Нед отнес размякшую меня в душ и мягко обтирал ладонями. Его касания были куда нежнее воды.

Принесли мою одежду, чистую и свежую. Я снова надела майку и юбку и заявила, что нужно купить в Самсуне какое–нибудь красивое платье. На память.

– Поможешь выбрать? – спросила я в лифте отеля.

– С удовольствием, – сказал Нед и обвил рукой мою талию.

Мы вышли на улицу и нацепили темные очки. Нед вел нас по навигатору. Сначала мы вышли на широкую набережную, параллельно которой тянулась полоса пляжа. Мы разулись и долго гонялись друг за другом по песку. На этом берегу не нашлось ни единого камешка, будто все побережье пропустили через сито. Набережная вывела нас к прекрасному зеленому парку, который тянулся на несколько километров. Когда впереди обозначились очертания маяка, сердце мое пропустило удар от волнения.

– Я думала, мы идем в другую сторону, – выдохнула я.

– Это самый главный пункт наших планов.

От берега к маяку вела песчаная коса с дощатым настилом. Нед сфотографировал меня на фоне этой дороги и прекрасного сооружения. Затем снова сделал совместное селфи.

– Зачем тебе эти фото?

Он искренне удивился.

– Чтобы возвращаться в этот момент. Посмотрю на фото, сразу вспомню, как у тебя горели глаза, какая счастливая улыбка расцвела на твоем прекрасном лице. Как крепко ты держала меня за руку.

Мои губы дрогнули. Чтобы скрыть это, я поцеловала Неда.

Мы подошли к башне света вплотную. На ступенях сидел старый смотритель с армудом – турецким стаканом для чая, похожим на тюльпан. Нед спросил, говорит ли тот по–английски. Смотритель кивнул и вцепился в нас внимательным взглядом. Нед спросил, можно ли внутрь?

– Вы женаты? – строго спросил мужчина.

Мы оторопели. Я почти выпалила честный ответ, уже готовая, что нас, развратников, пошлют куда подальше. Однако Нед соображал куда быстрее.

– Еще нет. Но она – моя невеста. У нас свадьба через два месяца. Выбираем место для церемонии.

Мужчина одобрительно покивал и поздравил нас. Мы с улыбкой поблагодарили. Смотритель отпил чай и сказал, что вообще–то маяк закрыт для туристов. Любоваться можно только снаружи. Но нам он сделает свадебный подарок и пустит внутрь. Но без съемок.

Я запрыгала от предвкушения и радости. Смотритель поставил стаканчик на медный поднос на крыльце и махнул рукой, зазывая нас последовать за ним. Огромными глазами я посмотрела на Неда, не веря, что увижу маяк не просто рядом, а изнутри.

Винтовая лестница казалась бесконечной. Ажурно выкованные ступени увлекали все выше и выше, к самому сердцу башни. Нед не выпускал мою руку, шел за мной, не отрывая глаз.

Смотритель что–то рассказывал на смеси английского и турецкого, в этой речи я понимала одно слово из десяти. Очевидно, это была история сооружения. Нед умудрялся задавать вопросы, я же просто впитывала понимание, где нахожусь. И с кем.

Наконец ступени вывели нас на площадку, где располагалась огромная зеркальная лампа. Я застыла, любуясь масштабом устройства. Лампа смотрела во все стороны сразу. Вокруг были стеклянные стены, открывавшие обзор и на город, и на море. Я вдруг почувствовала себя крошечной.

– Он спасал корабли? – спросила я по–русски.

Смотритель уставился на меня, затем на Неда. Солист попросил меня перевести. Чуть опомнившись, я повторила вопрос на английском. Турок закивал и принялся тараторить. Ответ мне был ясен. Внутри душа трепетала от счастья.

Затем нас вывели на балкон, опоясывающий маяк чуть ниже окон лампы. Турок пошел показать нам что–то с другой стороны, но я замешкалась. Посмотрела на верх башни. В этот момент щелкнул затвор камеры в телефоне Неда. В испуге я уставилась на него.

– Ты чего! Мы же не должны.

Широко заговорщицки улыбаясь, Нед приложил к губам указательный палец, призывая молчать.

Простор, открывшийся вокруг, обезоруживал. Порывы морского ветра начисто выдували из головы все мысли. Я судорожно втянула воздух, пытаясь справиться с эмоциями. Нед обнял меня сзади, обвив талию обеими руками. Положил мне на плечо подбородок. Я обхватила его руки своими, глубже утопая в объятиях. По моим щекам текли слезы.

– Я так счастлива, – прошептала я.

Нед промолчал. Лишь крепче прижал к себе, зарываясь носом в мои волосы, с которыми играл ветер. Смотритель наконец замолчал. Кажется, он любовался нами. Может, вспоминал свою молодость и любовь тех лет. Может, думал о жене. Все эти мысли, вопросы пришли позже, когда мой писательский мозг начал воспроизводить произошедшее в памяти. А в тот момент я просто наслаждалась мгновением.

Пока спускались, я считала ступени. Триста шестьдесят пять ступеней. Как дней в году. В самом низу я остановилась и посмотрела вверх, в самый центр закручивающейся спирали. Лестница – как год. Спуски и подъемы – как целая жизнь. У нас с Недом было всего четыре ступени. И мы уже стояли на краю третьей. Сердце тоскливо сжалось.

Его голос вытянул из грустных мыслей, когда он позвал меня. Нед стоял в дверном проеме. Полутемный холл резко контрастировал с ярким солнечным днем снаружи, и силуэт солиста был окружен ореолом света. Будто сиял.

На улице мы снова взялись за руки и принялись горячо благодарить смотрителя за такой щедрый подарок.

– Хочу поделиться с вами пожеланиями, какие приняты у нас.

Я вытянулась, будто струна, готовясь впитать местную мудрость. Смотритель заговорил медленнее, подбирая слова для перевода.

– Вы как половинки одного целого. Дополняйте друг друга, поддерживайте во всем и оберегайте от невзгод. Желаю, чтобы вы всю жизнь прожили в любви. Желаю состариться на одной подушке. Пусть Аллах пошлет вам здоровье и никогда не разлучает. Желаю, чтобы вы провели вместе самые прекрасные дни, полные самой яркой и самой большой любви.

Смотритель так разволновался, будто женил нас. Сердце в груди билось с такой силой, что, казалось, сейчас выскочит. Я плакала, Нед обнимал меня. «Дни, полные любви». «Дни». Мы еще раз поблагодарили турка и ушли вдоль берега, по пути обернувшись и помахав на прощание маяку и его смотрителю.

Я совсем сникла.

– Плохо было его обманывать.

– Эта ложь никому не принесла боли. Смотритель не нарушил правил. А мы увидели маяк. Я никогда не был внутри.

– Это мой первый настоящий маяк.

Нед тяжело вздохнул и обнял меня за плечи. Остановил и повернул к себе. Слезы текли неудержимо.

– Мне так нравится быть рядом, когда сбываются твои мечты. Когда что–то происходит с тобой впервые.

Я не могла подобрать слов. Я обещала себе, что больше никогда не привяжусь к мужчине. Что следующему ухажеру придется годами доказывать, что на него можно положиться. И что произошло? Я за три дня вросла в Неда. И мне было больно от одной мысли, что мне придется его отпустить.

Он тихо позвал меня по имени.

– Едем со мной. Мы не должны расставаться здесь, в Турции.

Я широко распахнула глаза, ошеломленная внезапным предложением. О подобном можно было только мечтать. Но это происходило на самом деле.

– Слушай. – Нед опустился на песок и потянул меня за руку, усадил себе на колени. – Я не строю иллюзий. Не говорю, что мы теперь будем жить долго и счастливо. Но я верю, что мы встретились не зря. Не только для того, чтобы провести вместе всего два, пусть и потрясающих дня. Мне мало. Мне очень хочется побыть с тобой еще. Я не прощу себе, если просто уеду, даже не попытавшись заполучить для нас еще немного времени. Я не могу остаться, ты ведь понимаешь. У меня есть обязательства. Но у тебя отпуск. Позволь мне еще немного побыть его частью. Позволь сделать твой отпуск еще лучше.

Я ощутила, что на губах моих играет счастливая улыбка.

– Ты так меня уговариваешь, будто я отказываюсь.

– Так ты согласна?

Я кивнула.

– Я же сказала это еще вчера на диком пляже. Согласна на все. Поеду, куда позовешь.

Настал черед Неда улыбаться. Он буквально светился от счастья. Сжал меня крепче, поцеловал страстно, горячо. Снова нас накрыло эмоциями мгновенно, но я первая взяла себя в руки.

– Мы в городе. Думаю, не стоит нам так яростно показывать свои чувства.

Нед еще несколько раз коротко поцеловал меня и уткнулся в мой лоб своим.

– Значит, завтра утром вернемся в Стамбул. Возьмем тебе билет в Загреб на тот же рейс, что и у нас. И улетим в Хорватию.

Улыбка сползла с моего лица.

– Хорватия.

– Что не так?

– Туда нужна виза. У меня ее нет.

Нед оторопел. Взгляд его погрустнел.

– То есть, ты можешь поехать только туда, куда виза не нужна?

– Именно. Вся Европа исключается. Почти.

Нед задумчиво потер подбородок.

– Хочешь кофе?

– Всегда.

Мы нашли ближайшую кофейню. Нед открыл в телефоне расписание тура, где были прописаны даты перелетов, заселений в отели и выступлений. Я открыла список безвизовых стран для россиян. Мы не заметили, как принесли наш заказ, кофе уже остывал и все слабее призывал нас ароматом. Прошло не меньше получаса, прежде чем мы составили совместный график. В целом, получилось весьма удачно для наших общих планов.

Еще три дня после отъезда Неда у меня было на Стамбул. Затем меня ждал перелет в Тбилиси, там пара дней с Недом. Совместный переезд в Батуми, там еще два дня. Совместный перелет в Ереван и вместе три дня. Нас ждала еще целая неделя. Дальше у него сплошняком была шенгенская Европа. Конечно, я понимала, что Нед в эти дни не будет принадлежать мне целиком, как здесь, в Турции. Но это было куда больше, чем если бы мы расстались завтра вечером, чтобы больше никогда не увидеться.

– Я договорюсь, чтобы нам с тобой забронировали места в самолете рядом, и чтобы номера в отелях у нас тоже были общие.