— Да, конечно, — ответила по-немецки. И только в следующее мгновение поняла, на каком языке они оба говорят.

Когда Алиса вложила свои пальчики ему в ладонь, Михала коротнуло. Она согласна?

У Алисы ноги стали ватными. На Михала она не смотрела. Просто чувствовала, что у него горячая ладонь.

Да он весь был горячим! Алиса это ясно ощущала через тонкую ткань дорогого пиджака.

Ей не верилось в происходящее. Она танцует с Михалом Тухольским. Ощущает под ладонями крепкое мужское тело. Вдыхает аромат его парфюма. И не смеет поднять глаза. Только губы предательски сами расползаются в глупую улыбку. А мир вокруг вообще не существует. Только они и прекрасная музыка.

Михал боролся с искушением. Ему очень хотелось потрогать Алисины волосы. В реальность происходящего с трудом верилось. Они всё-таки танцуют. Молча. Хотя надо бы о чём-то начать говорить. Но есть полное ощущение, что и без разговоров они знают друг о друге многое. Правда, Алиса явно знает о нём гораздо больше.

— Алиса…

— Вы меня знаете? — Алиса наконец подняла взгляд.

Михал решил, что если уж тонуть, то лучшее место — это глубокие синие глаза Алисы фон Ратт. Можно даже не просить, чтобы спасли.

— Моя мама Вас узнала, — перешёл Тухольский на русский язык, — Это ведь Вы были на пресс-конференции после финала Лиги чемпионов.

— Да, я, — и Алиса чуть подняла подбородок.

Нет, она не будет стесняться своей профессии. Даже если сам Михал Тухольский будет считать, что девушкам не стоит писать о футболе.

Михал улыбнулся.

— Ваш вопрос моя мама считает самым лучшим. А Цихановского про университет тоже Вы расспрашивали?

— Тоже я.

— А для меня у Вас были какие-то вопросы?

Алиса не успела ни подумать, что сказать, ни ответить. Мелодия вдруг кончились. А Тухольскому не хотелось выпускать девушку из своих объятий. Но приличия требовали "вернуть туда, где взял". Поэтому он церемонно поцеловал тыльную сторону её ладони. С удовольствием отметил, что Алиса мило покраснела аж до кончиков изящных ушей. И проводил её к родным. Решив, что больше не выпустит из виду. И они обязательно продолжат разговор.

В этот момент дети снова потребовали внимания всех. Они приготовили сюрприз для молодожёнов и хотели его продемонстрировать.

Глава 89

Всё и всегда происходит тогда, когда должно произойти.

Фридрих фон Ратт внимательно смотрел на внучку. Его маленькая девочка стала взрослой и привлекательной. Птичке пора лететь в свою жизнь.

— Алиса, я не понимаю, почему ты до сих пор стоишь рядом со мной?

— А где я должна быть? — Алиса подняла на деда удивлённые синие, такие же как у него, глаза.

— Ехать в аэропорт в такси вместе с Тухольским.

— Куда?

— А вот это, птичка, совсем не важно. Когда любовь, поверь, в любом месте хорошо.

— Ты думаешь? — Алиса прищурила один глаз. Дед всегда был ей другом. И от его слов сердце забилось ещё чаще.

— Я уверен, — Фридрих фон Ратт, посмотрел на поднимающиеся в небо красные сердца с именами молодожёнов, а когда опустил глаза, Алисы рядом уже не было. Вот и славно. Этот парень давно ей нравится. И барон, конечно, наводил справки.

В другом конце зала Михал, стоя рядом с родителями, тоже наблюдал за детским сюрпризом. Получилось и правда трогательно.

— Она немка? — вдруг спросил его отец.

— А это важно, пап? — Михал, конечно, понял, что речь об Алисе.

— Когда любовь, то вообще ничего не важно. Ты знаешь, из какой она семьи?

— А мне нужно?

— Она внучка одного из акционеров "Баварии" барона Фридриха фон Ратта. Вон тот высокий старик с тростью. Видишь?

— Никогда не думал, что я умею заводить полезные знакомства, — хмыкнул Михал, — это впервые. Но это и правда не важно, пап.

Роберт Тухольский не успел посоветовать сыну хватать эту девушку и больше не отпускать. Второго шанса жизнь может и не предоставить. Или помотает так, что пожалеешь, что упустил свою удачу.

Михал был быстрее.

— Роберт, а куда Михал пропал? — спросила его жена.

— Думаю, что он сейчас едет в такси вместе с Алисой фон Ратт.

— Куда?

— Мне кажется, это совершенно не важно. У них же любовь! — и Роберт поцеловал жену, — Пойдём посмотрим. Говорят, у флотских очень красивые ритуалы.

Это действительно было красиво. Вышли и построились в коридор офицеры в парадной форме. Погоны разные. От лейтенантских до адмиральских. Чёткими движениями достали кортики из ножен. Скрестили их высоко. Получилась длинная арка. Под ней прошли молодожёны.

Так Александра официально стала женой офицера российского флота.

Следом уже пограничники зачитали приказ о выступлении Игоря Александровича Кузьмина-Склодовского на защиту границ и безопасности своей семьи. Служебный пёс гавкнул три раза.

Эти красивые церемонии прошли мимо Алисы и Михала. Они столкнулись буквально нос к носу. И сейчас никто не прятал взгляд. В глазах друг друга вдруг нашли то, что искали каждый по-своему уже очень давно. К чему шли каждый своей дорогой.

Нет, это не была любовь с первого взгляда. Они оба ощущали её задолго до этой встречи. Просто это чувство было неясным образом в сознании обоих.

Михал подошёл к ней молча совсем близко. Глянул сверху вниз. Взял за руки. Поцеловал кончики пальцев. Алиса глаз не могла оторвать от его лица. Разглядывала детали. Давний едва заметный шрам на лбу. Светлую чёлку. Красивую линию губ. Сон? Или реальность?

Собственные ощущения она бы не смогла сейчас описать, несмотря на профессиональный навык. Всё просто было так, как должно было быть.

— Может, сбежим? — тихо спросил Михал.

— Куда?

— А разве это важно?

Их, садящихся в такси, видели Мария Давидовна и Клара Львовна.

Глава 90

Такси ждали совсем не долго. В Москве всё работало почему-то в разы быстрее, чем в любом европейском городе.

Первой мыслью было ехать в Шереметьево. Взять билет куда-нибудь, какой рейс ближе. В Рим. Или в Париж. Или даже в Варшаву. Там-то он точно знал, куда повести Алису. И это была бы игра на своем поле.

— Хочешь, полетим куда-нибудь, — спросил Михал осторожно и крепче сжал Алисину руку, чтобы точно никуда не убежала. Теперь этим ребятам в морской форме точно ничего не светит, но лучше всё же перестраховаться.

— У меня нет с собой паспорта. Никакого, — подняла на него растерянное лицо Алиса.

Михал сразу не понял, что значит "никакого". Потом догадался, что у Алисы фон Ратт — внучки акционера "Баварии", живущей в Москве, скорее всего паспортов несколько.

Осмелев, он дотронулся до её волос. Они были мягкими и пахли чем-то очень нежным.

Алиса смотрела завороженно. Ей тоже хотелось дотронуться до Михала. Она просто положила ладонь ему на грудь. Вздрогнула. Под её пальцами гулко, быстро и ритмично билось явно взволнованное сердце. И сладкой негой окутывало сознание того, что это она — причина волнения Михала Тухольского.

Такси везло их в город. Михал совершенно не соображал, куда в Москве можно пойти с девушкой. И не готовился к такому повороту событий. Теперь на своём поле играла Алиса. Девушка-мечта и загадка.

— Ты живёшь в Москве? Или в Мюнхене?

Да, он хотел знать, кто же она, эта Алиса фон Ратт.

— В Москве, конечно, — улыбнулась Алиса. Мой старший брат Алекс — лучший друг жениха. Наши мамы вместе в школе работают. Только тётя Лёля математику преподаёт, а моя мама — иностранный язык.

— А Мюнхен?

— Мюнхен — это по работе. Я же учусь. На журналистике. Бабушка с дедушкой ведь в Германии. Мой папа немец.

Алиса вдруг покраснела. Ей было неловко осознавать я, что последний год она моталась в Мюнхен исключительно ради Тухольского и его матчей. Про поместье в Раттенбурге тоже было как-то стыдно рассказывать.

Может, как-нибудь позже. Если это "позже" состоится. Потому что в реальность того, что она сидит в такси рядом с Михалом Тухольским, и их пальцы переплетены, верилось с трудом. Но не станешь же щипать себя, чтобы убедиться, что это совсем не сон.

— А ты?

Алиса не поняла, зачем задала этот вопрос. И что именно хотела узнать. Ведь точно знала, что Тухольский из Варшавы и живёт в Мюнхене.

— А моя мама — крестная мамы невесты. Запутанно, да? Мы с Юлей с детства дружим.

Алиса замотала головой. Ей-то как раз стало очень хорошо понятно, какое отношение Тухольские имеют к семье невесты. Факт дружбы с мамой невесты кольнул ревностью. Но Алиса успокоила себя. Ведь эта Юлия точно замужем. И у них с мужем, если Алиса правильно поняла, аж четверо детей — Саша, мальчики-близнецы и младшая девочка. Кажется, Раечка.

Михал обругал себя. Зачем он сказал, что дружит с Юлей? Впрочем, это правда. И с Эдиком — Юлиным младшим братом, он тоже дружит. Но у Алисы при упоминании Юли на мгновение изменилось выражение лица.

— Слушай, а почему у них такие прозвища забавные? — Алисе хотелось съехать с опасных рельсов и действительно было любопытно, что это за Слоны и Мойши. Тем более, что её племянника теперь тоже одарили позывным.

— Ты про Янека и его команду?

— Янек — это папа невесты? — Алиса только потом вспомнила, как Соня говорила, что папу Саши зовут Ян Аркадьевич.

— Янек — да. Сашенькин отец. И Юлькин муж.

Алисе было ещё любопытно, на сколько же лет Ян старше Юли, но она удержалась от бестактного вопроса. Потом при случае можно будет расспросить Соню. Она-то наверняка всё знает про новых родственников своего братца.

— Это у них ещё армейская история. Они служили вместе: Янек, Костя, Ярик и Илья. Мойша, Слон, Татарин и Светофор. Ярик — это Юлин кузен. Или как по-русски?

— Двоюродный брат, — поправила Алиса, — А почему Мойш два? Был же ещё один. Тот, что из Америки прилетел.

Михал не знал, как объяснить. Всю историю в подробностях когда-то рассказывал Янек, но Михал был мелким и не очень запомнил.

— Из Америки — это Миша Юдин. Дядя Миша.

— Это он? — у Алисы от удивления глаза стали ещё больше, — Тот самый Юдин, который помогает тебе с агентством? — и тут Алиса поняла, что проговорилась. Самым бездарным образом. Любопытной Варваре на базаре нос оторвали.

Но Тухольский только шире улыбнулся. Да, его "одуванчик" всё про него знала. А он про неё — почти ничего. Но у них же будет время? Теперь Михал был практически уверен в этом.

Глава 91

Нужно было определиться, куда же ехать. За окном был узнаваемый памятник Рабочему и Колхознице, сверкающее огнями здание гостиницы "Космос" и стелла с взлетающей ракетой над Музеем космонавтики. Михал не знал, что они в квартале от Алисиного дома, который значился конечным пунктом.

— Покажи мне свою Москву, — он осторожно коснулся губами тыльной стороны её ладони.

Алиса лукаво прищурилась. Что ж. Сейчас она точно не готова расстаться с Тухольским. Что там обещали в магазине про эти туфли? Впрочем, какая разница, когда сон сбылся!

— Будьте добры, отвезите нас к пристани на Котельнической.

Таксист молча кивнул. Сменил маршрут.

— Пристань? Мы куда-то плывем?

— Ну, раз не летим…, — улыбнулась Алиса, прикидывая в уме маршрут.

Дороги летним субботним вечером были абсолютно свободны. В самый центр добрались быстро.

Им повезло. Прогулочные теплоходы ещё курсировали. Один такой как раз швартовался у причала, ожидая посадки пассажиров.

— Поторопитесь. Это сегодня последний рейс, — высунулась из окошка кассир.

Алиса любовалась Михалом. Он абсолютно спокойно и самостоятельно купил билеты. Говорил по-русски почти без акцента. Разве что, шипящие чуть-чуть выдавали в нём иностранца. Потом подал Алисе руку на трапе. Сам легко зашёл на борт. Все женщины шеи посворачивали. А Алиса будто случайно взяла Михала под руку.

На воде было уже совсем не жарко. Тухольский снял свой пиджак. Накинул Алисе на плечи. Она утонула в нём.

— А ты? Тебе не холодно?

— Обо мне не беспокойся.

На самом деле Михалу было очень приятно, что она волнуется. Они встали возле борта. Алиса впереди, Михал обнимал её со спины.

— Смотри… Видишь ту башенку в середине, напротив Собора Василия Блаженного? Но собор не так называется. Правильно — Собор

Покрова Пресвятой Богородицы, что на Рву. А башня называется Царская. Видишь, она не такая, как остальные? Говорят, царь Иван Грозный любил с этого места наблюдать за людьми на площади и за рекой. А вот та в середине — там раньше был въезд в Кремль. А вот эта — Тайницкая. Там был выход к реке.

Михал старательно смотрел и слушал. Алисин голос обволакивал. Запах её волос дурманил голову. С ней было так легко и спокойно, как не было никогда ни с одной девушкой.

Они всё же ушли с палубы. Уселись в закрытом салоне. Заказали кофе.

— Скажи, а почему всё-таки футбол? Ты же…

— Девушка? Ты это хотел сказать?

Михал испугался, что обидел её. Но нет, Алиса не обиделась. Видимо, ей часто пеняли, что она лезет в мужскую епархию.

— Когда я была маленькой, мы часто играли в футбол. У нас в "большой семье" много мальчишек. И мне всегда нравилось на воротах стоять.

Алиса смутилась. А Михал живо представил себе маленькую Алису в роли вратаря. И тут он вспомнил. Алиса. Мяч. Матч за "Баварию"!

— Мяч ещё у тебя?

— Ты меня вспомнил? — удивлению Алисы не было предела.

— Никогда до тебя и никогда после я не подписывал мяч персонально и по имени. А тем более по-русски.

— А ты? Где ты в детстве играл? — Алиса спросила, чтобы не начать хлюпать носом от избытка чувств.

— А вот в этом самом посёлке, где сейчас свадьба.

— На краю возле леса? — Алисе казалось, что больше сегодня её уже ничего не удивит, но явно она ошиблась.

— Да, а откуда ты знаешь?

— Мы тоже там играли! Несколько раз. У Игоря и Сонечки там бабушка живёт. Елена Васильевна. Доктор. Знаешь её?

Михал кивнул. Детского доктора из поселка он знал отлично.