Добравшись поздно вечером до своего кабинета, Джербер в смятении позвонил синьору З.

Филипу потребовалось немало времени, чтобы уговорить Заккарию оторваться от своих обожаемых часовых механизмов и взять трубку. Старик терпеть не мог говорить по телефону. Должно быть, до него дошло, что по пустякам Пьетро звонить бы не стал.

– Что у тебя стряслось? – спросил синьор З.

Пьетро мешком повалился в кресло у стола и, не включая света, рассказал о последних событиях.

– Я запросил медицинскую карту безымянной пациентки, но разрешение на копирование займет несколько дней.

Джербера обескуражила сюрреалистичность происходящего, и он судорожно искал ей любое логическое объяснение. Заккария, напротив, заинтересовался:

– Говоришь, ребенок называет женщину тем же прозвищем, что ей когда-то дали в больнице?

– Ага, Молчаливой Дамой. Не верю я в такие совпадения! И описание сходится.

– Черные волосы и темная одежда – это не описание, – возразил синьор З.

– Но ты тоже полагаешь, что речь об одном и том же человеке, правда?

После некоторой заминки Заккария спросил:

– Почему, собственно, тебя удивляет, что эта женщина существует на самом деле?

Вопрос застал Пьетро врасплох.

– Ну, я думал… Думал, ее создало подсознание Матиаса.

– Потому что так удобнее?

– Кому удобнее? – тупо спросил Пьетро.

– Тебе. Легко справляться с тем, что привычно, правда? А едва что-то бросает вызов твоему рацио, ты впадаешь в истерику.

– Ничего подобного! Но сначала я задавался вопросом, как Матиас умудрился на пустом месте придумать подобную историю, а теперь мне предстоит выяснить, что связывает его и незнакомку. Ведь они из разных миров.

– Не ври. Ты сразу заподозрил, что незнакомка – реальный человек, иначе не полез бы в запертую квартиру.

Старик был не так уж далек от истины.

– Более того, – продолжил Заккария, – ты не ограничился простым осмотром, а тщательно зафиксировал все детали: безделушки в женском духе, акварельный пейзаж, мужскую туфлю в ванной.

– По-твоему, мне следует продолжить поиски? – смутившись, спросил Пьетро.

– Тебя это пугает, – в лоб заявил Заккария. – Почему? Чего именно ты боишься?

Синьор З. попал в точку. История приняла слишком неожиданный оборот. Джербер не знал, готов ли он и дальше углубляться во мрак, где могло скрываться что угодно. Ашер же своими рассуждениями подталкивал его именно туда.

– Проблема в том, что безымянная пациентка бесследно исчезла из лечебницы. Появилась из ниоткуда и ушла в никуда.

Старый гипнотизер не стал выяснять, почему ее исчезновение так беспокоит Пьетро. Он и сам догадывался. Повисло молчание, которое прервал синьор З.:

– В прошлый раз я рассказал тебе о случае с нашей коллегой, работавшей в девяностых в Сенегале с местной девочкой. Та говорила только по-французски, а потом под гипнозом заговорила по-итальянски.

– Помню. И коллега молчит о том, что сказала девочка.

– Думаю, тебе следует с ней поболтать, – заметил Заккария, не вдаваясь в объяснения. – Если, конечно, она захочет с тобой говорить. Она почти никого к себе не подпускает. Занимается крайне любопытными штуками из тех, на какие мало кто из психологов отваживается. Ее зовут Эрика Де Роти, сейчас объясню, как с ней связаться…

…Магнолия…

– Не знаю, не уверен, что к этому готов, – нервно перебил старика Джербер.

Ему совершенно не хотелось вляпываться в область лженауки, где, как ему казалось, царят суеверия.

Под потолком загорелась красная лампочка, извещая о посетителях.

– Матиаса привезли, мне пора, – выпалил он, обрадовавшись предлогу закончить разговор.

Но Ашер отступать не собирался.

– Если все же отважишься с ней проконсультироваться, будь добр выслушать все, что она скажет, и не перечить, – проворчал старик и бросил трубку.