До дома, где в свое время купили квартиры Алмаз и Ильяс мы тоже добрались без особых проблем. Несколько раз стрельнули из того оружия, к которому нашлись ДТК — Роджер из своего ADARа, да татары из карабинов. Правда, я заметил, что Ильяс дробовик, который забрал в квартире, в общую кучу складывать не стал. Похоже, что решил забрать себе.

Дом был двухэтажным, обе квартиры располагались на втором. Помимо них там было еще две. Ильяс открыл дверь своей и без всякой опаски вошел внутрь, даже ключ кинул на тумбу у входа. Похоже, что он был уверен, что никто туда не войдет.

Я зашел следом. Пахло сыростью и старым деревом, старые обои в горошек на стенах пузырились, мебель тоже оказалась так себе.

— Ремонт не успел сделать, — проговорил татарин, будто оправдываясь. — Зато двушка. У Алмаза однокомнатная.

— Я так понимаю, тут на этаже еще одна двушка и однушка? — спросил я.

— Да, примерно так, — кивнул Ильяс. — Проходите, располагайтесь. У меня вроде как даже пиво оставалось, теплое, правда, но после жары все равно ничего будет.

Я вошел в квартиру, разуваться не стал. Не то сейчас время. Пол был просто деревянным, из досок, выкрашенных в оранжевый цвет. Краска, правда, порядком облупилась.

Да, действительно, ремонт этой квартире нужен. Но это дом. А точнее — неплохая база, где можно будет разместиться. И где спрятаться на время, если дела пойдут худо. Скажем, начнется в деревне полный беспредел, и оттуда нужно будет валить. А если во всем подъезде вскрыть двери, то можно будет тут и семьи разместить.

Правда, сейчас для жизни это мало пригодно.

— Газовые баллоны есть, — проговорил Ильяс. — Можно будет еды подогреть. Правда, воды тут нет, естественно, но если что, натаскаем.

— Хорошее место, — кивнул я. — Неплохое. Давайте пообедаем все, и подумаем, что дальше делать будем.

В голове постепенно складывался план. Основное у нас сейчас — торговый центр. Разведка и, если получится, мародерка. Те же ювелирные магазины, там должно быть достаточно золота и серебра для того, чтобы выплатить дань за месяц. А если сразу все не светить, то и за два. Настроить Мустафу, чтобы наболтал чего-нибудь бандитам, заговорил зубы. Ну либо сам подключусь. Фред меня, кажется, уважает и даже немного побаивается.

Этот урод явно понимает, что я непростой человек. Но у него только подозрения, пробить он ничего не может. Только вот если узнает, что я из «Волков», то… Наверняка попытается меня ликвидировать. Просто на всякий случай. То же самое может случиться, если они увидят Лику. Красивая блондинка — это не дачницы и деревенские, она фигуристая, ухоженная, даже несмотря на все, что нам пришлось пережить с начала локального конца света.

Нет уж, хуй им. Не отдам. Мое.

Я сбросил обе спортивные сумки, которые тащил, на пол, прислонил к стене СКС и уселся на старый диван. В задницу тут же впилась пружина — продавленный он совсем. Но это все равно лучше, чем спать просто на деревянном полу. А так и подложить чего-нибудь можно, получше будет.

Остальные тоже разгрузились. Я открыл рюкзак, порылся в нем и вытащил контейнер с едой, который положила Лика. Открыл, принюхался — пахло тушенкой и помидорами. Приятно так, по домашнему. Вроде в пайках тоже есть тефтели в томатном соусе, а они все равно пахнут иначе. А в душе какое-то тепло проснулось.

Остальные тоже разгрузились, расселись и принялись доставать пайки.

— Неплохая квартирка, — проговорил Ваня.

— А ты думал, я в юрте живу что ли, урыс, — ухмыльнулся татарин. — Ладно, это все шутки. Что теперь делать-то будем?

План у меня сложился, и теперь его предстояло только озвучить.

— Мы с Роджером пойдем к торговому центру, — сказал я. — На разведку пойдем, внутрь лезть пока не будем. Завтра с утра двинем уже все вместе, сейчас зомби в себя пришли и почем зря их тревожить не будем.

И перевел то, что сказал, на английский. Морпех только кивнул, мол, все понятно. Он спокойным выглядел, и вылазка его вообще не пугала, похоже. Это там, на дороге, мы его нашли напуганного и перемазанного сажей. А сейчас, среди людей, он похоже себя снова в своей тарелке чувствовал. Хоть и понимал едва ли половину из того, что мы говорим.

Но, если вдвоем пойдем, проще будет. На английском я разговариваю почти как на родном, так что пообщаться сможем. А заодно и спрошу у него, где можно импортного патрона надыбать. Я ведь не верю, что он свой автомат сдал, припрятал где-нибудь точно. Иначе у бандитов большие вопросы бы возникли, и они с парня точно так просто не слезли бы.

— А если их там толпа? — спросил Отец.

— Их там не «если» толпа, а точно, — ответила Алия. — Мы там не были, но место очень популярное. А вы ведь сами видите: они у перекрестков собираются, там где пробки, у магазинов.

— В магазине несколько сигнальных ракет было, — сказал я. — Ими вполне можно основную часть зомби отвлечь. Они, если видят в небе огонь, то прутся на него. Все вместе. Кстати, для этого можно и фейерверки использовать. Если тут магазины пиротехники?

— Есть, — проговорил Алмаз. — «Русский фейерверк» есть, по франшизе открылся.

— Вот, — сказал я. — Пиротехнику нужно идти и выгребать всю. Корсары и прочие хлопушки на бомбы пойдут, у меня уже опыт есть, как их собирать, и вполне себе взрываются. Они нам помогли от твари одной отбиться у Коктебеля, без нее точно ничего не получилось бы. А ракеты и салюты — чтобы зомби отвлекать.

— Ага, еще одно место, которое размародерить надо, — сказал Ильяс. — Можем разделиться. Если вы с Роджером пойдете к «Восточному», то мы можем двинуть за фейерверками.

— Как вариант, — кивнул я и принялся наконец за еду. Вкусно было. С любовью готовили. — А еще нужно, чтобы кто-то остался и квартиры эти переделал под жилье.

— Чем тебе моя квартира не нравится? — спросил татарин.

— Тем, что тут разместится человек пять максимум. Спальных мест мало, а на полу спать — дело такое. Сонного тебя хороший диверсант легко подловит и зарежет попросту. Ножом по горлу, знаешь? Я бы смог, например.

— Так нас вроде семеро всего, — заметил Отец.

— Может быть, так получится, что придется сюда людей из деревни выводить, — сказал я. — Если жара начнется, то нам точно придется семьи сюда вести. В городе не найдут. Не сунутся, наверное. А если сунутся, то нужно сделать так, чтобы влезть в подъезд было сложно.

— Ну, приедут они с пулеметами, — вдруг сказал Отец. — Тут кирпич. А может быть, у них и «шмели» найдутся.

— Захуярят пару в окно и пиздец, — проговорил Алмаз.

— Сюда еще доехать надо, — сказал я. — Да нам и самим укрепленная база нужна. Так что надо первое — вскрыть остальные квартиры и почистить. Второе — окна забаррикадировать чем-нибудь, чтобы морф просто так влезть не мог. Теми же досками. Ломать начнут — услышим, и можно будет принять его. При мне, было дело, морф из окна выпрыгнул, и даже не заметил его. Так что нужно будет и тут сработать нормально.

— Хорошая идея, — кивнул вдруг Ильяс. — База нужна. А то, что зомби снаружи бродят… Это, считай, и защита неплохая. Через них точно без шума не проберешься большой группой.

— И если в осаду сядут, то мы их еще больше призвать можем уж, — сказал Алмаз. — С крыши салют устроить, так они со всех окрестностей сюда пойдут так-то.

Он вообще гораздо более разговорчивым стал. Стеснялся что ли? А теперь вдруг расслабился, заговорил. Странный он немного, голос у него тихий-тихий, но при этом как будто жути нагнать может. При необходимости. И голова работает.

— Далеко ваш магазин фейерверков? — спросил я и положил в рот очередную порцию спагетти.

— Не близко, — пожал плечами Ильяс. — И придется через городские кварталы идти. А там зомби уж, тоже не так просто.

— У вас оружие есть, патронов пока достаточно, — прожевав, кивнул я на прислоненный к стене «Вепрь» с банкой. — Так что с ними пройдете, если близко подпускать не будете. Но вам ближе, чем нам до ТЦ?

— Конечно уж, — кивнул татарин.

— Тогда так, — решил я, отправил в рот еще порцию спагетти и принялся жевать, продумывая свою следующую реплику. Проглотил и продолжил. — Ночевать мы будем здесь. Других вариантов я не вижу. Мы с Роджером, как доедим, двинемся на Восточное шоссе. Вы втроем сходите до магазина с фейерверками, заберите все, что есть, тащите сюда. А потом займитесь укрытием. Окна забейте, баррикаду сделайте, лишнее — на хрен выбрасывайте. Обустройте спальные места, чтобы хоть с минимальным комфортом переночевать можно было. А с утра двинемся на место, ювелирный грабить. Даже не так, раньше еще, до восхода — в темноте фейерверки лучше будет видно, и зомби точно уйдут.

— Ладно, — проговорил Ильяс. — Вроде нормально. Жалко только связи нет, раций у него в магазине не оказалось.

— Да они и не работали бы, — сказала Алия. — Импульс.

— Ебаный импульс, — кивнул Алмаз.

— А еще тачку бы нам, — сказал я. — В Севастополе мы нашли машины, которые запустить смогли. Неужели тут ничего нет? В Крыму же полно старой советской техники.

— Думать надо, — пожал плечами татарин. — Может быть, что-то и есть. Но каждый гараж вскрывать, заебемся мы. А ничего конкретного я вспомнить не могу, если честно. Надо хоть тележек от супермаркета натыкать, все лучше, хоть какой-то груз вести сможем. Но супермаркетов близко нет.

— Ладно, придумается потом что-нибудь, — выдохнул я и закрыл опустошенный контейнер.

Сытая лень напала сразу же. А расслабляться нельзя, нужно двигаться, нужно идти вперед. Роджер тоже доел, посмотрел на меня. Похоже, ожидал команды выдвигаться.

— Ярар, — кивнул Ильяс. — Меня только до сих пор один вопрос волнует. Как ты собираешься с бандитами бороться? У тебя план есть, или что?

— Пока что нужно в доверие им втереться, — пожал я плечами. — Ну и готовиться. Мы этим и занимаемся — базу готовим, оружие собираем. И у нас его уже нихуево так. А потом уже будем думать, что дальше делать.

— То есть какого-то конкретного плана нет? — спросила Алия.

Блядь, да откуда у людей привычка думать, что у лидера всегда должен быть план? Что он какой-то мудрец, который знает, что делать. Мы тут не в книгах про попаданцев в историю, где все все заранее знают.

— А какой у нас вообще может быть? — пожал я плечами и встал. — Ситуация меняется слишком быстро. То, что я успел придумать, я уже озвучил. А вообще, хватит рассиживаться, солнце еще высоко, и работать пора. Роджер, let’s go.

— I’ll get your back, — кивнул он, тоже поднимаясь.

***

Из города мы вышли достаточно просто. Малые группы зомби рубили топорами, убивая их особых проблем. Группы побольше отстреливали из карабинов, благо под мой нашелся коллиматорный прицел. Конечно, непривычно было целиться, когда он так далеко стоит — практически перед стволом, да и сам по себе приборчик был дурацкий, и метка в нем плавала в зависимости от того, под каким углом смотреть, но это все равно лучше, чем ничего. Быстрее целишься.

Роджер же вполне уверенно стрелял прямо через диоптр. Ставить коллиматор на его винтовку не было вообще никакого смысла, потому что для этого надо было снимать мушку и ставить вместо нее низкопрофильный газблок. Но, похоже, его это особо не парило. Он привычен был к такому оружию. Наверное, еще с детства на ферме, или в трейлерном парке, смотря где жил.

А дальше мы двинулись на юг по Восточному шоссе. И оно оказалось забито машинами. Не так, чтобы плотно, но пробки встречались в достаточном количестве. А среди них бродили зомби. Много.

Похоже, что жителям Судака, когда они покидали город, пришла в голову мысль: а зачем нам пробираться через центр, если можно выехать на просторную дорогу, которая огибает город? Правда, пришла в голову эта мысль слишком многим, и кончилось это не то, чтобы хорошо.

Впереди была очередная группа, голов двадцать, которые бродили среди машин. Кстати говоря, среди них были и дети, и женщины. И они уже не стояли на месте, а ходили туда-сюда. Но все равно легкие мишени на таком-то расстоянии.

— Ну что, Роджер, постреляем? — спросил я на английском.

Он только осклабился. Вояка, блин, до мозга костей. Такой же, как и я. Могли бы, наверное, дружить. Или зарезать друг друга на хрен, если бы встретились в другой ситуации. Он бы убил меня, не задумываясь, как и я его. А потом снял бы личный жетон и получил бы за него премию.

Я вскинул карабин, прицелился в ближайшего зомби, но Роджер оказался быстрее и снял его первым же выстрелом. Тварь упала. Я перевел прицел на второго, и морпех опять выстрелил раньше меня.

— Хватит, — сказал я. — Ты работаешь с правого края, я с левого. И так идем к центру, пока всех не выбьем.

На выстрелы твари не реагировали, но и жрать друг друга сразу не начинали. Все-таки мы далеко, на открытой местности, да еще и глушители стоят. Уже неплохо.

Прицелившись в зомби — девочку в легком платье, когда-то белом, а теперь буро-коричневом, я мягко потянул на себя спуск. Глушитель хлопнул, и тварь упала. И так в следующего, потом еще в одного, и еще. И так мы прикончили всю толпу, причем Роджер опустошил весь магазин, а я всего половину. Они у него были гражданские, на десять патронов. Нет, «адар» наверняка и «станаг» бы сожрал и не подавился, да только откуда взяться американским военным магазинам в заштатном оружейном?

— Not bad, — проговорил морпех. — А вас хорошо учили. Ты ведь не из армии, Край?

— Я из «Волка», — ответил я, дернул затвор СКС и принялся набивать магазин патронами. — Слышал что-нибудь?

— О, еще как, — кивнул он. — Еще как.

— Ты сам-то всю жизнь в армии? Не служил в «Иринис» или в «Вайтграунде»?

— Нет, — он покачал головой. — Регулярные части в тридцать шестом, потом — морская пехота.

— Однако. Semper Fi, значит?

— Точно, — кивнул он.

— Ты говорил, что знаешь, где НАТОвский патрон можешь достать, — вспомнил я. — А там только патрон или винтовки в том числе?

— Патрон и винтовки, — сказал он. — Гранаты и прочее. Вообще — это государственная тайна. Но я так подозреваю, что моя страна меня бросила. Так же как и вас ваша. Вы ведь так с острова выбраться и не смогли, если вернулись.

— Точно, — кивнул я. — Да даже если наши страны и есть, Роджер, то там все совсем иначе. И у нас теперь свое государство. Вот это вот Дачное. Считай, полис. Ну так что там?

— Когда наши планировали высадку в Крым, они заранее позаботились о том, чтобы нам не так сложно было. В оккупации и прочем. Короче, по всему южному берегу находится множество тайников с американским оружием и патронами. Но их придется искать, хотя кое-какие координаты я знаю. Можно по карте посмотреть, а потом отправиться туда.

— Поблизости нет? — спросил я.

— Нет, — он покачал головой. — Я только о тех, которые у Коктебеля знаю. Но через степи и горы я прошел без особых проблем. Ни людей, ни монстров, ничего такого.

— Но это как минимум трое суток на дорогу, — кивнул я, прикидывая примерно. — И вдвоем мы туда не пойдем, вообще не вариант. Я так понимаю, там немало всего?

— Немало, — кивнул он. — Стандартная закладка идет на unit. Несколько M16, марксманская M1, ручной пулемет «Миними». Патрон ко всему этому, магазины, гранаты.

Кстати, забавная штука. У нас — «подразделение», значит нам надо разделяться воевать. У американцев «unit» — «объединение», им наоборот надо объединяться, чтобы воевать. Интересно, как в других странах?

— А откуда все это богатство-то? — не понял я.

— Диверсионные группы, — ответил он. — Ну и завербованные из ваших. Организовали все.

Он посмотрел на меня с опаской. Понимал, что мне это понравиться не может, как и любому русскому. Но я промолчал. Нечего накалять обстановку, да и сдавать его не надо. Потому что он хороший боец, и может мне пригодиться. Хотя еще кое о чем спрошу.

— А если ты встретишь других американцев? — спросил я. — Что будешь делать?

— Попытаюсь уговорить их помочь нам в борьбе, — ответил он.

— А если они не согласятся? Если продолжат выполнять свою боевую задачу? Мало ли?

— Ты думаешь, мы тупые что ли? — спросил он, чуть набычившись. — Мы прекрасно понимаем, что войне на этом клочке земли — конец. Этот шторм — искусственный, и он не даст никому ни попасть на остров, ни выбраться с него. Значит, никакие приказы не имеют смысла. Мы это поняли еще в первый день. Почему они не должны понять?

— Ладно, уяснил, — усмехнулся я. — Только договариваться с ними будешь сам.

— Да договорюсь, — он кивнул. — Они ведь тоже люди. И им тоже хочется нормально жить. К тому же я думаю, что много ваших военных договорились с этими бандитами, и теперь вместе с ними всем пытаются заправлять.

— Это правда, — кивнул я. — А почему ваши так не смогут?

— Потому что наши — враги, — ответил он. — И расценивать их все будут как враги. И язык не тот. Вы, например, разговариваете, а я понимаю едва ли одно слово из десяти. Если бы ты не переводил бы, то хрен я вообще что-нибудь понял.

— Ладно, выучишь еще, — махнул я рукой. — Куда деваться. Будешь почище меня говорить.

— Ну почище тебя вряд ли, — он усмехнулся. — Но, думаю, мой русский будет лучше, чем твой английский.

— Это еще почему? — я даже чуть обиделся.

— Потому что ты думаешь на русском, — сказал он. — Ты замечал, наверное, что человека, который думает на другом языке, а говорит на английском, понять проще, чем настоящего американца? Натива.

— Ну, — ответил я.

— Вот и все, — сказал он. — Смотри, еще толпа. Постреляем?

— Конечно, — кивнул я.

Мы снова взялись за карабины. Снова защелкали выстрелы, и трупы стали падать на землю один за другим. Закончили быстро — тут зомби был едва ли десяток. Правда на этот раз остановились на подольше, потому что Роджер принялся снаряжать магазины. У нас их было немного, поэтому приходилось донабивать. А это лучше сделать в спокойной обстановке.

И опять двинулись дальше. Машины расталкивать мы не стали, я в этом смысла не видел. Да и мало ли, вдруг бандиты сами решат грабануть торговый центр и рванут туда? Пока на дорогах пробки, им может лень быть, а как путь открыт окажется, так все гораздо проще будет. А мы в торговом центре очень много разного можем набрать. Так что пусть это лучше будет наше тайное место.

— А как ты вообще в Дачном-то оказался? — спросил вдруг я.

И не подумал же до этого, пусть и удивился, когда его встретил. Похвалил только мысленно за то, что он меня послушал и не стал говорить местным о том, что он американский солдат. А вот как именно он туда приперся, и не спросил.

— Просто пошел, — он пожал плечами. — Подумал о том, что там, где вы уже проехали, путь разведан, вот и двинул. Ну и мысль была: раз вы едете оттуда, то там может и поселение быть.

— Форму и винтовку спрятал, как я понял? Послушал то, что я сказал?

— Точно, — кивнул он. — Оставил только «Беретту» свою. Но когда бандиты приехали в село, спрятал ее, в сено зарыл. Там сухо, ничего не должно случиться.

— Нужно будет их забрать, — сказал я.

— Заберем, до того места недалеко.

— А встретили тебя как? — спросил я.

— Да нормально, — он пожал плечами. — Больше удивились тому, что я из Африки, но не черный. Решил так сказать, мало ли кто-то португальский знает, вот бразильцем и не стал называться. А в ЮАР все реально на английском говорят. А вот тут точно африкано не знают.

— Разумно, — кивнул я. — Пришли почти.

И действительно, наконец мы добрались. Тут был небольшой холм, из-за которого было видно только крышу четырехэтажного здания. Роджер как-то сам пригнулся и двинулся дальше в полуприсяде, и я пошел за ним таким же макаром. А оказавшись на месте, я услышал, как он выругался:

— Holy fuckin’ shit…

Впрочем, тут я с ним был действительно согласен. С этой стороны от торгового центра находилась парковка. Машин там практически не было, зато она почти полностью была забита зомби. И там среди них опять происходило какое-то Броуновское движение: они бродили туда-сюда, собирались в группы, потом снова расходились. Сталкивались между собой, но никаких негативных эмоций у них это не вызывало. Ну еще бы, они ж не люди.

И их там было… Ну никак не меньше, чем у больницы. Сотни две, может быть, три.

Нет, в теории с безопасного расстояния мы могли бы попытаться расчистить территорию, но тогда улетело бы огромное количество патрона. Так что проще отогнать их, отвести прочь фейерверками, как мы и задумали в самом начала.

— Если их здесь столько, ты представляешь, сколько их там, внутри? — спросил он.

— Если там только они, обычные зомби, — мрачно ответил я.

В больнице были морфы. И очень велика вероятность, что они будут и здесь. Но это не означает, что нужно отказываться от нашего плана. Дорогу осилит идущий, дело мастера боится, если мастер матерится, глаза боятся, а руки делают. Нам просто нужно подготовиться. Очень хорошо подготовиться.