На полёт это, конечно, похоже мало. Скорее на прыжки с поддержкой в воздухе. Но и на том спасибо: ноги уже не утопают в пепле и растрескавшихся костях. Хотелось бы, чтобы это работало и в империи, но вряд ли. Просто не хватит эфира.

Огромными скачками минут за тридцать я преодолеваю покрытое костями поле. Меньшикова уже не видно. Немного напрягает данное самому себе обещание защищать пацана, но и его, и княжну под мышкой я бы не потянул. Так что чем быстрее я вернусь – тем у него больше шансов выжить.

Один раз взгляд цепляется за знакомые сегментарные хвосты с жалом на конце – останки химерингов. И тут явно полегла целая стая. Впервые радуюсь, что со мной сейчас нет Крайта. Наверняка ему было бы неприятно.

Иногда я выстреливаю удавкой, подтягивая к себе то, что могу подарить великой княжне Анастасии в качестве ингредиентов. Разгрузка уже прилично потяжелела от когтей, зубов и чешуек.

Ольга стонет у меня на руках и открывает глаза.

– Потерпи, уже скоро! – говорю, надеясь, что её не вывернет мне на грудь. – Дыши глубже.

– Сам дыши! – отмахивается она. – Тут ароматы как в крематории. Что здесь вообще случилось?

– Думаю, твоя Хаадис постаралась. – Я наконец добираюсь до края этого огромного кладбища. – Во всяком случае, когда мы были здесь в последний раз, что-то подобное она и собиралась сделать.

– Поставь меня, пожалуйста.

– Не могу. – Я крепче прижимаю девушку к себе. – Без нашей связи ты можешь умереть.

– Какой ещё связи?

– Вот этой, – показываю ей нити тьмы. Они тянутся от моего источника и исчезают у неё в груди.

– Какая гадость! – Княжна передёргивает плечами. – Что это вообще такое? Вот прям мечтала, чтобы в меня засунули какую-нибудь дрянь.

Ну… смотря какую. В принципе я бы не отказался «засунуть» в эту красотку что-нибудь более приятное…

Объясняю:

– Иначе ты умрёшь. Здесь слишком много эфира. Попробуй ощутить присутствие Хаадис. Такая связь, как была у вас, не исчезает полностью.

Ольга закрывает глаза и крепче прижимается ко мне.

Пока она пытается почувствовать драконицу, я осматриваюсь вокруг. Если тут ничего не горело, то лишь потому, что гореть нечему: сплошные скалы и камни. Зато сейчас понятен размер пожарища: оно простирается во все стороны на несколько километров.

– Туда, – вдруг говорит Ольга, не открывая глаз. И машет вверх.

Высоко… Но учитывая то, что я всё же отрастил себе крылья, а не буровую установку на заднице, вверх всяко лучше, чем под землю.

– Держись крепче, – говорю, закидывая её руки себе на шею.

Плетение укрепления мышц… Следом вызываю удавку и цепляюсь за недалёкий удобный уступ. Потом ещё. И ещё.

– Прям Человек-паук, – ворчит княжна.

– То есть крылья тебя не смутили? – хмыкаю. – На Бэтмена или Сокола не тяну?

Останавливаюсь на очередном уступе, переводя дыхание и давая откат укрепляющему плетению. И тут прямо над головой проносится волна огненной плазмы.

Вжу-у-у-ух! Огненные капли опадают на кости внизу, и те снова начинают дымиться.

– Ты бы поосторожнее, красавица! Так и до шашлыка недолго! – ору, задрав голову. Скорее всего, где-то там есть пещера, просто снизу мне её не видно.

– Кто ты? – раздаётся в ответ.

– Короткая же у тебя память! Помнится, не так давно ты предлагала мне свою компанию, чтобы уничтожить базы изменённых.

– Князь? – удивляется драконица. – Не думала, что свидимся так скоро.

– А вот он я. И даже с сюрпризом.

– Лови! – И сверху падает толстенная паутина. – Аиша тоже тебя помнит.

Аиша – здоровенная паучиха-тарантог. У Зефирки она была кем-то вроде фамилиара.

– Спасибо, я сам.

Ещё один бросок удавки – и вот я уже на выступе наверху. Тут же понимаю, почему не видел пещеру издалека. Это не пещера, а огромный грот, но вход искусно заплетён паутиной в тон серому окружающему камню. И сейчас в паутине – огромная прожжённая дыра.

Княжна пытается спрыгнуть с моих рук. Удерживаю на мгновение и осторожно опускаю на ноги.

– Не спеши. Следи, чтобы связь не разорвалась.

– Ты так и будешь ходить следом? – Она морщит нос. – И в кустики?

– Если понадобится – даже за руку тебя буду держать в тех кустиках, – обещаю. – И я не шучу. Не хочется тащить князю Назарову твой бездыханный труп.

Ольга уже вовсю милуется с самкой тарантога. Судя по растопыренным когтистым лапам и стрекотанию, Аиша тоже рада нас видеть. Но вот эмоции княжны удивляют. Всё же тарантог – не котик…

– Что там случилось? – спрашиваю у драконицы, опускаясь прямо на пол пещеры и откидываясь на стену. – Это ты всех убила?

– Люди… – тяжело отвечает Хаадис. – Не знаю как, но они натравили на меня орду. Меня загнали сюда, на окраину этого осколка. Мы с Аишей убили почти всех. И людей, и чудовищ… Но я не смогла выбраться отсюда. Не смогла перелететь. Слишком много тёмного эфира. Поплатилась… за самонадеянность…

Тут полумрак, но я отлично вижу даже в полной темноте. И вижу, что драконица выглядит плохо. Шкуру покрывают текущие сукровицей кровавые раны, рога на голове обломаны, когда-то блестящая чешуя потускнела.

Но главное не это. Моя тьма чувствует, что огонь жизни в драконьей туше едва теплится.

– То есть ты здесь в ловушке?

– Я – да. Аиша – нет. Но она отказалась меня покидать. Послушай, князь… Чтобы уничтожить этот осколок мира, надо убить последнее чудовище. Это приказ, который мы с братом должны были исполнить. Передаю его тебе. Убей хранителя. Запечатай этот осколок. И твой мир будет от него в безопасности.

То есть я был прав в своих предположениях. Это лишь осколок погибшего мира, вот откуда та невидимая преграда, в которую мы воткнулись на «минике» княжны.

Судьба таких осколков – летать во Вселенной. Иногда они соприкасаются с другими мирами, и тогда начинается процесс слияния. Обычно бо́льший мир просто ассимилирует осколок. Но мир империи – светлый. Поэтому не может справиться с переизбытком тёмного эфира осколка. Отсюда давление эфира и разломы. Кто-то очень постарался нарушить естественный ход слияния миров.

И я очень сомневаюсь, что этот осколок – единственный.

– Кто отдал тебе приказ?

– Бог, – следует ответ. – Бог из другого мира.

Это точно не Карх. А других богов, способных на подобное, я не знаю. Точнее, знаю лишь одного. Поэтому…

– Может ли быть так, что тебя послал Высший?

Вопрос так удивляет Хаадис, что она даже приподнимается на израненных лапах.

– Кто ты, князь? Ты сразу казался мне… смутно знакомым. Мы встречались раньше? До встречи здесь?

– Значит, я угадал. А кто я… наверное, неважно.

– Ты не понимаешь. Это важно! Я чувствую в тебе что-то знакомое. В этом мире у меня не осталось никого близкого. Не хочется умирать в безвестности. Хочу, чтобы кто-нибудь донёс весть до моего рода. Ты сможешь это сделать?

– Не знаю, – отвечаю честно. – Но я, Никрас Борх, обещаю: если когда-нибудь я вернусь в наш мир – то найду твоих сородичей и расскажу о тебе и твоём брате.

– Никрас Борх? Великий инквизитор? Глава ордена наблюдателей? – Хаадис наклоняет голову и почти касается меня носом. – Ваша светлость… Теперь я узнаю вас. Не буду спрашивать, как вы здесь оказались. Но я чувствую в вас тьму. Чувствую зло. И противостоять ему будет всё сложнее. Вы… знаете об этом?

– Я знаю. Но скажи, зачем Высшему запечатывать осколки?

– Я не рассказала бы этого незнакомцу. Но вы – должны узнать. У каждого мира есть своё сердце. Но даже бог не может его поглотить. Зато он может расколоть мир. И тогда в каждой части останется по крохотному кусочку сердца. Поглощая, усваивая их, можно аккумулировать огромную силу.

– Хочешь сказать, здешний кусочек сейчас находится у какого-то монстра?

– Не просто у какого-то. В каждом существе мира есть искра. Когда оно погибает, его искра достаётся остальным. И когда останется лишь одно существо – в его сердце сформируется кристалл силы из сотен и тысяч таких искр. Убейте последнее чудовище, ваша светлость, и заберите кристалл. Поглотите его и получите силу.

– Но часть монстров вырвалась за пределы осколка и погибла там.

– Это неважно. После их смерти искра всё равно возвращается сюда.

А как быть с моим химерингом? Даже ради кристалла силы я не пожертвую им.

– Княжна, пить хочешь? – кричу Ольге, показывая бутылку с водой.

Она кивает и несётся к нам.

Открываю бутылку.

– Спасибо, – тихо говорю, благодаря за то, что она дала нам с Хаадис возможность поговорить наедине. Хотя наверняка сама очень хотела поговорить с ней.

– Что с тобой случилось? – Ольга нежно касается ран на шкуре драконицы. – Это… как-то можно вылечить?

– Прости, девочка, – шепчет драконица. – Мне жаль.

– Нет! Ты не умрёшь! – Ольга топает ногой. – Мы сможем тебя вылечить! Ведь правда? – Она с мольбой оглядывается на меня.

Качаю головой. Но прежде чем княжна успевает сказать что-то ещё, говорю:

– Но у меня есть идея. Конечно, если для вас обеих она будет приемлема. Хаадис… Когда-то ты уже занимала тело княжны. Может, есть шанс сделать это снова? Если, конечно, княжна согласится на такой симбиоз. Здесь огромное количество эфира. Можно использовать его для слияния. Тогда резерв княжны увеличится, и, даже вернувшись в свой мир, она сможет выдержать давление духовного зверя. Что думаете?

– Я не могу просить о таком… – начинает драконица.

– Конечно! – хлопает в ладоши Ольга. – Я согласна!

– Тогда приступим? Не будем зря терять время.

Я помню, что на окраине кладбища нас ждёт Захар.

– Что мне делать? – спрашивает Ольга.

– Присядь рядом, – отвечает Хаадис. – Хорошо, что ты помнишь меня…

– Я помню почти всё, – отвечает Ольга. – Ты занимала моё тело, но этим спасла меня.

То есть княжна Назарова придуривалась с самого начала. Всё она помнила и отлично знала, что это не бред. Многие на её месте постарались бы забыть. А эта рвалась назад в разлом…

Княжна опускается на пол и откидывается на драконий бок. Хаадис кивает и кладёт голову с обломанными рогами рядом с девушкой.

Я впервые присутствую при подобном процессе. Но помогаю Ольге контролировать силу, удерживая между нами связь. Зато когда драконица станет частью девушки, наша связь нам больше не понадобится. Переизбыток эфира возьмёт на себя духовный зверь.

Княжна станет сильнее.

К тому же в её арсенале появятся новые техники, которым я её обучу. Насколько мне известно, в этом мире техники духовных зверей – настоящее сокровище.

Наконец драконица издаёт глубокий вздох, и её тело обмякает. А княжна Назарова открывает глаза. На несколько секунд в них ещё горит жёлтое драконье пламя, потом девушка моргает, и глаза снова становятся голубыми.

– Как ты? – спрашиваю у княжны.

– Не… непривычно. – Она словно прислушивается к чему-то в глубине себя, а потом встаёт и касается туши уже мёртвого дракона. – В прошлый раз именно Хаадис управляла телом. А сейчас оно по-прежнему моё.

– Так и должно быть. На твоё счастье, дракон – высший духовный зверь. Значит, тебе не понадобятся техники управления. Только тренировки – чтобы быстро переключаться с одного управляющего сознания на другое.

– Вот так? – Ольга на несколько секунд опускает голову, а когда вновь поднимает её, на меня опять смотрят жёлтые драконьи глаза. Ещё несколько секунд – и они снова голубые. И снова жёлтые.

Девчонка безумно талантлива.

– Молодец, – киваю. – Осталось последнее: разобрать на запчасти местного главгада. Есть что-то, что ты хотела бы сначала сделать? Сюда я больше не вернусь, так что решай сразу.

– Нет. Вы и так сделали больше, чем я могла просить, ваша светл…

– Некоторым тайнам лучше оставаться тайнами, – жёстко говорю я Хаадис.

Сейчас это именно она. Но Ольга её слышит.

В жёлтых глазах вспыхивает понимание.

– Скажи, я могу забрать несколько твоих чешуек? Чешуя дракона – сильный магический ингредиент. Возможно, когда-нибудь они спасут чью-то жизнь.

– Буду рада, если вы сделаете это, – кивает она. – Хотя моя сила почти развеялась. Вот эту… Вот эту и вот эту.

И в мои ладони ложатся гранёные чешуйки.

– В них ещё осталась магия. Дарую её вам.

Драконьи чешуйки отправляются в карман разгрузки, к остальным ингредиентам. Уверен, принцесса будет счастлива.

Глаза девушки снова становятся голубыми.

Сначала я думаю, что мне придётся помогать Ольге спускаться со скалы, но она ловко и привычно впрыгивает на спину Аиши. Паучиха летит вниз со скоростью модернизированной горной козы. Отлично. Одной проблемой меньше.

Дожидаюсь, пока они спустятся к подножию, и ору:

– В сторону!

Как ни странно, не приходится даже препираться: княжна мгновенно выполняет приказ. Я же примеряюсь и, воткнув удавку в камень над гротом, обрушиваю его, замуровывая могилу драконицы. Так будет правильно.

– Только я не знаю, где прячется последний монстр, – говорит Хаадис. Судя по жёлтым глазам девушки, это опять она.

– Нам туда, – указываю направление.

Готовлюсь объяснять свой выбор, но драконица сразу направляется в указанную сторону. Интересно, будь на её месте княжна, долго мне пришлось бы слушать её возражения?

На самом деле я совершенно уверен в направлении. Во-первых, потому что часть этого осколка мы уже проехали и никого там не встретили. Зато уже нашли два его края. А во-вторых – мне не показалось, что мир неживой. Он и правда умирает. Всё, что его держит, – главбосс. А значит, надо идти туда, где зелень зеленее и деревья деревяннее. В смысле – где окружающее не выглядит выцветшим и серым.

И яркая тёмная полоса уходит направо от нас.

Только сначала надо забрать Меньшикова.

⁂

Сколько-то часов назад

Главное управление Тайной канцелярии

Бывший золотой дракон Шанкар-ал-Тар

– Посиди тихо, я скоро, – сказал хозяин, выходя и захлопывая, но не закрывая на сигналку дверцу машины.

Шанк и не собирался «сидеть громко». Честно не собирался! Но сначала резко разорвалась связь с хозяином, а через несколько минут на парковке началась какая-то суета. Забегали люди, завизжала сирена.

И божественная длань не выдержала.

Сначала Шанк открыл дверцу машины. И вовремя. Потому что к ней уже неслись два мужика. Явно маги – таких Шанк чуял издалека.

Нельзя, чтобы они его нашли. Это точно не понравится хозяину. Поэтому Шанк тихо скользнул под машину.

– Вот тачка мальчишки! – указал один из них.

Через несколько секунд люди уже нырнули в салон машины хозяина и начали в нём копаться.

– Здесь ничего, – вскоре сказал один из них.

– Давай сюда. – Другой уже открывал багажник.

Шанк выскочил с другой стороны машины и рванул к уже знакомому пути отступления: водостоку. По нему можно будет подняться на крышу, а уже оттуда – спуститься в любую вентиляционную шахту. И там затаиться, пока его не отыщет хозяин.

– Какого чёрта? – Один из осматривающих машину мужиков заметил в зеркале заднего вида странное движение. Ему показалось, что он видит отрубленную руку, которая к тому же показывает ему средний палец. Но когда он обернулся, никакой руки на асфальте не было.

– Что там? – оглянулся второй.

– Хрен его знает. Глюки. Ничего в этой тачке нет, отбой.

Через десять минут Шанкар уже был на крыше управления. Никем не замеченный, он просидел там с полчаса. А потом всё же пополз искать хозяина, которого по-прежнему не ощущал.

За несколько часов поисков он успел: изучить план здания до последнего угла; выяснить, что тут тоже есть тайные сейфы – и не один; подслушать два секретных допроса и напугать секретаршу.

Но хозяина не было нигде. Зато внезапно появился знакомый ментальный след.

Шанк полез в его сторону и вскоре уже рассматривал огромный стерильно белый кабинет и двух человек в нём. Одного – невысокого и худого, с глубоко сидящими глазами и острыми чертами. Увидев второго, Шанк обрадовался, что не ошибся. Это был друг хозяина по имени Лекс, который к тому же нередко давал ему золотые монеты. Более того: сейчас в его комнате в общежитии училища лежала заветная сумка-артефакт.

Первые дни Шанк бегал туда проверять, но потом успокоился: сумка продолжала лежать на своём месте. И даже почти незримые кошачьи волоски из шкуры химеринга, которые он прилепил в виде сигнализации, оставались на месте.

– Нет, я не дам тебе доступ к видео с камер наблюдения, Алексей, – тем временем сказал старший человек. – Во-первых, вся информация сразу уходит на удалённые хранилища. Во-вторых, доступ к ним имеет только администратор системы. А поскольку я не технарь, он мне не сдался. Сейчас ими занимается технический отдел. Но самое главное – все видеокамеры, что были в холле управления, записали одно и то же.

– Что? – подался вперёд Лекс.

– Ничего. Темноту.

– Значит, никто точно не знает, что случилось?

– Случилось убийство семерых моих людей. Их источники разрушены. Двое присутствовавших при этом аристократов исчезли. Из управления они не уходили. Значит, это был или портал, или портальный артефакт.

– Или их похитил Колдун, – добавил Лекс.

– Или они сами работают на Колдуна. Особенно учитывая то, что брат Меньшикова был связан с «Братством». Конечно, парня проверили… Но уже прошло достаточно времени, на него могли выйти… В любом случае это не детские игры. Дело на контроле самого императора.

В этот момент Лекс Львов поднял голову и посмотрел точно на решётку вентиляции, за которой прятался Шанк.

– Значит, технический отдел… – зачем-то повторил он. – Ну что ж… будем ждать результатов.

Шанс запомнил словосочетание «технический отдел». Следом Лекс послал ему карту этажа и нужной двери. А ещё – картинку небольшой странной штуки. Вроде бы металлической… И её название: что-то вроде «эс-эс-диск».

Шанк развернулся и пополз в указанном направлении.

Значит, технический отдел. Шанк найдёт все похожие штуки в этом месте! Найдёт и отдаст Лексу. Если это поможет вернуть хозяина.

Когда Алексей вышел из комнаты, князь Николай Михайлович Львов подошёл к вентиляции и какое-то время её рассматривал.

– Любопытно, – в конце концов сказал он.