— Подумай на счет Майка, — прошептал мне на ушко парень, когда мы стояли на улице.

— По поводу? — не поняла его.

— По поводу того, чтобы завести с ним более близкие отношения.

— О-о! Нет!

— Элли…

— Карлос, ты прекрасно знаешь, что ничего не выйдет. Я не смогу перебороть себя. Все иди домой отдыхай, — я поцеловала его в щечку и крепко обняла.

Карлос один из тех людей, которые не задают вопросов, на которые я не могу ответить. И не продолжает разговор, если я не хочу. Но даже его я не могу подпустить к себе настолько, чтобы он знал. Нет такого человека, да и не будет. Я в этом уверена, как и в том, что зимой идет снег, а летом все едут на море.

На часах было полвторого, когда я решила пойти выйти из комнаты и выпить воды. У меня сильно болела голова и была полная апатия. Я хотела увидеть папу. В доме было тихо, как будто я одна, но я точно знала, что где-то есть Майк и прислуга, поэтому и не впала в истерику. Ведь для меня остаться одной так же страшно, как потерять одеялко или стоять посреди темного коридора.

— Решила водички выпить? — спросил Майк, когда я вошла на кухню.

— А ты не разрешаешь? — прохрипела я и скривилась от головной боли.

— Тебе плохо? — подскочил ко мне парень и, взяв за руку, посадил на стул. — Какие таблетки тебе дать?

— На верхней полочке синие таблетки, — ответила ему и положила голову на согнутые руки.

Сзади что-то упало, парень выругался и чем-то зашуршал. После снова что-то упало, и снова услышала мат. Мне стало весело, и я засмеялась в голос. Не знаю почему. Просто стало смешно.

— Ты надо мной смеешься? — наигранно обиженно спросил Майк, и поставил передо мной стакан с водой и таблетку.

— Спасибо, — поблагодарила его и, закинув таблетку в рот, быстренько ее запила.

Вообще, я ненавижу пить таблетки и все, что связанно с больницей. Мне кажется, что это пустая трата времени. И я их не пью. В комнате под матрацем у меня лежит целый пакет с лекарствами, которые мама заставляет меня пить, надеясь, что они помогут. Но я ведь знаю, что нет. Конечно, бывают такие моменты, когда я не могу перебороть боль и тогда пью. Но бывает такое очень и очень редко.

— Кушать хочешь? — спросил меня Майк, наблюдая, как я допиваю воду из стакана.

— Нет.

— А если я приготовлю блины?

— Ты умеешь готовить? — удивилась я.

— Давай проверим, — пожал он плечами и улыбнулся, показывая идеальные зубы. Немного курносый нос смешно морщится, когда парень кривится, пухлые губы вечно расплываются в соблазнительной улыбке, и глаза заманивают… Необычный какой.

— Я буду блины с шоколадным сиропом, — сказала ему и тоже улыбнулась.

— Заказ принят. Итак, где у вас что?

Так как я сама не знала, где и какие продукты находятся, то мы позвали кухарку. Быстренько сделав тесто, под присмотром той же кухарки и меня, Майк разогрел сковородку, и начал делать блины, рассказывая смешные истории, которые с ним происходили в детстве. Впервые за два года, мне действительно было уютно рядом с незнакомым человеком, а точнее сиделкой, хоть и ненастоящей, и только на один день.

Первый блин, как обычно комом. И второй у парня не получился. Зато третий мы попробовали напополам и решили, что нужно добавить сахара. Один блин вообще улетел на люстру, когда Майк решил поиграть в профессионального повара, и подкидывал на сковороде тесто. После мы пытались его снять, и в это время подгорел блин, который лежал на сковороде. Я никогда еще так не смеялась!

— Ну, вот, — Майк поставил передо мной стопку блинов, и шоколадный сироп, варенье и сметану. Сок и тарелки.

— Пахнет вкусно, — втянула запах блинов и положила себе один, полила соусом, и, не используя вилки и ножа, начала есть.

— Вкусно?

— Очень, — улыбнулась Майку. — Прирожденный повар.

— Да ладно, — немного засмущался он. — Я и лучше могу.

— Хвастун, — рассмеялась и удивилась тому, как легко мне с ним и комфортно.

— Что-то не так? — обеспокоенно спросил парень, видя, что я застыла с поднесенным ко рту блином.

— Нет, все хорошо.

— Тогда ешь.

— И ты тоже.

— Вообще-то, я не очень люблю блины, — поджал губы Майк и уставился на стопку блинов.

— А зачем тогда ты их сделал? — удивилась я и откусила немного.

— Это единственное, что у меня пока вкусно получается из выпечки.

— А что еще ты умеешь готовить?

— Много чего, — пожал он плечами, — даже и не вспомнишь. Так, что все эти блины твои.

— Мои? — глаза округлились, и я подняла глаза на Майка. — Ты шутишь? Я и трех не съем!

— Давай так, если ты съешь четыре блина, то завтра пойдешь со мной и Кэт к реке. Я же вижу, что тебе не нравится сидеть дома. Давай, будет весело.

— Не пустят, — отрицательно закачала головой.

— Уверена? — я кивнула. — Если не съешь — то и не пойдешь, а вот если съешь — то пойдешь.

— Почему ты так уверен в этом? — тихо спросила я.

— Поверь, я умею уговаривать, — подмигнул он мне. — Ешь. Четыре блина и завтра ты окажешься на улице, а не в четырех стенах.

Я просидела еще минуты две, и недоверчиво косилась на Майка. Поверить или нет? Ай, ладно. Что я теряю? Правильно, ничего! Кивнула и начала есть блины.

— Давай, остался последний кусочек, — уговаривал меня Майк.

— Мой живот сейчас лопнет, — простонала я.

— Ешь или никуда не пойдем.

— Так не честно! Я съела! Остался только один кусочек! — обиделась я.

— В рот и жуй, — сказал парень, улыбаясь, как довольный кот.

— Если умру от переедания, то виноват будешь ты! — сказала я и положила последний кусочек в рот, и начала жевать.

— Молодец! — похвалил меня Майк, когда я прожевала и проглотила.

Я улыбнулась. Почему-то стало приятно, что он меня похвалил. Даже покраснела. У-у-у! Что это со мной? Неужели этот неотесанный чурбан мне нравится? Да нет. Глупости какие-то! Мне не может никто не нравится, не может…

— Я пойду, — быстренько встав со стула, пошла к себе в комнату.

Мне не нравились мои чувства. Так не должно быть! Тяжело понимать, что тебе кто-то нравится, когда не сможешь ему об этом сказать. Когда не сможешь наслаждаться этими чувствами полностью. Когда не сможешь обнять, поцеловать или просто смотреть на этого человека, чтобы душа ликовала. У меня нет души. Она погибла в той зеленой комнате навсегда. И возврата уже не будет.

Закрыв за собой дверь комнаты, легла на кровать и, укрывшись одеялом, закрыла глаза. Но, как бы я не хотела спать, сон никак не шел. Я ворочалась, но заснуть не могла.

— Так ведь не бывает, — прошептала себе под нос, и встала с кровати. — Просто не может быть.

Чтобы отвлечь себя от этих мыслей, взяла книгу и решила немного почитать. Но, видя текст книги, не могла понять его сути. Буквы есть, а какие слова они составляют — без понятия. Полная каша в голове!

* * *

Я проснулась от жажды. Посмотрев на часы, ужаснулась, потому что было 5 утра. Это был самый долгий сон на протяжении последнего полугода. Обычно я просыпаюсь с криками по ночам, или сплю урывками, или просто не могу уснуть. А тут проспать с четырех вечера до пяти утра настоящий прорыв.

Накинув на себя теплую пайту и взяв одеяло, я открыла дверь и пошла на кухню. Наверняка, мама вернулась сейчас поздно и проснется ближе к полудню, а папа либо недавно лег, потому что работал, либо вообще не вернулся домой. Хвала небесам, свет оставили включенным, и не было очень страшно.

Я открыла холодильник, достала себе апельсинового сока и плитку молочного шоколада с орехами. Сев за стол, включила телевизор, чтобы не было скучно, и принялась отламывать затвердевшие кусочки шоколада, трясущимися руками. После пятой попытки оторвать кусочек, взяла и откусила. Сил не было никаких. И не понятно, почему руки трясутся…

По телевизору шла передача про растения и их пользу в доме. Краем глаза взглянув на экран, решила расплавить немного плитку, чтобы было легче есть. Включила конфорку, достала кастрюлю, налила туда воды и поставила греться. Через минуту, когда водичка была более-менее теплой и оттуда шел пар, поставила сверху тарелку положила плитку шоколада, и подождала буквально две минуты, пока шоколад не станет чуточку мягче. После выключила газ и села опять за стол.

Мне было любопытно, как Майк сможет уговорить родителей отпустить меня на реку. Обычно я выходила из дома только с папой. Мама не хотела, чтобы ее видели с больной дочерью, некоторым своим друзьям, до сих пор говорит, что я учусь за границей на журналиста. Раньше такие мысли вызывали у меня слезы, а сейчас научилась огораживаться от этого.

— Ты почему не спишь? — на кухню зашел папа и потрепал меня по волосам.

— Выспалась, — улыбнулась и крепко обняла родителя. — Я вчера так тебя и не встретила.

Папа ничего не ответил, только крепче прижал к волосатой груди.

— Как тебе Майк? — задал папа неожиданный вопрос.

— Нормальный, — пожала плечами и заулыбалась, вспомнив вчерашний день. — Он мне блинчики вчера приготовил.

— Я их тоже пробовал. Парень действительно вкусно готовит. Кстати, он сказал, что вы вчера поспорили.

Я отстранилась от папы, и посмотрела ему в глаза.

— И?

— Что и? — недоумевал он.

— Что ты решил по поводу спора. Я победила. Значит, мне положен приз. Тебе же Майк говорил, какой приз?

— Говорил, — улыбнулся папа искренне и широко.

— И?

— Что и? — опять сделал вид, что ничего не понимает.

— Что ты решил, папа!

— Решил! — немного помолчал он. — Решил, что приз достоин своего победителя.

— У-и-и-и, — заверещала я, и кинулась к папе на шею.

— Тише, мать разбудишь, — рассмеялся родитель, обнимая в ответ. — Я же люблю тебя, и знаю, как для тебя важно выходить из дома.

— Спасибо, спасибо, спасибо, — начала целовать папу в щеки, и плакать.

— Ну, — он взял мое лицо в ладошки и посмотрел в мокрые от слез глаза, — чего сырость разводим? Я все для тебя сделаю, маленькая моя, — папа поцеловал меня в лобик и снова обнял.

— Я люблю тебя, папочка, — прошептала ему, сохраняя ощущение счастья и единения с отцом.

Так как на улице было тепло, я решила надеть черные джинсы и футболку. Волосы расчесала, взяла телефон на всякий случай, и рюкзак, куда положила одеяло, воду и таблетки. Посмотрев в зеркало, ужаснулась. Бледная кожа, впалые щеки, тонкие ноги без единого жирка и мышц. Я больше похожа на зомби, чем на девушку. Хоть глаза немного засияли… и то хорошо.

Майк и Кэт ждали меня во дворе. Мама все еще спала, и я была этому очень рада. Не знаю, чтобы она сделала, узнав, что я иду гулять с ребятами, старше меня на три года, раз она с папой боится меня отпускать. Да, маме вообще не нравится, что я выхожу из дому! Зато папа счастлив. А большего мне и не надо.

Обув сандалии на застежках, попрощалась с папой, и вышла на улицу. Майк улыбался радостно, как-то свободно. А Кэт волновалась и ступала с одной ноги на другую. Смотря на них, мне захотелось развернуться обратно и спрятаться в комнате. Даже не знаю с чем вызвано такое поведение. Передернув плечами, я улыбнулась и спустилась к ребятам. Майк тут же забрал у меня рюкзак, и мы пошли к реке под веселые истории парня.

— Здесь красиво, — выдохнула я, когда мы сидели на берегу реки.

Всюду бегали маленькие детки, резвились в воде ребята постарше, некоторые девушки решили позагорать топлес, а парни не сводили с них восхищенных взглядов. Кэт мочила ноги в воде, разговаривая с какой-то девушкой в розовом сарафане и красивыми длинными черными волосами.

— Мне тоже здесь нравится, — через пару минут отозвался Майк, развалившись на покрывале.

— А что за девушка разговаривает с Кэт? — поинтересовалась я.

Майк привстал и посмотрел вперед. Сначала на его лице читалось удивление, после недоумение, а потом он расслабился и снова лег, спиной вниз, глядя на голубое небо.

— Это ее одноклассница.

— А-а-а.

Девушка то и дело смотрела то на меня, то на Майка. Стройная, пышногрудая и судя по всему веселая, раз Кэт улыбается. По сравнению со мной… уф, и когда меня начало это волновать?

Отогнав от себя такие мысли, снова посмотрела на Майка. Расслабленным он выглядел еще лучше, приятнее и красивее. Они с Кэт чем-то похожи, только у моей сиделки плохое зрение. Если ей надеть линзы, вместо этих уродских очков, то отбоя от парней не было бы.

— А вы с Кэт вместе…,- я хотела задать Майку вопрос, но меня перебил его телефон.

— Прости. Да, — ответил парень, подмигнув мне. — Нет. Возле реки. Ага. Нет. Окей, — он положил телефон и взглянул на меня. — Что ты хотела…

— Майк! Дружище! — услышали мы довольно грубый мужской голос. И буквально через секунду на парня навалился другой парень. — А я думаю, ты это или не ты.

— Ден, отвали, — спихнул с себя парня, Майк, и снова взглянул на меня.

Ден встал на ноги и перевел глаза на меня, после широко улыбнулся. Высокий, как и Майк, блондин с голубыми глазами, по телосложению похож на рядом сидящего.

— Привет, — поздоровалась я, когда тишина начала давить на мозги.

— Привет, — ответил блондин. — Я Ден.

— Элли. Приятно познакомится.

— И мне, — все еще улыбался парень, не сводя с меня взгляда.

— Тебе чего надо, Ден? — перебил наши гляделки Майк, встав на ноги и загородив меня.

— Поговорить. Наедине, — снова глянул на меня Ден, но уже виновато.

— Элли, мы сейчас, — повернулся ко мне Майк. Я нехотя кивнула и проводила их взглядом.

Ребята отошли от меня к раздевалкам и начали о чем-то говорить, размахивая руками, но выражения лиц было расслабленным. Значит, они друзья. И, как мне кажется, дружат с детства. Прошло уже пять минут, а они все еще разговаривают. И, если честно, я приревновала Майка к его другу. Странное чувство, я никогда его не испытывала…

— Привет, красавица, — рядом со мной плюхнулся лысый и полноватый мужчина в синих плавках.

— Здесь занято, — спокойно сказала я, чтобы не провоцировать его.