Будильник, как всегда, зазвонил не вовремя. Сон, который она видела, улетучился, не оставив о себе даже воспоминаний. Рина попыталась вспомнить события сна, но все было тщетно! Единственное, что она точно знала, там, во сне, был Скиталец. Откинув одеяло и сев на край кровати, посмотрела напротив, где спала Пуговка, а у нее в ногах свернувшись калачиком посапывал Флинт. Кот приоткрыл один глаз, увидел, что на него смотрят и опять прикинулся спящим. В памяти всплыл вчерашний вечер и разговор с Ревитом.

После того как Старик и Коба ушли, они с Ревитом очень долго говорили. Начал он как ни странно не с ее даров, а с Пуговки.

– Понимаешь Рина! Как бы тебе попонятнее объяснить… – Он задумался, скривился как школьник у доски на уроке, почесывая шевелюру, – Я и сам пока не разобрался до конца, но у Пуговки похоже есть дар!

– Как дар? –Рина подняла на него взгляд.

– Погоди, погоди! – поднял он обе руки, останавливая вопросы, – Говорю же, я и сам еще не разобрался! Просто никто никогда не встречал даров у не иммунных! Даже среди знахарей я такого не слышал.

– Но может ты ошибся? Или может быть Пуговка иммунная? Хотя я ее не вижу…

– То, что у нее нет иммунитета, это точно! Но насчет дара… Пока ты беседовала с руководством, мне удалось ее осмотреть. У нее есть дар, но пока только прорезавшийся и слабый, но очень редкий и интересный, если я конечно правильно определил! Чем-то вы с Пуговкой Улью понравились, что он на вас так отыгрался! – Ревит улыбнулся.

– Говори давай, не тяни! – Рина легонько толкнула его кулачком в плечо, – что за дар такой!

– Если коротко…

– Нет уж! – возмутилась девушка, – Давай подробно!

– Эх! – вздохнул знахарь и продолжил, – В общем пока она спала, я ее посмотрел и увидел прорезавшийся дар, как уже сказал. Но что это и как действует, я тогда не понял. Самое интересное началось потом, когда эта парочка проснулась, – указал он на Флинта с Пуговкой.

– Скажи, за последнее время ты замечала, что она вдруг становится не по годам серьезной и говорит совершенно по-взрослому?

Рина задумалась, припоминая поведение Пуговки с момента, как они оказались в Улье.

– Ну точно не могу сказать, но, по-моему, несколько раз было. Первый раз она Ирбиса успокаивала и поддерживала, когда он умирал. Да! А потом еще с серьезным видом сказала, что он уже дома! Я, честно говоря, не придала этому значения. А потом, когда Скиталец пропал! Пуговка сказала, что он вернется. И так сказала, как взрослая, серьезно и твердо, будто точно знает! Я правда и сама почему-то уверена, что Скиталец жив.

– Вот и я о том же! Когда вы на помощь форпосту уехали, я с ними тут долго занимался. И несколько раз замечал, как она становится серьезной и что-то говорит шепотом. А тут, как проснулись, она опять кота гонять начала, или он ее, не суть. Но вдруг опять серьезной стала и спокойно так говорит – Дяде Скитальцу плохо, но она его спасет!

– Это вот сейчас? И кто она?

– Да, пока вы беседовали. Я и спросил, как она узнала? Она плечиками пожала, вздохнула, и так по старушечьи почти говорит: – Вижу я! А потом вообще огорошила: – И дядю Ирбиса вижу!

– Ирбиса? Ты что издеваешься? – Рина нахмурилась.

– Ни сколько! Можешь сама спросить! – знахарь повернулся к играющей с котом девочке, чтобы позвать, но застыл, жестом руки останавливая Рину.

Пуговка сидела на полу возле камина, перед развалившимся Флинтом и смотря в слабые языки пламени, догорающих дров, что-то тихо шептала, будто разговаривая с кем-то. Как не пытались они с Риной услышать хоть что-нибудь, но девочка практически беззвучно вела одной ей понятную беседу с невидимым собеседником. Наконец она оторвала взгляд от огня и повернувшись к застывшим в напряжении взрослым, улыбнулась, вскочила на ноги и побежала к маме, расставив руки.

– Пуговка, доченька, ты с кем сейчас говорила? – спросила Рина посадив ее к себе на колени.

– С ней! – как-то просто и обыденно бросила Пуговка, как бы поясняя, что совершенно не хочет ничего пояснять.

– С кем, с ней?

– Мамочка, ну с ней! – Пуговка протянула ручку ладошкой вверх и сказала с таким выражением удивления, как будто говоря – Ну ты что, не понимаешь?

Рина посмотрела на Ревита, полными слез глазами и дрожащим голосом спросила: – Что с ней?

– Рина успокойся! Я же объяснил тебе, что это дар у нее открылся. Но он пока слабый, а вот какой дар, я пока не пойму. – и уже обращаясь к девочке спросил, – Пуговка, а можешь нам рассказать кто это, Она?

– Она не хочет! – Пуговка нахмурилась и обняв Рину за шею спрятала личико, положив голову на мамино плечо.

– Ладно! – знахарь вздохнул обреченно, – Оставим на потом, а пока давай по твоим дарам. И начнем мы с того, что нужно в первую очередь научиться вам с Фомой работать в паре. Я уже придумал пару методов, что бы развить его дар проводника и он смог бы передавать энергию бесконтактно. А тебе постараемся исправить дар сенса. Очень мне интересно, почему ты видишь только живых, а тварей нет.

– Не только живых! – напомнила Рина знахарю, – еще и синих каких-то… Скиталец, которым стал…

В дверь номера кто-то тихо, но настойчиво постучал, явно стараясь не разбудить ребенка. Рина встала, и накинув халат подошла к двери.

– Кто? – спросила она тихо

– Рина это Молчун! – раздался знакомый голос и у Рины почему-то сердце забилось быстрее, – Если вы проснулись, собирайтесь и выходите в бар к завтраку. Потом пойдем вас устраивать.

– Хорошо! Я скоро, только Пуговку подниму.

– Я жду в баре! – ответил Молчун и его шаги стали удаляться по коридору.

А у Рины опять возникло чувство, что кто-то пристально смотрит ей в спину. Она повернулась и расплылась в улыбке – неразлучная парочка стояла в свете утреннего солнца, заливающего комнату своими лучами через окно, и внимательно смотрела в четыре глаза на нее.

– Ну что, шпионы, проснулись? – Рина, уперев руки в бока, наклонив голову к плечу и чуть прищурив глаза смотрела на них, – Ну-ка марш умываться, одеваться и на завтрак!

Выбор жилья прошел достаточно быстро. Из всего предложенного Рине на выбор, ей как-то сразу приглянулся небольшой одноэтажный особняк, стоящий в глубине достаточно крупного сада, скрытый от чужих глаз за высоким забором. Небольшим он только казался, на поверку оказалось, что там кроме громадной гостиной с камином, трех спален, столовой, большой кухни и веранда, под домом был огромный подвал, по площади даже превышающий сам дом. Рина даже по началу хотела отказаться от такого большого жилья, но увидев, как Пуговка весело бегает по саду в бесполезных попытках догнать Флинта, решила все-таки остановить свой выбор на этом доме. Тем более что этот дом был расположен очень близко от дома знахаря, к которому ей придется постоянно ходить в ближайшее время. Ревит как-то незаметно стал для нее другом, человеком, которому она доверяла сама и могла доверить Пуговку.

– Ну что же, поздравляю! – Молчун, улыбаясь, смотрел на Рину, – вы напишите список, что вам нужно из мебели, может есть какие-то пожелания, допустим игрушки для Пуговки или что-то еще лично для вас. Только не стесняйтесь. Мы после занятий сможем заехать на склады, и вы подберете себе все что нужно. А пока, давайте пройдем в канцелярию, и вы получите карточку гражданина.

Процедура получения гражданства оказалась не такой обременительной, как Рина представляла себе. Ни каких подписей, никаких договоров. Штатный ментат снял с нее ментальную карту. Как он объяснил, это что-то наподобие отпечатков пальцев, сфотографировал Рину и потратив несколько минут на оформление в компьютере, распечатал и передал ей новенькую, еще теплую от ламинирования, пластиковую карточку с ее фото и строкой каких-то непонятных символов по нижнему краю. Фоном карточки служили заснеженные горные вершины, переходящие в зеленую долину, на котором было указано ее имя и принадлежность к стабу «Горный». Сама карточка была точно по размеру привычной для Рины банковской карты из ее мира, даже чип был та том же месте.

– Поздравляю с принятием гражданства! – улыбаясь и сверкая игривым взглядом сказал ментат, почти полностью седой парень лет около тридцати, – Эта карта теперь ваш паспорт, а еще с помощью ее вы сможете рассчитываться за услуги и товары везде, где есть наша платежная система. На территории стаба она есть везде, а также у нас есть договор с несколькими дружественными соседними и дальними стабами, где так же принимают платежи. Это вам лучше в казначействе пояснят.

Рина поблагодарила за поздравления и с удивлением смотрела на свой новый документ. Платежная система? Здесь?! В этом жутком мире? Её размышления прервал голос Молчуна. Он выходил куда-то пока она занималась с ментатом, но сейчас появился в комнате, пряча что-то за спиной.

– Поздравляю Рина! – и Молчун, краснея от смущения, протянул ей букет ослепительно белых роз.

– Молчун! Ну зачем вы… – только и смогла сказать Рина, сама теряясь от смущения и нахлынувших вдруг на нее чувств. Она уже настолько привыкла к жестокости и прямолинейности этого мира, что никак не ожидала получить такой знак внимания, да еще от человека, который, становится ей симпатичен. Парень еще больше покраснел и улыбнувшись, развел руками.

А через час, после всего этого, преобразившийся Молчун уже проводил первые занятия с новичками. Рина и Фома внимательно слушали своего строгого инструктора, который начал обучение с представления всех имеющихся в стабе видов оружия. На длинном столе в ангаре были разложены различные образцы холодного и стрелкового вооружения, начиная от ножей, и заканчивая неизвестными образцами, футуристического вида. От вида оружия у Фомы загорелись глаза, и он первые минуты, как зашел в ангар, бродил вдоль стола, как зачарованный, беря и примеряясь то к одному экземпляру, то к другому. Имея минимальный опят обращения с оружием, три выстрела на стрельбище перед присягой, а дальше только чистка АКМ, доставшийся ему со срочной службы, он с детским восторгом осматривал каждый экземпляр. Рина не отставала от Фомы, но если тот начал с уже знакомых и привычных АК, то ее сразу заинтересовали футуристические образцы. Легкие, но очень удобные и несмотря на кажущуюся игрушечность, создающие ощущение мощи, они притягивали к себе своими формами.

– Это нолдовские образцы! – раздался позади голос Молчуна, – хороший выбор Рина.

От неожиданности она чуть не выронила из рук небольшой компактный пистолет, слегка напоминающий бластер из фантастических фильмов.

– Вам он как раз подойдет! – продолжил Молчун, – Я обязательно расскажу вам о каждом образце и более того, мы обязательно сегодня постреляем из выбранного вами оружия. Наша сегодняшняя цель полностью экипировать вас и пристрелять выбранное оружие. А начнем мы с холодного.

Они переместились на другой конец стола, где были разложены ножи, мачете, топоры и томагавки, различного размера. После не очень долгих поисков Фома выбрал для себя большой армейский клинок «Ka-Bar» и средних размеров топорик.

– В юности увлекался, кидал топоры! – пояснил он, – хочу восстановить умения.

Рина начала свой выбор с поиска складного ножа RUI какой она видела у Скитальца, но так и не найдя такой, остановилась на американском Kershaw Black Blur Serrated, компактном, приятно лежащем в руке складном ноже. А в качестве основного ей приглянулся НРС (нож разведчика стреляющий), хотя зачем ей стреляющий нож, так и не смогла объяснить. Молчун в дополнение к нему положил еще спецназовский Витязь НСН, нож, с длинным, узким и тяжелым клинком.

С оружием разобрались достаточно быстро. Фома недолго думая сказал, что хотел бы оставить у себя «кошмар» автомат ШАК-12 с которым он сюда и пришел, а из пистолетов выбрал Glock 17 и глушитель к нему в придачу. Рина уже держа в руках нолдовский «бластер» долго не могла решить, какой автомат выбрать. Молчун стоя в стороне наблюдал за этими муками выбора, не вмешиваясь и не давая советы. По сути он этим убивал двух зайцев. Первое, давал новичкам выбор и чувство ответственности за решение, которое они принимали. А второе, это проверка, насколько хорошо они уже адаптировались к условиям Улья и тем более Пекла! То, что Фома выбрал практически бесшумное оружие для себя, уже говорило о многом. Человек уже понимает важность соблюдения тишины в рейдах. Рине, он сам посоветовал самый бесшумный пистолет, что когда-либо появлялся в Улье и теперь смотрел, что выберет она в качестве более мощного оружия.

Наконец Рина решилась и остановила свой выбор на таком же ШАК-12 как у Фомы. Молчун улыбнулся и в душе обрадовался, что не ошибся в новичках.

– Ну что же, поздравляю! – одобрил он их выбор, – То, что вы выбрали, говорит о том, что вы уже многое поняли об Улье и его обитателях. Хотя мы с вами на границе Пекла и против матерой элиты, эти пукалки не помогут.

– А что нужно против скреббера? – сверкнув глазами спросила Рина.

– Удача! – ответил Молчун после короткой паузы, – Только удача и холодный расчет в придачу!

Экипировку подобрали так же быстро. Шлемы, броники, разгрузки, рюкзаки, различного объема, приборы ночного видения, куча подсумков на все случаи жизни. А потом начались настоящие занятия. Первым делом пристреляли оружие на стрельбище, что находилось в километре от города в горах. Туда Молчун погнал своих подопечных в полной выкладке, с оружием и нагруженными рюкзаками. Причем весь путь они проделали бегом. С непривычки, от таких нагрузок у Рины болели легкие, грудь разрывало от недостатка кислорода, но она, преодолевая всё стремилась вперед, стараясь не отставать от Молчуна, который, казалось, играючи бежал впереди, подбадривая новичков. Пот заливал глаза, губы пересохли, но она бежала, постепенно отрешаясь от предательской мысли – зачем тебе все это? Брось! Фома так же не отставал, хотя было видно, что ему то же тяжело. Хриплое, со свистом дыхание выдавало в нем старого курильщика, который казалось сейчас выплюнет свои легкие. Но и он бежал, обливаясь потом под палящим горным солнцем.

По прибытии на стрельбище Молчун не дал им ни минуты передышки, сразу указав на мишени и приказал открыть огонь. И только после первых нескольких беспорядочных выстрелов он дал отбой. Новички мертвыми тушками лежали на раскаленных камнях, не в силах подняться.

– Так будет каждый день! – объявил Молчун, – Ваша выносливость, залог вашего выживания!

И так было каждый день! Только занятия разнились. Кроме стрельб, Молчун устраивал вылазки в горы, где показывал и учил их основам альпинистской подготовки, занимались слаживанием работы в паре и в тройке на специально выстроенном когда-то полигоне, имитирующем город. Когда работали в тройке, Молчун сам выступал в качестве третьего члена группы. И несколько раз они устраивали самые настоящие засады на караваны, проходившие от Горного дальше по долине в поселения фермеров, правда без стрельбы и захвата, просто имитируя действия и старясь сделать так, чтобы никто в караванах их не обнаружил. Молчун специально запрещал пользоваться дарами, приучая к действиям в экстремальных условиях. А после этих занятий, они с Фомой шли к Ревиту, под присмотром которого они учились работать в паре, одновременно развивая их дары.

Рина приходила домой и валилась на кровать без сил. Хорошо хоть Степановна и Ревит взяли шефство над Пуговкой. Дочка каждый вечер подходила к ней и гладя ее по волосам обнимала и как могла, жалела, а Рина называла ее – мой цыганенок! Но уже к концу первой недели, изматывающие тренировки дали свой результат. Нагрузки, которые к тому моменту возросли многократно, уже переносились с легкостью и Рине даже понравилось бегать, хотя, она с тревогой смотрела как на ее стройных ногах постепенно проявляется мышечный рельеф. Да и руки, некогда утонченные и нежные, стали так же более рельефные с уже более ярко выраженными мышцами.

На второй неделе подготовки Молчун, кроме основных занятий, ввел еще и рукопашный и ножевой бой. Старик и Коба, наблюдая за этим шутили между собой – Молчун нам отряд спецназа готовит или элитных киллеров! И Рина их удивила, на первом же занятии по рукопашному бою, дав серьезный отпор Молчуну. Все благодаря тому, что в юности, после нескольких неприятных инцидентов с гостями с юга, она стала заниматься в секции айкидо и добилась тогда неплохих результатов. Теперь, с повышением выносливости и силы, она с легкостью уходила от ударов и захватов, даже сама несколько раз довольно удачно атаковала Молчуна.

Так прошел месяц их подготовки. Фома уже свободно мог использовать свой дар, передавая энергию без прямого контакта, позволяя тем самым Рине проводить через черноту караван из пяти или шести машин, а также использовать дар кинетика в полную силу без отката. Но вот ее первый, загадочный дар так и остался неизвестной причудой Улья. Как ни пытался Ревит, ему так и не удалось выяснить, почему она не видит тварей и исправить этот дефект, да и кто такие синие, он так же не смог узнать.

А еще, уже после первой недели подготовки, они с Молчуном перешли на «ты» а потом и вовсе сблизились. Уже где-то на последней четверти, у Рины как будто рухнули какие-то препоны, и она перестала бояться своих чувств. Была ли это любовь, она не знала. Ей было хорошо, спокойно и уютно с этим немногословным человеком. В стабе все уже попросту считали их парой, хотя между ними еще ничего не было. Но все упорно считали ее девушкой Молчуна. Она не возражала, да и он видимо был рад такому раскладу, все чаще и чаще появляясь в их с Пуговкой доме. Вот только мысли о дальнейшем будущем, о Пуговке, мешали их счастью, да и сама Пуговка, все время как-то грустно и пристально смотрела на Молчуна. Но жизнь шла своим чередом и наступало время, когда она начинала свою работу на стаб.