Их тащили к какому-то двухэтажному особняку, обособленно стоящему на площади. Галка попробовала обернуться, чтобы увидеть Костю, но грубый рывок за связанные скотчем руки, заставил отказаться от этой затеи. Ольга мычала, пытаясь что-то сказать сквозь скотч, которым им заклеили рты. На мгновение Галка увидела ее полные ужаса и безнадеги глаза, и в глубине души возник холодок, который начал разрастаться с огромной скоростью. В это не хотелось верить, казалось, что все это сон, страшный, ночной кошмар, и стоит только проснуться, как весь этот ужас сразу исчезнет! Но она уже ясно представляла их участь, и что их ожидает!

Их затащили на второй этаж и бесцеремонно втолкнули в большой, прокуренный кабинет с едким запахом табака, пота и спиртного. В помещении находились несколько человек, все в камуфляже и с оружием. Галка не разбиралась в оружии, но отличить автомат Калашникова от чего-то другого, могла. Один, видимо самый главный, полулежал на диване и выпуская кольца сигаретного дыма изо рта с вожделением осматривал стоящих у двери девушек. Его взгляд остановился на ней и холод, который все еще рос где-то в глубине души вдруг сковал все её тело. В глазах главного мелькнуло предвкушение, которое испытывает хищник, загнавший свою жертву в безвыходное положение. Он что-то сказал стоящему рядом высокому, худому человеку со впалыми глазами, и тот с ехидной улыбкой, медленно пошел в её сторону. В тот же момент от группы, стоявшей у окна, отделился еще один, полная противоположность худому, крепыш, ростом выше среднего, с острым, казалось пронизывающим насквозь взглядом, и направился к Ольге.

– Не дергайся, соска! – холодные, шершавые руки обхватили ее руки выше локтей и начали крутить как манекен, как бы показывая товар со всех сторон, – Понравишься Джексону – будешь жить! И жизнь твоя будет королевская. Правда короткая!

Худой посмотрел на главного, которого суда по всему и звали Джексон, и когда тот одобрительно кивнул, потянул Галю за собой, в сторону дивана. Не было ни чувств, ни мыслей, только рабская покорность загнанной жертвы, с которой Галя не села, а почти упала на диван, рядом с Джексоном. Мерзкая, потная, волосатая рука тут же скользнула ей под блузку и больно сжала грудь, но Галя только вздрогнула, уставившись на происходящее у двери.

Крепыш, подойдя к Ольге, рывком сорвал скотч, закрывавший рот подруги и относительную тишину комнаты разорвал дикий крик: – А-а-а! Гады!

Ольга, как кобра, бросилась к слегка опешившему крепышу и вцепилась зубами ему в нос. Тот взревел от неожиданной боли, как раненый медведь, и резко ударил своим кулачищем Ольге в висок. В тот же миг, тело девушки обмякло и рухнуло на пол, словно тряпичная кукла.

– Блядь! Ну ты дебил, Лом! – раздался рядом, хриплый, прокуренный голос Джексона, – Не убил хоть?

Пока Лом стоял ошарашено вертя головой и ощупывая свой нос, размазывая по лицу кровь, к телу Ольги подскочил рыжий здоровяк и положил пальцы на шею, прощупывая пульс.

– Амба! – сказал он, повернувшись, – Сдохла сучка!

– Жаль! – протянул Джексон, – Ну да и хрен с ней! Оттащите на ферму, пусть Чучельник посмотрит, может есть что годное еще.

Последних слов Джексона Галя уже не слышала! Страх и чувство загнанной жертвы вдруг исчезли, и в голове вновь закрутились мысли.

«Оля, Оля, Олечка! Как ты права! Уж лучше так, чем вечные муки и страдания! Тебе хватило сил и мужества! Уж лучше так!» – Галя вскочила с дивана, подняла правую ногу и со всех сил опустила пятку, прямо в промежность Джексона.

Дикий рев и мат – это все что она успела услышать. Мощный удар в солнечное сплетение, почти погасил сознание.

«Ну вот и все! – промелькнула мысль в ускользающем сознании, – Уж лучше так!»

Она очнулась в той же комнате. Глаза не открывались, заплыв от ударов. Губы были разбиты и покрыты подсыхающей коркой крови. Она лежала на спине, на чем-то твердом, разведенные в стороны руки и ноги были крепко примотаны к чему то, не давая возможности пошевелиться. Все тело затекло и болело от побоев.

– Очнулась тварь! – узнала она голос худого, – Ну что сучка! Могла бы жить, а теперь готовься! Ща мы рожалку твою от рихтуем!

Множество рук стали рвать на ней одежду, хватать за грудь и остальные части её избитого тела, сопровождая похотливыми комментариями. Она чувствовала, как мир вокруг неё рушится, как будто земля уходит из-под ног, погружая её в бесконечную пучину страданий. Паника и страх сковали её разум, превращая мысли в хаотичный водоворот, из которого не было спасения. Она ощущала себя маленькой и беззащитной, словно птица, попавшая в капкан, без возможности вырваться. Каждое прикосновение было как удар, проникающий в самое сердце, оставляя за собой глубокие шрамы на душе. Её крик застрял в горле, не находя выхода, да и не могла она кричать, сквозь разбитый в месиво рот. Время словно замедлилось, и в этих мгновениях она ощутила всю безнадёжность своего положения. Она чувствовала, как исчезает её сила, как угасает последняя искорка надежды. Всё, что ей оставалось, – это уйти глубоко в себя, пытаясь спрятаться от происходящего, оставив лишь пустую оболочку. Мир стал тёмным и холодным, как будто всё светлое в её жизни было вырвано разом.

Галя открыла глаза, сидя в кровати, вся мокрая от выступившего холодного пота. Все тело била мелкая дрожь, дыхание срывалось как после бега. Все еще не понимая, что происходит, повертела головой. Она была в своей спальне, в особняке Ревита. Галя с трудом уняла дрожь, успокоила дыхание, встала и подошла к окну. За окном начиналось утро, очередное утро в Улье. Над горными вершинами, возвышающимися в дали, все еще буйствовало ночное шоу звезд и туманностей, хотя где-то там на обратной, невидимой ей сейчас стороне, небо уже окрашивалось оранжевым градиентом восходящего светила. Но в этой части, ночь пока еще не уступала свои права. Горели, окружающие площадь перед крепостью фонари, прожектора освещали старинные крепостные стены. Мерзкое, липкое ощущение от ночного кошмара, стало медленно отпускать её.

– Опять срыв будет! – сама себе сказала Галя, смотря за причудливым движением звезд.

Эти кошмары начали повторяться постоянно. Ревит своими фокусами, смог восстановить ее, после перенесенного, и кошмары ушли, но потом вновь вернулись. Сначала редко, раз или два в неделю, потом все чаще. И самое непонятное, каждый раз, после того как во сне она видела этот кошмар, в нее как будто вселялся другой человек. Холодная, расчетливая, циничная и безжалостная стерва! Первым это заметил Рыбак, который практически не отходил от нее первое время, помогая Ревиту справится с ее замкнутостью. И только все стало налаживаться, и ледяная корка, покрывавшая ее душу, стала таять, как появилась и стала приходить эта вторая сущность. Она не помнила себя в те моменты и когда вдруг увидела ошарашенный взгляд Рыбака, так и не смогла вспомнить своего поведения. Позже, это заметил и Ревит, с которым они уже работали постоянно, так как она стала его ученицей, а позже и ассистентом. Но Галя и тогда не могла уловить, момента, когда с ней происходила эта метаморфоза. Минуты, десятки минут, иногда до получаса, как будто исчезали, не оставляя следа ни в сознании, ни в душе. Лишь пересказы Рыбак, который старался смягчить последствия ее срывов, позволяли ей осознать, что на самом деле с ней происходит. Это мучило, давило и не давало покоя.

– Как же понять, что это такое? Откуда это все? – Галя отошла от окна и вновь села на кровать, – Что было после всего этого кошмара? Ничего не помню, как будто вычистил кто память напрочь!

Она вновь встала и стала ходить по комнате, напрягая память в безуспешных попытках вспомнить хоть что-нибудь из того, что происходило с ней с момента, когда она потеряла сознание и до того момента, когда наконец пришла в себя от дикой тряски в кабине пикапа. Но все попытки разбивались о ледяную, непробиваемую стену словно в сейфе, укрывшую ее воспоминания. Историю, как она лежала под капельницами на фабрике, ей рассказал Рыбак. И в то время с ней ничего не делали, экспериментов не проводили, только вливали питательный раствор через капельницу, потому что она не ела ничего. Но что было до того, как Рыбак увидел ее? Ведь с момента как их привезли, по словам Рыбака, прошло четыре или пять дней! И именно эти дни покрыты мраком. Что было в то время? Галя еще раз попыталась вспомнить хоть что-нибудь, но все старания были бесполезны. За окном разгорался новый день, и она пошла в душ, готовиться к очередному рабочему или учебному дню! Ревит очень старался натаскать ее перед приездом легендарного Жнеца, который, по его словам, практически волшебник, и Ревит, кроме помощи с Круглым, надеялся выяснить что происходит с ней. Кстати, сегодня он и должен прийти в стаб. Галя вышла из ванной, замотанная в огромное пушистое полотенце, когда в дверь негромко, но настойчиво постучали, повторяя какую-то знакомую, простенькую мелодию.

– Минуту! – крикнула она и запахнув полотенце посильнее, подошла к двери.

В тот момент, когда она взялась за ручку, в голове что-то щелкнуло, перед глазами вспыхнул ослепительно белый свет и из этой белой пелены, проявилось незнакомое лицо в прозрачной защитной маске, напоминавшую противогаз. Холодный, злобный взгляд, серых глаз словно прожигал насквозь. По аккуратному изгибу тонких бровей и длинным ресницам, Галя поняла, что это женщина. Незнакомка не отрываясь смотрела на нее, изредка наклоняя голову, как бы стараясь получше рассмотреть. Галя попыталась спросить, кто она, но незнакомка улыбнулась и исчезла, так же как ослепительный свет, уступая место непроницаемой тьме.

Галя почувствовала, что она лежит на диване и чьи-то руки на своих запястьях, которые больно сжимали их, не давая двигать руками. Сквозь оглушительную тишину, поселившуюся в ее голове с момента вспышки, откуда-то издалека доносились голоса, но она не могла разобрать их. Попыталась освободить руки, но тот, кто держал их, сжал еще сильнее. Толи из-за боли, толи из-за того, что прошло уже достаточно времени, Галя вдруг услышала голоса.

– Держи! Держи! Не давай ей двигаться!

– Да держу! Ты нож быстрее вытаскивай из ее рук!

– Да вытаскиваю, вытаскиваю! Откуда у нее столько силищи?

– Ревит, как там Коба?

– В порядке! Царапнула слегка.

«Странно! Кто остальные? – Галя узнала голос Ревита, – И что случилось? Почему я двинуться не могу?».

– И что ж вы ироды над дамой измываетесь? – чей-то басовитый, бархатный голос прозвучал издалека – А ну, отпусти ее.

Мягкая, теплая ладонь коснулась ее лба, и она опять провалилась в темноту и тишину, но на этот раз, ее словно коконом окружило блаженство и необъяснимая легкость. Руки, не дававшие ей двигаться, отпустили ее запястья, и она погрузилась в блаженный сон.

– И что скажешь? – Галя узнала сквозь пелену сна, голос Ревита.

– Вопрос сложный! – ответил бархатный голос, – То, что мы обсуждали, немного в другой плоскости. Там была другая ситуация. Профессиональную убийцу закодировали под милую, безобидную даму. Понимаешь? Здесь же все наоборот!

– Все равно не понимаю! – возразил Ревит, – Какая разница из минус плюс, убрать минус или из плюс-минус? Все равно, плюс должен остаться!

– Да в том то и дело! Когда на минусовое сознание кодируют плюс, сила кодировки рассчитывается, только на поддержание маски! А в нашем случае – кодировка во много раз сильнее! Если там по сигналу, нужно просто снять маску, то здесь, маска должна заменить собой носителя! Понял! Там при неудачном снятии кодировки – просто плохой человек вернулся, а здесь мы из хорошего сделаем плохого!

– Но она и так превращается… Погоди-ка! Она похоже не спит!

Мягкая ладонь, вновь коснулась ее лба, отправляя в путешествие по чудесному миру Морфея!

Сладкий сон прервала очередная вспышка яркого света и все тоже женское лицо в маске противогаза с холодным взглядом.

– Ты кто такая? – Галя, сразу пошла в наступление.

– Я? – лицо за стеклом маски ехидно ухмыльнулось, – Я это ты!

– Не ври! Я не могу быть тобой! Тебя мне навязали, только не знаю, как!

– Навязали? – лицо расхохоталось, – Бред! Ты сама то слышишь, что говоришь? Я это ты и всегда была тобой! Просто ты не помнишь себя такой! Это как в той притче об ангеле и бесе на плечах человека! Помнишь? Так вот, наши родители ангелочка, то есть меня, загнали в угол, а беса, тебя – вырастили!

– Чушь полная! Не верю я в этот бред! Что тебе нужно от меня?

– От тебя, ровным счетом ничего! Хотя… Сущий пустячок! Просто не мешай мне! Договорились?

– Нет! Ты никто и договариваться я ни о чем не собираюсь! Ты мне просто снишься!

– Ха! – лицо в маске усмехнулось, но сказать ничего не успело. Свет погас, унося с собой видение и Галя открыла глаза.

Она не узнала помещение, в котором находилась. Сводчатый, каменный потолок, под которым по центру горел плоский белый плафон. На стенах были еще несколько светильников, прямо перед кроватью, на которой она лежала, была тяжелая металлическая дверь, с небольшим окошком, закрытым с внешней стороны. Вдоль стены слева стоял шкаф и небольшой стеллаж с книгами, а у противоположной стены стоял стол со стулом и мягкое кресло, возле которого расположился торшер. За столом, в глубокой нише стены, виднелась еще одна дверь, но уже обычная, деревянная.

– Проснулась? – бархатный, басовитый голос, который она слышала во сне, раздался откуда-то из-за изголовья. Галя вздрогнула от неожиданности и приподнявшись на локте, посмотрела в сторону раздавшегося голоса. За изголовьем кровати, на стуле сидел загорелый, худощавый человек с острым, проницательным взглядом. Густая борода старила его, хотя на вид Галя дала бы ему лет сорок пять, пятьдесят.

– Вы кто? – Галя уставилась на гостя с удивлением.

– Проснулась! – удовлетворенно произнес человек, – Ну будем знакомы, меня зовут Жнец! Вижу, хочешь спросить –где ты и что с тобой случилось! Отвечу, но чуть позже. А теперь, скажи мне, что ты видела во сне?

– А вам зачем? – Галя напряглась, не понимая, что происходит и все еще не воспринимая нормально реальность, – Где Ревит? Позовите Ревита! Где я вообще!

Жнец поднялся со стула и подойдя к кровати присел, одновременно беря Галю за руку. Теплая, мягкая ладонь коснулась ее кисти и по всему телу разлилось спокойствие. Напряжение и опасения улетучились, а присевший на корточки Жнец, смотрел на нее не отрываясь, своими карими, полными доброты глазами.

– Успокоилась? – Галя кивнула, не отрывая взгляда от его глаз, – Тогда слушай! Ты сейчас все там же, в доме Ревита, в подвале. Эту комнату он использует для изоляции пациентов. Ревит сейчас придет, а пока, мне нужно, что бы ты рассказала в мельчайших подробностях, все что ты помнишь с самого утра! И что ты видела во сне?

– Я проснулась от… – Галя замолчала, не желая вспоминать вновь свой кошмар, – от страшного сна! Можно я не буду его пересказывать?

– Это связано с мурами?

– Да!

– Тогда не стоит, а дальше, что помнишь?

– Ну я приняла душ, а когда выходила, кто-то постучал в дверь. Я подошла открыть… а дальше, вспышка и лицо в маске. Женщина, красивая, но холодная и злая. Смотрела на меня, рассматривала, а потом вдруг исчезла, а я начала приходить в себя. Слышала голоса, кто-то меня за руки держал. Потом ваш голос услышала и опять провалилась в забытье.

Жнец внимательно слушал, не перебивая и при этом все время держал девушку за руку.

– Потом слышала, как вы с Ревитом обсуждали какую-то кодировку. Плюс минусы и еще что-то, но вы, наверное, заметили, что я не сплю, и опять меня отключили. И вот тут, снова пришла она. Только теперь она разговаривала со мной. Говорила, что она, это я и просила не мешать ей! Что со мной происходит?

Жнец отпустил ее руку и поднявшись, вновь сел на стул. Вид у него был задумчивый, но выражение глаз по-прежнему излучало доброту.

– Я так и предполагал. – наконец сказал он, после затянувшейся паузы, – Тебя закодировали и закодировали внешники с востока. Только у них есть такие технологии.

– Как закодировали? Зачем? – Галя уставилась на знахаря испуганным взглядом.

– Понимаешь, у внешников есть технология кодировки, которую не могут пробить даже самые мощные ментаты. Они как будто подменяют человека на другого. Он становится таким, как им нужно, чтобы втереться в доверие, не вызывая подозрений, а потом по определенному сигналу, человек сбрасывает маску и становится вновь самим собой и выполняет поставленную перед ним задачу. Но, видимо они усовершенствовали технологии. В твоем случае реверс кодировка произошла. Они наоборот, оставили тебя такой какая ты была, подсадив другую личность. Ту, которую ты видела. Она постепенно завладевает тобой – твои срывы, когда ты ничего не помнишь и по рассказам Ревита превращаешься в фурию, это и есть овладение твоей душой.

– И что я натворила, раз меня изолировали? Я кого-то убила? – Галя, нахмурившись, уставилась в каменный пол, готовясь принять любую, даже самую страшную новость.

– К счастью нет! – Жнец встал со стула и пересел на край кровати, – Могла бы, но Рыбак вовремя среагировал.

– Я что Рыбака? – Галя в ужасе подняла взгляд на знахаря.

– Нет! Ты, точнее та, что в тебе сидит, пыталась убить Кобу. Но Рыбак вовремя среагировал и Коба не пострадал. Я полагаю, что это и есть цель кодировки. Поэтому то тебя и изолировали.

– И что теперь делать? Раскодировать можно? – девушка с надеждой смотрела на Жнеца.

– Ну есть в Улье вещий знахарь, Лазарь. Он уже проводил такой сеанс, но в твоем случае не все так просто. Что-то послужило сигналом и твоя тень, будем ее так называть, активировалась раньше срока, еще до того, как полностью тобой завладела. Вспомни что-то необычное, что происходило утром! Может, видела, что-нибудь, или слышала?

– Да нет! Все было, как всегда– ответила Галя после небольшой паузы, – Да и утром что может быть. Встала, у окна стояла недолго, рассматривала крепость и горы, и думая о своих срывах. Потом душ приняла. А потом кто-то постучал в дверь и все… стойте! Стук был не простой! Я еще подумала, что что-то напоминает!

– Что? Что напоминает? Вспоминай!

Галя с минуту усиленно пыталась вспомнить, но так и не вспомнив загадочную мелодию, покачала головой – Нет! Не могу! А кто стучал?

Металлическая дверь звякнула засовом и в комнату вошел Ревит в сопровождении Рыбака.

– Галка, как ты? – Рыбак первым делом бросился к подруге.

– Пока все нормально. – растеряно ответила та, опасливо посматривая на Ревита, который так и остался стоять у двери, – Здравствуй Ревит!

– Привет, Галя! – знахарь подошел и протянул ей руку, улыбаясь, но во взгляде все равно мелькнула опаска.

– Рыбак, ты ведь утром за Галей заходил? – перевел разговор в конструктивное русло Жнец.

– Да! Но она уже открыла дверь как не своя!

– Погоди! – перебил его Жнец, – Вспомни, как ты стучал в дверь?

– Как? – не понял Рыбак, – Просто постучал.

– Просто постучал или мелодию какую выстукивал?

– А! Точно, вот так! – Рыбак занес руку, чтобы повторить стук, но Жнец молниеносно сорвавшись со своего места, перехватил ее.

– Не нужно! – тихо и настойчиво сказал он опешившему Рыбаку, – Просто скажи, что за мелодия.

– Кукарача. – так же тихо произнес Рыбак.

– Ну вот и все выяснилось! – знахарь отпустил руку Рыбака, – Теперь этот стук, да я думаю и мелодия в целом, под запретом у вас в стабе.

Ревит со Жнецом о чем-то оживленно, но тихо беседовали, сидя за столом, а Рыбак, осторожно присев на край кровати не отрываясь смотрел на Галю. Та сидела, обхватив колени и молчала, уставившись в стену. Видимо взгляд молодого человека, всё-таки подействовал на нее, и она повернулась, встретившись с ним глазами. Она никогда не обращала внимания на то, как он на нее смотрит, она вообще не обращала внимания на взгляды мужчин. То, что он постоянно вьется вокруг нее, окружая заботой и вниманием, она воспринимала как дружбу. Ведь они друзья, и причем друзья, прошедшие через такое! Он нравился ей, еще там, в прошлой жизни, где все было весело и беззаботно. Но он был парнем ее лучшей подруги, Лариски, и она оставляла свои чувства глубоко, глубоко в душе. Теперь же, что-то поменялось. Та тварь, которая сидит внутри нее, как будто вернула ее к жизни. Галя смотрела в глаза сидящего напротив Рыбака и видела в них смесь тревоги, желания оградить, защитить, уберечь и… любви? Девушка быстро отвела свой взгляд, как будто опасаясь, что он поймет ее мысли.

– Ты во мне так дыру взглядом просверлишь! – сказала она, отворачиваясь, – Лучше расскажи, что я натворила!

– Так ты же знаешь, чуть Кобу не зарезала. – ответил парень, – Я просто еще в твоей комнате понял, что у тебя опять срыв и смотрел внимательно, наблюдая за твоим поведением. Когда ты нож выхватила, успел перехватить, ты только слегка ему плечо порезала. Потом тебя скрутили, нож вырвали, ух и силищи в тебе, я еле сдерживал тебя!

– Так это ты меня держал за руки! Но это не моя сила, это ее, той, что во мне сидит. – Галя замолчала и смотря прямо в глаза Рыбаку спросила, – Погоди! А что ты делал в моей комнате?

Лицо парня моментально налилось краской, становясь похожим на спелый помидор. Он смущенно отвел глаза и уставившись в пол, вздохнул.

– Ну-ка, – Галя взяла его за подбородок и осторожно развернула к себе, – Говори! Что ты делал в моей комнате?

– Галь! – Рыбак умоляюще посмотрел на подругу.

– Говори! – властно приказала она.

– Ну, ты как дверь открыла, ни слова не говоря, схватила меня за камуфляж и потащила внутрь комнаты. – парень замолчал, наливаясь краской еще больше.

– Дальше! Рассказывай все, как на духу!

– На тебе полотенце было, ты его сбросила… – он посмотрел на нее взглядом нашкодившего щенка, – Галь, прости, я не мог оторваться.

– От чего? – угрожающе прошипела Девушка, – Говори, что произошло?

– Да ничего не произошло! – Рыбак чуть не закричал, – Я ведь не упырь какой, чтобы воспользоваться! Просто не мог оторвать от тебя взгляд.

Громкий подзатыльник гулким эхом разнесся по комнате, заставив Жнеца и Ревита обернуться. Но увидев, что ничего страшного не происходит, они вернулись к своему разговору.

– Балбес! – примирительно сказала Галя, сдерживая улыбку, – Что-то новое увидел?

– Я просто тебя такую раньше не видел!

– Ой! А на пляже?

– Ну так там в купальнике! – возразил Рыбак и тут же опять покраснел, – Ты прости меня!

– Ладно, подглядыватель! Прощаю!

– Никакой я не подглядыватель! – обиделся парень.

Их разговор прервал Жнец, вставший из-за стола.

– Ну что же, милая дама. Вердикт консилиума будет такой! Раскодировку мы сделать не можем, без риска превратить тебя в ту самую убийцу, что в тебе сидит. Риск слишком велик. Но! Ты не отчаивайся! Избавится от паразита, подсаженного тебе можно. Но ты должна это сделать сама! Тем более что ты с ней уже вступила в контакт. Это вообще случай уникальный. Видимо она, не овладев тобой до конца, теперь не может ничего сделать и ей нужно твое разрешение, что ли. Не зря же она, просит тебя не мешать!

– А как же я ее выгоню то из себя? – Галя непонимающе смотрела на знахаря.

– Ты не должна ее выгонять! Она часть тебя и никуда уйти не может! Но вот справиться с ней, сможешь только ты! Так что постарайся, девочка! Можешь возвращаться к себе, она без активации ничего сделать не сможет.

– Нет! – твердо отрезала Галя, – Я останусь здесь! Не хочу никому больше навредить! А тут мне будет спокойнее! Только книг мне принесите!

– Ну как знаешь! – развел руками Жнец, – Уничтожишь ее, будешь великим знахарем! А я, пожалуй, задержусь у вас ненадолго! Ты не против Ревит?

– Что ты! Конечно, нет! Тем более для тебя кроме Круглого есть еще задачки. Две! Маленькие совсем!

– Ну вот и пойдем, решать твои задачки! – Жнец сделал приглашающий жест рукой в сторону двери, – Оставим молодёжь наедине!