Место действия: столичная звездная система HD 35795, созвездие «Ориона».

Национальное название: «Новая Москва» сектор контроля Российской Империи.

Нынешний статус: контролируется силами первого министра Птолемея Грауса.

Точка пространства: орбита планеты Новая Москва-3.

Борт авианосца «Петр Великий».

Дата: 29 июля 2215 года.

Спустя двое суток группа кораблей адмирала Дессе внезапно для противника появилась в столичной звездной системе. Две «бело-синие» дивизии совершили межзвездный прыжок из соседней системы с таким расчетом, что координаты выхода кораблей из подпространства оказались совсем рядом с самой Новой Москвой-3. Сказывался колоссальный флотоводческий опыт командующего и его легендарные штурманские навыки — даже лучшие навигаторы космофлота не могли похвастаться подобной точностью расчетов при совершении столь далеких прыжков.

Из-за такого удачного появления северянам не пришлось тратить время и драгоценное топливо в баках, чтобы подойти вплотную к столичной планете. На экранах тактического стола авианосца «Петр Великий» мерцала голографическая проекция Новой Москвы-3 — изумрудно-синий шар, окутанный шестью серебристыми кольцами планетарной обороны. Дессе, заложив руки за спину, с задумчивым видом изучал точки вражеских кораблей, медленно сходящихся с координатами его собственного космофлота.

Жители столицы и других колоний в системе уже знали, чьи корабли появились у порога их дома. О командующем Дессе, в отличие от тех же «черноморцев», среди простых колонистов ходили только положительные слухи. Люди знали Павла Петровича как верного присяге адмирала ВКС, всю жизнь служившего Российской Империи. К тому же личность старого флотоводца внушала значительно больше уважения, чем сегодняшний хозяин Новой Москвы-3 — первый министр Птолемей Янг, которого большинство столичных жителей по сути считало узурпатором.

Поэтому, если бы от рядовых жителей планеты зависело сражаться с появившимся флотом северян или отдать им «ключи» от столицы большинство выбрало бы второй вариант не раздумывая. Но, к сожалению, мнения простых людей никто не спрашивал, и навстречу вынырнувшим из пустоты подпространства кораблям Дессе уже двигалась 9-я «желто-черная» дивизия под командованием вице-адмирала Портникова.

Портников совсем недавно получил это звание лично из рук первого министра, отличившись храбростью в нескольких локальных сражениях. Особыми флотоводческими талантами он не обладал — большую часть своей военной карьеры он провел протирая зад в кресле капитана рядового линкора. Однако кадровый голод во флоте первого министра и, что более важно, безоговорочная преданность Птолемею, позволили выдвинуть этого посредственного офицера на столь высокую должность. Поручив Портникову охрану столичной планеты, первый министр подтвердил, что всецело доверяет ему, и новоявленный вице-адмирал горел желанием доказать свою верность.

Савелий Николаевич Портников растерялся, когда на радарах его кораблей проявилась армада противника, приближающаяся к Новой Москве-3. Его нервозность мгновенно передалась командирам эскадр и капитанам, отчего 9-я дивизия мучительно долго выстраивалась на орбите — чувствовалась неопытность в управлении соединением и паника перед лицом столь грозного врага. И бояться было кого — на радарах четко виднелась почти сотня вымпелов во главе с флагманом Северного космического флота прославленным авианосцем «Петр Великий».

«Петр Великий» в разных справочниках числился то как авианосец, то как универсальный авианесущий корабль. Последние месяцы Павел Петрович Дессе модернизировал свой флагман, превратив его в нечто уникальное по своим характеристикам. Броня и орудийные платформы на этом вымпеле были как у линкора, а скорость, маневренность и запас хода позволяли соперничать с быстроходными крейсерами дальней разведки. Универсальность делала «Петра Великого» грозным соперником любому кораблю и ставила в один ряд с такими легендарными вымпелами, как «Москва», мой «Одинокий» или «Афина».

Портников и его офицеры прекрасно понимали, с кем им предстоит сразиться, поэтому лихорадочно пытались выстроиться в подобие атакующего конуса. Вице-адмирал лично просчитывал численность своих кораблей и противника, пытаясь составить общую картину предстоящего сражения.

Он заметно успокоился, когда увидел, что против его 9-й «резервной» дивизии и пяти гарнизонных эскадр Новой Москвы-3 — в общей сложности чуть более девяноста вымпелов — адмирал Дессе мог выставить две дивизии кораблей схожего класса и боевых характеристик.

— Ничего страшного не происходит, — вслух сказал сам себе Савелий Николаевич, стоя на мостике своего флагмана. — Разница в численности несущественная, особенно если учесть, что за моей спиной вся планетарная артиллерия Новой Москвы-3. А что касается звезд на погонах… У старика их целых четыре, а у меня пока две, что означает — мне есть куда расти. Думаю, после сегодняшнего сражения этих звезд на моих погонах прибавится…

Он самодовольно улыбнулся и начал более четко отдавать распоряжения своим командирам, которые торопливо выстраивали корабли в боевые порядки. Когда пять «золотых» гарнизонных эскадр Новой Москвы-3 соединились с его дивизией, Портников отдал приказ двигаться навстречу приближающемуся врагу.

— Вице-адмирал, я не хотел отвлекать вас от построения и сборов, но так требует военный этикет, — неожиданно Павел Петрович Дессе связался по видеоканалу с адмиралом Птолемея и дружелюбно ему улыбнулся. — Понимаю, какой будет ваш ответ, но должен произнести эту фразу: «Сложите оружие и деактивируйте кольца планеты. Даю честное слово, что позволю вашим кораблям и гарнизонным крейсерам беспрепятственно покинуть данную звездную систему, и мои орудия не сделают по вам ни одного выстрела. Если же вы не подчинитесь, я обещаю уничтожить вашу дивизию, сократив её количество до состояния одного-двух эсминцев…»

— Я всегда восхищался вашими речами, господин адмирал, — засмеялся Портников, — и это не сарказм и не издевка. Я действительно был вашим, если можно так сказать, поклонником. Многие сражения, в которых вы принимали участие за эти несколько десятилетий, я изучал, еще будучи курсантом Академии, и буквально упивался вашими победами. А крылатые выражения и обращения перед началом сражений, которые вошли в обиход… это было что-то настолько душеподъемное!

— О, благодарю, — удивился такому началу диалога старик. — Что же изменило ваше отношение ко мне?

— Ваша измена Российской Империи, к сожалению, — вздохнул Портников. — Я не могу простить предательства императора даже такому прославленному адмиралу, как вы. А может, потому и не могу, что никогда не представлял вас среди ренегатов и отступников. Однако речи ваши по-прежнему хороши и доходчивы…

— Жаль, я уже хотел сохранить вам жизнь, — холодно ответил на это Поль Дессе, задетый словами вице-адмирала за живое, — не часто встретишь в лагере врагов своего поклонника. Однако вы совершили роковую ошибку, назвав меня предателем и отступником. Я мог бы простить вам, как еще достаточно молодому человеку, многое, даже дерзость, но такие слова для имперского адмирала, коим я остаюсь, — смертельное оскорбление, смываемое только кровью. К сожалению, теперь я не могу выпустить вас и ваши корабли из системы, и уничтожу их все до одного!

— А я и не собирался принимать условия вашего ультиматума, господин командующий, — удивленно воскликнул вице-адмирал. — Более того, могу ответить вам тем же. Не я, а вы не покинете эту систему, и ваши корабли останутся здесь навечно в виде космического мусора…

— Формальности соблюдены, — усмехнулся Павел Петрович Дессе, — пора приниматься за дело. Готовы, вице-адмирал? Судя по моим радарам, в ваших рядах еще заметна суета.

— Полностью готовы и скоро прибудем к вам на свидание, — ответил Портников, завершая связь.

Оба флота быстро сближались. Спустя час радары зафиксировали вход в зону эффективной дальности орудий. Корабли, шедшие в авангардах, открыли огонь. Битва за Новую Москву-3 началась.

— 3-я дивизия, максимально широкое «линейное» построение, — послышался в эфире приказ адмирала Дессе. — Выйти всем на расстояние выстрела, продолжать движение по направлению к противнику.

— Господин адмирал, но «желто-черная» дивизия идет «конусом», — ответил на это командир 3-ей, — если мы построимся линейно, то враг с легкостью разрубит наши порядки пополам!

— Я просил вашего совета, контр-адмирал⁈ — нахмурился Дессе, прожигая взглядом своего командира. — Выполняйте приказанное. И внимательно слушайте следующие указания…

— Простите, господин адмирал, — опомнился тот, осознав свою ошибку, — немедленно выполняю.

Одна из двух «бело-синих» дивизий рассыпалась по ближнему космосу широкой дугой, и её корабли начали интенсивно обстреливать плазмой приближающийся «клин» противника. При таком широком построении огонь могло вести большинство кораблей северян, в отличие от вражеской дивизии, собранной в плотный пробивной строй. В «желто-черной» дивизии ответным огнем могли отвечать только несколько авангардных линкоров.

Артиллерийская дуэль при таком соотношении стреляющих батарей складывалась в пользу 3-й «линейной» дивизии. Многие из шедших впереди вымпелов противника потеряли мощности своих защитных экранов, а некоторые даже были подбиты. Однако одним дальним огнем остановить атакующий «конус» вице-адмирала Портникова было невозможно. Его конус терял пробивную мощность, но Савелий Николаевич понимал, что как только 9-я дивизия достигнет вражеского построения и с разгона врежется в его ряды, все эти жертвы окупятся сторицей.

Как только «желто-черные» достигнут первых кораблей противника, для подразделения Дессе начнутся настоящие проблемы. При таком широком линейном построении, какое Портников наблюдал у врага, северяне просто физически не смогут остановить удар его «клина». Корабли дивизии Портникова пройдут, как нож сквозь масло, через строй «бело-синих» и разорвут их порядки на две половины. Это фактически будет означать конец 3-й «линейной» дивизии — останется лишь вопросом времени, когда она прекратит свое существование.

— Вперед, мои храбрецы! — азартно воскликнул Портников, обращаясь к своим командирам. — Скоро мы будем пировать на обломках Северного космического флота и поднимать бокалы за упокой души славного адмирала Дессе!

Однако вице-адмирал явно поторопился с триумфальными речами. Когда его 9-я «резервная» дивизия практически достигла вражеского строя, тот не стал дожидаться прямого соприкосновения, а рассыпался на одиночные корабли, разлетающиеся в разные стороны от плотного «конуса» атакующих. Дивизия Портникова ударила в пустоту космоса, практически никого на своем пути не задев и не уничтожив. В бессильной ярости вице-адмирал немедленно отдал приказ своим кораблям разбиться на малые группы и продолжить преследование разбегающегося врага.

Такое решение имело логику: теперь 3-я дивизия, постоянно преследуемая, уже не сможет перегруппироваться, а значит, «желто-черные» вымпелы всё же соберут свой кровавый урожай.

Выполняя приказ своего командира, 9-я дивизия рассыпалась и начала методично уничтожать разрозненные корабли противника, пытающиеся на «форсаже» уйти на безопасное расстояние. Теперь уже крейсера и эсминцы северян вспыхивали один за другим под плотным огнем преследователей. Через сорок минут после начала боя потери с обеих сторон составляли примерно по десятку кораблей.

— А теперь выход 4-й дивизии, — Павел Петрович Дессе продолжал разыгрывать свою комбинацию. — «Конусом» в атаку!

Вторая дивизия «Лиса», шедшая несколько позади рассеянной 3-й «линейной», резко увеличила скорость и устремилась по направлению к противнику. Атакующий «конус» этой дивизии оставался ненарушенным, и его удар мог стать губительным для увлекшихся погоней «желто-черных» крейсеров и линкоров.

Дессе использовал одну из своих дивизий в качестве приманки, а вторую — как бронированный гарпун, который со всего размаха врезался в расстроенные порядки защитников Новой Москвы-3.

Когда вице-адмирал Портников понял, что его провели как безусого мальчишку, он взвыл от ярости и отчаяния. Как он мог попасться на такую примитивную ловушку? Ведь он сам хвалился перед стариком Дессе, что изучал все его приемы! А один из таких — заманивание противника одной группой кораблей с последующим ударом второй, более сильной — являлся чуть ли не самым распространенным в учебниках тактики имперского космофлота. Вице-адмирал прекрасно представлял, как сейчас, должно быть, насмехается над ним старый «Северный Лис», глядя на мониторы с колонками растущих потерь.

А потери 9-й «желто-черной» от этого неожиданного удара оказались существенными. За какие-то десять минут дивизия потеряла около дюжины вымпелов, и цифра продолжала расти.

Портников лихорадочно пытался снова собрать свое подразделение в единый кулак. Разрозненные группы кораблей носились как угорелые, бросив преследование 3-й «линейной» дивизии и стремясь перегруппироваться для отражения атаки северян. Каким-то невероятным усилием вице-адмиралу удалось собрать вокруг своего флагмана основную часть дивизии, и он даже вступил в ближний бой с наседавшим «конусом» противника, однако события стали развиваться для него еще более драматично.

3-я «линейная» дивизия, минуту назад разлетавшаяся в разные стороны, вдруг, словно по мановению волшебной палочки, начала быстро собираться в плотные эскадры. Спустя несколько минут она атаковала несчастную 9-ю «желто-черную» со всех возможных направлений, помогая своим товарищам из 4-й. Савелий Николаевич Портников с ужасом осознал, что попал практически в полное окружение — с учетом понесенных потерь силы противника превосходили его более чем втрое. В отчаянии он воззвал о помощи.

На его призыв немедленно откликнулись командиры пяти гарнизонных эскадр Новой Москвы. Они как раз подошли к сектору сражения — нетерпеливый вице-адмирал Портников в запале первой атаки оторвался от них, уйдя на «форсаже» навстречу Дессе. «Золотые» эскадры в итоге спасли незадачливого вице-адмирала и значительную часть его кораблей от полного истребления.

Около сорока новых, модернизированных и прокачанных до высоких боевых уровней крейсеров организованно, словно единая дивизия, ударили со своего направления по разбросанным по ближнему космосу эскадрам 3-й «„линейной“» и стали планомерно их уничтожать.

Вскоре вся 3-я дивизия была вынуждена прекратить атаку кораблей Портникова, переключившись на эскадры планетарного гарнизона. Даже когда 3-я «линейная» собралась в единый кулак, она с трудом сдерживала натиск гарнизонных крейсеров Новой Москвы-3.

Боевые характеристики кораблей «золотых» эскадр оказались значительно выше, чем предполагал Дессе. Северянам пришлось убедиться в правоте предупреждений Демида Александровича Зубова — гарнизонный флот столицы представлял гораздо более серьезную угрозу, чем казалось изначально.

В результате вся 3-я дивизия Северного флота стала постепенно отступать, и адмиралу Дессе пришлось лично вмешаться в ход сражения. Направив свой флагман в гущу сражения во фланг гарнизонным крейсерам, он личным примером мужества сумел задушить в зародыше начавшуюся уже было панику в рядах своей дивизии и остановить наступление противника.

— Всем кораблям 3-ей «линейной» — кто покинет сектор сражения — будет уничтожен орудиями моего авианосца! — воскликнул Павел Петрович, и ему почему-то сейчас верилось.

Фронт выровнялся, угроза разгрома одной из дивизий космофлота Дессе миновала. Однако это позволило 9-й «желто-черной» оправиться от первого шока и начать организованный отход на соединение с эскадрами гарнизона. Дивизия вице-адмирал Портникова понесла серьезные потери — в общей сложности около тридцати ее кораблей было уничтожено или серьезно повреждено, но костяк подразделения продолжал сражаться.

Поль Дессе, взбешенный неожиданно сильным сопротивлением «золотых» когорт, прилагал все усилия, чтобы не позволить Портникову отойти под защиту стационарных артиллерийских батарей столичной планеты. Поначалу командующему казалось, что ему удастся разбить объединенный флот защитников до того, как они скроются в тени Новой Москвы-3. Две «бело-синие» дивизии, как гончие псы, вцепились во врага и не давали «желто-черным» и «золотым» разорвать дистанцию и начать отступление.

Корабли противников сцеплялись магнитными тросами, таранили друг друга, расстреливали вплотную из плазменных орудий и залпами ракет. Космос вокруг планеты полыхал сотнями вспышек — то тут, то там взрывались крейсера, оставляя после себя вихри из космического мусора и искореженного металла.

— Мощность орудий на максимум, полубригадам 4-ой «линейной» — обходной маневр с «флангов», — командовал Дессе, стоя в центре командного отсека перед тактической картой, где голограммы вспыхивали и гасли, отмечая позиции кораблей. — Перехватить отступающие корабли противника!

Сражение достигло своего апогея, напоминая кровавую мясорубку, где каждая сотня километров космоса оплачивалась жизнями экипажей. Однако удача, столь часто сопутствовавшая адмиралу Дессе в прошлых битвах, на этот раз отвернулась от него. Значительной части вражеского флота все же удалось прорваться к столичной планете.

Как только северяне попытались последовать за отступающими кораблями 9-й «желто-черной» дивизии, батареи на бронированных кольцах Новой Москвы-3 открыли ураганный огонь. Плотность плазменных залпов была такова, что за несколько минут они буквально испарили передовые корабли атакующих, словно тех никогда и не существовало.

— Всем назад! Немедленно назад! — закричал Павел Петрович в эфир. — Если не хотите превратиться в космическую пыль, отступайте из зоны действия планетарных батарей!

Космоморяки Дессе, увидев, с какой легкостью их товарищи исчезли под ураганным огнем батарей планеты-крепости, поспешно начали отступление. Они понимали: нужно переформировать ряды и ждать появления основных сил — тех самых двух дивизий под командованием Демида Зубова, которые, согласно стратегическому плану «Лиса», должны были в нужный момент атаковать планету с совершенно иного направления.

Дессе сквозь мерцающие голограммы смотрел на серебристые кольца планетарной обороны Новой Москвы. Их смертоносная мощь оказалась даже выше, чем он предполагал. Старик понимал, что без дивизий Зубова ему не прорвать эту оборону — слишком много кораблей уже потеряно, а противник, несмотря на существенный урон, все еще имеет солидные силы.

— Держать дистанцию, подготовиться к перегруппировке, — скомандовал адмирал, наблюдая, как оставшиеся корабли выстраиваются в новый боевой порядок. — Не отходить далеко, создать видимость подготовки к новой атаке. Пусть противник думает, что мы готовим еще один штурм.

Наступил решающий момент сражения. Все зависело от того, как скоро появится Демид Александрович со своими свежими дивизиями.

— Когда же ты прибудешь, чертов ты хитрец? — пробормотал себе под нос Дессе, нетерпеливо поглядывая на таймер. — От этого теперь зависит судьба Новой Москвы-3 и всей нашей кампании…