На борт поднялся молодой человек. Кареглазый, с вьющимися каштановыми волосами, он выглядел как типичный эраламец. «Светлый», — тут же поняла Миали.

— Это наш маг земли, Дем, — сказа Ларс, — он уничтожит скалу, за которую зацепился корабль, а я поставлю и буду держать заслон, пока твои люди не заделают пробоину.

Светлый возмущенно фыркнул.

— Моё имя Аристодемос Регас, с кем мне посчастливилось познакомиться?

— Это актирена Миали, Дем. Она была дружна с Арисом и однажды сделала мне бесценный подарок.

Царица Леймери была обескуражена столь оригинальным представлением, и всё же от этих слов на душе стало очень тепло.

— Ларс, ты про темный кристалл, маскирующий энергетические потоки? Брось! Не такой уж он и бесценный.

— Актирена, позвольте полюбопытствовать, с представительницей какой великой династии мне посчастливилось встретиться?

Ларсу хмуро посмотрел на Дема. Он вдруг почувствовал себя грубым и косноязычным. «Ничего удивительного, если бы я учился, то общался бы не хуже. Непонятно только, почему меня это вдруг так задевает», — подумал он, окончательно разозлился и направился к стоящему чуть в отдалении Руду, который кривлялся в попытках передразнить Дема.

— Ларс, этот Регас так и просит дать ему леща! Сначала он у меня пытался отбить женщину, теперь у тебя.

Глаза Ларса полезли на лоб.

— Про какую мою женщину ты говоришь? Актирену Миали?

— Ну а что, она красивая, — усмехнулся Руд, — ничем не хуже орчанки, хотя сиськи у Джай были больше.

— Я подошел к тебе вовсе не за тем, чтоб обсуждать сиськи. Миали является царицей Леймери, пусть и номинально, но всё же. Ты понимаешь, что это означает?

— Точно! Она же может дать официальное разрешение поселиться на Черепашьих островах!

— Именно! Тебе надо отправиться на «Бешеный комар» и организовать в моей каюте ужин. Достань лучшее вино, ну придумай что-нибудь! Ты ведь сын пекаря.

— И что с того⁈ Я моряк! Ну, хорошо, — растерянно ответил Руд и отправился к шлюпке.

Ларс вновь посмотрел на Дема и Миали. На лице женщины расцвела кокетливая улыбка, она поглядывала на рассыпающегося в любезностях Дема из-под густых черных ресниц, её глаза поблескивали в темноте, как у кошки.

Спустя пару минут Ларс почувствовал, что тоже хочет дать Дему леща, подошел к нему и решительно заявил:

— Пойдем, займемся кораблем, языком чесать будешь за ужином.

От стихийника хлынули волны обиды и возмущения. Раньше Ларс себе подобного общения не позволял. Лицо Миали же стало необычайно довольным. На губах играла хищная улыбка.

Пока Ларс гостил в сознании Миали, он не только успел изучить способ уплотнения темной энергии, но и узнал, что нравится этой красивой женщине, только как эти грамотно воспользоваться он с ходу решить не мог.

В компании капитана, плотника и еще нескольких матросов они с Миали и Демом снова спустились в трюм.

Ларс задумчиво посмотрел на темную воду.

«У тебя хватит сил посветить мне?» — спросил он актирену.

«Ларс, ты даже темный огонек не умеешь делать? Кажется, мне следует заняться твоим обучением. Хорошо, я подсвечу».

Матросы приготовили насос. Ларсу предстояло держать щит, пока не откачают воду и не заделают пробоину.

— Дем, как я нырну, ты тут же уничтожаешь скалу.

Тот кивнул, но по презрительно поджатым губам, Ларс догадался, что стихийник затаил на него обиду.

Миали создала небольшой светящийся холодным зеленоватым светом шар и направила его в воду, к месту пробоины. Ларс нырнул, формируя в руке сгусток тьмы. Он увидел очертания скалы, которая мгновенно превратилась в пыль и рассеялась мутным облаком. Разглядеть что-либо стало совершенно невозможно, и где находится, пробоина Ларс мог только догадываться. Он в отчаянии сделал огромный заслон и постарался наугад закрыть брешь. Когда маг вынырнул, в трюме стояла напряженная тишина. Похоже, вода не прибывала.

— Ну что вы смотрите! — воскликнул Девейн, — берем насос и за работу.

«Ты пол днища загородил, зачем такая площадь»? — услышал Ларс в голове голос Миали.

Он послал ей образ себя, бессильно разводящего руками.

«Там быстро стало мутно, ничего не разглядеть».

Миали рассмеялась.

Вскоре большая часть команды занялась откачкой воды из трюма. Ларс поднялся на палубу, продолжая поддерживать заслон.

* * *

Сидя в шлюпке, Руд размышлял о произошедшем. Приказ Ларса поставил его в тупик. Подготовить ужин для особы царских кровей, да еще и в условиях корабля, который плывет вот уже второй месяц, казалось ему совершенно невыполнимой задачей. А ведь Ариселла наверняка прекрасно представляет себе — как должен выглядеть подобный ужин. Мысли о царевне окончательно испортили настроение Руда.

Накануне отплытия Ариселла, к всеобщему удивлению, заявила, что раз она стихийница, то хочет служить на корабле. И Ларс тут же согласился. Руд обрадовался, заявив, что он готов уступить царевне свою каюту. Дема отправили на «Разящую пчелу». Всё складывается в его пользу. Только вот Руду казалось, что Дем не единственный его соперник. У Ларса с царевной очень быстро установились какие-то особые, теплые и доверительные отношения. Руд понимал, что приятель видит его интерес к девушке, но не торопился прояснять ситуацию. Наоборот ревность друга вызывала у Ларса ехидную улыбку. Однажды Руд решил спросить обо всем напрямую.

— Какие у тебя планы на Ариселлу? Женишься на ней? — спросил он с замиранием сердца. — Тебе это выгодно. Станешь сразу не простолюдином, а супругом царской особы,

— Неужели ты думаешь, что женитьба на ритреанке подняла бы мой статус в глазах ассуринцев? — презрительно фыркнул маг.

Руд возмущенно посмотрел на приятеля.

— Собираешься держать Ариселлу в любовницах⁈

— Ладно, не буду больше тебя дразнить, — весело ответил Ларс, — Вальд сказал, что мы с Ариселлой кровные родственники, так что я считаю её сестрой. А вот брак ритреанской царевны с Регасами нам был бы очень кстати.

Руд печально кивнул.

— Но всё же выбирать будет она, — продолжил Ларс, — так что у тебя есть шансы. Если вы оба скажите мне, что хотите пожениться, я препятствовать не буду. Ты готов взять Ариселлу в законные супруги?

И тут растерялся Руд. Он представил, что его жена — могущественная магиана царского рода, и ему стало не по себе. И хоть он давно носил амулет, защищающий мысли, Ларс всё понял без слов. Он лишь кинул на приятеля уничтожающий взгляд, и на этом их разговор был закончен. С тех пор Руд начал отдаляться от Ариселлы. Сначала она пыталась вернуть былое общение. А потом сделала какие-то свои выводы и перестала замечать его.

Пока Руд добирался до корабля, понял, что только она сможет достойно организовать ужин. Значит, придется просить её о помощи.

На «Бешеном комаре» его встретил Семен и Гелий, которые тут же засыпали массой вопросов.

— Ужин? Что мы можем предложить на второй месяц плавания? Ларс издевается? — возмутился капитан.

— У нас есть орочья настойка, если её подать первой, то на остальное никто уже не обратит внимание, — хохотнул Семен.

— Что происходит? — услышал Руд женский голос из-за спин моряков.

Все обернулись и посмотрели на кутающуюся в плащ Ариселлу, как на спасительницу.

— Ларс должен притащить сюда какую-то актирену, она имеет отношение к Черепашьим островам. Сейчас они заделают пробоину и прибудут сюда. А мы должны подготовить в его каюте ужин.

Ариселла сокрушенно покачала головой, но быстро собралась с мыслями и произнесла:

— Я знаю, что у вас у всех припрятано хорошее вино, сухофрукты и вяленое мясо для особого случая. Пора достать всё это, ведь через пару дней мы уже будем в Ханани. В первую очередь меня беспокоит другое — в каюте Ларса нет стола…

— В каюте Ларса вообще ничего нет, — хмыкнул Семен.

— У нас хоть где-то есть большой стол? — спросила Ариселла, глядя на Гелия.

Капитан покачал головой.

— Может поставить бочки, а на них наложить досок? — предложил Руд.

— Хорошо ты придумал! — ответил Семен. — А у меня есть покрывало из хананьского бархата, оно, правда, немного грязное, но за скатерть сойдет.

— Нет. На бархате никто не ест, — отрицательно покачала головой царевна, — пойдемте, посмотрим.

В каюте Ларса и впрямь было весьма аскетично. При входе стояло два сундука с одеждой и книгами. В небольшом буфете стояла посуда, оставшаяся еще от ритреанцев. Во втором помещении висел гамак. Единственным украшением тут были клинки, развешанные по стенам и белые атласные занавески на окнах, также оставшиеся от прежнего хозяина.

— Занавески можно использовать в качестве скатерти. Но каюта станет совсем убогой. Может у кого-то есть ковер? — задумчиво спросила царевна.

И тут Руда осенило.

— Меха! У нас же трюм забит мехами! Плотник сколотит нам низкий стол, мы застелим всё ими и устроим ужин по-хананьски.

Царевна счастливо улыбнулась Руду. И он почувствовал, как сердце предательски забилось.

— Только подушек у нас нет…

— Положим мешки с крупой, а сверху мех.

— Прекрасно, Руд, давай действовать.

* * *

Вскоре пробоину заделали, Ларс смог отпустить темный заслон и облегченно вздохнул.

— Мне кажется, ты расходуешь энергию слишком расточительно, — аккуратно заметил Дем.

Ларс мрачно кивнул.

— Много бы я отдал, чтоб узнать — откуда у тебя взялся такой мощный темный источник, ведь так не бывает, Ларс!

— Дем, тебе не надоело спрашивать?

Стихийник обиженно посмотрел на него.

— А светлый как? Не исчез?

Ларс резким движением снял кулон.

— Я стал хуже его чувствовать, но он все еще есть во мне, — ответил маг чуть дрогнувшим голосом.

— С твоим светлым источником всё в порядке, просто тебя что-то гнетет, и тьма плещет через край, — услышали маги женский голос.

Они обернулись и оторопели. К ним приближалась Миали. Платье из тончайшего шелка цвета лепестков увядшей розы не скрывало очертаний женственной фигуры, бесчисленное множество розовых алмазов рассыпались по корсету, спускаясь сверкающим водопадом к ножкам в изящных сандалиях. Волосы были собраны в высокую прическу, скрепленную бриллиантовыми шпильками. Несколько локонов спускались по спине ниже талии. Если до этого она выглядела ослепительной красавицей, то сейчас и вовсе превратилась в сказочное создание из высших миров.

Увидевшие столь восхитительное зрелище молодые люди не то, чтоб потеряли дар речи, они, казалось, разучились дышать.

— Если ты готова, то пойдем, — чуть прейдя в себя, произнес Ларс.

Неожиданно вокруг Миали возникло непроницаемое облако, которое поплыло в сторону шлюпок.

Послышался разочарованный вздох Дема.

Когда Ларс вошел в свою каюту на «Бешеном комаре», то сначала решил, что у него галлюцинации. Посреди каюты стоял низкий стол, накрытый подозрительно знакомой белой скатертью. Пространство вокруг него было устлано мехами. А на столе чего только не было. Впрочем, обилие вина, сухофруктов, вяленого мяса и сыра не удивило Ларса. Он озадаченно уставился на жаркое, дымившееся на огромном блюде.

— Вы кого сварили? — с подозрением спросил он.

Руд захихикал, но ничего промолчал.

— Я подманил несколько молодых альбатросов и свернул им голову, — простодушно ответил Хауг.

«Неужели нельзя было сделать вид, что тебя ничего не удивляет»! — услышал он в голове голос Ариселлы.

В этот момент Миали рассеяла облако и все безмолвно на неё уставились. При свете факелов её платье выглядело еще более пикантно.

— Ты представишь мне твоих людей, Ларс? — спросила актирена.

— Да, конечно.

Ларс чуть растерянно окинул взглядом собравшихся.

«Начни с царевны», — услышал он в голове голос Дема.

— В первую очередь я хочу представить Ариселлу, дочь Сетхарзима, царя Ритреи.

Брови Миали взлетели вверх. Она окинула оценивающим взглядом царевну, которая стояла перед ней в простой мешковатой тунике, на её лице играла открытая, полная достоинства улыбка. Женщины встретились взглядом. Миали смотрела на Ариселлу с уничижительной жалостью. Царевна же, продолжала улыбаться, но в черных глазах зажглись недобрые огоньки. «Не хотелось бы мне оказаться между ними», — подумал Ларс.

— Регаса ты уже знаешь, — продолжил он. — Это капитан моего корабля Гелий, Семен — его помощник, Хауг наш маг воздуха, Руд, — Ларс сделал некоторую заминку, ибо хоть его приятель и был на особом положении и даже имел небольшую долю в деле Ларса, но все же оставался обычным моряком, — Руд — мой друг и партнер.

Миали одарила всех приветливой улыбкой. Они расселись за столом, разлили вино.

— Что привело на борт корабля ассуринцев дочь Сетхарзима? — спросила темная, рассматривая царевну надменным взглядом.

— Примерно то же, что и правительницу Леймери — непредсказуемая воля Создателя.

— Сочувствую, как это тяжело, наверное, оказаться без слуг, украшений, достойной одежды… Если бы мне тебя не представили, я бы решила, что ты простая служанка.

На кончиках пальцев Ариселлы вспыхнуло пламя. Чаша, которую она держала в руке, треснула и вино полилось на белое полотно.

— На корабле я боевой маг. Впрочем, и ты в этом платье на царицу совершенно не похожа.

Миали побледнела.

— Я сама себе госпожа, могу одеваться как хочу. А ты играешь с огнем, девочка.

— Огонь — моя стихия, почему бы и не поиграть с ним?

— Вы в одинаковом положении, дамы, стоит ли ссориться, — неожиданно ляпнул Руд.

Дем побледнел, Ларс сумел сохранить лицо, а Хауг и Семен громко засмеялись.

— Руд, ты что-то путаешь. Ариселла — мой боевой маг, а госпожа Миали — наша почетная гостья. У меня перед ней долг, который я намерен заплатить сторицей.

Тем временем темная переводила внимательный взгляд с Ларса на Ариселлу и обратно.

«Так значит в тебе течет кровь царей Ритреи»?

«Прошу, тебя, только не надо озвучивать это вслух!» — испуганно ответил Ларс.

Царица хищно улыбнулась, и он понял, что теперь у неё есть хороший козырь против него.

«Существуют амулеты, которые маскируют ауру совсем, — ответила она , — минус их в том, что окружающие будут понимать, что ты полностью закрыт, значит, точно что-то скрываешь. Они изготавливаются на Леймери из добываемого только там красного алмаза».

«Спасибо тебе. Прошу, не обижай мою сестру, ей и так пришлось несладко».

Миали ничего не ответила.

— Так, значит, вы держите путь в Ханань? А что везете, если это не великая тайна?

— Четыре корабля с небируллом и три с мехами. Ну и немного кристаллов. Это будет последняя партия. Нескоро Эралам восстановит свой флот и возобновит торговлю. Впрочем, так же, как и Ритрея.

— Я готова купить у тебя кристаллы и небирулл. Сколько ты за них хочешь?

— Две меры золота, против одной небирулла. Про кристаллы, втрое от обычной цены.

— Ларс, но это же слишком дорого!

— Я единственный поставщик, могу устанавливать любые цены.

— В Ханани есть свой небирулл.

— Да, но его катастрофически мало… Разве не так?

— Я бы взяла у тебя большую часть товара, но цена меня не устраивает. Да и твой партнер не полный идиот. Ты единственный поставщик, но и покупателей у тебя не так много…

— Может попробовать подружиться с эсхирцами? — хмыкнул Ларс.

Миали возмущенно фыркнула и воткнула нож в головку отвердевшего сыра, откалывая себе кусок.

— Скажи, а Черепашьи острова ведь принадлежат Ханани? — решил перевести разговор Ларс.

— Черепашьи острова издавна принадлежат царству Леймери.

— То есть это твоя земля?

— Да. Но откуда вдруг такой интерес?

— Некоторое время назад я и еще полторы тысячи человек покинули Ненавию. Мы больше не хотим жить под гнетом Эралама. Вскоре мы вернем себе наши земли, только соберемся с силами. Но эту зиму нужно пережить.

Глаза царицы загорелись.

— И ты хотел попросить разрешения поселиться на Черепашьих островах?

— Да, всё так.

Миали вздохнула.

— Я предложу тебе кое-что получше. Ты можешь поселить всех своих людей в столице Леймери. На Черепашьих островах им придется тяжко.

— Ты уверена? — неожиданно ввязался Дем. — Прости, но боюсь, что наместник Ханани может возражать…

— Император прислал нового наместника. Он оказался прекрасным человеком, любящим золото. С ним легко можно договориться. Но тебе, придется пересмотреть свои цены на небирулл.

Ларс поморщился.

— Хорошо, я готов торговаться, но с мехов скинуть не могу. Это не мой товар.

— Меха вези в Ханань, — улыбнулась Миали, — я пока смогу взять только небирулл с двух кораблей. Но у меня будет еще одно условие. Сначала мы поплывем на Леймери.

— Неожиданное предложение, — ответил Ларс, — я должен подумать.

— А где сейчас находятся люди, про которых ты говорил?

— На острове, около орочьих берегов.

Миали улыбнулась так, будто ей уже дали положительный ответ.

— Я знаю только один достаточно большой остров, расположенный у берегов орков. Если они там, то положение ваше весьма печально.

«Похоже на мышеловку», — услышал Ларс в голове голос Хаука.

«На Ассуринском море не так много сил, которых нам стоит опасаться, Хауг»

— Но почему именно на Леймери?

— Ты знаешь, кто живет на черепашьих островах, Ларс? — с улыбкой спросила Миали.

— Мы не раз набирали там воду. Мне казалось, что там сплошные леса, хотя места просто сказочные.

— На этих островах живут оборотни. Большинство из них не хочет селиться в городах. Им нравится в лесах. Ни один чистокровный оборотень не выдержит жизни в душном каменном колодце.

— А как же ты, царица? — удивленно спросил Ларс.

— У меня в роду есть люди…

«Она хочет, чтоб её подданные смешались с людьми. Полукровки могут адаптироваться. Из них выходят ремесленники, моряки, а чистые оборотни живут как животные», — услышал Ларс в голове голос Ариселлы.

«Надо плыть на Леймери и посмотреть — что там. Не уверен, что представители Ханани допустят такое количество чужих кораблей у их берегов, а уж тем более переселенцев…»

— Я благодарю тебя за ужин, Ларс. Мне пора возвращаться на свой корабль, — сказала Миали, вставая из-за стола.

Все присутствующие уставились на её фигуру.

— Я поплыву к берегам Леймери. Не хотелось бы никого задерживать. Поэтому спрошу о твоем решения сейчас.

Ларс в очередной раз почувствовал, что ему не хватает воздуха.

— Ты уверена, что, если мы всей эскадрой подойдем к Леймери, это не будет воспринято, как вторжение?

Миали неожиданно скинула ментальный щит и посмотрела Ларсу в глаза.

— Нет. «Морская львица» выйдет вперед, и я предупрежу хананьцев о визите. Еще раз говорю, что новый наместник, актирен Теймир, очень умный и проницательный человек. Он не упустит возможность извлечь выгоду из торговли с тобой и твоими партнерами. Это будет отличной сделкой для нас всех. Вы станете моими гостями, познакомитесь с представителем Ханани, побываете в городе и сами убедитесь, что это идеальное место для ваших семей.

Ларс окинул взглядом собравшихся.

— Не вижу подвоха, — кивнул Руд.

— Не знаю, что сказать тебе, Ларс, — произнес Гелий, который весь ужин глубокомысленно молчал, — Но, видимо, стоит рискнуть.

— Надо попробовать, — коротко кинул Дем.

— Ты хочешь предпринять еще одну попытку очеловечить оборотней и освободить свои земли, царица? — неожиданно изрекла Ариселла.

Миали оскалилась.

— Оборотни испокон веков живут привычным им укладом, и никто не сможет их очеловечить. Хананьцы пробовали, у них не получилось.

— Это потому, что на острова прислали мужчин, которые думали, что смогут жениться на местных женщинах. Но мужчины-оборотни не позволили им это сделать. Они сражались так, что хананьцы отступили, решили, что бесконечная война им не нужна, построили город, отправили в него войска и наместника. Но сейчас на Леймери прибудут женщины и дети. Это в корне меняет ситуацию.

Ларс заметил, что на кончиках пальцев царицы играет тьма.

— Прибудут не только женщины и дети, но и их мужчины. У тебя были хорошие учителя, дочь Сетхарзима, но ты не смогла разгадать мои намерения. Я заинтересована в том, чтоб Леймери снова стал центром торговли. А мои подданные жили и будут жить по-прежнему в своих джунглях. У меня нет намерения разрушить их счастье. Не стану я обманывать абсолютного мага ради того, чтоб заполучить тысячу ассуринских женщин. Для этого можно было бы купить рабынь в Ханани.

Ларс всё это время заворожено смотрел на Миали.

— Семен, что скажешь ты?

— Да после того, как мы сбежали от Цебера, нам ни один хор не страшен. А потом мы ведь еще не переселяемся, просто в гости зайдем. Давай рискнем, Ларс.

— Хорошо, тогда меняем курс на Леймери.

Ариселла резко поднялась из-за стола и, ни с кем не прощаясь, вышла из каюты. За ней вскочил Дем, а за ними и Руд.

Как только дверь закрылась, Хауг расхохотался.

— Царица, ты не торопись, попробуй самогон. У нас на борту самый лучший из всех, который только можно найти на орочьих берегах.

Миали улыбнулась победной улыбкой.

— Ну что же. Я и впрямь никогда не пробовала этот напиток. Налей всем, орк. Давай выпьем за наш союз.

Хауг поспешно разлили самогон и протянул чашу царице. Ларс хотел было предупредить её, но опоздал. Миали сделала большой глоток, покраснела, на глазах выступили слезы.

Она испуганно посмотрела на Ларса.

— Вкус ужасный, но действует отменно, — извиняющимся голосом произнес тот.

— Хорово пойло, — выдохнула Миали и растерянно улыбнулась.

— Ну а как же! — радостно воскликнул Хауг. — Думала, мы тебя обмануть решили?

— Ларс, ты ведь меня проводишь, — попросила Миали, подозрительно тихим голосом.

— Конечно, — ответил он и протянул руку.

Ладонь Миали была необычайно горячей. Он не мог слышать её мысли, но чувствовал идущий от неё букет эмоций. В который раз Ларс столкнулся с тем, что не понимает чужих чувств. Ему показалось, что он очутился в ночных джунглях, благоухающим магнолией и сандалом. Тут было смертельно опасно, но тьма так и манила погрузиться в её тайны. Они дошли до шлюпок. Ларс посмотрел, как она легко спустилась по веревочной лестнице, и хотел было последовать за ней, как услышал в голове:

«Не стоит, Ларс, если ты будешь меня провожать на корабль, мы слишком задержимся. А ты и так потерял много время».

«Ты права», — признал он.

Ларс посмотрел, как шлюпка отчаливает от борта «Бешеного комара», и поднялся на капитанский мостик. Гелий стоял за штурвалом. Хауг сидел на палубе, на своем любимом месте, опершись спиной о бочку.

— Идем за «Морской львицей»? — спросил капитан.

— Да, — выдохнул Ларс, глядя на очертания корабля Миали.

«Наверное, она уже поднялась на борт, зашла в каюту и сняла это своё сногсшибательное платье…»

— Ларс, иди поспи, — негромко сказал Гелий, — если произойдет что-то важное, тебя разбудят, обещаю. Завтра тебе надо будет иметь свежую голову.

Ларс с удивлением посмотрел на Гелия. Потом перевел взгляд на ухмыляющегося Хауга и почувствовал злость. «Что вдруг со мной произошло? В такой решающий момент я думаю хор знает о чем! Видимо, самогон ударил в голову. Надо поспать пару часов».

Очнулся Ларс уже на рассвете. За ночь ничего примечательного не произошло. За штурвалом стоял Семен, дул попутный ветер. Его эскадра резво шла за сверкавшей пурпурными парусами «Морской львицей». Воспоминания предыдущей ночи заставили Ларса нахмуриться. «Нет же. Хоть я и потерял голову от красоты царицы, но всё же все мои решения правильные».