Шторы были опущены. Двери задрапированы в пурпур. Лесли чинно приходили и уходили. Ужасная бездонная тишина поглотила Мэриголд.

А затем она вдруг перестала верить, что Старшая бабушка умерла. Это маленькое желтовато-белое существо в большом убранном цветами гробу не было ею. Это не Эдит из старого сада. Она всё ещё жила и смеялась – если не в саду, то где-то в другом месте. Пусть даже в небесах – которые в тот миг, когда Старшая бабушка прибыла туда, должны были стать и стали особенным местом.