Ты достал меня своим контролем! – Арабелла кричала на весь тренировочный лагерь, ее глаза сверкали гневом, а щеки пылали от негодования.
– Ты опять не ночевала дома! Что, по-твоему, я должен делать? Просто молчать? – возмущенно отвечал Фарадей, сжимая кулаки и стараясь сдержать накатывающую ярость.
– Я не ночевала, потому что тебе все время что-то не нравится! То я много выпила, то, по твоему мнению, я с кем-то кокетничаю, то тебе не нравится, что я пошла в трактир без тебя. Ну, или вот это: «Ты слишком вульгарно выглядишь»? Ты что, из полиции нравов? Что тебе все время не нравится? – возмущалась Арабелла, ее голос дрожал от обиды.
– Я хочу жить как полноценная семья. Проводить время вместе и уделять внимание только друг другу, а не кому-то со стороны. И я не понимаю, почему ты считаешь свое поведение нормальным, – ответил Фарадей, стараясь говорить спокойно, но в глазах его читалось разочарование.
– Может, потому что ты не спросил, чего хочу я? И у нас с тобой разное понимание о семье? – бросила она, скрестив руки на груди.
– Ну, и что же ты хочешь?
– Вот сейчас уже ничего, кроме как пойти и прогуляться.
Арабелла резко повернулась, собрала свои вещи и поспешно удалилась из лагеря, оставив Фарадея стоять в недоумении. Он смотрел ей вслед, осознавая, что пропасть между ними становится все шире. Тяжелое чувство безысходности сдавило его грудь.
Фарадей, чувствуя нарастающее напряжение внутри, направился на тренировочную арену выпустить пар. Он надеялся, что физические нагрузки помогут ему разобраться с эмоциями, которые переполняли его сердце.– Опять ругаются, – тяжело вздохнул Овод, наблюдая за происходящим издалека.
– Если честно, я тоже не понимаю, почему она так себя ведет, – изумленно сказал Игорь, присаживаясь рядом с ним.
– Что за шум? Не даете поспать, – в обеденную комнату вошел лежебока Крастер, потягиваясь и зевая.
– Сколько можно спать? – с легкой усмешкой произнес Овод.
– А сколько можно пить? Месяц прошел, вы хоть день пропускали? – изумленно спросил Крастер. – Вы вообще в курсе, что завтра мы начинаем тренировки?
– Эх, как быстро время пролетело, – огорченно вздохнул Игорь.
– Куда это Фарадей направился? – посмотрев в окно, задал вопрос Крастер.
– Наверное, за Арабеллой. Ни дня без ругани, – ответил Овод, покачав головой.
Крастер заметил, как Коса пытается незаметно покинуть помещение.
– Ты еще куда? – озадаченно спросил Крастер, почесывая затылок.
– Детям, помогать. – отмахнулся Коса и быстро удалился.– Детям? Каким еще детям? – недоуменно переспросил Овод. – Ты что-нибудь знаешь об этом? – повернулся он к Игорю.
Игорь пожал плечами.
Неоновые вывески бара «Прищуренный Глаз» сияли и днем, и ночью, привлекая новых гостей. Заведение располагалось в стеклянно-металлическом здании, отражая энергию и ритм Города Порталов с огоньком.
Внутри – минимализм с яркими акцентами. На стенах – абстрактные картины и экраны с визуальными эффектами. Барная стойка из светящегося материала переливалась цветами под музыку, усиливая атмосферу веселья. Пространство наполняли громкая музыка, смех и звон бокалов – здесь кипела ночная жизнь.
Название бар получил не случайно: после пары коктейлей, шутили завсегдатаи, каждый щурился, стараясь сфокусировать взгляд. Бармены знали сотни рецептов и всегда умели удивить.
– Интересно, а вот это что? – спросила Арабелла, кивая на яркую бутылку за стойкой.
– О, это наш фирменный – «Кедровица-Убийца». Сорок пять градусов удовольствия, настойка на кедровых орехах, – с гордостью ответил молодой бармен, подмигнув.
– Звучит заманчиво, – улыбнулась она. – Давайте попробую.
Бармен ловко налил янтарную жидкость в изящный бокал и подал его, не отводя взгляда.
– Grunala vistom!– сказала Арабелла, поднимая бокал и делая глоток.
Теплое жжение разлилось по телу, а насыщенный вкус кедра, казалось, подчинил себе все органы чувств.
– Горит, но приятно, – произнесла она, ставя бокал. – Действительно убийца.
– О, убийца придет позже, – шутливо заметил бармен. – Этот напиток стал символом нашего заведения.
Арабелла сделала еще глоток. Напиток согревал изнутри. Музыка становилась громче, огни – ярче. Напряжение последних дней начало отступать, уступая место легкости и беззаботности.
– Впервые у нас? – спросил бармен, протирая стакан.
– Да, решила попробовать что-то новое, – ответила она, окидывая взглядом зал.
– Тогда вы по адресу. «Прищуренный Глаз» – лучшее место, чтобы отдохнуть и все забыть.
– Похоже на то, – кивнула Арабелла, наблюдая за танцующими в глубине зала.
Бармен слегка наклонился:
– Если понадобится компания или совет по напиткам – обращайтесь.
– Обязательно, – улыбнулась она.
Рядом освободился стул, и какой-то гоминоид сел рядом.
– Что у вас в бокале? – спросил он, повернувшись к ней.
– «Кедровица-Убийца». Осторожно, штука коварная, – сказала она, прищурившись с легкой ухмылкой.
– Тогда и мне то же самое, – махнул он бармену.
Бармен с улыбкой принял заказ, а Арабелла подумала, что вечер может оказаться интереснее, чем она рассчитывала.
Из-за всех столиков «Прищуренного Глаза» доносились громкие голоса, смех и звон бокалов. Алкоголь развязывал языки, и с каждым часом болтовня становилась все оживленнее.
Карл Вегбер, в отличие от большинства, предпочитал чай. Сегодня он ждал того, кого очень давно не видел.
– Свободно? – спросил светлошерстный гоминоид, остановившись у его стола.
– Смотря для кого, – настороженно ответил Карл, не поднимая взгляда.
– Для того, кто увлекается астрономией, – незнакомец без приглашения сел напротив.
Карл медленно скользнул рукой под стол, нащупал кобуру, взвел курок и крепко сжал рукоять пистолета.
– И что же он там увидел, этот астроном? – спросил он, не изменив выражения лица.
– Он заметил, что Фобос приближается к Марсу, – улыбнулся гость.
– А Деймос отдаляется, – отозвался Карл. Он убрал оружие, успокоившись. – Рад видеть тебя, дядя Саргос.
– И я тебя, – ответил тот. – Но зови меня Бенжамин.
– Тебя и правда не сразу узнаешь. Ты принес, что я просил?
Бенжамин достал из сумки папку и, не спеша, передвинул ее по столу.
Карл, даже не заглянув внутрь, убрал ее во внутренний карман.
– Зачем тебе информация о нем? Вряд ли он еще на что-то способен.
– Заказчик связан с Советом Асага. В обмен он даст нам то, что нужно.
Бенжамин вздохнул:
– Надеюсь, ты знаешь, что делаешь. Ты до сих пор не носишь синхронизатор?
– Мне он не нужен.
– Ничто не вечно, Карл, – тихо заметил Бенжамин, отпивая чай. На мгновение за столом повисла тишина.
Карл бросил взгляд в сторону неонового окна. За стеклом сновали прохожие – что-то происходило.
– Что там за суета? – спросил он.
Бенжамин поднял глаза:
– Завтра открывается портал на Сунне-Твеген. Все официально. Я смогу бывать здесь чаще.
– Это меняет расстановку. Нужно быть готовыми, – задумчиво сказал Вегбер. – Нужно быть готовыми. Ты еще в Тайной полиции?
– Нет. Крафт убрал всех, кто был хоть как-то связан с Дарвином. Теперь я – просто массажист.
– Делай, что делаешь. Я соберу все, что нужно. Мы покончим с убийцей моих родителей.
– Удачи, Карл.
Карл кивнул. Бенжамин допил чай и ушел. Спустя десять минут Карл встал и, не торопясь, вышел вслед.
Уже у выхода он случайно столкнулся с южанином.
Фарадей, обойдя с десяток заведений, почти был уверен: Арабелла не пропустила бы новое модное место. Столкнувшись с незнакомцем, он на миг притормозил – лицо казалось смутно знакомым. Но не придал этому значения.
Он шагнул внутрь, надеясь найти ее среди огней, шума и музыки.
«Кедровица-Убийца» и еще ряд настоек очень сильно подействовали на Арабеллу и ее нового собеседника. В какой-то момент собеседник положил свою руку ей на колено, между их глазами пролетела искра. И незаметно для них обоих, они соприкоснулись своими губами.
Фарадей, который наконец-то нашел свою возлюбленную, опешил от увиденного. Его разум наполнился яростью, и он сжал кулаки. Быстрым шагом он подошел к парочке. Арабелла даже не сразу заметила его присутствие.
Фарадей посмотрел с ненавистью в ее глаза и неожиданно ударил гоминоида в лицо. Удар был недостаточно сильным, и гоминоид поднялся со стула, накинувшись на Фарадея в ответ. Охрана, заметив, как два гоминоида катаются по полу, вовремя разняла их.
Фарадей в порванной одежде поднялся с пола и посмотрел на Арабеллу. Ничего не сказав, он молча покинул бар. По пути он чувствовал, как гнев и обида разрывают его сердце. Ночной воздух казался холодным и отрезвляющим. Ему нужно было решить, что делать дальше со своими чувствами и отношениями.
Придя домой, он присел за стол и положил голову на скрещенные руки. Сейчас ему хотелось только одного – мгновенно исчезнуть из этого мира. Он хотел, чтобы все, что с ним произошло, стерлось из его памяти. Он не знал, куда себя деть. Неожиданно его мрачные мысли развеял нежный голос.
– У меня здесь припасена бутылочка белого вина и сыр, ну, очень вкусный. Будешь?
Фарадей приподнял голову и увидел перед собой Лидию. Взглянув в ее голубые глаза, он подумал: почему он никогда не замечал, какие они красивые?