Сареф оказался прав. Всего через полчаса ходьбы показались городские ворота, которые сейчас, в дневное время, были открыты. Впрочем, когда они приблизились — навстречу им вышли 2 стражника с копьями.

— Приветствуем вас в городе Ганск, — поздоровался один из них, — весьма необычно видеть такую компанию. Тем не менее, согласно правилам, мы обязаны узнать ваши имена и цель визита.

— Всё в порядке, ребята, — мягко сказал Ансильяш, снимая капюшон своего плаща, — мы просто идём по своим делам.

— Мастер Ансильяш! — оба стревлога моментально узнали одного из своих командиров и тотчас встали на одно колено, — у нас тут всё спокойно, согласно регламенту, никаких нарушений…

— Вольно, — так же мягко ответил Ансильяш, — ну а мы, как видите, просто идём по своим делам.

— Дела — это хорошо, но мы всё равно должны узнать имя вашего спутника, — начало было первый.

— Да ты глаза разуй, дурень! — шикнул на него второй, — ты что, не видишь, что это Сареф? Тот самый Сареф!

— Сареф, — выдохнул первый, по-новому глядя на него. И если в первый раз стражник смотрел на Сарефа с любопытством и благожелательностью, то теперь в его взгляде присутствовало немалое уважение, — а как же вы…

— Мне пришлось отправиться в командировку… в не очень приятное место, — ответил Сареф, — и мастер Ансильяш был так добр, что отправился туда со мной. И его навыки очень мне помогли. Там же, в этом неприятном и опасном месте, мы спасли эту девочку. И она тоже очень хотела сюда попасть.

— Ааа, — понимающе спросил первый стражник, — а твои мама и папа…

— Я их не помню, — грустно ответила Ариша, — совсем не помню…

— Ну, ничего, — утешающе сказал второй стревлог, — девочку, если нужно, мы быстро пристроим. А то ж раньше, при нашем образе жизни — неохотно мы заводили детей. Потому как — что мы могли им дать? Такой жизни, как у нас, никому в Системе не пожелаешь. Зато теперь, когда у нас есть своя земля, свой дом… Я знаю много молодых пар в городе, которые с удовольствием её возьмут.

— Я не хочу оставлять дядю Ансильяша! — Ариша топнула маленькой ножкой и вцепилась в руку салатовому стревлогу.

— Ну, надо же, — хмыкнул один из стражников, — маленькая карьери…

Однако в этот момент Ансильяш с такой яростью посмотрел на него, что тот подавился остатками своих слов. Сареф понимающе закатил глаза. Шутка была крайне неудачная, особенно в контексте того, из какого ада им пришлось вытаскивать эту девочку.

— А вот тут я с тобой согласен, парень, — неожиданно подал голос Хрипунец, — я уж не знаю, как, но однажды Красный Папочка горько пожалеет о том, что он сделал.

— Тебе-то до неё какое дело? — мрачно поинтересовался Сареф, — до этого момента я вполне серьёзно полагал, что ты сам и подарил ему эту девочку, в знак доброй воли или чтобы закрепить какие-нибудь соглашения.

— Ты всё-таки не оставляешь попыток ужалить меня посильнее, — невозмутимо заметил Хрипунец, — что ж, признаю, сейчас попытка была весьма неплоха. Но нет, парень, я никогда не торговал детьми своей расы, что бы ты обо мне ни думал.

— А детьми иных рас? — невинно поинтересовался Сареф.

— Ну, этим уже приходилось, — невозмутимо ответил Хрипунец, после чего вкрадчиво поинтересовался, — а что, ты хочешь почитать мне мораль? Меня самого навсегда разлучили с моей матерью ещё тогда, когда я был младше этой девочки. И никого, в принципе, тогда сильно не интересовало, насколько мне было плохо и больно.

— Тебе, в любом случае, никому уже мстить не придётся, — злорадно заметил Сареф, — твой путь, так или иначе, окончится на виселице или на плахе Эльшехесса.

— Посмотрим, — бесстрастно ответил Хрипунец, — посмотрим…

— Моя дорогая, — Ансильяш тем временем обнял Аришу, которая вцепилась в него, — я тоже очень не хочу с тобой расставаться. Но мне ещё нужно будет уходить по делам. И, возможно, меня долго не будет. Но здесь у тебя наверняка появятся новые друзья. И тебе же обязательно надо будет учиться. А я буду тебя навещать…

— Но, дядя Ансильяш! — возмущённо сказала Ариша, — ты же сам сказал, что здесь теперь — наш дом. Почему ты просто не можешь взять меня к себе в дом? И мы бы стали там вместе жить. Я буду очень хорошей дочкой, честно-честно!

Ансильяш со страдающим выражением на морде повернулся к Сарефу. Но тот лишь пожал плечами, предоставляя стревлогу разобраться с этим самому.

— У меня пока и дома-то своего нет, милая моя, — выдавил из себя, наконец, стревлог.

— Мы его построим! — уверенно сказала Ариша, — ты же обещал, что здесь у каждого нашего брата будет свой дом.

— Каждому дом построить — дело небыстрое, — Ансильяш, наконец, взял себя в руки и заговорил уже более твёрдым голосом, — не переживай, моя дорогая. Мы на какое-то время останемся в клане. А там — ты обязательно подружишься с остальными ребятами.

Эти слова хоть и не успокоили Аришу, но она всё же поняла, что дальше спорить не было смысла. Тем более — на входе в город. Поэтому, ещё раз кивнув стражам, они продолжили свой путь.

Внутри Ганска Сареф с искренним любопытством оглядывался. Ему было невероятно интересно, как же тут обустроились стревлоги. И, действительно, их здесь было очень много. Обстановка была вполне спокойной, стревлоги шли куда-то по своим делам. При этом они шли вперемешку с людьми — и, в принципе, никто ни на кого не бросался. Подобное миролюбие было прямо-таки удивительно, но Сареф напомнил себе, что, всё-таки, прошло уже 3 месяца. Это в дальних глухих деревнях сидят перепуганные люди, которые не понимают, что происходит. В городах же, судя по всему, уже навели порядок.

Изредка среди прохожих встречались и орки. И вот они выглядели совсем неважно. Старая одежда, угрюмые взгляды, на лицах нередко были шрамы. С другой стороны, и этому тоже было объяснение. Наверняка это были беженцы из Ханства Мародёров, которым сначала как-то надо было сбежать из самого Ханства, потом каким-то чудом пересечь Хриплый Перешеек, а потом ещё и земли Маркуса Мэндрейка, на которых орков, мягко говоря, не жаловали. Очень мягко говоря. Впрочем, ящеры сейчас должны были внимательно отслеживать каждого прибывающего на их земли. Так что если эти орки находились здесь — значит, контроль от стревлогов они прошли.

В этот момент они подошли к зданию мэрии. Само здание было стареньким и ветхим, и явно нуждалось в ремонте. Собственно, то, что это мэрия, Сареф понял только потому, что рядом с ним перед его глазами вспыхнуло Системное окно, сообщающее о том, что он находится на территории Голубой Категории безопасности. Что ж, по крайней мере, в городах категории безопасности уже начали работать, как положено.

— Здесь мы тебя ненадолго оставим, — сказал ему Ансильяш, — я договорюсь, чтобы нам организовали портал в Эльшехесс, да посмотрю, где пока можно пристроить Аришу. На время, моя дорогая, на время, — ласково добавил Ансильяш, увидев, как девочка недовольно надулась после этих слов, — это займёт где-то 2–3 часа. Можешь пока погулять по городу. Увидимся здесь.

После этих слов стревлоги ушли, а Сареф оказался предоставлен сам себе. И он даже не особо знал, чем себя занять. Мимо шли жители города по своим делам, и на него точно так же никто не обращал внимания, справедливо решив, что если человек прошёл сюда и через границу клана, и через стражу на входе в город, значит, он имеет право тут находиться.

С двадцать минут Сареф просто бесцельно слонялся по городу, пока не вышел на рыночную площадь. И здесь уже было поинтереснее.

Несмотря на самый пик торговли — время как раз было после обеда — работала едва ли четверть всех прилавков. И, что было примечательно, за всеми работающими прилавками стояли человеческие женщины. А к ним — длинные очереди стревлогов.

Подойдя к палатке, где торговали овощами, Сареф заметил огромную табличку, на которой белой краской было написано: «ВСЕ ЦЕНЫ НА ТОВАРЫ СОГЛАСОВАНЫ С МЭРИЕЙ. КОМУ ДОРОГО — ИЩИТЕ ТАМ, ГДЕ ДЕШЕВЛЕ!»

Впрочем, табличка помогала мало. Потому что прямо сейчас за прилавком происходил скандал.

— Серебряная монета за килограмм лука посередь лета! — возмущалась стревлога в пышном черно-белом платье и таком же чепце с круглыми оборками (выглядело это, кстати, довольно забавно), — уселась тут, и наживаешься на нашем горе, кровососка несчастная!

Торговка, измученная черноволосая женщина в синей косынке, устало ткнула рукой в сторону таблички.

— Да плевать я хотела на твою табличку! — взревела стревлога, — ты ж там, небось, всех и подкупила, чтобы теперь с простых стревлогов деньги тянуть.

— Ишь, ты! — всплеснула руками женщина, — да если б я могла мэрию подкупить — я бы не тут сидела и не овощами торговала. Ты б сама в свою мэрию сходила! Там сейчас каждой монетке, каждой буковке учёт, о чём ты говоришь⁈

— А что я должна ещё думать, когда вижу такие цены⁈ — возмутилась стревлога, — если только за один лук столько денег отдавать — чем детей кормить?

— А я своих детей, значит, должна воздухом кормить? — обозлилась торговка, — и так по согласованию с мэрией продаю почти что себе в убыток! Не нравится — иди, жалуйся! Твои же сородичи в мэрии сидят, так пусть они придут и поставят меня на место, раз я такая бессовестная!

Стревлога бешено заморгала, но ответить ей на это было нечего. После чего она в гневе обернулась и, увидев неподалёку Сарефа, накинулась на него.

— А ты чего уши развесил, сопляк⁈ Смешно тебе⁈ Наслаждаешься, как с нас последние соки тянут⁈

После чего она осеклась. Кидаться на Сарефа было огромной стратегической ошибкой. Уже одного только демонического огня, на мгновение вспыхнувшего в его глазах, было достаточно, чтобы любого оставить заикой до конца жизни. Тем не менее, Сареф решил закрыть вопрос до конца.

— Во-первых, здравствуйте, — невозмутимо сказал он, — во-вторых, неразумно в вашем положении разбрасываться такими оскорблениями. Сравнивая ваши габариты с этой несчастной женщиной, — он невозмутимо кивнул в сторону торговки, — кровосоской, как вы понимаете, я назвал бы вовсе не её. В третьих, не кажется ли вам, что в ситуации, когда на всём рынке работает едва ли четверть прилавков — немножко неразумно гнобить оставшихся торговцев? Лопнет терпение у них, они тоже уедут — и тогда еду вообще брать будет негде. Или вы думали, что приедете сюда — и вам дадут сразу всё, самое лучшее и бесплатно? Не выйдет, уважаемая, на своё благо придётся поработать.

Попытка Убеждения… Успех!

— Да кто бы сомневался, что ты на её сторону встанешь, — фыркнула стревлога, — ууу, гады, ну ничего, доберутся ещё до вас, вот тогда попляшете!

После этих слов она швырнула торговке серебряную монету, свободной рукой загребла лука в свою корзину, причём явно побольше килограмма, после чего развернулась и затопала прочь. Впрочем, судя по тому, с каким облегчением торговка смотрела ей в спину, и с какой благодарностью — на Сарефа, это ещё считалось благоприятным исходом. Да и остальные стревлоги в очереди, до того явно накрученные этой крикливой особой, присмирели, как барашки. После чего торговля продолжилась уже в мирном русле.

Сареф, покачав головой, направился прочь. Вечно одна и та же история. Он готов был свой Игнаримх поставить на то, что управленцы стревлогов перед этими торговцами чуть ли не на коленях стояли, умоляя их не уезжать. Потому что без их налаженных связей, без их поставок, без их торговых цепочек здесь просто будет нечего есть. Но обычные стревлоги этого, конечно же, не понимают — и потому с несчастных торговцев за их же доброту крови ещё попьют…

Внезапно внимание Сарефа привлекла группа стревлогов, которые, судя по их экипировке, а так же крайне вымотанному виду, возвращались из похода.

— … да сегодня Слепой Садовник вообще какой-то лютый был, — донеслось до Сарефа, — еле свалили его. И то третий уровень только. А Сиреневого Феникса хоть кто-то, хоть раз заборол?

— Пока никто ни разу, — ответил ему другой ящер, у которого на поясе покачивалось весьма экзотическое оружие в виде крюка на цепи, — никому ещё, гад такой, не даётся.

— Хватит болтать, — одёрнул их глава отряда, шедший посередине, — топайте, давайте, нам ещё в гильдию ходоков надо успеть, добычу сдать, вечером наболтаетесь…

Гильдия ходоков? Неужели они уже открыли в клане Агруменаш своё представительство? Причём не в столице, Элешехессе (а, скорее всего, не только там), но и в более мелком Ганске. На это, признаться, Сарефу хотелось поглядеть, да и ему в голову неожиданно пришло, что до этого он ни разу не был ни в одном представительстве гильдии ходоков. И раз уж он сейчас никуда не спешил, и ему подвернулась весьма удачная возможность это исправить — Сареф, держась поодаль, неспешно направился вслед за стревлогами…