. Наконец, стихийник остановился и сказал:

— Тут земля самая крепкая.

Он совершил несколько пассов руками, и столб начал погружаться в землю, снаружи не осталась только цепь.

— Дем, ты просто сокровище! — воскликнул Ларс, увидев это чудо. — А теперь идем на ту сторону реки.

Эскадра причалила, люди спешно сошли на крутой берег. Корабли же отправились вниз по течению, подальше от места предстоящего боя. Тем же способом Дем закрепил столб с цепью, к счастью длины хватило. Ларс огляделся, место было отличное. Они с Рудом наперегонки взлетели на холм и были вознаграждены недоумевающими взглядами товарищей.

— И это император Ассурина, гроза морей, с кем мы связались… — демонстративно вытянув руку, произнес Коракс.

«Ты должен вести себя согласно статусу», — услышал Ларс в голове ворчание эльфа.

«Я — император и веду себя, как считаю нужным».

Они спрятались в дубовой роще. Нашли высокое дерево и установили один из хананьских приборов.

Когда вдали показались корабли под желтыми флагами, всё было готово. Ассуринцы, затаив дыхание, смотрели, как эскадра Феликса под всеми парусами несется на их цепь.

— Совсем рядом идут, олухи! Хорошо наскочат! — злорадно воскликнул Руд.

Более суеверные товарищи на него зацикали. Но на лице Ларса уже играла торжествующая улыбка. Первые два корабля налетели на цепь, от сильнейшего удара их развернуло, пошел крен на нос.

— Пробило! — довольно произнес Ларс.

Идущие второй линией остановиться не успели, они влетели в своих товарищей, окончательно разнося их в щепы, и сами получили пробоины.

Но оставшиеся суда стихийникам удалось спасти. Паруса кораблей мгновенно повисли, а течение реки повернуло вспять, тормозя ход эскадры. Среди команды Ларса раздались отборные ругательства.

— Только пять судов, хор бы их побрал! Остановились, мрази! — процедил Коракс.

— Включаем щит? — спросил Вальд.

— Нет, давай подождем…

— Чего ждать, Лалей? Наверняка Феликс ща как шарахнет…

— Куда он шарахнет? Пусть еще немного побудут в неведение о том, где мы, тем более им сейчас не до нас.

Ларс говорил спокойно, но его нервы были напряжены до предела, он старался довериться тому внутреннему чутью, которое помогло ему выиграть не один бой.

Три корабля остались подбирать тонущих. А остальные, как он и рассчитывал, причалили, пара сотен людей высыпала на берег. Их окружали мощные светлые, темные и воздушные щиты, работа не менее, чем десятка магов.

— Дем, сделай под их ногами разлом! — тихо скомандовал Ларс.

— Да, но тогда и нас тряханет.

— Я понимаю, поэтому приказал установить только один прибор. Вальд, постарайся сделать так, чтоб он удержался на дереве. Сможешь? Ну, там, воздушный гамак ему устрой, чтоль.

— Постараюсь.

— И как только они все упадут, накрой их волной.

— Надежнее было бы сдвинуть обратно провал, — спокойно сказал Марий. — Они же выплывут в своих воздушных щитах.

Дем побелел и посмотрел на Ларса.

Тот скривился.

— Будем действовать по обстоятельствам. Дем, давай!

Дрожь сотрясла землю. По реке пошли хаотичные волны. Вальд не выдержал и соорудил воздушный щит. Коракс присоединил к нему темный. Земля разверзлась, и сотни людей рухнули в её бездонную глотку. Их полные ужаса крики быстро затихли. Простые солдаты и сильнейшие маги с их непробиваемыми щитами — все сгинули в пропасти. А трещина продолжала расти… Небольшая часть людей осталась на тонком перешейке между рекой и пропастью, часть бросилась в воду, остальные бессмысленно метались по земле. От оставшейся эскадры отделилось и пошло к ним несколько кораблей. И тут перешеек не выдержал! Вода смела его, увлекая людей в мутное, бурлящее месиво.

— Руд, врубай прибор! Вальд, волна! — крикнул Ларс.

Вода отхлынула от болотистого берега, образуя стену, которая обрушилась на корабли. Уцелели немногие. Большинство было погребено под толщей воды.

И вдруг с одного из уцелевших судов сорвался серебристый луч, Ларс мгновенно создал абсолютный щит. Он бы не сдержал удар, если бы не вовремя возникший полог от хананьского прибора.

— Так вот ты где, мразь! — выкрикнул Ларс, он сконцентрировал в себе все силы, и из его руки вышел тонкий сиреневый луч и направился в сторону уходивших под всеми парусами вражеских кораблей. Уцелел лишь один, который был закрыт абсолютным щитом. Ларс почувствовал, как у него темнеет в глазах, свет был исчерпан в ноль.

— Победа! — закричал Руд, и его крик подхватило множество голосов.

— Ну почти, — довольно произнес Коракс. — Жаль, Феликс ушел. А вы, абсолютные, хоть и страшны, но силенок у вас — чуть. Знаешь, Лалей, меня твои ментальные фокусы впечатляют больше.

Ларс не разделял чистого восторга Руда, но он чувствовал, как с его плеч свалился тяжкий груз. Они выиграли этот бой и нанесли эраламцам значительный урон. Но в следующий раз всё будет не так просто. Тем не менее у них есть время собраться с силами и приготовиться отразить новый удар. Ларс оглядел лица соратников. Марий с кривой улыбкой откупоривал флягу, Дем стоял бледный и смотрел на образовавшийся залив, а взгляд Вальда был устремлен вдаль, в сторону Ритреанских гор.

«Ты о чем думаешь?» — спросил его Ларс.

«Разлом, смотри, он уже весь заполнен водой. Думаю, что дошло до Селеры…»

Дем повернулся к Ларсу.

— Я хочу отправиться в Триаполис.

— Пешком? Давай вернемся в Ненавию, и вперед. Я не стану тебя задерживать. Хотя сегодняшняя победа — по большей части твоя заслуга, Регас. Ты хоть осознаешь свою мощь⁈

— Лучше бы я был просто светлым…

Ассуринские корабли, которые заблаговременно отошли подальше от места схватки, вплыли в образовавшуюся гавань. Вальд в теле птицы осмотрел окрестности и, вернувшись, подтвердил, что разлом достиг Селеры. Надвигающихся войск он не заметил.

— Я бы остался тут с одним кораблем и небольшим отрядом, — сказал Вальд. — Буду регулярно обозревать окрестности.

Ларс задумчиво посмотрел на эльфа

— Зачем? А что будет, если придут эраламцы? Ты осознаешь, что один не отобьешься?

— Я замечу их заранее, Ларс. Не беспокойся.

— Может, есть смысл мне тоже остаться? — произнес напоминавший тень Варахий.

— Хорошо. Оставайтесь оба, но если увидете какое-то движение войск, то срочно возвращайтесь.

* * *

Зель стояла на стене и задумчиво глядела на суетящихся на рыночной площади людей. Было позднее утро, самое бойкое для торговли время. Она ощущала на себе похотливые взгляды стражей. Людишки думали, что раз она отвернулась, то не слышит их. Но все они подписали себе приговор. Лишь мысли одного охранника резко отличались. Он не просто желал её, он боготворил прекрасное юное создание, коим она казалась в его глазах, и мечтал о возможности видеть ее как можно чаще. «Из него получится прекрасная марионетка, — подумала Зель. — Надо бы начинать расширять сферу своего влияния. А для этого нужно установить маячки для порталов».

Ее размышление прервал голос Ариселлы.

— Гликерия, ты не побудешь рядом, пока я осмотрю окрестности глазами Гора? А то тут столько мужчин, мне как-то некомфортно.

— Неужели ты думаешь, что кто-то посмеет посягнуть на тебя? — усмехнулась демоница.

— Я не знаю, — неуверенно ответила Ариселла. — Но и проверять не хочу. Мне достаточно того, как они смотрят на меня. Вот скажи, как ты можешь ходить в таком откровенном виде по стене?

Гликерия гордо расправила плечи, демонстрируя очертания груди под тонкой тканью.

— Мне нравится, что все эти людишки меня хотят. Я чувствую свою власть над ними.

Ариселла озадаченно взирала на бывшую наложницу, которая говорила о какой-то власти. При этом говорила так, что царевна становилось не по себе. И тут она вспомнила брата. «Не хватало, чтоб он опять влюбился в стерву».

— Хотела тебе сказать — оставь в покое Ларса. Ему нужна в постели светлая, а не ты.

Гликерия мелодично расхохоталась.

— Так я же не претендую на верность нашего императора. Пусть спит со светлой, да хоть сразу со всеми. Только эти вареные куропатки ему не нравятся.

Царевна недоверчиво покачала головой.

— Хочешь сказать, что не претендуешь на Ларса? Так и будешь спать то с одним, то с другим? — растерянно спросила она.

— Ты мне завидуешь, признайся. Я свободна.

Ариселла нахмурилась.

— Свободна? Ты ведь была чьей-то наложницей?

— Глупенькая, я же магиана! Неужели ты полагаешь, что какой-то человечек мог иметь власть надо мной? Ты ведь и сама не очень-то хочешь замуж.

— Я пока еще не решила, — гордо ответила царевна.

— Тем не менее ты влюблена. Можно понять тебя, Руд — красивый парень, медные локоны, широкие мускулистые плечи, м-м-м. Только этот мужлан недостоин твоих чувств. Он тут рассказывал за столом, какие ритреанки горячие в постели…

От обиды на глазах Ариселлы выступили слезы, а в ладонях заиграло пламя.

— Отомсти! Ты не должна это так оставлять.

Но царевна уже не слушала её, она стремительным шагом направилась по стене куда подальше, лишь бы не смотреть в эти насмешливые голубые глаза.

Гликерия довольно улыбнулась. Теперь можно было заняться влюбленным парнем.

«Фед, мне нужна твоя помощь».

Молодой человек, которому было адресовано это ментальное сообщение, встрепенулся и горящим взором уставился на красавицу.

«Тут слишком много глаз и ушей, приходи вечером в особняк, в котором расположился император. Я прикажу, чтоб тебя впустили. Там и поговорим».

Лицо парня расцвело, он счастливо закивал. Гликерия хищно улыбнулась. Всё шло очень неплохо. Жаль только, что стало крайне неудобно мучать людей. Ларс явно не сторонник казней, придется немного ему помочь.

* * *

Всеми уважаемый светлый маг Луций вошел в здание охраны, где сейчас, за неимением более подходящего места, разместили несколько десятков пленных, и потребовал начальника охраны.

В приемный зал вышел немолодой мужчина и, узнав мага, низко поклонился.

— Вы новый глава охраны?

— Да, господин Луций. Меня зовут Влазис.

— У меня приказ от императора. Все, кто отказался ему присягнуть, сегодня вечером должны быть повешены. А бывшего начальника стражи велено колесовать.

Влазис оторопел. Приказ показался ему излишне жестоким и бессмысленным, ведь пленных можно было просто использовать на тяжёлых работах. Бывший наместник часто устраивал казни, но чтоб сразу столько человек!

— Поторопитесь! У вас мало времени, Влазис. Если не справитесь, кто знает, как поступит новый император с вами…

Луций вышел из здания, зашел за угол и тут же превратился в прекрасную Гликерию. Она быстро вернулась на стену и отправилась искать царевну. Никто и не заметил её временной отлучки.

* * *

Уна проснулась от ощущения, что мимо неё прошло нечто огромное, настолько огромное, что всё вокруг содрогнулось. Она открыла глаза и обнаружила себя в пещере, лежащей на груде высушенного мха. Дракона не было, а профессор спал у противоположной стены. Она встала и направилась в сторону, откуда струился дневной свет. Вскоре Уна дошла до выхода и замерла перед обрывом в восхищении от открывшегося вида.

Внизу раскинулась долина, окруженная стенами гор. Посередине в лучах восходящего солнца поблескивало голубое озеро. Вокруг него, на зеленых лугах паслись стада оленей, местами луга перемежались небольшими зелеными перелесками. А в небе парило множество драконов.

— Доброе утро, — услышала она за своей спиной голос и вздрогнула.

Клейн стоял в полуметре и улыбался, он был явно доволен тем, что застал её врасплох.

— Прекрасный вид, правда? Драконы сумели сохранить природу этой долины нетронутой. Тут нет темной растительности и животных, а если и появляются, то они с ними быстро расправляются.

— Потрясающе! Можно себе представить — сколько усилий им стоит сохранять такое чудо.

Неожиданно один из драконов камнем упал в центр стада, схватил когтями оленя и скрылся среди скал.

— Сейчас Агнис позавтракает и спустит нас к остальным. Находится среди множества драконов страшновато, но они совершенно точно не причинят нам вреда. Так что не стоит бояться.

— Ну раз вы обещаете, — развела руками Уна. — Будем убеждать их принять участие в эксперименте?

— Мы с Игнисом уже говорили с ними вчера. В принципе, они согласны. Сейчас надо будет убедить одну из пар, ждущих ребенка, стать добровольцами. Пойдем, позавтракаем, а заодно освободим место посадки, а то он скоро вернется.

— Профессор, а как же остальная часть экспедиции? Вы так и собираетесь проводить без них весь эксперимент?

— Я думаю — как бы нам выкрасть у них телепортатор. Представь, как будут чувствовать себя драконы, если мы притащим сюда всю эту ораву с оружием, под предводительством Сейдо. А еще там должен быть доктор. Вот его тоже надо будет похитить.

Уна не выдержала и засмеялась

— А еще надо взять Невирана, он может быть полезным.

Клейн скривился.

— Ну если ты так хочешь… Пусть посмотрит на наше с тобой торжество.

Свет в пещере померк, и со стороны входа показался дракон.

«Забирайтесь, полетели вниз. Скоро все будут в сборе».

Кое-как девушка вскарабкалась по крылу на спину рептилии и устроилась между двумя шипами, которые торчали по линии позвоночника, сзади уселся Клейн. Дракон подошел к пропасти и, раскинув крылья, воспарил над долиной. Сделав круг, он опустился на поле, где собралось несколько десятков драконов.

Уна соскользнула с крыла и заозиралась по сторонам, разглядывая невероятно огромных рептилий. Она осознала, что значит ощущать себя букашкой. Любой из этих гигантов легко прошелся бы по ней, даже не споткнувшись. Драконы выпускали дым из ноздрей и весьма эмоционально хлопали крыльями и хвостами, от чего земля слегка содрогалась. В воздухе витали запахи гари и каких-то неведомых специй. Наконец, они все чуть успокоились и дружно уставились на Уну. Девушка услышала свой нервный смешок и ощутила тёплую ладонь Клейна на плече.

«Не бойся. Ты ведь чувствуешь, что они настроены не агрессивно. Вообще драконы — одни из самых спокойных разумных существ, которых я встречал».

«Люди пришли и ждут ответа на вопрос, который мы с вами обсуждали вчера. Двое из трех пар не пришли. Значит, они решили отказаться?»

«Да», — ответил один из драконов.

Уна сразу поняла, что это самка. Голос, звучащий в её сознании, не оставлял ни малейших сомнений, да и в миндалевидных глазах, изящной голове на длинной шее и аккуратных бирюзовых усиках было что-то неуловимо женственное.

«Я решила, что готова рискнуть. Хочу, чтоб у моего ребенка было будущее. А в этом мире он долго не проживет».

«Альтея, а что говорит Инарисион?»— спросил огромный черный дракон с белыми усами.

«Он против. Поэтому я хочу воспользоваться старинным обычаем и просить стаю принять решение за него».

Драконы вновь взволновались.

«Этот не тот случай! Твой муж не сделал ничего плохого, чтоб лишать его права голоса при выборе судьбы ребенка».

«Он хочет лишить нашего ребенка будущего!»

Драконы продолжили диалог между собой. На поляну спикировал темно-синий дракон, из его ноздрей то и дело вырывалось пламя. Коракс создал защитный полог вокруг них с Уной.

— Это и есть отец, — сказал он ей тихо.

Уна хорошо ощущала, как растет напряжение среди драконов.

«Может, стоит поговорить с ними?» — спросила она профессора.

«Подожди, сейчас не время. Пусть чуть успокоятся».

Но, кажется, драконы только распалялись. И тогда Уна громко выкрикнула на мыслеречи:

«Я прошу выслушать меня! Позвольте мне рассказать о том, как работает устройство, которое мы собираемся применить!»

Не сказать чтоб драконы успокоились, но всё же девушке удалось привлечь их внимание.

«Я даже слушать ничего не хочу! — рявкнул дракон, чешуя которого отливала фиолетовым. — Мы все знаем историю. Люди никогда не приносили драконам ничего хорошего. А сейчас им нужны наши нерожденные дети для каких-то экспериментов!»

«Но мы можем попросить их поклясться в своих чистых намерениях! — сказала Алтея. — Без них нам не выжить!»

Пока драконы спорили, небо неожиданно потемнело. Уна подняла голову и увидела в множество огромных птиц. По размерам они уступали драконам, но их было так много, что ей стало жутко. Едва птиц заметили, как они все разом кинулись вниз на собравшихся.