Конгрив… Глаза Линь Цзе слегка расширились. Имя показалось ему знакомым, и он, задумавшись, забарабанил пальцами по столу.

Линь Цзе знал, что за последние несколько лет Цили сама, без чьей-либо помощи, поднялась на вершину иерархии торгового конгломерата «Айлант». Ее восхождение было окутано ворохом слухов и старых баек. Поговаривали, что ее отец больше любил детей, рожденных вне законного брака, или что его настоящая любовь – любовница. Очевидно, что путь Цили к вершинам торгового конгломерата «Айлант» был нелегок, потому что ее окружали алчные братья и сестры, с которыми приходилось считаться.

Что же такое торговый конгломерат «Айлант»? Это крупная коммерческая организация, созданная несколькими семьями. Деятельность конгломерата делилась на три ветви, каждую из которых контролировала одна семья. Можно сказать, в «Айланте» существовал принцип разделения властей. Если бы Цили захотела расширить свою сферу деятельности, ей пришлось бы столкнуться с ограничениями как внутри, так и за пределами организации.

Внутри конгломерата многие люди выступали против нее, и громче всех звучал голос человека по имени Конгрив. Его противостояние имело свои причины: до возвращения Цили в семью Чапман Конгрив с большей вероятностью мог унаследовать весь семейный бизнес и уже успел обзавестись преданными сторонниками. Он мог уничтожить Цили – однако ему помешали ее сверхъестественные способности и стремительное восхождение по карьерной лестнице.

Силу Конгрива нельзя было недооценивать даже сейчас, когда Цили уже достигла вершины. Конечно, все карты были у нее на руках, и все равно она пока что лишь давила на Конгрива, но не пыталась избавиться от него. Этот человек был способен пойти ва-банк, и потому Цили приходилось сохранять бдительность и осторожность в противостоянии с ним.

Она позвонила Линь Цзе и сказала ему, что забрала у Конгрива какую-то книгу. Это означало, что девушка звонит не просто поболтать. Все было очень серьезно. Вполне возможно, что эта книга хранила какие-то важные сведения или доказательства, которые реально использовать против Конгрива, чтобы заставить сторонников отвернуться от него. Именно по этой причине Цили вышла на связь с Линь Цзе…

Она безоговорочно доверяла владельцу книжного магазина… а еще, хоть на ее стороне было очень много способных, умных, образованных людей, никто из них не понял написанного.

В целом Линь Цзе мог похвастаться тем, что разбирается в криптографии, однако она не входила в сферу его деятельности, и потому его познания были далеки от профессионального уровня. Он тактично ответил:

– Конечно, я попробую вам помочь! Но только в рамках своих возможностей, потому что я не особо силен в этой области.

Цили просияла – это было слышно по ее голосу:

– Просто чудесно! Большое вам спасибо! Я сейчас же приеду и принесу книгу!

«Эй-эй, полегче! Не нужно радоваться так, словно я уже все расшифровал. Юная леди вообще не слышала, что я сказал?» – подумал Линь Цзе и тяжело вздохнул. Со стороны могло показаться, что Цили Чапман все равно, что написано в книге. Она просто искала повод прийти. Такая важная персона, но все еще маленький ребенок…

Линь Цзе, как взрослый и ответственный человек, был просто обязан помочь девочке.

– Подожди-ка… Говоришь, эта книга раньше принадлежала Конгриву? Значит, в ней может быть что-то важное для него, что вполне можно использовать в вашем соперничестве? – уточнил Линь Цзе.

Цили тут же согласилась:

– Да, именно так. Мои источники утверждают, что в этой книге, весьма вероятно, содержатся материалы, которые станут уликами против Конгрива, поэтому она очень важна для него. Это может быть связано с его странными перемещениями, которые я заметила в последнее время. Предполагаю, что данные зашифрованы с использованием какого-то древнего языка, и потому я сразу же решила обратиться за помощью именно к вам. В последнее время Конгрив вмешивается в мои дела. Например, частично перехватывает мои поставки. Правда, делает он это очень аккуратно, так что мои люди пока не смогли выяснить, какую цель он преследует.

Линь Цзе строго сказал:

– Не спеши. Судя по всему, он не предпринимает никаких мер предосторожности. Ты достаточно прочно стоишь на вершине торгового конгломерата, однако то, что ты не можешь одолеть Конгрива, говорит о том, что за его плечами еще есть сильная поддержка. Не стоит недооценивать его. Будь он дураком, он не смог бы обзавестись соратниками. Не было бы причин поддерживать его. По тону твоего голоса я могу предположить, что эта книга тебе очень легко досталась. Тебе это не кажется странным?

Цили нахмурилась, осознав, что Линь Цзе намекает на то, что эта книга вполне может оказаться ловушкой.

И правда… Стоило Белле донести ей о странных действиях Конгрива, как ее люди всего через несколько дней раздобыли эту книгу. События разворачивались слишком быстро. В другой ситуации она наверняка бы задумалась о том, что все это спектакль, ловушка, инсценировка. Однако неприязнь к Конгриву так глубоко укоренилась в ее сознании, что она ни о чем не задумалась. Кроме того, информатор, который помог ей достать книгу, когда-то был доверенным помощником Конгрива. Пока Цили не использовала Очарование души и разума, чтобы обратить его в верного союзника.

Очарование души и разума – способность, которую Линь Цзе подарил ей три года назад. Пока поддерживалась связь с другим человеком, что зависело от его душевной стойкости, Цили могла внушить ему симпатию, любовь, принятие, уважение, преданность и другие положительные чувства к себе. Даже если чувства нельзя было с абсолютной уверенностью назвать положительными, сформировавшееся отношение так или иначе оказывалось полезным для Цили. Собственно, ее и прозвали ведьмой из рода Чапман, потому что подавляющее большинство тех, кто с ней встречался, так или иначе заражались ее обаянием.

Информатор на стороне Конгрива не стал исключением. Он попал под непреодолимую мощь обаяния Цили, и она нисколько не сомневалась в его честности и преданности.

Девушка медлила с ответом:

– Да, книга и правда досталась очень легко, но…

«Но если это ловушка, значит, мой информатор больше не предан мне», – подумала она.

При взгляде со стороны, глазами другого человека, становилось ясно, что все это слишком похоже на ловушку. Информатор из лагеря Конгрива всегда активно участвовал в мозговых штурмах и планировании, поэтому остаться не у дел он точно не мог. Значит, существовала вероятность, что Конгрив вернул контроль над информатором и теперь тот служит ему в качестве двойного агента.

Линь Цзе покачал головой и строго сказал:

– Понимаю, что хочется надеяться на лучшее, но не помешает готовиться к худшему. Ты не задумывалась над тем, что не можешь понять написанное в книге, потому что информация в ней ложная, которая тебя зацепит? И обернется против тебя.

Взгляд Цили потемнел. Она нахмурилась:

– Если эта книга – ловушка, которая, как я думала, поможет уничтожить Конгрива, то изучать ее дальше…

Глаза Линь Цзе сузились. Он закончил мысль за девушку:

– Да, это может оказаться опасно для тебя!

По коже Цили побежали мурашки. Как хорошо, что на этом свете есть господин Линь! Если бы не его мудрость, она бы уже давно начала действовать, потому что слишком легкомысленно отнеслась к Конгриву. Она бы так и думала дальше, что эта книга – отличная возможность избавиться от соперника. Линь Цзе был прав – вряд ли Конгрив идиот. Если бы он оказался хитер, он бы перевернул все ее действия так, словно эта книга принадлежит ей, а не ему. В зависимости от того, какая информация содержалась в книге, Цили могла оказаться в беде.

Это не было похоже на Конгрива… Слишком умно и коварно…

По тишине, воцарившийся в устройстве связи, Линь Цзе понял, что Цили разволновалась от обрушившегося на нее осознания, и потому поспешил успокоить ее:

– Пока что это просто предположение, верно? Давай я сначала посмотрю на книгу. Думаю, здесь, в книжном магазине, будет вполне безопасно поговорить с глазу на глаз.

«Конечно безопасно! У меня в гостях знакомый офицер полиции!» – подумал он.

Цили охотно согласилась с его предложением:

– Я так и планировала! Просто сейчас… посмотрев на ситуацию с другой стороны… я сама начала думать, что Конгрив, возможно, действительно замыслил что-то против меня… – В ее голосе прозвучала усмешка. – Что ж, я заставлю его понять, что такое боль.

Линь Цзе нахмурился, подумав, что усмешка, сквозящая в угрозе, не сулит ничего хорошего. Долгие годы сытой, богатой жизни, судя по всему, сильно изменили девушку. Безжалостность зачастую рождается в изнеженных сердцах.

Он помнил, что в тот день дал Цили книгу, которая, как он думал, окажется полезной для нее. Книга, известная как «Общение без насилия», вполне могла прорастить в сердце юной госпожи зернышко любви. Цили страдала от несчастий, которые ей приносила семья, и потому очень важно было взрастить в ней любовь к миру и научить, что насилие не выход.

Судя по всему, Цили сбилась с пути.

Линь Цзе деликатно прокашлялся, прочищая горло, прежде чем разразиться нравоучениями. Он считал своим долгом помочь Цили вспомнить первоначальное наставление.

– Ты помнишь слова, которые я сказал тебе тогда?

Цили кивнула:

– Конечно! Вы сказали мне взаимодействовать с другими, используя любовь и мудрость, а не насилие…

Да, именно это Линь Цзе сказал в тот день. Это был очень прямолинейный совет.

Он рассмеялся в ответ:

– А у тебя хорошая память! Именно так я сказал.