— Все назад, — приказал я, сделав несколько шагов прочь от окна.

Оставалось надеяться, что меня не заметили. По идее не могли, потому что окно заливалось дождем. Но хрен знает, как у них зрение работает. И может быть у них какое-нибудь шестое чувство есть. Или седьмое, восьмое… Да хоть тринадцатое, бля, все равно, лишь бы не заметили.

— Что там? — спросил Богдан.

— Морф, — ответил я. — И подозреваю, что не один. По одиночке они не ходят.

— А какого хуя он тут делает? — прошептал Тихон.

Я наклонился и принялся надевать на себя бронежилет, потом РПСку. Застегнул, взялся за автомат, с щелчком скинул предохранитель. Может быть, даже и хорошо, что он укороченный. Все-таки, если начнется, то вблизи работать придется. И нападать они будут из дождя, через окна.

Потому что хрен меня кто заставит отсюда выйти.

— А я ебу что ли? — оставалось ответить универсальной для любого вопроса фразой. Но все-таки пояснил. — Может быть, из-за шторма. Они, бывает, расходятся. Да и в целом, морфы не только в городах живут. Но и в лесах.

— Откуда знаешь? — тут же спросил Тихон.

— Просто знаю, — ответил я. Не пояснять, же, как мы на самом деле это выяснили.

— И что делать-то будем? — снова задал вопрос подросток.

— Ничего, — ответил я. — Ждем. Оружие разбирайте и возвращайтесь сюда. Если что, здесь отбиваться будем. Окно всего одно, в коридорах задержать их сможем.

Парни разошлись. А я не выдержал, и снова подошел к окну, выглянул наружу. Морфа уже на прежнем месте не было, свалил куда-то. Я подождал несколько секунд, но он так и не появился. И вообще никого нет.

Постоял немного, обернулся. Парни уже при оружии, снарядились. Только броников не надели.

— А хули вы без броников? — спросил я.

— Так, а смысл? — не понял Тихон. — Как они против морфов помогут? И бегать в них тяжело.

Долбоебы. Бронежилет желательно даже на стрельбище надевать. Потому что он спасает от рикошета и шальной пули. И вообще, с бронежилетом, как с ножом. Если он спасет тебя один раз, то это стоит того, чтобы носить его всю жизнь.

Я и пояснил им, не стесняясь в выражениях. Ушли, вернулись уже снаряженные как следует. И мы снова стали ждать.

В деревне было тихо. Парни держались за автоматы, мрачно переглядывались. Да я и сам был напряжен. Сколько раз уже с морфами сталкивался, и все равно страшно. Хотя, позиция нормальная относительно. Хорошо, что потолок бетонный, сверху напасть не смогут. А в остальном… Отбиться можно, остановить их в окнах. Патронов только потратим немало.

И тут откуда-то из центра деревни послышалась стрельба. Заполошные автоматные очереди, потом — человеческие крики, приглушенные, из-за дождя.

Следом — короткие. И вообще одиночные. Эти работали методичнее.

Все-таки началось. Нашли где-то людей и началось. Ебаные морфы, вот только вас не хватало. Хули ж вы сюда заявились, чего вам надо-то, а?

Так. Что дальше будет? Кто-то отсидится, однозначно. Кого-то убьют. Только вот как минимум половину народа мы потеряем. И что мы потом в городе сделаем?

А получается вписываться надо. Выходить из теплого, сухого и уютного дома. И драться. Рискуя при этом самому лечь.

Вписываться. За чужих людей, блядь. Более того, за уебков, которые на «Воронов» работают. Не за своих товарищей даже — тогда я уже на улице был бы, в морфов стрелял. А с этими вроде бы и одно дело делаем, а все равно я их за людей не считаю. Даже Тихона и его парней, хотя у меня и есть надежда, что их переубедить получится.

Но это потом, когда авторитет заработаю.

Хотя, это ведь вариант заработать этот самый авторитет нарастить. Если получится хоть кого-то спасти, то относиться ко мне будут иначе. Не как к прилипале, как до этого было.

И что же получается?

Что я там говорил? Хрен я вылезу из дома? А ведь придется.

Как говорится, не переобулся, а переосмыслил ситуацию, ознакомившись с новыми данными о вопрос.

— Я наружу, — сказал я. — Идете со мной?

Парни переглянулись между собой. На лицах у каждого было видно недоумение. Мол, зачем нам лезть наружу, если мы тут в относительной безопасности. И отстреляться сможем в случае чего, да и вообще.

Жаль нет подствольных фонарей. Включить такой, так он даже через дождь будет ярко светить, они вообще жарят только так. А морфы света боятся, и яркие лучи могут им наводку прыжка сбить или еще как помешать. Только увы.

Ни подствольника, ни коллиматора, ничего не выдали. Один автомат, а остальное добывай сам, блин, как хочешь. «Езжайте, на месте все выдадут».

— Ты говорил, надо вместе держаться, — неуверенно сказал Тихон.

— Ну вот и сейчас говорю, — я усмехнулся. — Надо идти вместе. Если народ сейчас вырежут, то ни хрена мы сделать уже не сможем. А нам надо работу выполнить.

— Мы идем, — вдруг проговорил Славян, решив за всех.

Странно, а я думал, что главным в их команде был именно Тихон. А тут этот тихий неразговорчивый парень решил за всех. Ну и хорошо.

— Друг друга прикрываем, — сказал я. — Постарайтесь под чужие пули не попасть, там сейчас палят почем зря. И за крышами следите в особенности. Твари обожают сверху атаковать. Все, пошли, давай.

Я двинулся в сторону выхода из дома. Черт, куда же я лезу. Такой риск. Не лучше ли дождаться утра все же?

Хотя… До него еще долго, и шторм заканчиваться не собирается. А если так, то они вполне могут и к нам в дом вломиться. И даже если уйдут…

Они уже почувствовали человечину, они в курсе, что в селе люди. И придут следующей ночью. А потом еще. И нам не остается ничего, кроме как уходить. А что-то подсказывает мне, что Мансуру плевать на атаковавших нас морфов. Ему нужна техника, чтобы продолжить войну с партизанами.

По головке нас определенно не погладят.

Я повернул ручку двери, и толкнул ее от себя. Дождь сразу стал сильнее, громче. Мне оставалось только вдохнуть, выдохнуть и ступить под него. Вымок я мгновенно, ливень буквально шел стеной. Капли потекли по голове, за шиворот, брызги полетели в глаза, заставив зажмуриться.

Тут же ударил ветер. Он тоже бешено дул, заставляя редкие деревья в садах раскачиваться.

А впереди я увидел морфа, который бежал прочь он нас туда, откуда раздавалась стрельба. Значит, нас они не увидели. Может быть вернуться?

Нет. Кто-то, конечно, отсидится по домам, но остальных убьют. А если сюда пришел крысиный король, то никому не спрятаться. Эти твари не только могут координировать морфов, они еще и чувствуют людей.

Но пока никакого давления на мозг я не испытываю. Значит если монстр и тут, то он меня не заметил.

— Эй уебок! — крикнул я в спину морфа. — Хули тебе тут надо?!

Не знаю, зачем я это сделал. Что-то толкнуло просто. Да и не должна была меня тварь сквозь шелест дождя и шум ветра услышать.

Но услышала. Развернулась, рванула в мою сторону. А я прицелился, чуть наклонив голову, чтобы дождь не заливал глаза, и нажал на спуск.

Грохнуло, но выстрелы тут же потонули в звуках бури. Пули полетели вперед, оставляя за собой следы красных трассеров. Отлично, так даже целиться легче.

Я промахнулся, улетело куда-то в молоко. Но нас с тварью разделяло метров двадцать, и преодолеть это расстояние мгновенно она не могла. Я нажал на спуск еще раз, и монстр перекувыркнулся через голову, да так и остался лежать.

И тут сверкнула молния, где-то высоко в небесах, осветив все вокруг. Я успел прикрыть глаза, так что не ослеп. Зато когда открыл, увидел еще несколько сгорбленных фигур вокруг. И они уже разворачивались в мою сторону.

А следом ударил гром. Оглушительно. Долбанул по ушам даже громче, чем выстрелы из укорота, хотя он бабахал очень внушительно, гораздо громче, чем его полноразмерные товарищи.

Я повернулся в сторону крыши ближайшего дома, где сидел еще один морф, который разворачивался в нашу сторону. Нажал на спусковой крючок. Несколько трассеров полетели в ту сторону, тварь опрокинуло назад, и она рухнула с крыши вниз, скрывшись за забором. Но готова, я это точно увидел.

Сзади бабахнуло, но разворачиваться я не стал. Это кто-то из моих новых товарищей открыл огонь, вполне рационально отсек короткую очередь. Я, если честно, ждал другого, ждал длинных, на весь магазин, но с оружием обращаться они умели.

И меня вдруг накрыло злостью. Не знаю почему, но психовал я на того прапора, который чуть не выдал нам ржавые стволы. Что было бы, если бы я сейчас с таким в руках оказался, если бы не проверил? Нет, я бы точно посмотрел потом, отпидорасил его, благо машинное масло и щетки в деревне какие-нибудь найдутся точно. Но словить клин в самый ненужный момент.

Мысли метались в голове, а сам я продолжал бежать вперед. Из-за забора выпрыгнула еще одна тварь, рванулась в мою сторону, но я нажал на спусковой крючок. Грохнуло, попал куда-то в плечо. Монстра оттолкнуло назад, я выстрелил еще раз, но он сместился в сторону, будто знал, куда я целюсь.

Еще раз и еще. Двадцать метров, десять, пять, он бежал мне навстречу. Еще секунда и оторвется от земли, бросится…

Я высадил длинную, уже не экономя патроны, и все-таки угодил куда надо — в лобастую башку с зубастой пастью. Морф упал. А я на всякий случай сменил магазин — пусть уж лучше будет тридцать патронов. Пустой засунул в подсумок — нет у меня привычки разбрасываться, тем более, что брать их больше негде будет. Разве что с трупов своих же товарищей снимать.

Стрельба позади затихла. Я на секунду обернулся посмотреть. Не для того, чтобы посмотреть, не обернулась ли она, там все равно никого женского пола не было, просто проверить, как мои товарищи.

Нормально, и два трупа морфов валяются на земле. Они особо не стреляют, но им и не надо. Это я на острие клина иду, так что все шишки мои. И подозреваю, что опыта в боях у меня все равно больше. Ну вот не выглядят они как люди, которые несколько лет воевали с людьми, и кому потом пришлось пережить то же самое, что и мне.

И чуть не проморгал атаку. В последнюю секунду успел заметить, как из-за забора выпрыгнул еще один морф, и тут же рванулся ко мне. Но все же выстрелил. Попал в шею, но удачно: тварь шлепнулась в лужу, да так и осталась лежать. Только глазами продолжила лупать и зубами щелкать, это тоже видно.

На бегу я всадил ей пулю в башку, просто для надежности. Мало ли, вдруг эта ебань регенерировать умеет, вырастит себе дублирующий нервный ствол или еще что-то. Боюсь я их, потому что не понимаю.Впереди происходила стрельба, и отсюда ее было слышно гораздо лучше, даже сквозь звуки дождя. Понятно, мы уже практически подошли к месту, которое морфы атаковали первым. Оставалось только повернуть.

Так и сделали, причем справа я увидел движение, резко повернулся, но это были не монстры — еще одна группа людей, всего четверо бежали к месту схватки. Все мокрые с головы до ног, все вооружены. И на дороге валялось около полудесятка мертвых тварей.

Но они, кстати, без бронежилетов. Промашка с их стороны. Потому что за ближайшим забором стреляют, и я уже отсюда вижу, что профлист в нескольких местах пробит попаданиями.

Много их, очень много. И это может означать только одно: где-то поблизости у них логово.

Но морфы обычные, городские, если так можно сказать. Потому что лесные, как рассказывали «росгвардейцы», покрыты какими-то зелеными наростами, чуть фосфоресцирующими в темноте. А эти нет, не светятся.

Из-за забора выпрыгнула еще одна тварь, в последнюю секунду я повернулся и открыл огонь. Короткая очередь, и тварь рухнула на землю, перекатившись через голову. Сдохла.

Но ей на подмогу тут же полезли еще.

И с другой стороны тоже появились тени среди дождя. Что-то около десятка, но двигались они быстро и очень стремительно. Одна из них, резко оттолкнувшись от земли, махнула на крышу дома.

А ведь нас здесь всех перебьют, если они так атакуют. Со всех сторон мы отстреляться не сможем. Если только.

— В круг! — заорал я. — Живо в круг!

И тут же занял свое место. Мои парни тоже встали, а через несколько секунд к нам присоединились и те, что бежали на помощь. Только сейчас я разглядел среди них Трубу. Ну что ж, он успел сориентироваться.

Я высадил короткую очередь в тварь, что уже собиралась прыгнуть. Пули толкнули ее назад, сбив импульс, она перекатилась через голову, но поднялась, хотя было видно, что ее плечо разворочено пулевыми попаданиями. Но я тут же отреагировал, высадил еще одну короткую очередь, лапы монстра разъехались в разные стороны, и она упала.

Выстрелы послышались со всех сторон. Монстры пошли в массированную атаку, иначе и не скажешь. И гибли, потому что противостоять вооруженным огнестрельным оружием людям они не могли.

Как ни крути, но нам остается только благодарить Калашникова, за его изобретение.

Я расстрелял еще одного морфа, потом выстрелил в следующего, но не попал — он резко сместился в сторону. Потом еще раз. И только третьей очередью смог достать верткую тварь.

А потом все вдруг закончилось. Оставшиеся целыми твари развернулись и припустили прочь, очень быстро растворяясь в темноте и среди струй дождя. Я на всякий случай сменил магазин — вдруг они все-таки решат вернуться, а потом посмотрел на Трубу.

Тот был одет в бело-синюю тельняшку, и по его лицу было видно, что мужик зол. Очень зол. Он тоже перезарядил автомат, после чего плюнул на асфальт. Но хуже от этого не стало, на нем все равно были лужи, едва ли не по щиколотку.

— Пошли внутрь! — приказал он, кивнув на дом, где только что была стрельба.

Обращался он, скорее всего, к своим, но я двинулся следом. Надо было посмотреть, что твари там устроили. Один из парней, что пришли вместе с командиром, открыл калитку, мы вошли внутрь, и я увидел посреди двора тело.

У этого было было что-то вроде веранды, и я разглядел на столике пепельницу, в которой все еще дымилась сигарета. Вот теперь все стало понятно: не все прятались по домам, один вышел покурить, раз уж веранда есть. Чем и привлек внимание морфов.

Сейчас у этого неудачника голова была практически отделена от тела. Кто-то перегрыз ему глотку, разорвал шею, оставив какие-то клочки сухожилий.

Мы продолжали держать автоматы наизготовку. Труба кивнул одному из своих, и тот вошел в дом. Через дверь. Этот малый не только покурить вышел, но еще и ее открытой оставил. Я уже понял, что там увижу.

Так и есть. В следующей же комнате лежал труп, местами обожранный, но не сильно — куснули пару раз, да пошли дальше. А вот в зале их оказалось сразу два, и оба оказались вооружены. А рядом валялось скрюченное тело морфа.

И сейчас до меня дошло. Твари отступили. До них дошло, что они потеряли слишком многих? Или их просто вела чья-то воля? Хотя и без того было понятно, чья — крысиного короля.

Я не знаю, потому что оба раза, когда я встречался со стаей морфов, они обороняли свое логово. Настолько ли они разумны, чтобы отступить? Черт его знает.

У входа в спальню валялся еще один скрюченный труп твари. Труба пошел первым, перешагнул через него и вошел внутрь. Мы все пошли следом.

Там лежал человек, и он еще шевелился, хотя живот у него оказался распорот ударом когтей, и наружу лезли кишки. Воняло дерьмом, воняло сырым мясом. Увидев нас, он протянул окровавленную руку, просипел что-то.

Труба снова сплюнул, уже на пол, после чего вскинул автомат и нажал на спуск. У него ствол был с глушителем, так что получилось не очень громко. Парень опрокинулся на спину и уставился в потолок невидящими глазами.

— Ну и что нам теперь, блядь, делать? — спросил он.

По-моему вопрос этот ответа не требовал, и так все было ясно. Но это мне, а вот что надумает себе командир, было неясно.