Антуан бросился за Шери. Он видел, как она вышла за стеклянную дверь, и ее поглотила толпа снаружи. Откуда взялись эти люди? Перед его домом никогда не собиралось такое количество людей.

Открыв дверь, он увидел, как какой-то рослый мужчина в темном костюме подошел к Шери. Он проводил ее к большому темному внедорожнику.

— Шери! — Его голос затерялся в криках толпы. — Шери, стой!

Когда он выбрался из толпы, внедорожник уже тронулся с места. Антуан побежал за ним, но вскоре понял, что они не собираются останавливаться. Неужели Шери похитили?

Он обернулся. К нему подбежали папарацци и ткнули ему в лицо телефоны.

— Откуда вы знаете принцессу?

— Принцесса Сесилия гостила у вас?

Принцесса? Принцесса Сесилия?

Антуан попятился, осознавая чудовищность того, что ему рассказывали репортеры. Шери — принцесса Сесилия? Ему стало не по себе. В мгновение ока их некогда идиллическая ситуация изменилась, и все стало бесконечно сложнее.

Ему надо о многом ее спросить. Им предстоит решить важные дела. Антуан оказался не готов к тому, чтобы она просто так ушла. Ему не нравилась перспектива больше не увидеться с ней. А поскольку она — принцесса чужой страны, все правила изменились.

Как бы ему ни хотелось, чтобы все вернулось к тому, что было раньше, он знал: этот момент давно упущен. Принцесса Сесилия вернется к своей семье. Что они почувствуют, когда узнают о ребенке?

Будут ли они пытаться разлучить их? Мысль о том, что его навсегда разлучат с собственным ребенком, спровоцировала в его душе яростный защитный инстинкт. Никто не встанет между ними. Его не волновало, что ему придется делать.

Наверное, именно такие чувства испытывают родители. Возможно, то же самое чувствовали его собственные родители. Прямо сейчас Антуан готов пойти на край света ради Сесилии и их ребенка.

Голос репортера отвлек его от раздумий.

— Можете ли вы рассказать нам, откуда вы знаете принцессу? Вы ее жених?

Антуан пробирался сквозь толпу, а репортеры продолжали забрасывать его вопросами о принцессе. Он их игнорировал.

Достав ключ-карту, он вошел в жилой дом. Вернувшись в свою квартиру, он потянулся за телефоном. Его пальцы быстро двигались по экрану, пока он печатал сообщение:

«Ты в порядке?»

Как только Антуан отправил сообщение, раздался шум. Он взглянул на журнальный столик и обнаружил, что Сесилия забыла свой телефон. Он помнил, как она была расстроена, выбегая за дверь. Она злилась на него, потому что он не мог обещать ей любви и верности, как ей хотелось. Но он отказывался лгать ей и говорить, что готов создать настоящую семью. Он до сих пор не смирился с идеей стать хорошим отцом.

Теперь, когда Сесилии не стало, его квартира казалась пустой. Он опустился на диван и ввел в поисковик на телефоне «Принцесса Сесилия».

Антуан сразу заметил на старых фотографиях ее длинные золотисто-каштановые кудри. Прическа очень отличалась от короткой светлой стрижки, которую носила Шери. Что заставило ее остричь волосы и осветлить их?

Он продолжал рассматривать фотографии. У этой женщины был такой же дерзкий нос и высокие скулы. Он увеличил фотографию, рассматривая очаровательные голубые глаза женщины, пухлые губы и ямочки на щеках.

Это была она!

Его Шери на самом деле — принцесса Сесилия.

Мужчина обрадовался, что она нашла свое прошлое и свою семью. Интересно, вернулась ли к ней память? Он хотел спросить ее об этом, но ее телефон остался в его квартире, поэтому у Антуана не было возможности связаться с ней. Он хотел сказать ей, что рад за нее. Никто не должен терять свое прошлое.

Но потом приуныл. Если раньше он беспокоился, что потеряет ее, когда к ней вернется память, то сейчас запаниковал. У него дома прибиралась принцесса. Он мысленно застонал. Она не захочет встречаться с ним после того, как он сделал ее экономкой. Неудивительно, что она совсем не умела убирать комнаты.

В другом мире ей наверняка прислуживает небольшая армия уборщиков, которые следят за чистотой и порядком в ее дворце. Он не сомневался, что до того дня, когда их свела судьба, Сесилия ни разу не пользовалась пылесосом и тряпкой для пыли.

Антуан чувствовал себя идиотом. Как он мог не заметить, что в ней было что-то особенное? Ну, он заметил ее особенности, но понятия не имел, что в ней течет королевская кровь.

Отныне все изменилось. Жаль, что Сесилия не осталась с ним, чтобы продолжить то, что они начали, и посмотреть, к чему это приведет. Возможно, однажды она выйдет замуж. Но он об этом не узнает, если не поедет за ней.

Теперь, когда воспоминания вернулись, Сесилия вспомнила напряжение во дворце и свой разрыв с Полом. Все казалось таким далеким. Разбитое сердце, которое, как она думала, мучило ее после расставания с Полом, на самом деле не болело. Ее просто одолевал страх.

Страх никогда не встретить подходящего ей человека. Она боялась, что папарацци отнимут у нее шанс на счастье. Страх, что никто не полюбит ее настолько, чтобы смириться с ее сложной жизнью.

Ее страхи не исчезли после встречи с Антуаном. Во всяком случае, он только подтвердил ее причины для беспокойства.

Сесилия попросила посольство сообщить Антуану, что она в безопасности и возвращается в Ридианию. Ей дали чистую одежду, подобающую принцессе. И теперь она сидит совсем одна на заднем сиденье самолета. Она убеждала себя в том, что должна испытывать облегчение, возвращаясь домой. Ей больше не придется жить за счет щедрости Антуана.

Память к ней по большей части вернулась. Оставалось, правда, несколько серых пятен, но она была уверена: еще немного времени, и ее память станет кристально чистой.

Отчасти ей казалось, что Антуан ее предал. Он был без ума от нее, когда все складывалось легко и весело. Потом, когда все усложнилось и в перспективе появился ребенок, Антуан оттолкнул ее обеими руками. Ей было очень обидно.

Неужели она придумала, что между ними сложились любовные отношения? Вспоминая недели, проведенные вместе, она понимала: Антуан ясно заявил, что не берет на себя никаких обязательств. Горькая правда заключалась в том, что он ничего к ней не испытывал. И лучшее, что она могла сделать для себя и ребенка, — забыть Антуана. И это будет не слишком трудно, учитывая, что он не хочет ни ее, ни их ребенка.

Измученная и убитая горем, принцесса, несомненно, должна встретиться с матерью, которая будет очень недовольна ее выходкой и последующим освещением в прессе. Оставалось надеяться, что отец будет рад ее видеть. Он всегда перекладывал проблемы с Сесилией и ее сестрами на их мать. Поэтому Сесилии придется иметь дело только с одним родителем, а не с обоими одновременно.

Ночью самолет приземлился в Ридиании. Вспышки камер осветили ночь, когда машина Сесилии с шофером выехала на главную дорогу. Она вернулась мыслями к Антуану. Интересно, что он сейчас делает? Обрадовался ли он, узнав, что она ушла?

Ответы, которые она придумывала, делали ее еще несчастнее. Она посмотрела в чернильно-черную ночь и прижала руку к еще плоскому животу.

Вскоре они были на территории дворца. Сесилия решила, что сможет проскользнуть в свою спальню, не отвечая ни на какие вопросы.

Но при входе во дворец ее встретила личная секретарша матери. Глаза пожилой женщины удивленно округлились. Сесилия забыла о радикальной смене прически. Она достаточно долго носила короткие волосы и привыкла к ним, но никто во дворце не видел ее нового образа.

В мгновение ока выражение лица секретарши стало нейтральным.

— Ваше высочество, королева ждет вас в кабинете.

Сесилия мысленно простонала, но спокойно ответила:

— Спасибо.

Ей не хотелось встречаться с матерью, но и бегать от нее она не собиралась. Лучше всего покончить с этим как можно быстрее. Вполне возможно, что отец тоже захочет поговорить с ней. Но затем она вспомнила, как секретарша сказала, что ее ждет королева, не упомянув о короле. Сесилия немного успокоилась. Она ненавидела расстраивать отца, но с матерью все было иначе. Она привыкла разочаровывать свою мать, потому что той постоянно казалось, что все ее поступки недостаточно хороши.

Ни один из ее прошлых побегов не заканчивался так неудачно. Ее ни разу не сопровождали в посольство, чтобы отправить домой на частном самолете в окружении охраны. Она не знала, охраняют ли ее, чтобы защитить или чтобы убедиться, что она не сбежит снова.

Сесилия остановилась у кабинета матери и с трудом сглотнула, а потом сделала глубокий, успокаивающий вдох. Прежде чем передумать, она постучала костяшками пальцев в дверь.

— Входи!

Сесилия открыла дверь и вошла внутрь. В комнате было темно, если не считать настольной лампы, излучавшей теплый свет. На ее матери было светло-голубое атласное платье. Ее волосы аккуратно уложены, но макияж смыт.

Мать Сесилии выглядела старше своего возраста. Морщины беспокойства на ее лице стали заметнее. Сесилия задавалась вопросом, виновата ли она в ее тревогах. У нее, брата и сестер были непростые отношения с родителями. Королевские отпрыски были очень волевыми и независимыми.

Сесилия расправила плечи и приготовилась к выговору.

— Ты хотела меня увидеть.

Мать сняла очки для чтения и стала изучать Сесилию. Потом ее глаза расширились.

— Твои волосы. Что ты сделала со своими прекрасными волосами? Пожалуйста, скажи, что это парик.

— Это не парик.

Мать нахмурилась. Напряженный момент затянулся.

— Зачем ты постриглась?

Сесилия не собиралась говорить матери, что сделала это ради побега.

— Мне хотелось перемен.

— Но у тебя были такие красивые длинные волосы. Тебе придется носить парик, пока они не отрастут.

Сесилия покачала головой:

— Всю жизнь у меня были длинные волосы. Мне нравится короткая стрижка.

Когда королева не ответила сразу, Сесилия приготовилась к худшему. Что бы ни сказала мать, она не передумает и не наденет парик. Пришло время показать королевству, что она больше чем послушная принцесса. Стрижка — только начало ее преображения. Ей хотелось заниматься дизайном одежды.

— Стрижка подчеркивает твои скулы, но цвет волос… Может быть, перекрасить их в твой природный золотисто-каштановый оттенок?

Мать пыталась с ней договориться. Сесилия сдержала улыбку. Обычно мать диктовала, как все должно быть, но на этот раз она смягчилась. И, честно говоря, Сесилии больше не нравился светлый цвет ее волос.

— Я их перекрашу.

Мать одобрительно кивнула.

Король внезапно появился перед Сесилией. Она не видела, что он сидит в тени. Он улыбнулся.

— Хорошо, что ты дома. — Подойдя, он быстро обнял дочь и повернулся к жене: — Я оставлю вас наедине. Не засиживайтесь допоздна.

— Не будем, — пообещала королева.

И тогда король обратился к Сесилии:

— Перестань нас беспокоить! Я уже слишком стар для подобных выходок.

— Прости. Я не хотела тебя волновать.

Он кивнул:

— Спокойной ночи!

Дверь кабинета со скрипом открылась и захлопнулась за ним. Внезапно Сесилии захотелось последовать за отцом за дверь.

Мать разглядывала ее.

— Где ты была? Мы искали тебя, особенно после того, как ты не вернулась, хотя обещала сестре вернуться.

Сесилия вкратце рассказала матери о несчастном случае и о том, что несколько недель она ничего не помнила. Она не упомянула о своей работе экономкой. Она знала, что мать сразу невзлюбит Антуана, и не хотела, чтобы это произошло. Он — отец ее ребенка.

— С тобой все в порядке?

Взгляд королевы стал обеспокоенным.

— Да, сейчас со мной все в порядке. Память не вернулась полностью, но врач сказал, что это нормально.

Мать позвонила по телефону личной секретарше:

— Немедленно вызовите доктора во дворец. — Пауза. — Нет, для принцессы Сесилии.

Когда мать повесила трубку, Сесилия сказала:

— В этом нет необходимости. Я уже была у нескольких врачей. — Она не упомянула, что один из них был акушером. — И мне сделали кучу анализов.

— Но это были не наши врачи. Мне нужно убедиться, что ты здорова.

Сесилия удивилась волнению матери:

— Прости, что расстроила тебя.

Королева сидела за столом, сдвинув брови и поджав губы.

— Зачем ты сбежала именно в то время, когда мы пытались разобраться с твоим братом, отказавшимся от трона?

Сесилии следовало знать, что забота ее матери не продлится долго. Все всегда возвращалось к короне и к тому, как их воспринимали подданные.

— Это одна из причин, по которой мне нужно было уехать.

— Я думала, ты уехала потому, что ты… и Пол…

— Мама, мы не просто так расстались. Он бросил меня из-за папарацци. — Королева вряд ли хотела услышать правду, но Сесилия собиралась все ей рассказать. — Ты занималась делами, устраивая представление для публики, чтобы все поверили, что во дворце ничего не изменится, хотя Иштван не станет королем. Но никакие твои действия не сделают все таким, каким оно было раньше.

Королева откинулась на спинку стула.

— Ты просто не понимаешь. На нашу семью возлагаются определенные ожидания.

— Я понимаю эти ожидания. Я имела с ними дело всю свою жизнь. Знаешь, чему я научилась, пока была во Франции? Я поняла, что без общения семьи распадаются. Сейчас я пытаюсь поговорить с тобой и надеюсь, что ты действительно меня услышишь.

— Я всегда тебя слышу.

— Ты слышишь только то, что хочешь услышать.

— Во всем виноват тот мужчина из Франции, с которым тебя сфотографировали. Именно он вложил такие мысли в твою голову?

— Его зовут Антуан, и он не вкладывал в мою голову никаких мыслей. Я сама сделала выводы.

Королева вздохнула:

— Из-за тебя у меня разболелась голова. Иди к себе. Скоро тебя осмотрит врач.

Сесилия повернулась и пошла к двери, с радостью заканчивая разговор. У двери она оглянулась через плечо:

— Спокойной ночи!

Ее мать не ответила.

Сесилия открыла дверь и быстро шагнула в коридор. Наверное, ей следовало рассказать матери о ребенке, но пока она не решила, каким будет ее мир с ребенком в нем. А ее матери сейчас не до таких новостей.

Она поднялась по парадной лестнице так быстро, как только могла. И направилась в свою комнату. Она закрыла дверь и прислонилась к ней спиной. Ей не удастся долго скрывать ребенка, но она выждет еще несколько дней.

Сесилия подумала об Антуане. Вспоминает ли он ее? Или он испытал облегчение, когда она ушла из его жизни? Мысль о том, что она больше никогда не поговорит с Антуаном, тяготила ее. Конечно, он не откажется от ребенка. Она затосковала, думая, что Антуан повторит историю своего отца и не будет воспитывать их ребенка.

Она обвила руками живот:

— Не волнуйся, малыш! Я всегда буду любить тебя всей душой.