Раз за разом жму на повтор видео. Я не мог это сделать. Если бы кровь этих людей была на моих руках – убил бы я их иначе. Тьма – это не про кровищу и кишки, это про выпитые источники и эфир. К тому же ей не хотелось убивать. Ей хотелось вырваться и воссоединиться с тем, кто её звал. Тогда… может ли быть такое, что, когда я отключился, в дело вмешался кто-то ещё? Тот, кто звал тьму, – это логично.

Осматриваю себя и морщусь: на моих чёрных джинсах и чёрной же футболке с принтом «Дерьмовых тараканов» кровь не видна, но она точно есть. Судя по жёстким заскорузлым пятнам.

Свидетели скрылись, пусть так. Но камеры? Там, разумеется, есть камеры. Они должны были записать всё, что случилось. Кто-то их вырубил? Все разом? В холле главного управления безопасников? Нереал.

Позвонить Матвею и выяснить, может ли он получить это видео? Но он в связке с князем Львовым. Даже если поверит моему чутью про третьего, всё равно попытается уговорить меня разобраться в ситуации законным путём. А чего я не хочу точно, так это сидеть в изоляторе, пока какой-то добрый дядя решает за меня мои проблемы.

Захар пытливо смотрит на меня. Возвращаю ему смартфон и спрашиваю:

– Ты-то там что делал?

Он что-то ищет на заднем сиденье, потом достаёт початую мной бутылку минералки и жадно присасывается к горлышку. Допив, отвечает:

– Не тебя одного могут вызвать в управление Тайной канцелярии, меня вот тоже сегодня вызывали. У меня брат… ну… В общем, неважно. Я спустился на лифте, вышел, увидел тебя, а потом… ничего не помню. Как вырубило.

Меньшиков зачем-то машет смартфоном и снова кидает его на торпеду.

– А когда открыл глаза, то вокруг… ну, ты видел. А ты шевелился, но не реагировал ни на что. Ну, я тебя тряс. Ты единственный там был на вид целый. Потом вроде кто-то на лестнице мелькнул, но тут открылся портал, и нас туда засосало. Я успел вот только смартфон свой с лотка схватить. Буэ-э-э… Никогда не порталился. Ощущения, скажу тебе, те ещё…

Выглядит Захар и правда довольно потрёпанным и уставшим. Думаю, я не лучше.

– Какой, к хренам, портал?

– Портальный, блин. Мне вообще показалось, это ты его открыл. – Он внимательно смотрит на меня. – Там так-то больше и некому было.

– Когда кажется, на шизофрению проверяться надо, – отрезаю. – И куда же нас портануло?

– Ну, слава богу, не на Красную площадь, а на какую-то стоянку. Иначе откуда бы я взял эту рухлядь?

То есть теперь нас будут разыскивать ещё и за угон машины. Впрочем, о чём это я. Какой угон, когда нас подозревают в убийстве.

– Да не парься ты… – понимает Захар. – Видишь пыль? – Он рисует на капоте замысловатый вензель. – На ней не ездили не меньше трёх недель. Думаю, хватятся нескоро.

Пожимаю плечами и сажусь на подножку задней двери.

– На твоём месте я бы вернулся в управление.

– Сам тоже вернёшься?

– Нет.

– Тогда и я не вернусь.

– Почему?

– Ну… – Захар пожимает плечами. – Во-первых, я точно знаю, что мы никого не убивали. Там было семеро взрослых мужиков! Ты, конечно, крут, Каменский, но не настолько же. Да и думаю, ищут скорее меня, чем тебя. Потому что мой брат… Ты, наверное, не знаешь, но он был из тех… из «Братства». Ещё и из верхушки. Боюсь, никому не интересно, имею я отношение к этому убийству или нет. Слишком легко будет повесить его на меня. Ну, типа – месть за брата. Кстати, я и правда хочу найти его убийцу. Поможешь? Всё равно мы теперь в бегах.

– Как ты себе эти поиски представляешь?

– Так… есть кое-какие идеи, – упрямо говорит Захар. – Так хочешь помочь?

На самом деле я хорошо помню Евгения Меньшикова. Это один из тех аристократов, которые пытались напасть на меня в подземелье Колдуна. Там я был вынужден выпустить тьму – о чём ничуть не жалею. Она убила их всех. Сволочей, которые собирались покупать чужие источники. А вот Меньшикова я выпил сам, потому что у него был тёмный эфир. Так что нужный Захару убийца – это я.

Князь Меньшиков-старший сам пошёл за Колдуном. А значит, мразью он был ещё той. Но всё равно я чувствую перед Захаром вину. Конечно, признаваться и посыпать голову пеплом не собираюсь. Но выходит, я ему должен. По крайней мере должен решить нашу общую проблему.

Интересно, о каких идеях он говорит. Понятно, что меня в убийстве брата не подозревает. В голову не придёт, что какой-то там курсант нагнул всю шоблу Колдуна. Это знает только Матвей Соболев.

– Давай решать проблемы по мере поступления? – Пинаю какой-то мелкий камень. – Для начала надо бросить эту тачку и переодеться. Не знаю как у тебя, а у меня все шмотки в крови.

– У меня тоже. – Он расстёгивает ворот и показывает заляпанную кровью майку. – Хорошо, в машине на заднем сиденье толстовка валялась.

Хорошо или нет – ещё вопрос. Толстовка ярко-красного цвета. В такой даже от марсиан не спрятаться – разглядят со своего Марса.

– Кстати, ты так и не ответил, как мы оказались тут.

– Ну… Я хотел добраться до своего поместья. Тут осталось километров шестьдесят.

Он выглядит странно спокойным. Видимо, реакция на стресс.

– Совсем дебил? Нас ищут. Значит, туда уже выдвинулись люди князя Львова.

– Не подумал. И что же делать?

Клизма Шанкры… Мой смартфон остался в управлении, и на нём стоит крутая защита от отслеживания. Но мобила Захара здесь. А значит, сюда в любой момент могут пожаловать гости!

Разбирать гаджет глупо. Наверняка уже отследили. Но я всё равно вытаскиваю аккумулятор. Поискав глазами подходящее место, нахожу его и швыряю все детали гаджета в дыру сортира рядом со сторожкой.

– Ты чего? – подхватывается Меньшиков. – На фига?!

– Хочешь, чтобы наши передвижения через геолокацию видело всё управление? Давай гони! – Впрыгиваю в машину. – Скоро тут будет толпа народу. По твоему смартфону определить наше местоположение – как отнять у трёхлетки леденец.

– Не подумал… – Захар мотает головой и плюхается за баранку. – А куда?

Так… Кажется, я знаю, куда нам надо.

– Я покажу.

Я не зря выбираю путь к поместью барона Васильева. Этот поганый извращенец сдох пару месяцев назад – потому что я лично притащил его к сильно обиженному лешему. Но дело не только в том, что поместье пустует.

Во-первых, оно в стороне от Новорязанского шоссе, которое ведёт в деревню Меньшиково, где находится поместье Захара. Во-вторых, далеко от главной дороги, поэтому есть шанс, что безопасники там не появятся. К тому же рядом владения лешего, а он – тот ещё весельчак. Так отведёт глаза ненужным гостям – себя забудут. Надеюсь.

Вот там и бросим машину. И пока её будут искать (уверен – не найдут), вернёмся в столицу уже привычным автостопом. На это налички у меня хватит. Дальше будет видно.

Через час мы уже на месте. Вот знакомый ивнячок, в котором мы прятались с Семёном Феоктистовичем перед моим визитом к Васильеву, а вот и пляж. Правда, уже не такой вылизанный, каким был несколько недель назад.

Особняк выглядит ещё хуже, чем я помню: та же ржавая ограда, насмерть заросший сад, но разбитых окон стало больше. Даже знакомая статуя в виде кубической бабы поросла мхом.

На ржавых воротах – цепь.

– Куда?! – останавливаю Захара, собирающегося нажать на газ и снести ворота. – Хочешь, чтобы все видели, что сюда кто-то вломился?

– А как тогда?

– Просто подожди.

Замок на воротах – обычный навесной. Я создаю плетение иллюзорных пауков и…

…жестоко обламываюсь.

Тьма по-прежнему не отзывается. Вожусь минут пять, но напрасно. Тьма во мне, я её чувствую, а толку – ноль.

Оборачиваюсь и ловлю ехидный взгляд Меньшикова.

– Ну что, я погнал? – спрашивает он, разминая плечи. – Ща снесу к хренам!

– Открой багажник. Зачем тебе?

– Открой, я сказал.

– Да пожалуйста… – Он нажимает кнопку.

Багажник щёлкает и открывается. Некоторое время роюсь в инструментах. Болтореза ожидаемо нет, зато есть монтировка. Взвешиваю её в руке и подхожу к решётке. Усилие – и дужка замка выскакивает из отверстия. Снимаю цепь и толкаю ворота.

– Загоняй, – машу рукой.

Когда машина заезжает внутрь, снова вешаю цепь как было. Со стороны не понять, что замок сломан.

Пока я вожусь с цепью, Захар загоняет машину во внутренний двор, и теперь её от ворот не видно. Всё вообще выглядит так, будто тут сто лет никто не жил.

– Давай поищем, может, найдётся, во что переодеться, – приглашаю Меньшикова, указывая на разбитое окно.

Помнится, барон Васильев был тот ещё жирный кабан, хотя и медведь-оборотень. И напяливать его тряпки мне как-то не хочется. Но была ещё охрана, и найти тут какую-нибудь «горку» вполне реально.

Комнату охраны находим почти сразу. От остальных помещений особняка она отличается казённой простотой и разбитыми мониторами видеонаблюдения на стенах. Шмоток там, к сожалению, нет. Да и вообще дом выглядит так, будто его неплохо так обшмонали. Видимо, после смерти хозяина охранцы времени зря не теряли и вытащили всё, до чего дотянулись.

Зато в кранах всё ещё есть вода, так что я снимаю футболку и отстирываю её как могу. Натягиваю мокрую – ничего, высохнет на мне. Захар просто снимает свою и остаётся в толстовке. На его футболке почему-то намного больше крови. Стирать её бессмысленно.

Так, теперь штаны…

– А кто тут у нас такой умный? – внезапно раздаётся знакомый голос.

Ну конечно. Семён Феоктистович собственной персоной. Не иначе соскучился по мне, раз явился мгновенно и без зова.

Даже не знаю, рад я его видеть или нет. Теоретически леший вполне способен как помочь, так и напихать полную панамку неприятностей. Но мне помогал уже не раз…

– Кто тут у нас опять решил на чужом добре нажиться? – продолжает леший. И без паузы: – О, да это ж Никита Каменский! Не признал, прости.

Врёт, понятно. Узнал, ещё в дом не зайдя. А скорее – и зашёл-то, потому что обнаружил моё присутствие.

– Что-то ты сюда зачастил, а? – хмыкает леший. – Либо киношку новую принёс?

Не сразу соображаю, о чём он. Но вспоминаю: первый раз леший увидел меня в компании с химерингом – монстром из разлома. Чистое кино, причём ужастик. Второй – с голой девицей на руках. Тогда леший с чувством сказал, что давно не видал порнушки. Ну а в третий раз я припёр к нему в лес самого российского императора. Это уже политический триллер.

Теперь у нас однозначно детектив, но напарник в нём у меня не особо интересный. Такой же пацан.

Леший быстро его оглядывает и разочарованно машет рукой:

– Мельчаешь, парень! Всего лишь младшенького Меньшикова притащил! Что, парни, прибыли в лесу у меня поселиться? Одобряю. Обращу обоих упырями, будете мне грибников от леса отпугивать. Согласны?

– Да у меня своих проблем выше крыши. Хорошо подумайте: оно вам надо, такого упыря? – улыбаюсь и тычу Захара в бок, чтобы поклонился. – Хорошего дня, Семён Феоктистович! Мы ненадолго… машину вот поставить.

– На которой от полиции удрали? – хмыкает леший.

И это ни хрена не догадка. Он констатирует факт. Но удивляться нечему. У него есть смартфон с интернетом, конечно, всё уже видел.

Вообще, нечисть не особо интересуется людьми. Только с точки зрения пожрать и развлечься. Так что вряд ли леший будет связывать нас и волочь в ту же полицию.

С другой стороны – что я знаю о его моральных принципах?

– Так можно машину оставить? Вроде она вам проблем не создаст.

– Мал ещё… проблемы мне создавать. – Он смотрит на меня, склонив голову набок. И задумчиво так добавляет: – А вот решить вполне можешь!

– Да кто ты вообще такой? – вдруг хмуро спрашивает Захар. – Делать нам нечего – твои проблемы разгребать? Твоё поместье, что ли?

Семён Феоктистович снова уделяет ему внимание. И смотрит как-то…

…нехорошо.

Приходится снова сунуть Захару кулаком в рёбра, чтоб заткнулся. Но лешего не уважать – это всю местную нечисть против себя настроить.

– Да ты…

– Это леший, хозяин местного леса, – прерываю его. – И если не хочешь стать упырём, так хоть поздоровался бы.

– Ух! – потрясённо выдыхает Захар. – Ух ты! Простите, дедушка! Доброго вам дня!

Леший закатывает глаза.

– Семён Феоктистович! – представляю я. Отлично помню, что за обращение «дедуля» леший наколдовал тучу блох. Правда, не мне, а моему кошаку.

– Ага, простите! Ну ни фига себе!

– Туповат, – делает вывод леший. – А ещё Меньшиков. Так что, парень, – обращается он ко мне, – возьмёшься помочь?

– А что нужно? – спрашиваю в ответ. – Если смогу – сделаю. Но помните: долг платежом красен.

– До чего ж ты наглый… – восхищается леший. – Смотри, навкам отдам, как надоешь. Они не только танцевать умеют. Или вон безопасникам сдам, а уж с них спрошу за это по полной программе.

– А получится сдать-то, Семён Феоктистович? – ухмыляюсь я.

– Глянем… – хмыкает он и великодушно говорит: – Да пошутил я. Ты вот что, парень…

Но тут я слышу шорох шин и урчание мотора. Потом раздаётся резкий автомобильный гудок.

– Шухер! – Захар делает попытку смыться. – Валим, пока нас не взяли!

Удерживаю его за капюшон толстовки.

– Где ты таких слов набрался? Это одна машина. И явно не служебная. Судя по звуку мотора – дорогая тачка.

Леший вдруг начинает ржать. Аж пополам сгибается.

И когда из сада доносится девичий голос, я понимаю причину его смеха.

Сюда явилась та самая девица, которую я вынес на руках из разлома. Как тут не ржать.

Клизма Шанкры!..

– Господин князь! Я знаю, что вы там! Выходите, я приехала за вами!

Княжна Ольга Назарова. Вот уж сюрприз так сюрприз!

– Она одна, не ссыте, – говорит леший.

⁂

Двумя часами раньше

В кабинете князя Назарова

Князь Назаров крутил в пальцах крохотную булавку. Когда-то её пара была незаметно приколота к рюкзаку Никиты Каменского. Просто на всякий случай, чтобы не упускать интересного юнца из виду.

С того момента прошло не так много времени. А вот событий случилось немало, и князь до сих пор чувствовал себя обязанным Каменскому за спасение дочери. И сейчас появилась прекрасная возможность отдать долг.

Но кто сказал, что отдачу долга нельзя совместить с собственной выгодой?

– Беркутов! – негромко позвал князь.

– Ваше сиятельство? – В комнату тут же заглянул Владислав Беркутов, вызванный ещё час назад, но до сих пор не принятый начальством.

– Новости видел?

– Видел, Виктор Алексеевич.

– Что думаешь?

– Парень невиновен, ваше сиятельство. Даже вдвоём с тем, вторым, как его… Меньшиковым они не вырубили бы семерых здоровых обученных мужиков. Это просто невозможно.

– И какой из этого следует вывод?

Князь постучал булавкой по столу. Владислав Беркутов заворожённо проследил за его движением.

– Ну? – потерял терпение князь.

– Это подстава.

– Это я и без тебя понимаю, Владик, – поморщился Назаров. – Вопрос в том, почему Тайная канцелярия верит в его виновность. А если не верит – зачем и кому нужно, чтобы верила. Понимаешь?

– Но Тайная канцелярия подчиняется только императору…

– Вот именно, Владик. Вот именно. – Князь откинулся на спинку кожаного кресла. – Я могу вытащить его из этой передряги, хотя бы под домашний арест, но для этого мне надо, чтобы он стал кадетом моей школы.

– Вы хотите его найти? – понимающе кивнул Беркутов. – Сейчас подниму группу…

– Стоп. Булавка показывает, что парень всё ещё находится в Главном управлении. А судя по новостям, это не так. Значит, в управлении находятся только его вещи с моим маячком. Но где же сам Каменский?

– Я могу его найти! – вдруг раздался от двери голос дочери.

Подслушивала. Впрочем, скрывать свои намерения от Ольги Назаров и не собирался.

– То есть твой интерес к князю ещё не пропал? – спросил он с любопытством.

– Синдром эмоциональной зависимости к спасителю жизни, папочка, – сладко сказала княжна, – ты же помнишь! К тому же князь такой обаятельный!

– Ещё скажи, что ты собралась замуж за этого мальчишку.

– Прекрасная партия, – кивнула она. – И я уверена, что ты сам об этом подумываешь.

Назаров прищурился. Надежду выдать дочь замуж он потерял ещё до её похищения. Она даже шуток о возможном браке не выносила. Может, доктор был прав и синдром эмоциональной привязанности к спасителю жизни сохраняется и после выздоровления? Переходя в банальную влюблённость?

– Я действительно могу его найти, – спокойно сказала дочь.

Ольга Назарова никогда не была капризной и взбалмошной барышней. И не бросала слов на ветер.

– И как ты собираешься его искать?

– У меня есть способы. Так как, папа? Тебе нужна моя помощь? Смотри – передумаю. Найду и тебе не скажу.

– Давай попробуем, – согласился князь.

– Но ты отпустишь меня без охраны.

Назаров развёл руками:

– Извини. Это совершенно исключено.

Ольга прикусила губу.

– Ладно. Но прикажи им мне не мешать.

– Согласен.

– Ты пообещал!

Ольга вылетела из кабинета, чтобы через несколько минут снова ворваться, держа что-то в кулаке. Разжав ладонь, она высыпала на стол князя несколько тёмных волосков.

– Вот. Это волосы Каменского. Я сделала поисковой артефакт.

«Была бы ты её высочеством Анастасией, тогда конечно», – подумал Назаров, но вслух сказал:

– Твоего артефакта хватит максимум на пару часов.

– Этого вполне достаточно, – пожала плечами Ольга. – Вряд ли он сумел сесть на какой-нибудь самолёт.

– Пожалуй… – протянул Назаров. И уточнил: – То есть ты не зря лезла к нему обниматься.

– Конечно, папочка! – томно подтвердила Ольга. – Синдром – он такой синдром!

Она закатила глаза, а Назаров тяжко вздохнул.

– Поздравляю, – язвительно сказал он. – Но ты же понимаешь, что у Каменского может быть стелс-артефакт, закрывающий как раз от поисковиков.

– Сомневаюсь, – деловито ответила дочь. – Зачем он ему?

– Всё может быть… – задумчиво произнёс Назаров.

В тот день, когда Каменский вернул ему Ольгу, булавка была у него на рюкзаке. А вот три дня до этого рюкзака нигде не было. Так что, вполне возможно, стелс-артефакт у мальчишки есть.

Но почему не попытаться?

– Хорошо, – кивнул он. – Найди его и привези сюда. Беркутов, обеспечь две машины.

– Я за рулём! – немедленно потребовала Ольга. – И еду в машине одна. Достали твои хвосты!

– Хорошо, – вздохнул Назаров. – Три машины, Владислав.

Разумеется, поисковые артефакты умели делать не только принцесса Анастасия и княжна Назарова.

Разумеется, Тайная канцелярия уже озаботилась этим. Достать волосы или частички кожи Каменского и Меньшикова – не проблема, достаточно посетить комнаты, где они живут. Для чего нужен ордер на обыск. Ордер нужно выписать.

Потом нужно озадачить штатных артефакторов. И отобрать людей, способных задержать предполагаемых преступников, убивших, на минуточку, семерых безопасников.

Князь Назаров знал, что Тайная Канцелярия действует очень быстро. Но вот создание поискового артефакта занимает не менее десяти часов.

А значит, у его дочери однозначно большая фора во времени. И артефакт, позволяющий отыскать князя Каменского, она сделала ДО сегодняшней истории.

Вопрос только, за каким чёртом?

⁂

Спустя несколько часов Назаров уволил всех бойцов, отправленных сопровождать Ольгу, за профнепригодность. И велел Беркутову донести причину увольнения до всех возможных работодателей.

Тем не менее, глядя на фотографию дочери, он испытывал немалую гордость.

И почти неконтролируемый страх.

Опять одна. Опять неизвестно где. Причём скрытая стелс-артефактом, о котором, разумеется, тоже позаботилась. И как её искать?!

Но зная целеустремлённость дочери, князь Назаров был практически уверен, что Никиту Каменского она нашла. А значит…

…не стоит за неё особенно волноваться.