Вмомент смерти Альберта Эйнштейна патологоанатомом в принстонской больнице был квакер Томас Харви. Вскрытие тела Эйнштейна должен был проводить он. Коротко стриженный, с высоким лбом, Харви был ничем не примечателен внешне, и недоброжелатели могли бы назвать его невзрачным. В прозекторской под наблюдением печального Отто Натана Харви извлек и исследовал все основные органы Эйнштейна. Затем, прежде чем наложить швы, поместил все органы обратно – вернее, почти все. Он решил, не спросив ни у кого разрешения, оставить у себя мозг Эйнштейна.
Это обнаружилось несколько дней спустя и вызвало возмущение друзей и родственников Эйнштейна. Ганс Альберт пытался подать жалобу, но Харви оправдал свой поступок доводом, что Эйнштейн был бы рад послужить науке. Ганс Альберт, не найдя выхода из этой ситуации, нехотя принял ее. Харви, получив задним числом согласие Ганса Альберта на то, чтобы мозг Эйнштейна остался у него, отказался удовлетворить просьбу патологоанатомического подразделения армии США, которое хотело провести собственное исследование мозга знаменитого ученого. Вместо этого Харви разрезал мозг, забальзамировал его и поместил в стеклянные банки из‐под печенья.
Он уволился из принстонской больницы и перевез мозг в Пенсильванский университет, где разделил его на двести сорок частей и поместил в целлоидин – нитрат целлюлозы, твердое эластичное вещество. Затем он отвез все это домой на своем форде и поставил банки с плавающими в них фрагментами мозга в подвал. Харви развелся с женой, после этого еще дважды женился, переезжал из города в город, часто не сообщая никому своего нового адреса, – и всегда возил мозг Эйнштейна с собой. В Уичито, штат Канзас, он работал медицинским инспектором в лаборатории биологических испытаний и держал мозг в коробке из‐под картонных пакетов с яблочным соком, накрытой старыми газетами, рядом с холодильником для пива.
В Уэстоне, штат Миссури, Харви занимался врачебной практикой и пытался исследовать мозг Эйнштейна, но в 1998 году лишился медицинской лицензии после провала на квалификационном экзамене. В Лоуренсе, штат Канзас, он работал на заводе по экструзии пластика и жил в квартире, расположенной рядом с заправочной станцией. Он подружился со своим соседом – им оказался известный прозаик и поэт Уильям Берроуз. Они часто распивали пиво на крыльце у Берроуза и рассказывали друг другу разные истории. Берроуз хвастался своим друзьям, что стоит ему только пожелать, как он сразу получит часть мозга Эйнштейна.
Харви то и дело посылал фрагменты мозга – иногда это были срезы на предметных стеклах, иногда более крупные образцы – исследователям из разных уголков страны. Его выбор адресатов был, в сущности, случайным: в основном ими оказывались те, чьи работы интересовали Харви в данный момент, хотя иногда он отвечал и на непосредственные просьбы прислать образцы. Например, он отправил банку из‐под майонеза, полную различных фрагментов, неврологу из Калифорнийского университета в Беркли. Но он редко просил получателей сделать что‐то конкретное с “подарком”.
В результате мозг Эйнштейна стал не предметом научных исследований, а чем‐то вроде христианской реликвии, подобно языку святого Антония или сердцу святого Камилла, – осязаемым напоминанием о том, кто был больше, чем просто человеком. Вопреки желанию самого Эйнштейна и Ганса Альберта он стал объектом поклонения и паломничества. Существует специальное приложение, если вдруг кому‐то интересно взглянуть на своеобразный “атлас мозга”, составленный из слайдов и фотографий. А некоторые из фрагментов, сохраненных Харви, попали в Музей медицинской истории Мюттера в Филадельфии, где они соседствуют со злокачественной опухолью, удаленной изо рта президента Гровера Кливленда, и кусочком ткани с шеи Джона Уилкса Бута (убийцы президента Линкольна), раненного в шею при задержании.