Кмоменту присуждения Эйнштейну Нобелевской премии коллеги номинировали его шестьдесят два раза, а среди ученых, которых номинировал на премию он, восемь стали нобелевскими лауреатами. По общему мнению, награда сильно запоздала.

Одной из причин, почему Эйнштейну долго не присуждали премию, была настроенность Нобелевского комитета вообще против работ по теоретической физике, предпочтение отдавалось работам, в которых представлялись экспериментально проверяемые результаты. Считалось, что теория относительности не подтверждена экспериментально и вообще довольно странная. То, что Эйнштейн был евреем, несильно влияло на нежелание присуждать ему премию. Нобелевский комитет продолжал воздерживаться от признания теории относительности даже после успешной экспедиции Эддингтона по наблюдению за солнечным затмением. Премию 1920 года присудили швейцарскому физику Шарлю-Эдуарду Гийому за открытие аномалий в никелевой стали, а в 1921 году премии в области физики не удостоился никто. Решили, по‐видимому, что лучше вообще никого не награждать, чем награждать Эйнштейна.

Однако репутацию и известность Эйнштейна нельзя было долго игнорировать. В 1922 году ему все же присудили задним числом премию за 1921‐й, а премию за 1922 год получил Нильс Бор. Но за теорию относительности Эйнштейн Нобелевскую премию так и не получил – ее присудили ему за открытие явления фотоэлектрического эффекта[240], который лег в основу современной концепции корпускулярной природы света. Это открытие само по себе было достойно награды, но то, что Нобелевский комитет отметил фотоэффект и не отметил теорию относительности, было оскорбительно[241].

Эйнштейн на церемонии вручения премии в Швеции не присутствовал. В июне 1922 года его друг Вальтер Ратенау, министр иностранных дел Германии, был убит членами ультранационалистической антисемитской организации. Полиция посоветовала Эйнштейну затаиться или даже на время покинуть Берлин, поскольку стало известно, что его имя значилось в списках людей, за которыми охотились сторонники нацистской партии. Поначалу он не принял всерьез это предупреждение и в августе даже демонстративно согласился участвовать в крупном пацифистском митинге, стоя в разъезжавшем по городу автомобиле с открытым верхом. А через месяц, получив неожиданное предложение от японского издателя, решил совершить большое турне по Азии и Палестине. Известие о решении Нобелевского комитета наградить его премией он получил незадолго до отъезда, и в той обстановке, которая сложилась тогда в Берлине, отменять поездку казалось неразумным[242].

На церемонии в декабре председатель комитета по присуждению премий в своей речи ясно дал понять, что, хотя Эйнштейн наиболее известен своей теорией относительности, Нобелевскую премию он получил не за нее. Председатель комитета заявил, что эта теория, по существу, относится к области эпистемологии – философии познания, – а не к точным наукам. Чтобы получить денежное вознаграждение, Эйнштейну, как и всем лауреатам, следовало произнести нобелевскую речь. Когда он вернулся из поездки по Азии и ему наконец удалось выступить с речью (он произнес ее в Гётеборге в июле 1923 года перед аудиторией из двух тысяч человек, включая короля Швеции), то говорил он исключительно о “фундаментальных идеях и проблемах теории относительности”[243].

Денежное вознаграждение, присужденное Эйнштейну, было значительным: сто двадцать тысяч шведских крон. Однако сам он этими деньгами не воспользовался. Еще при разводе с Милевой Марич он пообещал, что если когда‐нибудь получит Нобелевскую премию, то все достанется Милеве и их сыновьям. На эти деньги Милева купила три дома в Цюрихе, которые сдавала в аренду.