Мы поднялись на второй этаж и он толкнул дверь в конце коридора. Комната — нет, это была спальня — просто поражала. Огромная кровать, явно рассчитанная человек на пять, если не больше, возвышалась в центре, окружённая полупрозрачными занавесками, мерцающими, как северное сияние.

Множество белоснежных подушек разбросанных на голубом покрывале, казались мягкими, как облака на небе.

Только вот... мысль о том, что мы будем спать с "мужем" вместе, откровенно пугала. Во рту вновь пересохло, и я сглотнула, пытаясь придумать, как это оспорить.

— Это... наша спальня? — голос дрогнул, и я невольно отступила от супружеского ложа на пару шагов.

Адам повернулся, скрестив руки на груди, что только подчеркнуло его бицепсы.

— Да. Тебе не понравилось? Могу заказать другую, если эта слишком... маленькая.

— Нет... — от смущения не знала куда деть взгляд. — Я просто думала, что всё будет иначе... Что мы не будем спать вместе... То есть на одной кровати.

Он хмыкнул, явно забавляясь моим смущением, и покачал головой.

— Иди, освежись. Ванная там.

Маравиец указал на дверь, за которой виднелась уборная.

Спорить не стала. Всё же очень хотелось смыть с себя усталость и долгий путь. Да и попросту побыть наедине со своими мыслями.

Скинула туфли и шагнула в душевую. Горячая вода расслабила и взбодрила. Влажные волосы липли к плечам, когда я вышла, завернувшись в мягкое полотенце.

Мурка была на кровати и уже вылизывалась с довольным видом. Кажется, её кто-то накормил. Эта кошка явно освоилась быстрее меня!

Я набрала номер лечебной станции на своём коммуникаторе, сердце колотилось от волнения. Экран мигнул, и голос оператора ответил:

— Слушаю вас, Анна.

— Деньги поступили? Как моя малышка? — спросила с волнением, сжимая устройство так, что пальцы побелели.

— Да, средства на счету. Операция запланирована на завтра. Состояние тяжёлое, но шансы есть, — сухо и профессионально отозвалась бездушная машина.

Мир вокруг сжался. Слёзы подступили к глазам, и я не смогла их сдержать. Коммуникатор уже погас.

Моя маленькая девочка, за которую я боролась. Теперь у нее был шанс. Если бы не она, я бы никогда не ввязалась в эту авантюру. Грудь сдавило, и я тихо всхлипнула, утирая слёзы.

— Что за малышка? У тебя есть дети? — холодным тоном произнес за моей спиной Адам.

"Муж" стоял в дверях, опираясь на косяк, его янтарные глаза сузились, а мышцы под комбинезоном напряглись, будто он готовился к прыжку в любой момент.

Глава 5

Я медленно повернулась, всё ещё сжимая коммуникатор, и встретилась с его взглядом. Янтарные глаза Адама буравили меня, холодные и проницательные, но в них не было отвращения — только напряжёние и любопытство.

Слёзы ещё блестели на моих ресницах, и я вдруг осознала: это мой шанс. На Земле мужчины шарахались от чужих детей, как от огня, а тут — маравиец, маршал, с его статусом и силой. Может, он не хуже?

Я могла бы использовать это.

Он богат, он влиятелен, и если я сыграю правильно, он поможет мне материально. А потом я уйду навсегда, чтобы больше никогда не пересекаться с этим миром дикой силы и чужих традиций. Сердце заколотилось от смеси надежды и вины, но я вскинула подбородок, стараясь выглядеть гордо.

— Да, — произнесла сгордостью и выпрямилась. — У меня есть ребёнок. И что?

Адам замер, его широкие плечи напряглись, и я ждала — отторжения, гнева, чего угодно. Но вместо этого он шагнул ближе, и хрипло пророкотал:

— Почему ты сразу ничего не сказала? Где он сейчас?

Я ошарашенно моргнула, не веря своим ушам. Он не отшатнулся. Не отвернулся.

Вместо этого он достал коммуникатор и начал набирать номер агента. Пальцы его двигались быстро. Я стояла, разинув рот, пока он бросал короткие команды:

— Да, это Адам. Проверь контракт. У жены ребёнок, нужно уточнить детали. И свяжи меня с лучшими врачами.

Между делом он повернулся ко мне, и его твёрдый, как сталь взгляд, остановился на мне.

— Что за диагноз у ребёнка? Сколько ещё нужно для помощи ему?

Слёзы подступили снова, но теперь от шока и тепла, которое неожиданно разлилось внутри. Никто на Земле не смотрел на меня так. Все фонды отказали, все врачи разводили руками, а тут — этот маравиец, с неподдельным интересом задаёт вопросы, как будто это его долг. Я сглотнула, чувствуя, как горло сжимается.

— Переведенной вами суммы хватит, — прошептала я, опуская глаза. — Я... теперь чувствую себя лгуньей. Вы так искренне хотите помочь, а я... я вру.

Адам нахмурился, его брови сошлись над переносицей, но он не перебил. Я продолжила, слова вырывались, как поток:

— Это не мой ребёнок. Джуна — дочь моей сестры. Она умерла на Земле от редкого заболевания. У нас его не лечат, а здесь, на Маравии, есть технологии, но за огромные деньги. Поэтому я согласилась на этот брак. Ради неё.

Он слушал, скрестив руки, его фигура возвышалась, как скала, а янтарные глаза изучали меня, не давая ни малейшего намёка на осуждение. Когда я закончила, он шагнул ближе, и я почувствовала тепло его тела, несмотря на разделяющее нас расстояние.

— Теперь ты моя жена, — отчеканил он... зло? — А твои проблемы — мои проблемы. Джуну вылечат лучшие врачи Маравии.

Я замерла, не веря своим ушам. Слёзы потекли по щекам, но теперь это были слёзы облегчения. Он повернулся, его длинные волосы с золотыми прядями качнулись, и добавил:

— Мне нужно сделать пару звонков. Останься здесь.

Он вышел, его шаги гулко отдавались по мраморному полу, а я осталась стоять посреди спальни словно громом пораженная. Комната казалась меньше без его присутствия, но воздух всё ещё вибрировал от его энергии.

Я опустилась на край огромной кровати, чувствуя, как колени дрожат. Неужели это правда?

Этот маравиец готов помочь? Я провела рукой по влажным волосам, всё ещё пахнущим его гелем для душа, и попыталась собраться с мыслями.

За дверью слышался его голос — низкий, командный, отдающий приказы. Я представила, как он стоит там, с прямой спиной и стиснутыми кулаками, решая мою судьбу. Сердце билось быстрее, и я не могла понять — то ли от страха, то ли от надежды.

На Земле меня ждала только борьба, а здесь... здесь, кажется, открылась дверь в другой мир. Мир, где возможности Адама могли стать моей опорой.

Мурка потянулась, её коготки впились в плед, и я невольно улыбнулась.

— Ну что, котёнок, — шепнула я, — кажется, мы с Джуной попали в хорошие руки. Или в когтистые лапы?

Но внутри всё ещё бурлило. Его слова — «твои проблемы — мои проблемы» — эхом отдавались в голове. Что будет дальше? Неужели Адам действительно станет моим спасением?

Глава 6

Арон

Я сидел в полумраке своей комнаты, массивное кресло из чёрного металла скрипело под моим весом, пока я смотрел на огромную плазму, висящую на стене.

Экран мерцал, транслируя каждый угол этого проклятого особняка. Анна стояла в спальне, всё ещё с влажными волосами после душа, прижимая к себе кошку.

Земляночка не знала, что по всему дому установлены камеры, и это давало мне преимущество — жадное, почти болезненное.

Глаза скользили по её фигуре, впитывая образ красавицы. Тёмные волосы струились по ее плечам, капли воды поблёскивали на коже, а её неуверенные, но грациозные движения разжигали во мне огонь.

Если бы я не проиграл, если бы этот гад Адам не мухлевал (а в том что он обошел меня нечестно, я был абсолютно уверен, слишком хорошо знал своего братца), сейчас я был бы рядом с ней, а не он.

Сжал от досады кулаки, чувствуя, как мышцы напрягаются под кожей. Мы с Адамом всегда были равны — два маршала, два хищника, выкованные в боях Маравии. Но тот спор, тот дурацкий поединок за право быть первым мужем...

Я до сих пор уверен, что он подстроил всё. Этот его хитрый взгляд, когда я оступился на тренировочной арене, этот его самодовольный смешок. Зараза.

Теперь она — его, а я сижу тут, как изгой, и пялюсь на неё через экран, как какой-то воришка.

Дверь с шипением отъехала, и в комнату вошёл Адам. Он бросил на меня холодный взгляд, с лёгкой насмешкой.

— Слышал? — спросил он, скрестив руки на груди.

— Да, надо...

— Я уже созвонился и обо всём договорился, — перебил он меня самодовольно.

Одарил его неедобрым взглядом и вернулся к экрану. Анна там перекладывала свои вещи, её пальцы дрожали, а я чувствовал, как внутри всё кипит.

— Я пойду с ней ужинать.

— Нет, — обрубил Адам. — Она может заметить подмену, и тогда мы её напугаем. Придерживаемся нашего изначального плана.

— Твоего плана, — огрызнулся я, вставая с кресла. Мои мышцы напряглись, готовые к схватке, хотя я знал, что драться с ним бесполезно. По силе мы равны. — В моём плане мы должны были честно рассказать ей обо всём и она бы приняла новую реальность. Пусть не сразу, но так было бы честно.

— Ага, — фыркнул Адам, его губы изогнулись в ухмылке. — Она бы уже тащила свою Мурку и чемодан в сторону посадочной станции. Она же пугливая, ниспорченная. Говорить сразу правду нельзя.

Шагнул ближе, кровь уже стучала в висках. Его спокойствие бесило, как и его уверенность, что он всё контролирует.

— Ты просто боишься, что она выберет меня.

— Хватит, — рявкнул Адам, его глаза сузились. — Она наша жена, и я делаю всё, в первую очередь, для ее блага. Поэтому ты останешься в тени, как договаривались.

— Очень удобно, — я усмехнулся. — Посмотрим, как ты будешь петь, когда она поймет, что мы ее попросту обманываем.

— С радостью пообщался бы с тобой ещё, но у нас с женой пришло время ужина...

Я схватил со стола тяжёлую металлическую флягу и швырнул в него, больше из вредности, чем из желания попасть. Фляга с глухим стуком ударилась о стену, оставив вмятину, а Адам лишь покачал головой, как будто я был несмышлёным щенком.

— Злишься? — его голос был полон сарказма. — Лучше бы потренировался, а не кидался железом.

Я хотел огрызнуться, но мой взгляд снова метнулся к экрану. Анна стояла у кровати, и вдруг — о боги Маравии — она сбросила полотенце.

Вода стекала по её спине, волосы прилипли к коже, а её тело... Идеально.

Кожа светилась, изгибы были мягкими, но упругими, как будто созданы для того, чтобы их обнимать.

Кровь мгновенно прилила вниз, и я почувствовал, как напряжение сгустилось внизу живота. Она была совершенством...

— Ну. Не скучай, — бросил Адам, направляясь к двери.

— Чтоб ты подавился! — рыкнул я, но он уже ушёл, оставив меня с этим проклятым экраном.

Я смотрел, как Анна надевает простую рубашку, её движения были медленными, почти завораживающими. Зависть жгла сильнее огня. Если бы не Адам, если бы не его хитрость, это была бы наша с ней спальня, моя жена, моё право касаться её.

Устало провёл рукой по лицу. Она не знает, что я здесь, что я вижу её, что я хочу её.

И это сводит меня с ума.

Адам может играть в благородного маршала, но я знаю — он тоже не устоит. Она слишком... слишком восхитительна.

— Пару дней, Арон, — проворчал, поправляя комбинезон в области паха. — Только не сдохни от перевозбуждения...

Глава 7

Аня

Ужин прошёл напряжённо, с искрами в воздухе и чувством, что я балансирую на краю пропасти.

Огромный стеклянный стол, уставленный блюдами с незнакомыми мне маравийскими яствами, казался слишком пустым для нас двоих.

Адам сидел напротив, его массивная фигура в бронзово-черной униформе притягивала взгляд. Длинные волосы с золотистыми прядями падали на плечи, а янтарные глаза то и дело скользили по мне, откровенно и с лёгкой насмешкой.

Каждый его взгляд прожигал кожу, заставляя меня ёжиться. Я ковыряла еду, пытаясь сосредоточиться на тарелке, но его низкий голос с хрипотцой постоянно сбивал меня с толку.

— Тебе нравится мясо с кристаллическим соусом? — спросил он, наклоняясь чуть ближе, и его губы изогнулись в улыбке, от которой у меня внутри всё сжалось. — Или предпочитаешь что-то... нежнее?

— Это... вкусно, — выдавила я, опуская глаза.

— Хорошо, — протянул он загадочно. — Главное, чтобы ты была сыта. У нас впереди долгая ночь, и я не хочу, чтобы ты быстро ослабла.

Я чуть не уронила вилку. Его двусмысленные фразочки вгоняли меня в краску. Он смотрел на меня так, будто раздевает взглядом, и я чувствовала себя уже голой!

Мурка, сидевшая у меня на коленях, мурлыкала, будто подбадривая, но это только добавляло неловкости. Я еле дождалась конца ужина и, пробормотав что-то про усталость, вылетела из зала, вся раскрасневшаяся, с бешено колотящимся сердцем.

Дверь в спальню захлопнулась за мной, и я быстро повернула защелку, запирая замок.

Облегчённый выдох вырвался из груди, и я прислонилась к стене, чувствуя, как напряжение спадает.

Этот маравиец остался за бортом — и это вызывало у меня лёгкое злорадство. Пусть сидит там, один, с его горячим взглядом и дерзкими намеками.

Я разделась, надела простую ночнушку и забралась под мягкие одеяла огромной кровати, чувствуя, как тело наконец расслабляется. Сон накрыл меня быстро, и я уснула с улыбкой на губах.

Но сон...

О, этот сон был странно реалистичным...

Комната погрузилась в полумрак, мягкий свет кристаллов отбрасывал тени, подчёркивая напряжённую атмосферу.

И вдруг — двое... Адамов!

Идентичные, с мощными телами, покрытыми золотыми узорами брони, их мускулы играли под кожей, как стальные канаты. Янтарные глаза, горящие первобытным желанием, впились в меня, обещая наслаждение.

Тестостерон пропитывал воздух, густой и тяжёлый, как перед бурей, заставляя моё тело реагировать. Соски затвердели, между ног начала скапливаться влага, предвкушение пульсировало в венах.

Один из них протянул руку и тёплые пальцы скользнули по моей щеке, оставляя горячий след.

Другой прижался мне сбоку и я ощутила бугорок его эрекции, упирающийся мне в бедро через ткань. Глубокое дыхание обожгло шею, и я задрожала, кожа покрылась мурашками от нарастающего возбуждения.