По мотивам повести М. Гончаровой

«Тупо в синем и в кедах»

Оформление сцены

Черный кабинет. Экран. В левой части авансцены два старых кресла, журнальный столик шестидесятых годов, абажур. Перед правой частью авансцены – дом с балконом в итальянском стиле, но с соломенной крышей.

Зал.

Подиум, идущий от сцены до задней стены зала.

Действующие лица

Лиза Бернадская

Дима – папа Лизы

Кузя – мама Лизы

Агнесса – мачеха Димы

Полина Игоревна — пожилая учительница английского языка

Хаят – подруга Лизы

Агнешка – подруга Лизы

Вика – неформальный лидер класса

Рена – одноклассница Лизы

Доктор Натан

Врач родильного отделения

Илай

Пауль Францевич – учитель физики и руководитель школьного театра

Оксана – учитель истории

Физрук

Директор школы

Андрей – предмет тайной любви Хаят

Отец Хаят

Братья Хаят

Танцевальная группа

Группа в ростовых куклах

Волонтер

Подросток

Сцена 1

Звучит музыка Малера «Больной ребенок». На экране сменяются два варианта картины Мунка «Больная девочка». Гаснет свет. Мелодия песни «Стюардесса по имени Жанна».

Подиум заполняют девушки, одетые в синюю форму и пилотки.

Идет дефиле на подиуме. На сцену опускается декоративный подвес, на котором подвешены модные кеды и лабутены.

На сцену справа и слева выходят шесть девушек, которые снимают со штанги и надевают обувь.

На экране, сменяясь, появляются картины Ван Гога.

Звучит песня «Водил меня Серега на выставку Ван Гога»

На сцене танец девушек в лабутенах, кедах и офигительных штанах. Одна из девушек в огромных очках падает.

Сирена скорой помощи.

На экране капельница. Звук капающего раствора.

Сцена 2

На экране капельница. В левой части авансцены отец Лизы Бернадской и мать Лизы на последнем месяце беременности.

Дима поглаживает живот жены, пытаясь ее успокоить.

Дима: Успокойся, тебе же нельзя волноваться!

Кузя: Лиза, онкология – это приговор. За что?

Дима: Доктор Натан сказал, что онкогематологическое заболевание сегодня не приговор. Наука рванула вперед. До девяноста трех процентов детей вылечиваются. Наши врачи научились делать пересадку костного мозга. Доктор Натан приходит к нашей девочке каждый вечер. Они замечательно разговаривают. Доктор Натан говорит, что девочка держится молодцом. Она настроена на выздоравливание. А это самое главное. Врачу надо помогать.

Кузя: Я должна приходить к ней каждый день.

Дима: Врачи сказали, что ты должна лечь на сохранение, иначе есть угроза потерять ребенка.

Кузя: Бедная Лиза!

Дима: Она не бедная. Она богатая нашей любовью и обязательно поправится. И ты должна ей помочь, подарив сестренку. (Гладит жену по животу.)

Гаснет свет.

Сцена 3

Трек из фильма Ф. Феллини «Восемь с половиной».

На подиуме ростовые куклы. Это волонтеры, которые принесли подарки больным детям: детские раскраски, пластилин, куклы. На сцене три ширмы. За средней ширмой Лиза.

Ростовые куклы по подиуму продвигаются к сцене, попутно раздавая подарки сидящим слева и справа от подиума.

Из-за двух крайних ширм за подарками протягиваются детские ручонки. При попытке передать подарки средняя ширма падает. За ней Лиза в маске.

Лиза: Голову возьми в руки!

Волонтер снимает голову осла.

Лиза (брезгливо держит детские раскраски). Мне шестнадцать лет! Усек?

Волонтер: Прости, нас не проинформировали в деталях.

Лиза: Ну ты, тупой бот. (Передразнивает.) «Привет, как тебя зовут, чувак?» Получи дизлайк. Ок!

Волонтер: Я, я, я – Ник. В смысле Коля.

Лиза: Слушай, Коля. Вали отсюда. У меня через десять минут химия.

Волонтер: Бедная Лиза.

Лиза (зло): Я не бедная! Я пока что бледная! Но, даст бог, еще буду румяной. Доктор Натан обещал. А я ему верю. Все… конец связи.

Волонтер: Б-ледная Лиза.

Гаснет свет.

Сцена 4

На сцене Дима и врач родильного отделения клиники.

Врач (с трудом выговаривая слова): Ребенка спасти удалось. А мать… (разводит руками).

Дима дрожащей рукой достает сигарету. Пытается прикурить и не может. Сминает сигарету и бросает ее на пол. Отныне этот жест станет постоянным в его жизни в случаях наивысшего нервного напряжения.

Врач (дружески обнимая Диму за плечи): Я все понимаю.

Мы делали все, что могли. Но тут такая ситуация. Я связался с онкологами из соседнего отделения. Новорожденная сестричка – спасение вашей Лизы. Коллеги возьмут пункцию у новорожденной и осуществят пересадку костного мозга Лизе. Соберитесь, вам есть за кого бороться.

Дима: Как, как я скажу Лизе?

На экране картина Мунка «Крик». Музыка Густава Малера.

Сцена 5

На экране доктор Натан в операционном облачении. На сцене Дима.

Доктор Натан: Могу нас поздравить. Операция прошла успешно. Есть все шансы на вывод ребенка в устойчивую ремиссию.

Дима (глухим, тусклым голосом): Да… да… это ваша победа.

Доктор Натан: Это наша победа. Лизу скоро можно будет увидеть. Она молодчинка… Но тут еще что… Борьба продолжается… Не знаю, как и начать. Лиза говорила, что вы с супругой музыканты.

Дима: Были. После ее ухода я не беру гитару в руки.

Доктор Натан: Это я к тому, что, судя по всему, вы человек небогатый.

Дима: Куда уж там. Не надо вокруг да около. Говорите прямо, по-мужски, без экивоков.

Доктор Натан: Дальше потребуются импортные лекарства. Существуют отечественные аналоги, но они дают плохую побочку.

Дима: Не понял.

Доктор Натан: Опасный для больного побочный эффект.

Дима: Ясно.

Доктор Натан: Импортные лекарства безумно дорогие.

На экране прейскурант с указанием цен в долларах и рублях.

Доктор Натан: Логично, конечно, обратиться в благотворительные фонды и начать сбор средств.

Дима: Нет. У Лизы мамин характер. Гордый и непреклонный. Она будет делать все, чтобы окружающие оставались в неведении о ее недуге.

Экран гаснет, Дима сминает сигарету и берет в руки гитару. За его спиной появляется силуэт жены со скрипкой. Гитара и скрипка (музыка Вивальди).

Сцена 6

В двух разных частях авансцены Дима и Агнесса (Агния) – мачеха Димы. Разговор по мобильным телефонам.

Дима: Агнешка, тут такие дела… Лизу выписывают из клиники. Обстоятельства сложились так, что квартиру я продал и решил с девочками переехать в ваш городок. Подыщи комнату, которую я мог бы снять. Нам с девочками достаточно метров двадцать.

Агнесса: Это все пердимонокль, драгоценные вы мои! И чтобы вы, дураки такие, подняли свои тупые задницы, собрали свое никчемное барахло и переехали ко мне жить, надоедать, докучать, раздражать и всем этим скрашивать мою одинокую старость. Будете следить, особенно зимой, чтобы я не вышмыгнула из дома. Потому что я все время падаю. А также подавать лекарства и ждать, когда же черт возьмет меня… на тот свет.

Дом, в котором я обитаю, принадлежит твоему отцу и, значит, Лизкиному деду. А значит, всем нам. А вечерами из граненого «стасика» мы сможем выпивать наливку вдовы моряка. Короче, никаких съемных квартир!

Дима: «Стасик» – это винтаж. Тем более что в вашем городе никто не знает о Лизкиной болезни.

После разговора Агнесса наливает в «стасик» и выпивает.

Сцена 7

В двух креслах Агнесса и Полина Игоревна. На коленях у Полины Игоревны альбом Мунка. Агнесса наливает в «стасики».

Женщины выпивают.

Агнесса: За воссоединение семьи. (Выпивают.) Это что у тебя за книга?

Полина Игоревна: Альбом Мунка.

Агнесса: Для меня эти ваши пердимонокли непонятны. Вот Айвазовский – это мое. Супруг от его картин тащился. Держи за покойного каперанга!

Выпивают.

Полина Игоревна: Счастливая ты. Раз – и в дамки. Семьей обросла.

Агнесса: Дима позвонил и сказал, что Лизу вывели в устойчивую ремиссию. А значит, после временного затвора в квартире она сможет пойти в нормальную школу. Класс!

Полина Игоревна: А как младшая девочка?

Агнесса: Беда с ней. Смышленый, ловкий ребенок. Все ловит с полуслова, но родилась глухонемой. Видать, сказался стресс матери из-за Лизы. Хотя, как говорит Дима, своим рождением она спасла старшую сестру.

Полина Игоревна раскрывает альбом Мунка. На экране картина «Наследственность». Вздыхает.

Полина Игоревна: И все-таки это счастье!

Агнесса: А где нынче твой пан Тони Матоски?

Полина Игоревна: Бог весть. Коли жив, так в Англии. Он же, как помнишь, поляк британского разлива.

Агнесса: Полина, у меня к тебе будет просьба. Лизонька некоторое время будет на домашнем обучении. А ты даешь частные уроки английского языка, сечешь литературу, классическую музыку, живопись (показывает на альбом Мунка). Поможешь? Ты не подумай. Она не с нуля. До болезни занималась.

Полина Игоревна: Отчего же не помочь? Только язык лучше изучать в группе. А у меня сейчас есть несколько интересных учеников с судьбой похожей и печальной. Я спокойно присоединю Лизу к ним.

Агнесса: Вот и поладили. За сказанное.

Чокаются, выпивают. Звучит мелодия песни «Вечер на рейде»:

Споемте, друзья,

Ведь завтра в поход

Уйдем в предрассветный туман.

Споем веселей,

Пусть нам подпоет

Седой боевой капитан.

Прощай, любимый город,

Уходим завтра в море…

Допивают и допевают вдвоем… Агнесса рассматривает фотографию мужа. На экране бравый каперанг с пышными усами.

Гаснет свет.

Сцена 8

Полина Игоревна (подходит к Лизе): Как стильно. Завтра я тоже так подстригусь. Красотка-длинноножка. Как стильно. Лизонька, расскажи о своей семье.

Лиза: Моя семья – моя армия спасения. Моя семья не большая и не маленькая. Мой папа, которого зовут Дмитрий, работает наладчиком медицинского оборудования. А по вечерам он кастрюлит, то есть таксует. Нелегально, конечно. Мы рады жить с нашей приемной бабушкой Агнией, потому что мы Агнию любим!

Полина Игоревна: Стоп, а теперь по-английски.

Лиза: Мы бы хотели еще кошку, собаку, котят, щенят, но пока нельзя. У меня нет друзей. Но будут. Я надеюсь. Вот же дура! Мой лучший друг – Полина!

Полина Игоревна: Стоп. Животных не обещаю. Но друзья скоро будут. Они уже на подходе.

Поет вместе с Лизой:

Stars shining bright above you;

Night breezes seem to whisper “I love you”,

Birds singing in the sycamore trees;

Dream a little dream of me.

Say nighty-night and kiss me,

Just hold me tight and tell me you’ll miss me,

While I’m alone and blue as can be

Dream a little dream of me.

Сцена 9

Звонок в дверь.

Полина Игоревна: А вот и мои юные френды. Дзевужки и вьюноши. Пока вам не исполнилось восемнадцать лет, мы научим вас интересному. Правда, Агнесса?

Агнесса: Полина, ты помолодела на тридцать лет.

Ты как девочка!

Полина Игоревна (ворчливо): Ну вот еще, девочка… А куда деть скорбь в моих глазах и сотни бед и приключений, что я нашла на свою задни… (меняет тон) и опыт, сын ошибок трудных… и случай, бог изобретатель… Простите, заговорилась я. Знакомьтесь, дети.

Хаят: Я – Хаят. По-чеченски Хаят – значит «жизнь».

Агнешка: А я – Агнесса с Украины. Агнесса, что значит «непорочная».

Лиза: Ух ты! Это супермегакруто. Получается, у нас теперь целых две Агнессы. Агнесса большая и Агнесса маленькая. Чтобы не путать, предлагаю маленькую назвать Агнешка. Хаят Агнесса – вместе получается «жизнь непорочная».

Агнесса: Хм-м-м… Я бы так про себя не сказала. А я уж точно не монашка.

Полина Игоревна: «Пусть гибну я, любви одно мгновенье дороже мне годов тоски и слез». Запомните, девочки – это из четвертого действия «Снегурочки» Александра Николаевича Островского.

Лиза: А по мне, эта цитата, если честно, – отстой и слюни.

Полина Игоревна (строго): Лиза, девушка не должна выражаться так вульгарно. А теперь, дети, пусть каждый расскажет о своей малой родине и о том, что привело вас в наш городок.

Агнешка: Мы весело и счастливо жили в Луганске. Но внезапно пришла непонятная война. Начались обстрелы. Работы не стало. В потоке беженцев наша семья пересекла границу и оказалась в этом городе.

Хаят: А мы чеченцы. Там тоже была необъявленная война. Я тогда еще не родилась. Но бабушка и старшая сестра умерли от голода. Они сидели две недели в подвале дома в Грозном без еды и воды. Родители выбрались из ада после Хасавюрта, где был подписан мир, который оказался недолгим. Уже здесь родилась я и два моих брата.

Лиза: А я заболела. Тяжело и, казалось, смертельно. Меня спасли, но лечение оказалось очень дорогим. И я практически разорила свою семью. Папе пришлось продать квартиру и переехать сюда. И хорошо, мне там не с кем было поговорить.

Те люди, которые знали меня до переезда сюда, испугались моей болезни и исчезли.

Полина Игоревна: Вот и отлично. Теперь вы познакомились. И мы будем вместе пить чай. Пойду заваривать по своему особому рецепту.

Агнешка: Miss Paulin, а где у вас здесь уборная?

Полина Игоревна: Воспитанная девочка должна задать вопрос в другой форме: «Где у вас можно помыть руки?»

Лиза: Я фигею…

Полина Игоревна выразительно смотрит на Лизу и уходит за чаем.

Хаят: Девчонки! Мы познакомились, и это хайкласс. Всем респект и уважуха. А знаете, что я сегодня поняла? Все мы беженки. Только ты, Лиза, от болезни, а мы – от войны.

Лиза: А давайте, пока Полина заваривает чай, перекинемся в картишки.

Девочки раскладывают карты и начинают играть.

С подносом входит Полина Игоревна.

Полина Игоревна: Это еще что такое?

Лиза: Мы же не на деньги. Мы на интерес.

Полина Игоревна: На интерес. А на людей не пробовали? Немедленно дайте сюда. (Отбирает карты и разрывает их на клочки.) По домам. Вы меня сегодня сильно расстроили.

Сцена 10

На сцене Лиза и Агнесса.

Лиза: Я что-то не просекла. С чего это Полина так взъерепенилась? Что такого мы сделали? В подкидного дурачка играли. И потом, к чему эти дешевые прикиды: вместо прямого вопроса: где здесь уборная? – спрашивать, где помыть руки?

Агнесса: Понимаешь, Лиза, Полина долго сидела в лагере.

Лиза: Аристократка Полина была посажена? За что?

Агнесса: За любовь.

Лиза: Как это? Когда?

Агнесса: В 1960 году. Потерпи, я расскажу. (Звучит фрагмент песни Б. Окуджавы из спектакля «Вкус черешни» – «Ах пане, панове».) Полина была переводчицей у серьезных людей.

Ну есть серьезные люди, а есть клоуны вроде нас. Полину послали в Англию, где она была переводчицей между делегациями. В Англии делегацией был Тони Матоски. Он поляк и во время войны воевал с фашистами в Италии в войсках генерала Андерса. Польская армия, сформированная в СССР, отказалась воевать вместе с нашими, когда стало известно о расстреле польских офицеров в 1940 году под Катынью. Был тяжело ранен под Монтекассино, где армия Андерса полегла почти полностью. После войны Тони ушел в леса и воевал уже с нашими, которые установили свой порядок в Польше. Затем эмигрировал и осел в Англии. Полина влюбилась в этого Тони Матоски. И не замутила просто так, ради подарков там или что, а по-настоящему влюбилась. Тони полюбил Полину тоже, всем сердцем. Он приезжал потом в Россию. Они хотели пожениться даже. А Полине не разрешили, а потом и посадили за связь с иностранцем.

Лиза: Ей не раз-ре-ши-ли любить этого Тони? Чужие люди не разрешили… чувствовать! Охренеть вообще! В 1960 году! Не в Средневековье. Не в сталинское омерзительное время! Моя учительница истории рассказывала мне про все эти дела, но в 1960 году была уже оттепель же!

Агнесса: Но стукачи были живы. Полина и Тони имели неосторожность сфотографироваться на фоне военного корабля. Его выслали из страны, а ей пришили статью про шпионаж и посадили.

Лиза: А зачем было на них доносить?

Агнесса: Стукачи живы всегда. Они сидели в своих норах и щелях, как крысы, вши и клещи, и продолжали вести привычный образ жизни – стучать. Вот они и накатали на Полину и Тони донос, что она бывает у него в гостинице «Интурист» и, самое страшное, ходит в магазин «Березка», где покупает еду за валюту, а еще они фотографировались на фоне военного крейсера. Короче, мистера Матоски выдворили из страны, а Полину посадили на пять лет.

Лиза: Я фигею. А что стало с доносчиками?

Агнесса: Они живы и здоровы. В семидесятых – восьмидесятых они продолжали писать доносы на тех, кто собирался выехать в Израиль, или на тех, кто надевал крестик и тайно ходил в храм молиться. Сегодня с таким же энтузиазмом они пишут доносы на тех, кто не носит крестик и не молится. Пойми, только на вшей нельзя написать донос, а люди со своими поступками и мировоззрениями всегда есть. И обязательно найдутся гниды, которые настучат. А после они селятся в освободившиеся квартиры или хапают чужой бизнес. Тех, кому испортили жизнь.

Лиза: Отстой! Но они же сломали Полине жизнь.

Агнесса: В том-то и дело. В лагере Полина сидела с уголовницами, где единственным языком общения был мат. Представляешь: тонкая, аристократичная Полина среди этих чмо! Но она не сломалась. Научилась материться так, что этим курвам и не снилось. Но после выхода из лагеря дала себе зарок блюсти чистоту языка. Это ее личный протест против всеобщего обыдления, когда блатная феня стала модной даже среди интеллигенции, не говоря уже об открыто матерящихся подростках, включая девушек. Теперь поняла, почему вместо «Где у вас уборная?» – надо говорить: «Где помыть руки?»? Такой вот пердимонокль.

Да, а мой-то каперанг тоже сгорел не за хрен собачий. Водил в зарубежных походах матросов, куда хотел (в музеи там всякие и на мюзиклы), а с замполитом не согласовывал. Тот настучал, и орла моего закрыли в стране. А куда он без моря? Быстро помер, царство ему небесное. Поняла?

Лиза: Поняла, что должна сделать Полине подарок.

Сцена 11

К Полине Игоревне входят ученики.

Полина Игоревна: Хеллоу, дети.

Лиза: Мисс Паулин, можно я сделаю вам подарок? Спою. Папа, он ведь музыкант, считает, что я это хорошо делаю.

Полина Игоревна: Отлично, а я как раз собиралась построить очередное занятие на исполнении вами английских песен.

Лиза: А можно я не на английском?

Полина Игоревна: А на каком?

Лиза: Вы точно поймете.

Поет на польском песню, посвященную армии Андерса:

Czy widzisz te gruzy na szczycie?

Tam wróg twój się kryje jak szczur.

Musice, musicie, musicie

Za kark wziąć i strącić go z chmur.

I poszli szaleni, zażarci,

I poszli zabijać i mścić,

I poszli jak zawsze uparci,

Jak zawsze – za honor się bić.

Czerwone maki na Monte Cassino

Zamiast rosy piły polską krew.

Po tych makach szedł żołnierz i ginął,

Lecz od śmierci silniejszy był gniew.

Przejdą lata i wieki przeminą,

Pozostaną ślady dawnych dni…

I tylko maki na Monte Cassino

Czerwieńsze będą, bo z polskiej wzrosną krwi.

Runęli przez ogień, straceńcy,

Niejeden z nich dostał i padł.

Jak ci z Samosierry szaleńcy,

Jak ci spod Rokitny, sprzed lat.

Runęli impetem szalonym

I doszli. I udał się szturm.

I sztandar swój biało-czerwony

Zatknęli na gruzach wśród chmur.

Czerwone maki na Monte Cassino…

Czy widzisz ten rząd białych krzyży?

To Polak z honorem brał ślub.

Idź naprzód – im dalej, im wyżej,

Tym więcej ich znajdziesz u stóp.

Ta ziemia do Polski należy,

Choć Polska daleko jest stąd,

Bo wolność krzyżami się mierzy —

Historia ten jeden ma błąd.

Czerwone maki na Monte Cassino…

Ćwierć wieku, koledzy, za nami,

Bitewny ulotnił się pył.

I klasztor białymi murami

Na nowo do nieba się wzbił.

Lecz pamięć tych nocy upiornych

I krwi, co przelała się tu —

Odzywa się w dzwonach klasztornych

Grających poległym do snu.

Czerwone maki na Monte Cassino…

Полина замирает и начинает перебирать фотографии на столе. На экране Тони в польской военной форме с орденами и Тони того периода, когда они познакомились, – в штатской одежде.

Полина Игоревна: Спасибо, Лиза! Ну как ты узнала? Ах да, Агнесса-старшая протрепалась…

Лиза (лукаво): Не протрепалась, а поделилась информацией.

Хаят: А я тоже хочу спеть, свою чеченскую песню.

Лиза: Слушай, я все хотела спросить… Ты ведь не совсем похожа на чеченку. Нос у тебя чисто славянский.

Хаят: А я полукровка. Отец чеченец, мать – русская. У нас не как у евреев, где национальность считается по матери. У нас, у чеченцев, – по отцу. Поэтому я настоящая мусульманка и этим горжусь.

Поет чеченскую песню.

Агнешка: А я буду петь и танцевать украинский танец. Имею право.

Полина Игоревна: Конечно имеешь.

Лиза: А я буду танцевать вместе с ней.

Полина Игоревна: Так вы заранее сговорились.

Агнешка поет украинскую песню и танцует.

Полина Игоревна: Ну спасибо, девочки, за импровизационный концерт. Но предупреждаю, на следующем занятии мы будем петь исключительно английские песни.

Сцена 12

Связь по скайпу с доктором Натаном.

Доктор Натан: Привет всему святому семейству, оно же – армия спасения.

Лиза: Хеллоу, доктор Натан!

Доктор Натан: По моим подсчетам, адаптационный период заканчивается. И ты, Лиза, можешь начинать учиться в обычной школе.

Лиза: Yes!

Доктор Натан: А я уезжаю в Америку. Не подумайте, что за баблом и все такое. Только здесь поверили в мой метод, дают лабораторию, оборудование и, главное, – расходные материалы, которые у нас приходится ждать месяцами и проводить через растаможку.

Дима: А как же мы?

Лиза: Доктор Натан! Я соскучилась по нашим вечерним беседам.

Доктор Натан: Ничего, на дворе двадцать первый век. Можем общаться по скайпу. Давай о главном. Слушай меня внимательно. Ты идешь в школу. Имей в виду, мелкие шалости твоих одноклассников, стремление тебя обидеть, проверить тебя, как обычно подростки делают, когда в класс приходят новенькие, раздражение учителей, плохие оценки… Лизонька! Запомни: вся эта ерунда, суета, возня к тебе не имеет ровно никакого отношения! Ты должна знать, что сейчас весь мир, небо, космос, а главное, мы – за тебя! Лиза! Не подведи меня, Лиза!

Сцена 13

Дефиле девушек в синей форме с прикольными рюкзаками за спиной. Мелодия «Учат в школе».

После дефиле на сцене Дима и Лиза.

Лиза: Какие у них прикольные рюкзаки (смотрит на Диму). Но мне такой не надо. И не думай тратить деньги на это фуфло.

Появляется директор школы, которому Дима вручает документы Лизы.

Директор (переводя взгляд с документов на Лизу). Рак, говорите? Так ведь он не вылечивается.

Дима: Теперь, выходит, вылечивается.

Директор (уставившись на маску Лизы). А это не заразно для окружающих?

Дима: Рак не заразен. Маска до поры защищает ослабленный иммунитет самого ребенка, а для окружающих он не опасен.

Директор: Ну не знаю, наукой это до конца не выяснено. Да еще это ваше надомное обучение. А у школы высокий рейтинг. Сразу потянете школу назад.

Дима: Не беспокойтесь, с ней дома занимались отличные учителя.

Лиза: Супермегаотличные преподы!

Директор: Ну не знаю, не знаю…

Дима: Что, не берете?

Директор: По закону отказать не имею права. Но запомните, у нас форма обязательна.

Лиза: А мне нравится. Форма клевая. А можно в класс, где учится Хаят?

Директор: В классе «А» занимаются лучшие гимназисты города, победители всяких олимпиад и конкурсов, и надо заслужить, чтобы в этом классе учиться. Скоро годовые контрольные и срезы, а она и так рейтинг понизит.

Сцена 14

На экране горит огнями супермаркет.

У входа Лиза, Дима, Хаят с отцом.

Дима: Вы, девочки, пока погуляйте, послушайте уличных музыкантов, а мы быстро купим все, что требуется для школы.

Девочки уходят.

Отец Хаят: Позвольте мне сделать вашей дочери подарок. От Хаят я знаю, что они мечтают о красивых модных рюкзачках.

Дима: Мы не нищие. Я, как вы знаете, по вечерам таксую и могу приобрести для дочери понравившуюся ей вещь.

Отец Хаят: Вот мы с вами познакомились благодаря Полине и нашим девочкам. И мы сразу заметили перемену в нашей Хаят, она стала мягче, добрее, она все время повторяет: «Лиза сказала… Лиза считает…» И все, что Лиза сказала и считает, нам кажется очень верным, Дмитрий, дорогой. Рядом с вами, Дмитрий, рядом с Агнией, Полиной, рядом с вашей девочкой Лизой все люди вокруг меняются, становятся лучше. Дайте же и нам возможность быть вашими друзьями. И нам, нашим сыновьям и нашей дочери становится лучше рядом с вами всеми, рядом с Лизой.

За углом супермаркета Илай – уличный музыкант, мальчик с дредами, играет на саксофоне блюз.

Лиза: Какой дивный блюз!

Илай: Тебе правда нравится?

Лиза: Круто. Я прямо улетаю…

Хаят кладет деньги в футляр саксофона.

Илай: Я – Илай.

Лиза: А я – Лиза.

Илай: Приходи еще. Я всегда здесь играю по субботам и воскресеньям.

Лиза: А в школе мы не увидимся?

Илай: Я не учусь в школе.

Лиза: Совсем не учишься?

Илай: Я учусь в архитектурном колледже, а по выходным зарабатываю деньги.

Илай перебирает ноты. Хаят отзывает Лизу в сторону.

Хаят: Похоже, ты запала на парня.

Лиза: При чем тут парень? Его музыка прямо в меня входит.

Хаят: Не знаю, что там в тебя входит. Но Илай встречается с Викой, а она в вашем классе самая крутая.

Папы Лизы и Хаят выходят из магазина с рюкзаками, девочки радостно бросаются к ним.

Дима: Ну вот, девочки, теперь у вас соответствующая для школы экипировка.

Девочки надевают рюкзаки.

Лиза (Илаю): Goodbye, Илай. Надеюсь, до встречи.

Илай начинает играть новый блюз. Гаснет свет.

Сцена 15

Звенит звонок. Ребята рассаживаются по партам.

Рена: Ты новенькая? Я – Рена. Садись со мной.

Лиза: Спасибо.

К Лизе подходит Вика.

Вика: Новенькая?

Лиза (кивает): Я – Лиза.

Вика: Что ты такая бледная, Лиза? С косметикой проблемы?

Ну это мы быстро исправим. (Достает из рюкзака набор модной косметики и протягивает Лизе.) На, в хозяйстве пригодится.

Лиза: Спасибо, но мне как-то неловко.

Вика: Бери, бери, не стесняйся. Ты не подумай, это не подачка. На домашке отработаешь. В городе говорят – ты головастая.

Рена: Вика – она добрая. Ее предок держит в городе косметический салон. Только с учебой у нее не очень.

Звенит второй звонок. Входит учитель истории Оксана.

Оксана: Здравствуйте, господа старшеклассники. Сегодня все мы готовимся к семинару по материалам, которые я попросила вас посмотреть в интернете. Итак, класс делится на три группы. Первая группа – Красная армия, вторая группа – Польское национальное движение, третья группа – движение украинских националистов. Каждая группа должна объяснить ло-ги-ку своих действий. И потом каждая группа рассказывает о своих действиях с точки зрения логики и обосновывает их. Понимаете, не враги и наши, а люди с одной, с другой, с третьей стороны, со своими аргументами и причинами. По-че-му они так поступают. (Идет по классу, наклоняясь к отдельным ученикам, выслушивая их аргументы.)

Лиза: Ни фига себе подход. Полина бы радовалась за Тони.

Рена: А кто такой Тони?

Лиза: Долго рассказывать. Один из этих польских националистов.

Звенит звонок.

Рена: Поторапливайся, следующая физра. Надо успеть переодеться.

Появляется физрук.

Физрук (обращаясь к Лизе): Ты новенькая?

Лиза: Да, но я освобождена от физкультуры.

Физрук: Это ничего не значит. Ты обязана сидеть на скамейке и следить за ходом урока. Без отметки по физкультуре ты не сможешь получить аттестат.

Лиза: Но как же я получу отметку, если не занимаюсь на уроке?

Физрук: Есть выход. Ты будешь писать реферат «Роль ЗОЖ в воспитании подрастающего поколения».

Лиза: Что такое ЗОЖ?

Физрук: Ну ты тормоз. ЗОЖ – это здоровый образ жизни.

Звенит звонок. Песня «Реет в вышине и зовет Олимпийский огонь». Вновь звонок.

Хаят: Ну как тебе в новом классе?

Лиза: Круто. Вот, подарок получила (показывает косметический набор).

Хаят: От Вики, я так и думала. Но ты держись от нее на расстоянии.

Лиза: Почему? Она же добрая.

Хаят: За ее доброту придется платить. А какой у тебя следующий урок?

Лиза: После физры физика.

Хаят: Вау. Пауль Францевич, хоть и чех, крутой мэн. Кроме физики, он ведет по вечерам театралку. А я мечтаю получить главную роль в спектакле.

Звонок.

Пауль Францевич: Ну, вундеркинды. Как измерить температуру молотка, если у вас есть только термометр? Ну, ну, напрягитесь. У кого есть идеи?

Лиза: Наверное, температура молотка та же, что и температура на термометре при условии, что и молоток, и термометр находятся в одном помещении.

Пауль Францевич: Ну ты молоток, в смысле молодец. (Обращается к классу.) Вечером не забудьте прийти на театралку.

Звенит звонок. К Лизе подходит Вика.

Вика: Я не ошиблась. Ты голова. Планшет дома есть?

Лиза: Конечно.

Вика: Перекинешь мне вечером домашку по физике и математике? У меня с этим не очень.

Лиза: Ок.

Гаснет свет.

Вставная сцена.

Звонок. Перемена на сцене. Лиза, Агнешка и субтильный юноша, взирающий с немым восторгом на Агнешку.

Лиза: Ты только погляди, как он на тебя смотрит.

Агнешка: Вытаращился, как баран на новые ворота.

Лиза: Ты что, как ты такое можешь говорить! А если это любовь?

Агнешка: Какая тут может быть любовь? Он же мелкий – седьмой класс! А я аж в девятом! Сечешь?

Лиза: Я бы на твоем месте подошла к этой любви серьезно и по-взрослому.

Агнешка: Это как?

Лиза: Объясняю. Берешь этот сырой материал (показывает на подростка) и лепишь мужа по своему образу и подобию.

Агнешка: Да? А как же разница в возрасте?

Лиза: Ты что, это сейчас даже модно, когда женщина старше. Великий Галкин на своем примере это доказал. (Зовет подростка.) Познакомиться хочешь?

Подросток: Угу.

Лиза (передразнивает): Угу! Я тебе помогу, но ты должен осознать, что Агнешка у нас девушка особая. Она поет, танцует и все такое. А ты должен ей во всем соответствовать. Усек?

Подросток: Усек.

Лиза: Ну тогда давай, начинай соответствовать.

Подросток:

Я такую не видал девчонку —

Все отдать могу всего за взгляд

И готов быть даже собачонкой,

Чтобы прыгать рядом год подряд!

Пусть пока еще малек,

Наберу постепенно силу.

Я готов целовать песок,

По которому ты ходила.

Агнешка:

Пусть пока еще малек,

Наберет постепенно силу.

Он готов целовать песок,

По которому я ходила.

Сцена 16

Театральная студия.

Пауль Францевич: Как говорил персонаж одного известного вам фильма, а не замахнуться ли нам на старика Вильяма Шекспира. Есть идея поставить «Ромео и Джульетту». Но в современном, так сказать, формате. В виде мюзикла. Ромео у нас уже обозначился, а вот с Джульеттой придется подумать…

Хаят (Лизе): Ты не представляешь, как я хочу получить эту роль, но мне ее никогда не сыграть.

Лиза: Почему нет? Ты же замечательно поешь.

Хаят: А ты посмотри туда.

Лиза: Это же твои братья.

Хаят: Вот именно. Они меня постоянно блюдут после уроков. Нам, мусульманкам, нельзя касаться мужчин даже рукой.

Лиза: Дикость какая.

Хаят: Не дикость, а традиции, которые я обязана соблюдать.

Лиза подходит к Паулю Францевичу и что-то шепчет ему на ухо.

Пауль Францевич: Понял. Что-нибудь придумаем. (Обращается к Андрею.) А теперь попробуем пройти ключевую сцену на балконе. Ты, Хаят, поднимайся на балкон, а ты, Андрей, работаешь снизу. Начали. Да, для вживания в роль получите элементы одежды той эпохи. Начали!

Исполняют фрагмент из мюзикла.

Отлично, то что нужно!

Хаят: Пауль Францевич, мне очень жаль, но я не смогу участвовать в спектакле.

Пауль Францевич: Почему? (Хаят показывает на молчаливых братьев.) Ах да, меня же предупредили. (Обращаясь к братьям.) Идите сюда, вы должны нам помочь.

Одну минуточку. (Бормочет.) Фьюжен, фьюжен, ты нам нужен. (Вытаскивает две куклы-марионетки.) Вы будете управлять куклами, а Хаят и Андрей – произносить тексты. Начали.

Ромео:

Коль осквернил я грешною рукою

Святыни неприкосновенный клад,

Эпитимье строжайшей за такое

Я дело грешное себя подвергнуть рад.

След грешного руки прикосновенья

Дозволь устам ты набожным моим

Изгладить поцелуем умиленья.

Джульетта

К руке вы слишком строги, пилигрим!

По ней могла лишь набожность узнать я.

Ведь пилигрим достоин и святых

Руки касаться… Богомольно их

Приветствует руки его пожатье.

Ромео

Святым и страннику равно уста даны.

Джульетта

Молитве их уста посвящены.

Ромео

Так пусть, моя святая, рук примеру

Последуют уста! Склонись к молитвам их,

От мук отчаянья ты огради в них веру.

Джульетта

Склоняясь на мольбы, недвижим лик святых.

Ромео

Так и останься ж без движенья,

Пока мольбы воспримут исполненье.[165]

Целует ее.

Пауль Францевич: Вот так, друзья мои, без единого касания. А что? Вполне современный режиссерский ход. А теперь вновь музыкальный дуэт.

Сцена 17

Хаят: Ты не представляешь, как я счастлива.

Лиза: Я тоже.

Хаят: Ты за меня радуешься?

Лиза: И за себя. Илай пригласил меня к себе в деревню, где живет его бабушка. Представляешь, там есть корова, собака.

А у меня никогда не было дома живности.

Хаят: Поговори с Викой, я тебя прошу. По моим сведениям, она дала Илаю от ворот поворот. Но все-таки.

Появляется Вика.

Вика: О чем шушукаемся?

Хаят подталкивает Лизу.

Лиза: Я давно хотела тебя спросить. Ты же встречалась с Илаем?

Вика: Ха-ха, встречалась да развстречалась. Очень мне нужен этот нищеброд. К тому же он деревенщина. И его треп о музыке в меня не входит. А ты что, на него запала? Вижу, вижу, не тупая. Пользуйся, если хочешь, меня это нисколько не колышет. Он для меня – надкусанное яблоко. Так-то.

Сцена 18

Сеновал деревенского дома.

На светодиодных экранах звездопад.

На сеновале Илай и Лиза.

Илай: Здорово, что тебя отпустили к нам в деревню.

Лиза: Агнесса убедила Диму, что эта поездка укрепит мой иммунитет.

Илай: Еще как укрепишь, увидишь.

Лиза: Какое чудо – звездные дожди! Мечтаю купить телескоп и наблюдать звезды круглый год. Как-то в августе бабушка сказала, что, если загадать желание, успеть произнести его вслух, пока летящая звезда не исчезнет, – желание твое исполнится. А я своей бабушке верю. Я почитала в Сети и узнала, что звездных дождей бывает достаточно много и падают они часто. Просто люди совсем разучились смотреть на небо, гулять вечерами, разглядывать звезды и загадывать желания, глядя на падающую звезду.

Илай: И что, все произнесенные тобой желания исполняются?

Лиза: Представь себе. Рядом в соседней палате лежал мальчик. Понимаешь, он не ходил. Почему? За что? Он же ребенок – родился с абсолютной верой в справедливость – и видит, что все дети бегают, играют, а он – нет. Разве это правильно? Я попросила, и через некоторое время он стал ходить.

А у тебя какое желание? Скажи, я передам туда, и оно обязательно сбудется.

Илай: Я мечтаю стать настоящим музыкантом. (Поет.)

Над саквояжем в черной арке

всю ночь играл саксофонист,

пропойца на скамейке в парке

спал, постелив газетный лист.

Я тоже стану музыкантом

и буду, если не умру,

в рубахе белой с черным бантом

играть ночами на ветру.

Чтоб, улыбаясь, спал пропойца

под небом, выпитым до дна, —

спи, ни о чем не беспокойся,

есть только музыка одна.[166]

Лиза: Чьи это стихи?

Илай: Бориса Рыжего. Это был замечательный поэт из Екатеринбурга.

Лиза: Почему был?

Илай: Он добровольно ушел из жизни в двадцать семь лет.

Лиза: Молодой, здоровый, которому был свыше ниспослан дар?

Илай: С поэтами это бывает. Есенин тоже был не старый.

Лиза: Не понимаю. Но ты, надеюсь…

Илай: Я музыкант.

Лиза: А с музыкантами такое бывает?

Илай: Если честно, то не припомню.

Лиза: Вот (показывает на небо). Музыка Вселенной их спасает.

В трех лучах на сцене Илай и Лиза, Дима и мама, Андрей и Хаят, Агнесса и Полина (рассматривают фотографии Тони и каперанга).

Поэтапно включаются в пение Окуджавы:

«Ах, пане-панове…».

Сцена 19

Дефиле «шестерок» под песню «Dire straits» «Money for nothing». В центре сцены Вика и две ассистентки.

На подиуме участницы травли. В ходе пантомимы Вика раздает деньги. От задней стены зала по подиуму в сторону сцены перемещается Лиза. Участницы травли поворачиваются к ней спиной. На экране гнилое яблоко.

Лиза: Я не понимаю, что происходит.

Хаят: Я тебя предупреждала: от Вики нужно было держаться подальше. И с Илаем ты зря закрутила.

Лиза: Вика же сказала, что они с Илаем перестали встречаться.

Хаят: А в сетях ты давно смотрела?

Лиза: Да я, знаешь, не стремлюсь чатиться. Больно нужно копаться в этом отстое.

Хаят: В отстое, говоришь… А это ты видела? (Читает. На экране интернетный буллинг.) «Анорексичка Бернадская увела у своей подруги Красотки Вики молчела. – „Молчел“ – это на их языке „молодой человек“. – Красотка Вика ответила на вопрос, как она к этому относится: „Встречаться с парнем своей подруги – все равно что доедать надкусанное гнилое яблоко“».

Лиза: Какая пошлость!

Хаят: Я же тебя предупреждала.

Лиза: Дима правильно говорил, что сейчас в мире царит такая злоба, агрессия и ненависть, что взрывы и стрельба слышны повсюду.

Хаят: Вика каждое утро платит всем по сотне, чтобы с тобой не разговаривали и выполняли ее команды.

Лиза: Как же легко покупается ненависть. Сотка – и тебя заплюют те, кто вчера списывал у тебя домашнее задание. Средневековье. Симпатичные мне люди превратились в стаю. Они ведут себя, как будто у них один мозг на всех. Как косяк рыб в океане. И как же им сладко. Не могут найти выход. Что мне делать? Как поступить?

Хаят: Попробуй поговорить с Викой. А я попытаюсь расшевелить своих ботанов из лицейского класса. Есть в жизни вещи поважнее их стартапов. Они умные и что-нибудь придумают.

Появляется Вика.

Лиза: Послушай, это все из-за Илая?

Вика: Вот еще. Он же село! И тупой! Тупой совсем! Эти его дреды, ну кто так носит сейчас. Эта его музыка, саксофон. Он вообще не ел год, на этот саксофон собирал. Мы никуда не могли сходить. Я хотела к морю. А он: «Саксофон, саксофон…» Идиот! Жмот. Да он же помешанный! Придурок! Он фрик, понимаешь, фрик!

Лиза: Тогда за что?

Вика: По чесноку? Я тебе завидую.

Лиза: Чему? По сравнению с тобой мы – нищие. А я с трудом выхожу из болезни. Чему тут завидовать?

Вика: Э нет, подруга. Ты думаешь, я слепая? Ты культурная, головастая. А в чем твоя заслуга? В том, что предки твои музыканты, что тебе, как только с горшка сняли, наняли крутых преподов, которые тебя по языкам натаскивали? А я, против тебя я г… на палочке, королева бензоколонки этой провинциальной дыры. Зуб даю, выйду за какого-нибудь фээсбэшника или, на худой конец, за депутата. Кстати, поторопись, все наши герлы уже заказали себе крутой прикид на выпускной вечер. А ты будешь там золушкой-замарашкой. Только не говори, что у вас на это нет денег. Чехи тебе помогут.

Лиза: Какие чехи?

Вика: Чеченцы. У них деньжата водятся, я знаю. Так-то, бледная Лиза.

Уходит.

Звенит звонок. Класс рассаживается по своим местам.

Рена незаметно подкладывает Лизе гнилое яблоко. Лиза садится. Медленно встает. Оглядывает юбку.

Гаснет свет. Звучит музыка Густава Малера. В луче прожектора Лиза. На светодиодных экранах идет дождь. Дождевые аппараты орошают сцену. Гаснет свет. На экранах капельница. Звук капающего раствора.

Сцена 20

Звучит песня «Heavy cross» группы «The Gossip».

По подиуму девушки несут в руках два-три роскошных платья, демонстрируя их залу. Луч прожектора высвечивает папу Диму с гитарой. Он поет «Крысолова» на музыку А. Мирзаяна. Девушки на подиуме поворачиваются к нему. Замирают.

После завершения песни на подиум врываются ребята из лицейского класса во главе с Хаят. Каждый из них берет за плечо модницу.

Андрей: Ну что, доигрались, хейтеры самопальные?

Рена: Мы же просто пошутили.

Андрей: Пошутили они, а Лиза вполне может умереть.

Хаят: Вы думали, это игры в песочнице. Сегодня с этим не играем, завтра этого песком обсыплем, этого совочком побьем, а оказалось – человеческая жизнь. Врачи говорят – состояние Лизы стабильно тяжелое. Кто ответит за это?

Вика: Что нам теперь за это будет?

Андрей: Как вы сможете после всего, что случилось, танцевать на выпускном вечере?

Хаят: Врачи сказали, что Лизе нужны дорогие лекарства из Германии.

Андрей: Предлагаю отменить выпускной вечер, сдать все это шмотье в комиссионку, а вырученные деньги пустить на оплату лекарств.

На экране: «Прости нас, Лиза!»

Финальная песня – «Ода к радости» Бетховена.

Русские и немецкие слова чередуются.