Мелинда Кларк укрыла Кортни одеялом и прошептала:

– Спокойной ночи, Корки.

Кортни спала в обнимку с большущей плюшевой пандой. Сестры делили одну комнату на двоих, но тринадцатилетняя Мелинда не возражала. Иногда Кортни, которой было всего четыре, казалась ей ее собственным ребенком.

Мелинда тоже улеглась в постель, но укрываться не стала – на улице лежал снег, но февраль все равно стоял необычайно теплый, особенно для Эверетта, штат Пенсильвания.

Что-то мокрое коснулось ее щеки.

– Бо! Хороший песик.

Мелинда потрепала колли по серой шерстке, и тот замахал хвостом от удовольствия.

Внезапно Мелинде показалось, что она чувствует запах дыма. Скорее всего, внизу растопили дровяную печь. Дым быстро поднимался по лестнице. Мелинда закрыла глаза.

Разбудил ее младший брат, двухлетний Джастин. Он подбежал к кровати Мелинды и заколотил по ней кулачками:

– Маме больно!

Лицо Джастина было красным.

– Что?!

Мелинда вскочила. Ковер под ее ногами был совсем темным. Запах дыма стал сильнее.

Что стряслось? Мелинда бросилась в коридор и остановилась между двумя комнатами второго этажа. Когда она открыла дверь наверху лестницы, дым вихрем взлетел вверх по ступеням. Оранжевые языки пламени ползли к ней, словно цепкие пальцы.

– Уэйн!

Соседняя спальня принадлежала двенадцатилетнему брату Мелинды. В его спальне горел свет, но она не могла ничего разглядеть сквозь клубящийся дым. Наконец Уэйн выбрался наружу. Он был в одних трусах.

– Мое окно! – закричала Мелинда.

Дети побежали обратно в комнату Мелинды, и Уэйн стал бороться с задвижкой, расположенной на высоте его груди.

– Тяни! Дергай!

– Я дергаю!

Синтетические занавески возле окна начали плавиться. Горячий пластик прилипал к голой спине Уэйна.

Мелинда ударила кулаком по задвижке. Если они не откроют окно, то умрут…

Уэйн тоже ударил.

Задвижка дрогнула, но, как бы дети ни колотили по окну, его рамы разбухли от жара, и оно по-прежнему оставалось закрытым.

Проснувшаяся Кортни с плачем дергала Мелинду за розовую ночную рубашку. Она уже кашляла и задыхалась от едкого дыма.

У Мелинды щипало глаза. Она стиснула зубы:

– Толкай, Уэйн! Вместе! Сейчас же!

Они колотили в окно.

– Еще раз! Сильнее!

Наконец окно распахнулось.

Мелинда велела Уэйну вылезти на пластиковую крышу крыльца. Потом она передала ему через окно Кортни и сама перелезла через подоконник.

Втроем они подошли к краю крыши, ища способ спуститься вниз. Уэйн спрыгнул на землю, чтобы поймать сестер.

– Джастин. Где Джастин? Джастин! – опомнилась Мелинда.

Он же был с ними!

Мелинда развернулась и перелезла через раскаленный подоконник обратно в спальню.

– Джастин! – позвала она.

Мелинда опустилась на колени и поползла по горячему ковру. Она нащупала шкаф и пошарила в нем руками. Джастина там не было. Мелинда попыталась еще раз позвать его, но воздуха не хватало. В горле у нее как будто были насыпаны горящие угли.

Мог ли Джастин вернуться в свою комнату? Если да, то ей не пробиться туда сквозь дым и пламя, которые бушевали на лестнице.

Вытянувшись во весь рост, Мелинда сунула руку под кровать Кортни. Джастина не было.

Она судорожно закашлялась и схватилась за горло. Ей было нечем дышать.

Возвращаясь ползком к окну, она услышала какую-то возню под своей кроватью. Рука нащупала мех – Бо! Пес заскулил и лизнул ее ладонь. Но он был не один.

Джастин. Он тоже там прятался. Спасибо, что скулил, Бо, подумала Мелинда.

Она схватила Джастина за волосы и вытащила его. Он прижался к ней, как детеныш коалы, вместе они поползли обратно к окну.

Мелинда усадила брата на подоконник и, задыхаясь, вылезла следом. Но стоило ей ступить на пластиковую крышу, как ее нога пробила плавящийся пластик и провалилась до самого колена. С огромным трудом Мелинда высвободила ногу и перебралась на край крыши.

В эту секунду окно над ними взорвалось. Осколки стекла разлетелись по двору.

Кортни и Джастин хором закричали и потянули Мелинду за руки.

– Бо! – вспомнила Мелинда.

Она оглянулась на пламя, которое вырывалось из окна спальни.

– Ох, Бо!

Она подавила слезы, без раздумий столкнула младших детей с крыши в сугроб и сама прыгнула следом за ними, чуть не свалившись на Джастина.

Какой-то прохожий, наблюдавший за пожаром с улицы, подхватил детей и понес их по стеклу и снегу к своей машине.

– Мамочка! – плакал Джастин.

– Где мама?

Мелинда подбежала к соседскому крыльцу как раз в тот момент, когда мама выскочила на снег, чтобы заключить Мелинду в свои объятия.

– Я звонила в службу спасения, – рыдала она, прижимая к себе детей. – Я была в подвале, разбирала стирку. Я увидела тебя наверху лестницы. Я кричала, чтобы вы выбирались наружу.

Мужчина отнес малышей домой к соседям. Оттуда они позвонили отцу.

Оказавшись в безопасности, Мелинда опустилась в кресло. Голоса и лица людей закружились вокруг нее. Казалось, она потеряла сознание лишь на секунду, но очнулась уже в машине «Скорой помощи». Мигала красная лампочка. Выла сирена. Мелинда еще несколько раз лишалась чувств, пока ее везли в больницу.

Дети сильно наглотались дыма. Ночная рубашка Мелинды в некоторых местах была оплавлена и прилипла к коже, однако серьезных ожогов не было. Уэйн обжег спину в том месте, где ее коснулись горящие занавески. Кортни и Джастин получили царапины при падении. Их пижамы были опалены. Но все четверо детей остались живы.

Джастин все повторял:

– Ангел подхватил меня и выбросил из окна. Это был настоящий ангел. Я это знаю.

Мелинда улыбнулась. Она обняла Джастина и закрыла глаза.

Никто не смог объяснить причину пожара.

– Только на следующий день, когда мы вернулись домой, мне стало по-настоящему страшно, – вспоминает Мелинда. – Некоторые вещи сгорели, но другие – нет. Например, рыбка была жива и плавала в своем аквариуме. А наши комнаты превратились в сплошные угли.

Ее карие глаза вдруг наполняются слезами: «Бо погиб. Ведь мне пришлось оставить его под кроватью».

Эта девочка действительно была ангелом.