Ларс задумчиво глядел вдаль с капитанского мостика. До Ненавии оставалось двое суток пути. Сейчас эскадру могут увидеть маги, несущие дозор в теле птиц. Ларсу совсем не хотелось, чтоб их заметили раньше времени. Он мог скрыть свои корабли иллюзией, но нужно беречь силы. И тут его взгляд упал на Дема и Бенио. Он давно понял, что девушка не станет вредить, и сказал Регасу, что тот может расслабиться. Но тем не менее Ларс постоянно наблюдал их вместе. Они стояли на некотором расстоянии друг от друга и весело общались.

А ведь девушка великолепно владеет ментальной магией! Ларс позвал Орма, попросил сменить его за штурвалом, скрыл себя иллюзией полной невидимости и подошел к парочке магов.

— А еще однажды меня продали в гарем, — весело рассказывала Бенио. — Я приняла внешность белокурой эльфийки, ну вот почти такой же прекрасной, как ваш стихийник, и кореша выручили за меня целое состояние. А потом, в первый же день я сбежала, прихватив подаренные хозяином украшения.

Ларса никто не замечал, он с интересом слушал откровения хананьки. Похоже, что и она не могла видеть сквозь его иллюзию, а источник маскировал черный кристалл.

— Но ты ведь могла и не сбежать! — в сердцах воскликнул Дем.

Ларс посмотрел на его растерянное лицо, не выдержал и расхохотался.

Парочка вздрогнула и заозиралась.

Ларс снял иллюзию и почувствовал волны злобы, идущие от обоих магов.

— Тебе не стыдно подслушивать⁈ — возмущенно воскликнул Дем.

— Что такое стыдно? Объясни мне, Регас. Никогда не мог понять значение этого слова.

Бенио тут же перестала злиться и с интересом посмотрела на стихийника.

— Я вот тоже хотела бы узнать, — ехидно спросила она. — Ты постоянно утверждаешь, что я должна испытывать это самое стыдно.

Дем с досадой махнул рукой.

— Я понимаю, вам приходилось выживать, у вас другие взгляды на жизнь. Но подслушивать чужие разговоры нехорошо, Ларс!

— Я проверял, обнаружит ли меня Бенио. Это важно, Дем, понимаешь?

Тот пожал плечами.

— Иногда я завидую, что тебе чужды все те условности, к которым я привык. Они стали частью меня, я никогда не смог бы вот так подкрасться, совесть бы не позволила.

Ларс нетерпеливо нахмурился и обратился к девушке.

— Ты можешь сделать эскадру невидимой?

— Да! — радостно ответила она. — Это совсем несложно!

И тут же корабли, которые шли неподалеку, исчезли, на их месте плескались вполне правдоподобные волны

— Прекрасно! А долго продержишь иллюзию?

— День и ночь, потом еще день. Может, и дольше, но однажды мне придется заснуть.

— Хорошо, сутки держу иллюзию я, а потом настанет твоя очередь.

— Я справлюсь! — уверенно ответила девушка, в её голосе слышалось волнение, она явно была рада, что её сочли полезной.

На следующий день маги и представители каждой из команд собрались на «Тощей гусенице».

Моряки возбужденно переговаривались — день, который ждали все, вот-вот должен был настать. Решающий день и решающий бой за родной город!

— Слушайте меня, — произнес Ларс в полголоса.

Моряки тут же замолчали и посмотрели на него. Он ощущал на себе множество взглядов, слышал мысли, надежды, чувствовал волнение всех этих людей, и его сердце забилось чаще.

— Завтра мы возьмем Ненавию! Я не сомневаюсь, что это произойдет! Цебер глуп, большинство людей в городе ненавидят его. Помните и передайте своим командам, что мы не нападаем на врагов, а возвращаемся домой. Мы будем убивать тех, кто на нас нападет, но всех, кто пожелает сдаться и присягнуть мне, должно пощадить и принять в наши ряды. Помните, что на кораблях останутся женщины и дети. Они будут ждать нашей победы, и мы должны получить её любой ценой.

Множество восторженных криков огласило палубу.

— Мы победим! Ненавия будет нашей!

И тут Ларс встретился глазами с Рудом. Тот не разделял общей радости, друг в упор смотрел на Ларса совершенно недружественным взглядом. Ларс несколько раз пытался помириться с ним, но тот лишь отмахивался и паясничал, утверждая, что все нормально и такому великому магу, будущему правителю не стоит отвлекаться на простого моряка. Похоже, Руд ждал извинений, но Ларс считал, что всё сказал правильно. Никто не имеет права ничего за него решать. Он отогнал от себя несвоевременные мысли и продолжил речь.

— На кораблях, кроме женщин и детей, останется небольшая часть команды. Ровно столько, сколько необходимо для управления. А еще с эскадрой будешь ты, Вальд.

Эльф возмущенно поднял брови.

— Почему именно я⁈ Я ведь сильный стихийник!

— Вот поэтому я доверяю тебе одному охранять эскадру. Или предложишь другую кандидатуру на эту роль?

Эльф бессильно опустил плечи.

«Вальд, ну не Хауга же оставлять?» — произнес Ларс на мыслеречи.

«Я понимаю».

— Мы с Демом возьмем с собой небольшой отряд и сойдем в южной бухте. Я думаю, что снова сделать проход в подвалы дворца будет несложно, так Дем?

— Конечно, Ларс!

— Как только мы уничтожим Цебера и вывесим наш флаг, начинайте штурм. Я думаю, что управлюсь до утренней смены караула. Кажется она в семь? Кто помнит?

— Да, всегда было так, — кивнул Луций.

— Марий, ты уничтожишь ворота, а потом надо будет очистить стены, — продолжил Ларс. — Ты возглавишь один отряд, Луций с Хаугом второй, а Никанор с Гелием третий. Главная задача магов — держать щиты над своей группой бойцов. Мы идем с флагами Ассурина и кричим, что Цебер мертв. Мы освободители, а не захватчики. Думаю, что большинство жителей перейдет на нашу сторону. Когда захватите стену, двинетесь по городу. Отряд Мария по восточной части, Луция по западной, а Гелия по центральной улице. В общем, всё. Встретимся во дворце.

— Ларс! А как же я! — возмутилась Ариселла. — Я ведь боевой маг!

Ларс озадаченно уставился на сестру, он совершенно не брал её в расчет, когда планировал взятие города.

— Это не бой с корабля, придется сражаться на мечах.

— Я владею клинком лучше, чем большинство тут!

Среди моряков послышались смех и ругань. На кончиках пальцев магианы заиграли язычки пламени.

— Кто-то готов взять Ариселлу в свой отряд?

Луций тут же покачал головой.

— Лучше уж девочка с эльфом останется, поможет, если что.

— Гелий, лишний маг не повредит, как считаешь?

— Да мне Никанора будет вполне достаточно! — красноречиво закатив глаза, протянул Гелий.

Ларс перевел взгляд на Коракса.

— Нет! — отрезал темный. — Она сожжет город. Пусть лучше магов рожает.

— Я тебя сожгу, — прошипела царевна и ушла в каюту.

Коракс сокрушенно покачал головой, на его лице играла насмешливая улыбка.

— Ну что, Ларс? Это весь твой план? Можно расходиться?

— Нет, сначала мы должны определиться с отрядами. Кто хочет пойти со мной во дворец? Необходимо человек десять, не больше.

Ларс покосился в сторону Руда. Без магии можно было понять, что друга раздирают противоречивые эмоции.

Наконец, он подошел к Ларсу и злобно прошептал:

— Только попробуй меня не взять…

Ларс радостно заулыбался, с силой толкнул приятеля кулаком в плечо, и тут же получил ответный удар.

Вскоре четыре отряда были сформированы, и люди разошлись.

Ларс окончательно потерял сон. Завтра должно было свершиться то, к чему он шел столько лет. Наконец-то он отомстит за мать. Сколько раз Ларс представлял себе, каким пыткам он подвергнет Цебера, и всё время ему казалось, что этого слишком мало. Эта тварь должна страдать вечно. И сейчас ему вдруг стало страшно, что мести окажется недостаточно. Что он будет тогда делать? Вдруг Цебер умрет, а облегчение не настанет? Ларс стукнул кулаком по фальшборту и начал нарезать круги по палубе. Нужно было успокоиться и заснуть, но дремлющая ярость всколыхнулась и рвалась наружу.

Дверь одной из кают скрипнула, и на палубу вышел Вальд.

— Не можешь заснуть?

— Да я то спал! Но твои эмоции такие громкие, что разбудили меня! Тебе бы оставить свою ярость до завтра…

— Я ничего не могу с собой поделать, — развел руками Ларс.

— Попробуй помедитировать, поискать свой свет… А то не получится у тебя завтра абсолютный поток, что будешь делать?

Ларс кивнул и пошел в каюту.

Вальд проводил его задумчивым взглядом, потом отправился в трюм. Он растолкал Дема, который спал удивительно крепким сном.

— Что⁈ — выпалил тот спросонья. — Уже пора?

— Да нет, Дем, просто хотел сказать тебе пару слов. Пойдем, выйдем наружу.

— Ну что, Вальд? Зачем ты разбудил меня?

— Я беспокоюсь за Ларса, он слишком одержим местью. Если увлечется, то может пострадать его светлый источник. Мне ужасно жаль, что я не могу пойти с ним. Придется тебе, Дем, проследить, чтоб ничего не произошло. Нельзя допустить, чтоб Ларс увлекся пытками, Цебер должен умереть быстро.

Дем нахмурился.

— Наместник не заслуживает быстрой и легкой смерти…

— Все эти люди очень устали и хотят домой! Разве это не важнее, чем месть? Ларс впал в одержимость, я чувствую это. Нам нужен сильный лидер, а не обезумевшей демон. Так что сейчас вся ответственность на тебе, ты понял, Регас⁈ Я такой же, как ты, у меня не так много амбиций, и проще быть на вторых ролях. Но иногда жизнь так оборачивается, что приходится совершать серьезные поступки. Если Ларс увлечется — убей Цебера сам.

— Хорошо, Вальд, ты прав. Я сделаю всё, чтоб Лалей не потерял источник.

* * *

Ларс лежал в каюте и смотрел в потолок. «Я всегда умел справляться со своими эмоциями, и сейчас у меня получится, — говорил он себе. — Свет, где же он?» Раньше, рядом с Миали, Ларс ощущал себя в лучшем из миров, и его светлый источник плескал через край. Но она предала его. Где же он этот свет. И тут перед ним возникло лицо матери, она смотрела так нежно и заботливо, её губы шевелились, словно она пыталась сказать что-то.

— Мама, осталось совсем немного, я скоро вернусь в наш с тобой город и устрою тебе такой погребальный костер, который не снился даже императорам!

На лице матери отразилось волнение, губы зашевелились чаще, она пыталась что-то сказать, но Ларс её не слышал. И тут видение растаяло.

— Мама! — позвал он, но напрасно.

И тогда рыдания сотрясли его плечи, он мгновенно подавил их, взял себя в руки и попытался вернуться в реальность. Во мраке каюты было пусто, тишину нарушал лишь храп Семена. От моряка несло перегаром. Похоже, Ларс не один нервничал. Вскоре и он забылся коротким, но крепким сном.

Едва начало светать, как показались берега Ненавии. Ларс в теле чайки осмотрел окрестности. Людей на улицах еще практически не было, рыбацкие лодки спешили к берегу, пара больших кораблей курсировала в прибрежных водах, а еще пара стояла у причала. Ларс не верил своим глазам — похоже, что это и впрямь всё, что осталось от флота.

Эскадра встала на якорь в соседней бухте. Вскоре Ларс с командой ступили на песок и двинулись к скалам, туда, где был секретный тоннель в дом Коракса. К счастью, тут ничего не изменилось, они вошли внутрь, зажгли факелы и медленно направились вглубь.

— Дем, ты сможешь определить то место?

— Должен почувствовать, где порода тоньше, — голос стихийника дрогнул.

«Ты чего-то опасаешься?» — спросил Ларс.

«Нет, просто вспомнилось…»

Ларс ускорил шаг, Дем порой ужасно раздражал, он понимал, почему сестра не хочет выходить за него замуж.

Они шли и шли, во мраке все стены казались одинаковыми, наконец они уткнулись в стеллаж, закрывающий проход в особняк Коракса.

— Регас! Мы пропустили то место? Почему⁈ Нам нельзя медлить, люди ждут сигнала к штурму!

Дем растерянно посмотрел на Ларса.

— Но я и правда не почувствовал проход. А плана у нас на этот раз нет.

Люди молча стояли, в свете факелов их лица были напряжены, но все молчали. Ларс почувствовал себя невыдержанным идиотом.

— Пойдем обратно, будем идти медленно, а ты сосредоточься. Где-то же должен быть вход в тоннель.

Они шли, останавливаясь через каждые несколько метров, Дем прикладывал ладони и прислушивался к чему-то понятному, только ему. Наконец, спустя несколько поворотов, он остановился и стоял особенно долго.

— Это здесь⁈ — на это раз нервы не выдержали у Руда.

— Очень похоже! Ну же, Дем?

Когда стихийник обернулся к людям, то у Ларса от выражения его лица всё оборвалось.

— Да что случилось то!

— Они его засыпали. Структура породы другая, но до пустоты далеко.

— Значит, ты сделаешь новый! Дем, ведь сможешь?

— Сделать проход несложно, только как бы он не осыпался. Но я думаю, что справлюсь, Ларс. Просто раньше я никогда такого не делал, понимаешь?

— Если вдруг почувствуешь опасность обрушения, скажи. Я создам щит. Действуй!

Дем прикрыл глаза, он даже не вытягивал руку, просто напротив стена начала осыпаться, образовавшиеся камни, словно живые, покатились к выходу. Перед людьми медленно возникал новый тоннель. Дем пошел вперед, за ним Ларс, а следом все остальные. В воздухе пахло едкой каменной пылью, то и дело с потолка и стен срывались мелкие камни, звонко ударяясь о медные шлемы и кирасы. Казалось, что вот-вот своды обрушатся, и они окажутся погребенными под скалой. Ларс не выдержал и поставил щит.

— Зря ты тратишь силы, — услышал он напряженный голос Дема, — у меня всё под контролем.

Ларс убрал щит.

Вскоре воздух изменился, и перед ними открылся темный проход.

— Наверняка все маги в курсе, что во дворец крадутся гости, — устало произнес стихийник.

«Как же я сразу не догадался!»— мелькнуло в голове у Ларса.

— Ничего, зато не придется искать их по всему дворцу, сами придут навстречу! Лишь бы Цебер не сбежал!

* * *

В камеру ввели светлую магиану. Она с непониманием смотрела на орудия пыток, кажется, даже сейчас не осознавая, что её ждет.

— Зачем я здесь? Я не понимаю! Что происходит⁈ — пролепетала она голосом, в котором нарастала паника.

— Молчи! — произнесла прекрасная юная блондинка, поднимаясь с клинии. — Пристегните её к столу.

Охранники приковали онемевшую от страха, мечущуюся в панике девушку наручниками из небирулла и вышли.

Зель склонилась на светлой.

— Наконец-то Цебер отдал мне тебя! Ты должна гордиться, что попала на этот стол первой, твой источник самый чистый, и мучить тебя будет особенно приятно. А еще в светлых мне нравится, что вы очень долго не умираете. Интересно, сколько мы с тобой протянем? Возможно, не один год…

Демоница с наслаждением наблюдала, как глаза девушки заполняются ужасом, когда вдруг почувствовала магический всплеск совсем рядом. Некоторое время она не понимала, что происходит, почему всплески идут оттуда, где, по её мнению, должна быть скала. А потом она явно ощутила смешанный поток. Он пришел! А она толком ничего не успела. Зель открыла дверь, из её рук вырвалась тьма, и двое охранников превратились в горстки черного пепла. А потом демоница подошла к светлой, кинжалом перерезала ей горло, столкнула со стола и улеглась туда сама, защелкнув на запястьях браслет из небирулла.

* * *

Пару минут пройдя по мрачным тоннелям, отряд наткнулся на первых охранников. Ларс отобрал у них ключи, а потом, ни секунды не сомневаясь, сжег их тьмой.

— Зачем это, Ларс? — не выдержал Дем.

— А что я должен с ними делать по-твоему, Регас? Эти люди добровольно пошли на службу к наместнику и не куда-нибудь, а в темницы. Чтоб ты не сомневался, вот тебе ключи, иди открывай камеры.

Едва отворили первую дверь, как запах нечистот ударил в нос с такой силой, что большинство людей отпрянуло. Начали выводить пленников. Послышалась отборная брань! Большинство несчастных были покалеченные, с отрубленными конечностями, все в ранах и ожогах, они представляли собой зрелище, от которого содрогнулись даже бывалые моряки. Дем бросился вливать в них свет. Ларс некоторое время наблюдал за происходящим, а потом приказал всем выбираться на пляж и отправил в помощь троих из моряков.

Они двинулись дальше, Ларс ощутил стремительно приближающихся магов и закрыл отряд щитом. Едва прислужники Цебера показались в коридоре, как их встретил абсолютный поток. Отряд продолжил свой путь по полу, усыпанному пеплом. Ларс чувствовал, как в нем клубится ярость. Он ненавидел в этом дворце всех и вся, каждого человека, каждый камень. Вскоре коридор разделился.

— Сначала проверим, что там, — мгновенно принял решение Ларс, показывая рукой на ответвление от основного пути. Коридор тут был особенно узкий и мрачный.

— Сколько же тут тьмы, — тихо произнес Дем, аж мурашки по коже.

Но Ларсу было не до ощущений, он знал, что цель совсем рядом и уже не замечал ничего вокруг.

Наконец, они дошли до тупика, который заканчивался одной-единственной тяжелой дверью.

Первыми в комнату вошли Ларс и Руд, да так и замерли на пороге. Среди орудий пыток стоял стол, на котором была прикована девушка в окровавленной тунике. Светлые волосы водопадом спускались на пол, касаясь тела другой девушки, лежащий лицом вниз в луже чего-то темного. Ларс сразу понял, что она мертва.

— Вот ведь твари! — не выдержал Руд. — Правильно, жечь их всех к хорам! Это лучшее, что они заслужили!

Ларс подошел к столу и раскрыл кандалы из небирулла. Темная волна хлынула от красавицы.

— Спасибо! — сказала она дрожащим голосом. — Вы ведь пришли освободить меня? Я ведь не в чем не виновата! Я не сделала ничего плохого, за что они собрались меня пытать?

Дем перевернул тело второй девушки и содрогнулся при виде перерезанного горла.

— Кто это сделал⁈ — прорычал Ларс.

— Я боюсь говорить об этом, — пролепетала красавица. — Казалось, что она сейчас заплачет.

— Цебер⁈

Девушка закрыла лицо руками и несколько раз кивнула.

— Как тебя зовут?

— Гликерия.

— Я пришел убить Цебера! Тебя больше никто пытать не будет. Я отправлю тебя с одним из своих людей в безопасное место.

Магиана подняла на него свои большие голубые глаза, взмахнула длинными темными ресницами, на которых блестели слезы и решительно произнесла:

— Я хочу тебе помочь! У меня сильный темный источник.

Ларс чуть нахмурился.

— Хорошо. Знаешь сколько во дворце магов?

— Не более шести человек.

— А Цебер? Где он сейчас?

— Я потеряла счет времени…

— Думаю, что уже рассвело.

— Цебер встает поздно, так что он либо в кровати, либо завтракает.

— А ты неплохо знаешь его распорядок.

— Я была наложницей его отца, — нежный голос магианы звучал необычайно грустно.

Ларс скривился и больше вопросов не задавал. Он почувствовал, что навстречу ему движется отряд со светлым магом. Неожиданно девушка рванула вперед.

— Неужто к своим побежала, — озадаченно произнес Руд.

И тут маги ощутили всплеск тьмы невероятной мощи. Когда они завернули в следующий поворот, то увидели лишь Гликерию. Она замерла, глядя на пол, который был припорошен пеплом.

— Ты и впрямь сильна, — констатировал Ларс. — Куда дальше?

— Я покажу, где покои Цебера.

Они поднялись по лестнице, миновали несколько залов и остановились перед дверью, за которой было несколько магов.

— Похоже, что они заняли оборону вокруг своего господина! Ну что сожжем их? — произнес Ларс, улыбнувшись Гликерие.

— В пепел! — весело ответила она.

— Только не вздумай трогать Цебера, поняла⁈

— Конечно, мой спаситель, как скажешь!

— Ларс, стоит ли сразу жечь? Ты можешь применить ментальное воздействие, как на Леймери?

— Кого ты собрался тут щадить, Дем? Ты видел пленников? Зачем нам нужны прислужники садиста⁈ Всех в пепел!

Пройдя еще один зал, они почувствовали двойной щит. Едва Ларс уничтожил резную двустворчатую дверь, как в его защиту врезались сразу светлый и темный потоки.

Перед отрядом предстала картина: на большой кровати сидел тучный человек с испуганным лицом, а вокруг выстроились маги, трое темных и один светлый, совсем молодой парень. Из рук темных хлестала тьма, светлый держал полог и пытался проделать брешь в абсолютном щите.

Из рук Ларса вышел серебряный луч, он беспрепятственно проникал сквозь щиты, маги один за другим растворялись, словно это были не люди, а видения, от них оставался лишь невесомый пепел. Наконец, Цебер остался один, он вскочил с кровати и побежал в боковую дверь.

— Во дворце еще есть маги? — спросил Ларс Гликерию.

— Нет.

— Руд и Дем, берите темную и идите водружать флаг, остальные с ними. Пора начинать штурм города. Потом обойдете дворец и выведете всех людей на улицу. Если кто-то окажет сопротивление — убейте. Как выполните — доложите.

Дем растерянно посмотрел на Ларса.

— Можно я останусь с тобой?

— Нет! Делай, что сказали! Это приказ! — громовым голосом выкрикнул Ларс, выплескивая мощнейший ментальный импульс.

Отряд отправился искать вход на главную башню. А Ларс стремительным шагом двинулся к двери, за которой скрылся Цебер.