Теперь скажем о том, чтó и у признающих идеи и у непризнающих имеет некоторую [немалую] трудность и чтó принципиально было раньше затронуто в «Апориях» [156]. Именно, если не утверждать существования субстанций в отделении [от вещей], т.е. [не утверждать их] таким путем, как [это] говорится относительно единичного из сущего, то уничтожится, как мы пытаемся говорить [157], и [сама] субстанция. Но если утвердить отделенные [от вещей и самостоятельные] субстанции, то – кáк можно было бы [тогда утверждать существование] их элементов и принципов, [если субстанции – вне того, чего они субстанции]?
a) В самом деле, если [сказать, что они] – единичное и не-общее, то сущего [тогда] будет существовать столько, сколько есть элементов, и притом непознаваемых элементов, [поскольку смысл их мыслится вне их].
1. Напр. [158], пусть имеются, с одной стороны, слоги языка в качестве субстанций, [т.е. кроме самих звуков пусть не будет мыслиться никаких субстанций звуков].
α) Тогда необходимо, чтобы слог bа был одним, и каждый слог был одним, поскольку они ведь не есть общее и поскольку самотождественны они [только] по виду, но каждый нумерически один и есть [определенная] этость и не по имени [159] только [один и этость].
β) Далее [160], каждый [слог], как он есть [сам по себе], утверждают в качестве [именно] одного, [по числу, а не чего-то общего].
γ) Но [если это имеет значение относительно] слогов, то [это относится] также и к тому, из чего они состоят. Следовательно, не будет [звук] «a» больше одного, [и не будет больше одного] ни один элемент из прочих, по той же самой причине, как и тот же самый слог из прочих [не будет] другим и другим. Но если так, то, разумеется, рядом с элементами [уже] не будет ничего иного, но [будут] только элементы, [т.е. слог как слог разрушится].
2. Кроме того, [эти] элементы не будут предметом знания, ибо они не есть общее, а знание относится [как раз] к общему. Это ясно как из доказательств, так и из определений, потому что не получается силлогистического вывода, что сумма углов этого треугольника равняется двум прямым, если не всякий треугольник [вообще] равняется двум прямым, или что вот этот человек есть живое существо, если не всякий человек – живое существо.
b) Напротив того, если принципы есть, действительно, общее, или субстанции, [возникающие] из этих принципов, суть общее, то не-субстанция (μη ουσια), [т.е. в данном случае общее, не единичные факты], окажется [по смыслу] раньше субстанции, так как общее не есть субстанция, а элемент и принцип [были признаны в качестве] общего, так что элемент и принцип – раньше того, элементом и принципом чего они являются [161].
a) Все эти выводы, очевидно, оказываются правомерными всякий раз, когда идеи заставляют происходить из элементов, и наряду с субстанциями, содержащими в себе самотождественный вид, и идеями допускают существование некоего одного в существовании, отдельном [от вещей] [162]. Если же представляется возможным, напр., чтобы в элементах звука были многие «a» и «b», чтобы кроме [этого] множества [уже] не было бы никаких «a»-в-себе или «b»-в-себе, то именно в силу этого получаются бесконечные [по числу, друг другу] подобные слоги [163]. Но из всего сказанного наибольшей апорией является то, что всякое знание [относится как раз к] общему, почему и необходимо и принципам сущего быть общими и [в то же время] не быть отдельными [от вещей] субстанциями. Тем не менее это положение в одном отношении [должно считаться] истинным, в другом же – не истинным.
b) Именно, знание, равно как и познавание (το επιστασθαι), двоякого рода: одно – потенциальное (το δυναμει), другое – энергийное (το ενεργεια). Потенция, будучи в качестве материи общим [164] и неопределенным, относится к общему и неопределенному; энергия же, будучи определенной и [энергией] определенного, есть этость и относится к этости. Однако, [и] в акциденциальном смысле зрение видит краску вообще (το καθολου χρωμα), потому что эта вот видимая им краска есть краска [вообще]; и то, что видит грамматик, эта вот альфа, есть альфа [вообще]. Поэтому, если принципы должны быть общими, то и [зависимое] от них, [хотя бы и данное в чувственном], должно быть общим, как это имеет место и в доказательствах [165]. А если так, то – и не будет ничего отдельного от вещей, и не будет никакой [только единичной] субстанции; но ясно, что знание в одном отношении относится к общему, в другом – не относится [166].