Ваше сиятельство, спешу уведомить Вас о том, что жизнь Ваша находится в опасности. Я по Вашему указанию отправился вместе с вице-канцлером Воронцовым во Францию, помня, что до цели своей поездки оное посольство добраться было не должно. А сам вице-канцлер, имевший намерения погубить Вас, с помощью наших британских и польских друзей должен был сгинуть безвестно по дороге во Францию.
Однако, видимо, сам нечистый помогал вице-канцлеру. Наши друзья, несмотря на приложенные ими усилия, так и не смогли остановить посольство. Более того, они потеряли много людей, но так ни в чем и не преуспели. Я, помня Ваши наставления, лишь с чувством бессилия и досады наблюдал за всем происходящим.
Хуже всего то, что вице-канцлер Воронцов стакнулся с изменником – генералом Манштейном. И этот человек помог Вашему ненавистнику раздобыть некие бумаги, которые, будучи представленные Государыне, наверняка погубят Вас. Сам я их не видел, но об их существовании могу судить по разговорам вице-канцлера со своими клевретами.
Ваше сиятельство, я сделал все, что мог. Но изъять сии бумаги у вице-канцлера мне пока что не удалось. Он хранит их, как зеницу ока. Видимо, он всерьез решил добиться Вашей погибели, которая пренепременно наступит после того, как царица наша Елизавета Петровна ознакомится с бумагами, написанными, как я понял из услышанного, вашей рукой.
Ваше сиятельство – берегитесь! Я сделал все что мог, но оказался бессилен перед судьбой, которая нынче оказалась к Вам неблагосклонной. Против Вас ополчились могущественные силы, с которыми ни мне, да и, наверное, ни Вам невозможно бороться.
Накануне прибытия «Шлиссельбурга» в Кронштадт я предприму еще одну попытку изъять эти документы, дабы спасти Вас от бесчестья и смерти. Я помню все, что Вы для меня сделали. Но, если и в этот раз злой рок не позволит мне сделать это, то тогда мне останется лишь уповать на Господа нашего, Иисуса Христа. Молю его и заступницу нашу Богородицу, чтобы она не позволила недостойным людям погубить Вас.
Остаюсь Вашим покорным слугой, благодарный Вам за все сделанное Вами для меня
Дорогой о Господе друг и командир мой Хас!
Пользуюсь оказией, дабы отправить тебе доклад о нашем посольстве. Сие послание будет доставлено французским нарочным вместе с грамотой от нового короля Луи XVI, подтверждающей все пункты нашего соглашения. Ему велено уничтожить всю почту в случае опасности, и я уповаю на то, что письмо мое не попадет в руки наших недругов.
Я тебе уже писал из Ла-Рошели, что с Божьей помощью добрались мы до Французской державы и ступили на твердь земную в этом порту, откуда французы торгуют со своими заморскими колониями. Надеюсь, что то послание ты получил.
В июле сего года мы должны были быть в Санкт-Петербурге. Но все пошло не так, как мы предполагали. Впрочем, надеюсь, что это может быть и к лучшему.
По дороге на нас было совершено несколько аттентатов, которые, однако, не причинили нам большого вреда, кроме того, что мы из-за всего случившегося задержались в пути. А потом англичане убили короля Луи XV и хотели обвинить в этом душегубстве нас. Но мы в то время были в гостях у дофина – так во Франции именуют наследника престола. Сейчас он принял корону своего безвременного умершего батюшки. Без него, подтвердившего нашу невиновность, нам бы пришлось худо.
Недругами же нашими оказались не токмо англичане, но и люди из «Секрета короля» – агенты принца Конти, кои выполняли тайные поручения его покойного величества. Они терпеть не могут русских, и часто все делают во вред своей державе, лишь бы насолить нам.
Случай помог нам спасти от тайных убийц сначала молодого короля, а затем и герцогиню Помпадур. Заслуга в этом всецело принадлежит Аластеру-старшему и его людям. Том Робинсон, который учился на лекаря, перевязал раненых и вылечил молодого короля. Тот оказался человеком, который не забывает добро. И его первый советник – герцогиня де Помпадур – тоже имеет хорошую память на добрые дела.
«Секрет короля» новый король распустил за ненадобностью. Многие людишки из этого «Секрета» либо схвачены и помещены в Бастилию, либо, как подручный принца Конти по имени граф де Брольи, сбежали, и их сейчас ищут французские сыщики. Сам же принц Конти пока на свободе – все ж он принц королевской крови, – но он потерял все свои посты и утратил право наследовать престол Франции.
Герцогиня Помпадур велела предупредить тебя, что и в Америке есть люди «Секрета короля». Они могут договориться с англичанами и действовать против вас. Так что будьте начеку и не доверяйте случайным людям.
На коронации нового короля Франции мы познакомились с делегацией, присланной в Реймс из Петербурга. И надо же такому случиться – главным в ней был вице-канцлер Российской империи граф Михаил Воронцов, с коим я был знаком еще тогда, когда я служил цесаревне Елизавете Петровне, а он еще не был графом. И он принял участие в нашем деле, предложив представить нас ее императорскому величеству, как только мы доберемся до Петербурга.
А еще в их посольстве в числе прочих был другой мой старый знакомый, Михайло Ломоносов. Теперь он известный ученый и пиит. Когда мы отправимся домой, он поедет в Париж, где надеется встретиться с французскими учеными людьми. Я показал ему список, который ты дал мне перед моим отъездом, и он, прочитав его, пришел в изумление. А о той гремучей ртути, которая, по словам Максима, нам так нужна для наших новых ружей, Михайло сказал, что кое-какие мыслишки на сей счет у него есть. И что в Париже он поинтересуется об этом у своих коллег, понятно, не сказав им, для чего ему эта ртуть нужна.
В скором времени я снова встречусь со своим племянником Тимохой. Он состоит нынче на службе в Тайной канцелярии. Так что мой племянник может оказать нам немало услуг в Петербурге.
Пока же мы отправляемся в Пруссию – графа Воронцова и меня пригласил в гости сам прусский король. И это добрый для нас знак – хоть у Пруссии нет колоний в Новом Свете, но дружба с немцами поможет и им и России. Как мне сказал их посол, граф фон Герцберг, они не просят нас вступить в войну на их стороне – им будет достаточно и того, что мы не будем вмешиваться в будущее европейское неустройство.
Пока же мы будем гостить у прусского короля, Клаус-Ойген пообещал поговорить с местными подмастерьями, узнать, кто из них что умеет. И если их умение нам может пригодиться, то он попробует уговорить их отправиться либо в Новый Севастополь, либо в Россию, куда мы отбудем сразу же после нашего визита в Берлин.
Как там поживает Василиса и ее жених Андрей? Я вложил письма для обоих в тот же конверт. Нескоро я вернусь в Новый Севастополь, а посему благословляю дочку на брак с ее любимым, при условии, что тот не будет склонять ее сменить православную веру на другую.
Надеюсь, что все плохое у нас осталось позади, и что скоро я смогу написать тебе еще одно послание, в коем сообщу тебе благие вести из Санкт-Петербурга.