Его святейшество стоял, склонившись над водой в тазу. Только что подошел к концу его разговор с Ванессой. До чего интересные разворачиваются события – в книжном магазине на 23-й улице обитает демонический бог, продающий книги и управляющий сознанием тех, кто попадет ему в лапы… Однако утверждать, что продавец книг – это демонический бог, неправильно. В этом мире только Луна обладает по-настоящему божественной природой, а все остальные якобы высшие существа – еретики, посягающие на святое. Ванесса твердо уверена, что на существование этого демонического бога нельзя просто закрыть глаза, и потому его нужно уничтожить.

Именно об этом думал преосвященный отец Церкви Купола. Облаченный в роскошные золотые одежды старик отвел взгляд от воды, служившей средством связи между последователями Церкви, и поднялся на ноги, опираясь на золотой скипетр, глухо стукнувший о пол. В его глазах застыла твердая решимость.

То был Биас Родни, нынешний преосвященный отец Церкви Купола, гордый представитель касты высших существ Норзина. Скипетр, что он держал в руках, насчитывал около трех метров в длину и являл собой символ его власти. Скипетр олицетворял тьму и свет – две разные грани единого, которые не могли существовать друг без друга. По кругу венца скипетра располагались фазы Луны, представляющие семь патриархов. Скипетр короновала полная Луна. Новолуние, восходящая Луна, растущая Луна находились с правой стороны внешней петли, а убывающая Луна, исчезающая Луна и темная Луна – с левой стороны внутренней петли.

Используя этот скипетр, преосвященный отец Церкви Купола мог взывать к силе всех патриархов и преосвященных сестер. Можно сказать, что все силы даровались отцом и потому могли быть отозваны в любой момент.

Преосвященный отец направился к самому сердцу храма – туда, где лучи лунного света пробивались через круглое окно в огромном куполе, своим светом озаряя покоящийся на каменной платформе священный артефакт – Серебряную плаценту. Легенда гласила, что Серебряная плацента – все, что осталось от святой, подарившей жизнь Луне.

В этом храме хранились и другие священные реликвии – Древнее кольцо и Спящее дитя Луны. Скульптуры, олицетворяющие всех преосвященных отцов прошлого, возвышались в нишах, окружающих зал по всему периметру, всем своим видом внушая благоговение и покой.

– Значит, демонический бог задумал создать свою веру… – пробормотал преосвященный отец, и его глаза зловеще блеснули. – Стало быть, владелец книжного магазина, известный нам по имени Линь Цзе, периодически выходит на контакт с представителями разных фракций, дабы собрать последователей. Его влияние становится все сильнее и сильнее. Однако, чтобы создать новую веру, нужно время. Много времени. Возможно, он задумал пошатнуть опоры нашей веры с помощью лунной эссенции. Зло, что скрывается под маской добра, еще не успело окрепнуть и пустить корни, а потому боится раскрыть свою истинную природу и держится в тени, боясь, что его обнаружат и выкорчуют. Какая нелепость – священная эмблема отца Винсента принесет ему погибель…

Преосвященный отец расплылся в довольной улыбке и нежно провел пальцами по Серебряной плаценте, покоившейся на каменном алтаре.

– Эффект лунной эссенции уже дает о себе знать. Первой подопытной группе суждено стать самыми преданными слугами Луны, которые не остановятся ни перед чем – даже перед вратами смерти. Нужно еще немного времени – и можно будет приступать к действиям… Скоро… скоро вы сможете спуститься из Царства грез, совершенно не волнуясь о том, что скажут на это мерзкие люди.

Взгляд преосвященного отца был добрым – и в то же время в нем сквозила какая-то фанатичная преданность, словно Серебряная плацента когда-то принадлежала его телу. Внемля его словам, она зашевелилась, как живой организм…

Внезапно сердце преосвященного отца Родни охватила тревога. Он тут же повернулся к окнам храма, украшенным розами, и увидел яркий белый свет где-то вдалеке. Он присмотрелся и понял, что свет этот поднимается с самого края горизонта и в самом сердце светового зарева виднеется круглое пятно, ярко светящееся, подобно утреннему солнцу.

Это было невозможно. На дворе стояла глубокая ночь.

– Там… находится седьмой приход. Что с Ванессой? – сдавленным голосом спросил преосвященный отец Родни самого себя. Он не успел договорить – до его слуха донесся шипящий звук, словно где-то рядом плавился металл.

Преосвященный отец испуганно посмотрел на свой скипетр – темная Луна, что располагалась с левой стороны внутренней петли, начала плавиться. Темный шар истекал жидким золотом, но капли, не успев коснуться пола, испарялись прямо в воздухе из-за того, что внутри них словно горел иссушающий их огонь. Через две секунды темной Луны как ни бывало.

– Как это возможно?! – Гримаса ужаса перекосила лицо преосвященного отца. Каждая Луна на его скипетре была вместилищем силы патриарха, которого она символизировала, а не просто физическим символом. Даже если патриарх умирал, его сила возвращалась в одну из сфер на скипетре преосвященного отца, а не исчезала, растворяясь в небытии.

То, что сфера темной Луны расплавилась, означало только одно: Ванесса умерла, столкнувшись с какой-то неведомой ранее мощью, которая смогла полностью уничтожить силу патриарха темной Луны.

Преосвященный отец Родни осторожно коснулся места на скипетре, где пару мгновений назад красовалась темная Луна, и тут же отдернул обожженные пальцы.

Он посмотрел на свою дрожащую руку, и его словно молнией пронзило ужасающее осознание: жар не более чем иллюзия. Его обожгла божественная сила Луны.

Тем временем за его спиной бесшумно возникла очень красивая женщина в белом монашеском одеянии.

– Ваше святейшество, на седьмой приход Церкви Купола совершено нападение. Взрыв, предположительно спровоцированный отцом Винсентом, разрушил храм седьмого прихода. На данный момент подтверждена гибель двухсот тридцати трех членов духовенства, включая Ванессу. Информация о произошедшем уже донесена до остальных приходов. Отец Винсент объявлен в розыск.

Это была одна из двух преосвященных сестер – ее звали Шерил.

Преосвященный отец Родни тяжело вздохнул, рассматривая сожженную кожу на своей ладони:

– Стало быть, отец Винсент сбежал?

Шерил опустила глаза:

– Да.

Несмотря на суровость, сквозящую во взгляде, улыбка отца Родни была такой же ласковой, как когда-то у Ванессы.

– Помню его совсем маленьким. Он рос славным ребенком и был очень привязан к священнослужителю, который посвятил его в веру. Помню и того священника… Кажется, он проживал в храме милосердия, что находится в ведении седьмого прихода? Пусть патриарх убывающей Луны передаст ему мои глубочайшие соболезнования.

Шестой патриарх, Уэнинг Кристиан Бак, отвечал за инквизицию. Его суперспособностью был Суд над ересью.

Старого священника, который вырастил отца Винсента, могли использовать как заложника. Тогда отец Винсент стал бы легкой мишенью.

Шерил кивнула и молча скрылась в тени.

Изможденный отец Винсент, шатаясь и хрипя, врезался в дверь и сполз вниз, оставив за собой кровавый след:

– Наконец-то… Все кончено…

На него невозможно было взглянуть без слез. Его тело и лицо испещрили почерневшие раны. В глазах полопались капилляры. Лохмотья, что когда-то являли собой одеяние священнослужителя, насквозь пропитались кровью.

Сила «Священного писания Солнца» сравняла весь седьмой приход с землей. Мощь книги выжгла всю божественную силу Луны, что когда-то текла в его теле, изгнала ее. Тело отца Винсента претерпело метаморфозы, и он даже представить не мог, как именно сейчас выглядел.

Он не понимал, что случилось, но в одном был точно уверен: путь к знанию о том, что именно произошло, будет лежать через ужасающе сильную боль, подобную той, что испытывает человек, когда его тело разрывают на части.

Отец Винсент стал виновником взрыва в седьмом приходе и бросился в бега. Он знал, что первым делом вышестоящее духовенство оцепит все приходы и выдаст ордер на его арест.

Прямо сейчас отец Винсент был серьезно ранен. Кроме того, он был слишком далеко от книжного магазина и не рассчитывал на помощь продавца книг – он попросту до него не дойдет. Ему было некуда бежать… Ему негде было спрятаться. За исключением одного места.

Винсент из последних сил поднял взгляд на деревянную вывеску, висевшую на двери. «Храм милосердия». Это была крохотная церковь, затерявшаяся в трущобах Норзина. В ней проживали престарелый священник и два клирика. Именно здесь его обратили в веру. Именно здесь он последовал за Церковью Купола.