В кабинете сидело трое мужчин. Мохов приказал принести бутылку виски и три больших стакана. Отдельно Рухсара подала лед. Романов все время молчал, наблюдая за Дронго. Эксперт приехал к нему и достаточно долго убеждал следователя не мешать его откровениям с Борисом Алексеевичем, уверяя в необходимости подобного разговора. Романов не особенно скрывал, что ему была интересна версия происшедших событий, которую обещал рассказать приглашенный эксперт. И Дронго приехал на встречу с небольшим портфелем.

— Должен вам признаться, Борис Алексеевич, что убийство вашей супруги поставило немало загадок, которые было довольно сложно разрешить, — начал Дронго.

— Иначе я не стал бы вас приглашать, — сказал Мохов.

— Да. Также сообщаю вам, что Петр Георгиевич со своей командой провели огромную работу и этим значительно облегчили мои розыски. Я с самого начала сомневался в том, что убийца сумел влезть по дереву и убить вашу супругу. Но в ходе расследования удалось установить, что убийцей вашей супруги был достаточно опытный преступник, которому удалось проникнуть в ваш дом, похитить колье и совершить убийство…

— Кто это был?

— Некто Мартин Пятков.

— Я никогда о нем не слышал, — быстро сказал нахмурившийся Мохов.

— И не должны были слышать. В этом деле есть еще два человека, ставших несчастными жертвами этого преступника. Ваша горничная Амалия Горшкова и ее друг Андрей Галунин. Пятков все рассчитал и шантажировал эту пару. Он был известным специалистом по компьютерам, занимался видеобизнесом, имел свои торговые точки. Очевидно ему удалось каким-то образом войти в компьютерную сеть вашего поселка и отключить файлы, где он входил и выходил из дома…

— Как это ему удалось?

— Не знаю. Но уверен, что все произошло именно так. Он не планировал убийства вашей супруги. Чтобы вы точно себе представляли, все получилось достаточно спонтанно. Он проник в дом, чтобы похитить колье. Но оно оказалось в спальной, где в это время находилась ваша супруга. Пяткову пришлось задушить вашу супругу, чтобы украсть колье. А затем он спрятался в вашей спальной. Когда началась суматоха, он сумел незаметно выбраться из дома так, чтобы его никто не заметил.

— Я всегда не доверял этим камерам, — разозлился Мохов.

— Он охотился за колье. Но ваша несчастная горничная Амалия, очевидно, что-то заподозрила и все поняла. Она знала Пяткова в лицо, так как его видеосалон находился рядом с ее домом, куда она часто заходила. И решила проверить свои подозрения. Пятков понял, что она сумела его вычислить. И поэтому убил ее, подкараулив рядом с домом.

Пока он говорил, он старался не смотреть в сторону Романова. Следователь явно нервничал. Но пока не вмешивался в этот разговор.

— Ее друг, Андрей Галунин, тоже специалист по компьютерам. Он тоже попытался все выяснить и получил такой же удар ножом. Пятков боялся, что его разоблачат. И совершил два убийства подряд за два дня, уже понимая, что ему все равно будет грозить пожизненное заключение. Мне удалось выяснить, что погибшая Амалия иногда заходила в салон Пяткова и поэтому его знала. Он безжалостно расправился с ней и с ее другом. Но негодяй не ушел от возмездия. Когда он попытался сбежать и выстрелил в сотрудников полиции, его застрелили прямо в салоне.

Дронго наконец посмотрел на Романова. Тот недовольно покачал головой, но пока молчал.

— Кто такой этот Пятков? — поинтересовался Мохов.

— Рецидивист. Дважды судимый, один раз за грабеж, один раз за вымогательство. Очень опасный тип. Но он получил свое наказание и справедливое возмездие.

Мохов наконец протянул руку, налил себе виски и залпом выпил.

— Из-за этого негодяя я лишился жены и почти потерял сына, — пробормотал он.

— Я говорил с врачами. Они пообещали, что сумеют восстановить душевное равновесие вашего мальчика. Это будет достаточно сложно, но они обещали сделать все, чтобы он больше никогда не вспоминал о том, что увидел в спальной своей матери. Сегодня есть для этого различные препараты, которые помогут ему забыть случившееся.

— Дай Бог, — пробормотал Борис Алексеевич, — значит, все дело было в этом проклятом колье. Я так и думал. Бедная Лиза. Нужно было просто отдать ему колье. Но у женщин своя логика…

— Это был ваш подарок.

— Да, наверно. И она не хотела уступать.

— Он забрал колье и сумел незаметно сбежать из дома.

Романов дернулся. Он явно хотел что-то сказать, но, перехватив предупредительный взгляд Дронго, промолчал. Хотя было заметно, как он нервничает.

— Как это ему удалось? — не понял Мохов. — Как он мог незаметно войти в дом, где было столько людей, и выйти из него? Почему они его не заметили? Где он мог спрятаться?

— Возможно, в вашей спальной, — пояснил Дронго, — в остальных комнатах были люди. Ваши дети были в своих комнатах, а Диана была в вашем кабинете. Я уверен, что он спрятался в вашей спальной. А когда все сбежались в спальную вашей супруги, он незаметно спустился вниз и вышел из дома.

— И почему тогда его не увидел наш водитель? Гриша стоял прямо у дома. Или они были в сговоре.

— Никакого сговора не было. Возможно, ваш водитель просто отвлекся на минуту или включил радио. И убийца сумел незаметно сбежать.

— Какая-то фантастическая версия, — недовольно пробормотал Мохов. — Откуда появился этот преступник? Откуда он сумел узнать про колье, войти в спальную и потом так удачно спрятаться? Я должен поверить в эту неправдоподобную версию?

Он взглянул на следователя, и, видимо, что-то отразилось в глазах Романова.

— Вот и Петр Георгиевич, по-моему, не очень верит в ваше расследование. Получается, что убийца просто сумел исчезнуть? Где доказательства, что именно Пятков был причастен к этому убийству? И, простите меня, почему я должен поверить в такую фантастическую версию о неведомом мне убийце?

Дронго взглянул на следователя, как бы спрашивая его разрешения. Тот отвернулся. Ему явно не хотелось ни подтверждать версию эксперта, ни опровергать ее.

— Благодаря сотрудникам Следственного комитета удалось найти главное доказательство, — сообщил Дронго. — Это колье он прятал в своем видеосалоне. — И он быстро достал из своего портфеля колье.

Мохов просто подскочил на месте. Схватил и несколько секунд рассматривал колье. Затем нахмурился и отбросил в сторону.

— То самое колье, — взволнованно произнес он, — будь я проклят, когда купил это несчастное колье. Я не стану держать его дома и постараюсь продать. Чтобы больше никогда его не видеть.

— Пока оно будет находиться у нас, — возразил Романов, — это главное вещественное доказательство.

— Пусть будет у вас, — согласился хозяин дома. — Вот так. И еще эта бедная девочка Амалия…

— У нее осталась дочь, — напомнил Дронго. — Я полагаю, что будет правильно, если вы возьмете на себя ее материальную поддержку. Она сделала все, чтобы вам помочь и выявить возможного убийцу. Это для вас не так сложно. Хотя бы тысяча долларов в месяц по достижению совершеннолетия. Не забывайте, что ее мать погибла из-за вас.

— Безусловно. Я куплю им квартиру и перевезу их ближе к центру. Можете не сомневаться. Сколько я вам должен?

— Ничего, — сказал Дронго, — всю работу практически сделала группа Петра Георгиевича. Особенно следователь Мишулин, — не удержался от соблазна вспомнить молодого нахала Дронго. — Я только немного им помогал.

— Так нельзя. Вы потратили время и деньги… Нашли этого негодяя.

— Договорились. Оплатите мой билет и командировочные на три дня, — согласился Дронго.

— Я все равно перечислю вам деньги. — Мохов посмотрел на колье и поднялся. — Будь я проклят, что все так произошло. Мне звонил Эрнест Максимович. Кажется, у Сережи наступило некоторое улучшение.

— Поезжайте туда, — посоветовал Дронго, — вашему сыну нужна поддержка родного человека.

— Конечно. Правильно. Поеду к нему. Я сейчас должен быть рядом с ним. Спасибо вам обоим за вашу работу. Большое спасибо.

Он стремительно вышел из комнаты. Романов взглянул на Дронго.

— Его вы почти убедили. Но только его. Все притянуто и совсем не так, как вы рассказали. Он не мог войти и выйти незамеченным. И тем более не мог убить, чтобы затем уйти. И никто не входил в их компьютерную сеть. Все шито белыми нитками. Я считал вас достаточно серьезным человеком. Где он мог спрятаться? Вы же понимаете, что для следствия это абсолютно несостоятельная версия.

— Начнем с того, что я поблагодарю вас за то, что вы промолчали. А теперь выслушайте реальную версию происшедшего.

Дронго посмотрел на бутылку виски, но не притронулся к ней.

— Конечно, я не верил в исчезнувшего убийцу, в его альпинистские способности. Тем более что вы тоже не совсем верили в эту версию, иначе не стали бы допрашивать с таким пристрастием всех людей, оказавшихся в доме.

Романов молча слушал, не перебивая.

— Пятков был настоящим подонком, — продолжал Дронго. — Мне удалось встретиться с другом первой супруги Мохова — Иосифом Колодием. Тот случайно узнал, что в молодые годы Лиза Мохова была известна в Арабских Эмиратах как Луиза Малина, по своей первой фамилии Малинина. Она держала там массажный салон. Затем, вернувшись в Москву, она взяла девичью фамилию своей матери. И уже выйдя замуж, получила фамилию своего мужа.

Петр Георгиевич его не перебивал.

— У нее был достаточно разгульный образ жизни, — продолжал Дронго, — я побывал в квартире, где она проживала до отъезда и после. Две квартиры в подъезде на втором этаже с одинаковыми дверями. Очевидно, обе квартиры были нужны ей для приходивших клиентов ее так называемого массажного салона. На первом этаже был тогда какой-то бар. Она вела свободный образ жизни.

— Вы уверены в своих выводах?

— Абсолютно. Один из эпизодов ее встречи сразу с двумя мужчинами был заснят на пленку. Пятков был владельцем видеосалона и каким-то образом сумел получить диск с записями молодой Лизы.

Он шантажировал этой записью богатую супругу Мохова. Она понимала, что не может расплатиться всей суммой. Негодяй потребовал триста тысяч евро. Но взять такие деньги у Мохова было невозможно, иначе муж начнет выяснять, кому и зачем она задолжала такую сумму денег. Поэтому она решила отдать колье. В ее квартире висит новая куртка в прихожей, на которую ваши сотрудники не обратили внимания. Старая квартира, пустой холодильник, там никто не жил. Но новая куртка висела. Очевидно, ей нужна была эта куртка, когда она ходила на вынужденное свидание к Пяткову. У него был тот самый диск с записью некоторых утех молодой Луизы. Он сделал копию и один диск послал ей. Разумеется, она готова была откупиться. В день убийства этот диск был в их доме, — очевидно, Пятков согласился обменять диск с записью на колье. Но Пятков сделал копию. В день убийства Моховой он позвонил Амалии и узнал, что женщина убита. Наверно, собирался и дальше ее шантажировать. Но сразу понял, что убийство могло случиться из-за его диска. Преступники умеют правильно все просчитывать. Даже лучше следователей, простите мне эту дерзость.

— Дальше, — потребовал Романов.

— Он позвонил Амалии, и она сообщила ему о случившемся преступлении. Сказала, что в спальной был только обезумевший от горя сын Моховой. И Пятков сразу все понял. Приказал пройти в спальную мальчика и вынуть диск, на котором был якобы его фильм. Что она и сделала. Она была уверена, что это просто один из его фильмов, который вернула Пяткову. Вы искали колье, но никто не стал проверять диски, находившиеся в доме.

— Они не знали, что нужно его искать, — вставил наконец Романов, — подросток был в таком ужасном состоянии. Нас интересовало исчезнувшее колье и возможный преступник.

— Безусловно, Амалия мечтала в детстве стать актрисой, но не сумела пробиться в театральный институт. Каждый раз проваливалась. И конечно, в видеосалон Пяткова регулярно ходила. Там работал раньше и ее сбежавший супруг. Пятков приказал вернуть ему диск, пояснив, что там его фильм. Видимо, она вернула ему диск и поняла, что там был некий компромат, когда я начал ее расспрашивать. Она встретилась с Пятковым еще раз и начала задавать опасные вопросы. Нельзя идти на сделки с негодяями, рано или поздно вы все равно проиграете. Именно эта встреча закончилась для нее трагически. Убийца понял, что рано или поздно она расскажет об этом диске, и решил не оставлять в живых такого опасного свидетеля. И потом также убрал ее друга Галунина, который, очевидно, знал про этот диск.

— Это все пока ваши предположения, — недовольно произнес Петр Георгиевич, — как и ваша натянутая первая версия.

— Не натянутая. Ночью я сумел влезть в салон Пяткова и провести обыск.

— Незаконный обыск, — вставил Романов.

— Согласен. Но рядом со спрятанным колье лежал диск. Достаточно было его просмотреть. Это был диск с сексуальными утехами молодой Лизы Малины сразу с двумя мужчинами. Достаточно откровенный.

— Где этот диск?

— Там была еще и копия. Я их уничтожил.

— Вы уничтожили самое главное вещественное доказательство? Я привлеку вас к ответственности.

— Главное вещественное доказательство лежит на столе. Это колье, которое оказалось у Пяткова в сумке.

— И теперь он сбежал?

— Теперь он лежит мертвый в своем салоне. С тем самым ножом, который послужит вам абсолютным доказательством его вины. Я специально не стал его забирать, чтобы орудие преступления нашли рядом с убийцей. Ваша экспертиза легко докажет, что именно этим ножом он убил двух несчастных свидетелей. После открытия салона туда уже вызвали сотрудников полиции. Достаточно скоро вам позвонят.

— Кто его убил?

— Он понял, что я его разоблачил, и бросился с ножом на меня. Пришлось стрелять. Трижды. Хорошо, что у меня было оружие моего напарника, которое я забрал без его ведома, когда поехал в видеосалон.

— Зачем вы его застрелили?

— Нужно было ждать, когда он зарежет и меня? Перед этим он признался, что убивал опасных свидетелей. Он не знал, что у меня было с собой оружие, и был уверен, что сумеет расправиться и со мной.

— Можно было выстрелить в руку или в ногу.

— Я испугался. Было темно, и я увидел только взмах его руки с ножом. Он собирался сбежать и забрать колье. Как опытный преступник, он не хотел продавать его в Москве, понимая, что исчезнувшее колье будут обязательно искать. Рецидивисты отлично знают, какую агентурную сеть вы расставляете, чтобы обнаружить исчезнувшие ценности. И поэтому он хранил это колье в своем видеосалоне.

— Предположим, вы нашли колье и обнаружили этот диск. Но тогда получается, что Пятков был шантажистом и убил двоих людей. Но это никак не объясняет, кто тогда убил Мохову? Зачем ему было ее убивать, если она сама отдала ему это колье?

— Причем без коробки, чтобы муж сразу не заметил пропажи, — напомнил Дронго, — еще одно доказательство истины моей реальной версии.

— Но кто тогда ее задушил? И за что?

— Вот здесь мы подходим к самому страшному эпизоду. Именно поэтому я попросил вас ничего не комментировать и поддержать любую версию, которую я расскажу Мохову. Это страшная трагедия его семьи…

— Говорите, — потребовал следователь.

— Диск был у Моховой в комнате. И каким-то образом его забрал ее сын. Он просмотрел этот диск и с ужасом узнал свою мать. Это было страшное потрясение для подростка. Он занимается теннисом, и у него достаточно сильные руки. Вспомните про его искусанные губы. Это было до того, как произошла трагедия. После он уже не отдавал себе в этом отчета. В каком-то возрасте любой мальчик испытывает сильное потрясение, когда понимает, что для его появления отец так или иначе был с его матерью. Поэтому такие подробности обычно вызывают достаточно сильные эмоции. А здесь он увидел этот похабный фильм. Можете себе представить его состояние? Он вошел в спальную матери в состоянии шока и не понимал, что он делает. Она до последнего не кричала, видела, в каком он состоянии. Не хотела привлекать внимания. Он не мог увидеть убийцу своей матери, так как сам был этим убийцей. Врачи уверяют, что сделают все, чтобы он забыл о случившемся. Но страшное потрясение останется с ним на всю жизнь. Будет правильно, если он забудет о нем. В разговоре со мной Пятков признался, что диск был в комнате мальчика. И я все сразу понял. Все детали совпали.

Романов молчал. Затем протянул руку и налил себе виски. Медленно выпил.

— Я много лет думаю об этих фильмах, — признался Дронго. — Нет, я никого не осуждаю. Каждый поступает так, как считает нужным. Нравится сниматься в подобных фильмах? Снимайся. Зарабатываешь деньги и становишься звездой порнографических фильмов? Твое личное дело. Понимаю, что многие молодые идут на это из-за денег. Но меня всегда волновало другое. Ведь подобные фильмы смотрят тысячи людей. Среди них могут оказаться родители, супруги, дети, знакомые, друзья этих актеров. Их реакцию кто-нибудь просчитывает? Их состояние при случайном просмотре подобного «кино»? Не знаю. На Западе легче. Там можно объяснить, что это работа. Пусть неприятная, но работа. А здесь? В православном обществе? Или даже в мусульманском мире? Там ведь могут убить за подобные кадры? Не осуждаю. Но не понимаю.

— Вопросы морали не дают вам покоя? — язвительно поинтересовался Романов.

— Я переживал прежде всего за самого Бориса Алексеевича.

— Вы нарочно придумали другую версию, чтобы не доставлять такого страдания Мохову? — уточнил следователь, словно не веря словам своего собеседника.

— Вы напрасно не верите. Подумайте. Как бы он жил с этим знанием? Его супруга в молодости вела не самый благопристойный образ жизни, а сын задушил свою мать, даже не отдавая себе отчета в том, что делает. Трагедия, которую почти невозможно пережить. Такой рублевский ноктюрн, как сказала Тамара Климовская. Хотя все произошло днем.

Петр Георгиевич поставил стакан на стол. Долго молчал.

— Вы очень странный человек, — наконец сказал он, — очень непохожий на остальных. Все это абсолютно противозаконно. Вы застрелили человека, возможно даже убийцу, но мы не можем этого точно знать. Застрелили из чужого оружия. Вы забрали колье, уничтожили важнейшие вещественные доказательства в виде дисков, провели самостоятельное расследование, допрашивали людей. На самом деле я теперь обязан возбудить уголовное дело и начать расследование против вас.

— Колье на столе, — еще раз напомнил Дронго, — это главное доказательство. А нож, которым Пятков убивал Галунина и Амалию, до сих пор лежит рядом с ним. Там уже работают сотрудники полиции, которых вызвали на открытие салона. Мой напарник на всякий случай находится рядом с этим салоном. И наверняка сейчас вас ищут, чтобы доложить о случившемся преступлении. Что касается оружия моего друга, то оно было зарегистрировано по всей форме и он имел официальное разрешение. Признаю себя виновным, что забрал его без разрешения владельца.

— Всё предусмотрели? — устало уточнил Романов.

— Всё, кроме вашей реакции.

Петр Георгиевич молчал. Минуту, другую. Затем наконец сказал:

— Я даже не знаю, как реагировать. Так нельзя. Это невозможно. Нарушение всех существующих правил, законов наконец. Вы убили гражданина нашей страны, пусть даже такого опасного и подлого, как этот шантажист.

— Он первым напал на меня. Два убийства подряд разве не являются смягчающим обстоятельством? Было бы лучше, если бы он меня зарезал?

— Не понимаю. Действительно не понимаю, мы столько дней проводили такую работу, а вы приехали и только мешали. Но вы смогли его вычислить. Это колье — лучшее доказательство его вины.

— Спасибо и на этом.

Романов снова замолчал. Наконец произнес:

— Все это просто безобразие. Одна сплошная уголовщина в ваших действиях. Но вы поступили правильно. Я должен это признать. Есть правда, которую лучше никому не знать. И теперь мы не сможем найти эти диски?

— Я их действительно уничтожил, — ответил Дронго.

— И я должен вам поверить?

— Да. Лучше, чтобы эти диски больше никогда и нигде не всплывали. Ради детей Мохова, ради него самого.

— Возможно, вы правы. — Романов поднялся, забрал колье и медленно пошел к выходу. Затем повернулся и подошел к эксперту. — Вам все-таки придется дать подробные объяснения случившихся событий. Иначе нельзя.

— Конечно.

Петр Георгиевич кивнул и неожиданно произнес:

— Сохранить в себе человечность на нашей работе почти невозможно. Вам это удается. Теперь у нас есть труп убитого вами Пяткова и ваши невразумительные объяснения. Как прикажете мне докладывать руководству?

— Так и доложите. Колье найдено, убийца разоблачен. Наверняка сотрудники видеосалона подтвердят, что Амалия достаточно часто заходила к ним. Вот вам мотив к убийству. Что касается появления и исчезновения убийцы в доме, тоже всё достаточно правдоподобно. Только я думаю не о вашем руководстве, а о будущей жизни семьи Моховых, его несчастном сыне, его дочери, о нем самом. Вы же опытный человек, Петр Георгиевич. И у вас наверняка есть семья. Неужели ничего не поняли?

— Не нужно, — поморщился Романов, — я следователь и, в отличие от вас, нахожусь на государственной службе. И я не могу позволить себе различные фантастические версии.

— Почему фантастические. Найден реальный убийца горничной и ее друга. Шантажист, который преследовал супругу Мохова. О чем никто не сможет узнать, так как я уничтожил оба диска. Его застрелили. Необходимая оборона. Он с ножом бросился на меня. И собирался сбежать. У него был готов билет, паспорт и куча денег, полученных в том числе и от Моховой. Какие еще вам нужны доказательства?

— И тем не менее, — выдохнул следователь, — конечно, во имя семьи, во имя детей вы, наверно, правы. Но и я буду прав, если передам ваше дело в суд и вас посадят в тюрьму на пять или шесть лет. За все, что вы натворили.

— Вместо благодарности за своевременное обнаружение преступника, который собирался сбежать.

— Мы бы все равно его вычислили. Бывший супруг работал в этом видеосалоне, был знаком с Пятковым, Амалия часто туда заходила. Мы бы все равно его вычислили. Рано или поздно.

— Сегодня он мог улететь, и вам пришлось бы потратить много сил, чтобы его экстрадировать обратно в Москву. И еще не имея практически никаких доказательств. Не было бы ни колье, ни ножа. Разве я не заслуживаю вашего понимания?

— Не заслуживаете, — покачал головой Романов, — хотя по большому счету, чисто по-человечески, вы поступили правильно. Я вынужден это признать. Напишите всё подробно в вашей версии, чтобы я мог хотя бы отчитаться. До свидания.

— До свидания, — Дронго кивнул на прощание следователю.

Романов вышел из кабинета. Дронго забрал уже пустой портфель и вышел следом. На выходе из дома он встретила Диану.

— Сумели вычислить убийцу? — поинтересовалась она. — Я была права. Вы слишком опытный человек. Как следователь. И слишком нерешительный для кавказского мужчины.

— Мне сложно меняться в таком возрасте, — пробормотал, улыбнувшись, Дронго.

— Мохов сообщил, что вы ему все рассказали. Как это произошло?

— Он расскажет вам все подробности, — пояснил Дронго, — колье вернули. А негодяй, виноватый в убийствах Амалии и ее друга, получил по заслугам. Его застрелили.

— Вы? Это сделали вы?

— Какая разница?

Диана усмехнулась.

— Значит, вы не такой нерешительный. А кто мог задушить нашу хозяйку? Ведь в доме никого не было. В глупости насчет дерева я никогда не верила.

— Убийца прятался в спальной вашего босса.

— Это неправда. Там никого не могло быть.

— Но он был там. Дело закончено. Жаль, что нельзя вернуть убитых. А колье уже находится у следователя. Как самое убедительное доказательство вины этого преступника.

— Здесь что-то не так, — задумчиво произнесла Диана, — но если вам удалось найти колье…

— Его забрал следователь, — повторил Дронго, — а до этого его увидел Борис Алексеевич.

— И все-таки очень любопытно, — она подошла к нему ближе и взглянула в глаза, — видимо, у вас есть свои методы сыска. Жаль, что мы больше не увидимся.

— Да, — согласился Дронго. — Мне тоже жаль. Прощайте.

Он вышел из дома, уже не оглядываясь.

«Если Мохов сумеет поверить в мою невероятную версию, то я сделал главное в этом деле — уберег репутацию его жены в глазах мужа, — подумал Дронго. — И не позволил ему узнать о сыне. Иначе это навсегда испортило бы жизнь всех троих. Отца, сына, даже дочери. Возможно, это самое главное, что я сумел сделать».