В условиях продолжающегося распада Империи сильный король не представлял больше опасности для самостоятельности имперских сословий, в то время как слабая кандидатура всегда повышала риск усобиц из-за короны. Именно поэтому в 1438 году курфюрсты единогласно выбрали герцога Альбрехта V Австрийского, который, будучи зятем Сигизмунда и наследником Богемии и Венгрии, являлся самым могущественным князем в Империи. Энергичный и деловитый, новый монарх внушал надежды на благополучное правление. Его первой задачей стало укрепление королевской власти в Богемии и Венгрии, однако затем он вынужден был бороться с турецкой угрозой и скончался уже в 1439 году.
Курфюрстам ничего не оставалось, кроме как избрать в 1440 году новым королем главу дома Габсбургов, двоюродного брата Альбрехта V — Фридриха Штирийского. Последний ни по своим личным качествам, ни по своему могуществу не мог сравниться с предшественником. Совершенно не воинственный, медлительный, он придавал особое значение тому, чтобы не отказываться от династических притязаний Габсбургов, однако сделал очень мало для воплощения в жизнь этих притязаний.
Из числа наследственных земель Габсбургов под властью Фридриха III находились только Штирия, Каринтия, Крайна и ряд владений в Швабии и Эльзасе, и даже здесь он вынужден был делить власть с братом. В Тироле он до 1446 года играл роль регента при собственном племяннике. В Австрии, Богемии и Венгрии он претендовал на такое же положение при новорожденном сыне Альбрехта, Ладиславе Постуме. Однако ему не удалось предотвратить прихода к власти в Богемии Йиржи из Подебрад и призвания венграми на престол польского короля Владислава III (1434–1444). Когда последний пал в борьбе с турками при Варне, «губернатором» Венгрии стал Янош Хуньяди. Фридрих попытался подчинить себе Швейцарию при помощи французских наемников, так называемых арманьяков, которые после окончания войны с Англией разбойничали по всей Европе. Но в 1444 году победа над небольшим швейцарским отрядом при Сен-Якобе далась настолько дорогой ценой, что арманья-ки предпочли отправиться в Эльзас и опустошить его.
В 1457 году Ладислав скончался, и Фридрих совместно с братом и племянником получил Австрию, которая приобрела статус эрцгерцогства. В Богемии королем стал Георг (1458–1471), в Венгрии сын Иоганна, Матьяш Корвин (14581490).
В Империи церковный вопрос все еще не был разрешен. На Базельском соборе у его участников возникли серьезные разногласия с папой. Курфюрсты в данном случае заявили о своем нейтралитете. Однако один из тайных помощников короля, Энеа Сильвио Пикколо-мини (позднее он стал папой Пием II) убедил Фридриха в обмен на императорскую корону признать папу Евгения IV и заключить с ним в 1448 году Венский конкордат, в соответствии с которым немецкая церковь вновь оказалась под властью курии. Затем папа смог договориться поодиночке с каждым из курфюрстов, сделав им уступки в сфере контроля над Церковью в их княжествах. Собор разошелся, так и не договорившись о реформе. Фридрих получил в 1452 году в Риме обещанную императорскую корону. Однако для Империи, страдавшей от кровавых смут, он сделал так мало, что в конце концов некоторые князья начали всерьез раздумывать о его смещении.
Епископ Зигмунд Вюрцбургский в 14401441 годах находился в состоянии конфликта со своими братьями, герцогами Фридрихом II и Вильгельмом Заксен-Виттенбергскими. При этом епископ опирался на поддержку бранденбургского маркграфа. Чуть позже дело дошло до усобицы между братьями Фридрихом и Вильгельмом (1446–1450). Одновременно (в 1444–1449 годах) архиепископ Кельнский Дитрих и граф Клеве Адольф конфликтовали из-за города Зёст, который в конечном счете достался Дитриху. Однако самой крупной распрей этого периода стала борьба маркграфа Альбрехта Ахилла Бранденбург-Ансбахского при поддержке многочисленных князей и дворян против Нюрнберга и других городов. Она продолжалась с 1449 по 1453 год и не привела ни к какому решающему результату.
Самым упорным соперником императора являлся курфюрст Фридрих I Пфальцский.
В 1458 году он был объявлен вне закона как нарушитель мира в Империи, однако остался непобежденным.
В 1453 году турки захватили Константинополь, но император и Империя так и не выступили в поход против врагов христианства. В это же время Империя лишилась важных пограничных земель. На юге молодое Бургундское государство увеличивалось в размерах с ошеломляющей быстротой. В 1433 году в его состав вошли виттельсбахские Нидерланды, Фрисландия, Голландия, Зеландия и Эно, а в 1443 году — герцогство Люксембург. На севере Адольф VIII стал последним представителем Шауенбургской династии графов Гольштейна, и после его смерти сословия Шлезвига и Гольштейна провозгласили своим правителем датского короля Христиана I Ольденбургского. На северо-востоке после тринадцати лет борьбы Тевтонский орден был вынужден заключить в 1466 году с поляками Торнский мир, по условиям которого он лишался Западной Пруссии и признавал себя ленником польского короля в Восточной.
Тем не менее, именно в период правления этого слабого императора — хотя и практически без его участия — был заложен фундамент для последующего всемирно-исторического значения династии Габсбургов. Бургундский герцог Карл Смелый предложил Фридриху III выдать свою дочь и наследницу Марию в обмен на королевский титул за сына императора, Максимилиана Австрийского. Это соглашение не состоялось из-за сопротивления имперских сословий. Однако когда Карл в 1477 году погиб в битве со швейцарцами при Нанси и французский король заявил свои претензии на его наследство, брак между Максимилианом и Марией все-таки был заключен.
В 1479 году Максимилиан смог одержать победу над французами при Гинегате и восстановить границу Империи на западе. Французскому королю достались только герцогство Бургундия и Пикардия, в то время как Нидерланды и графство Бургундия остались под контролем Мак-симилана, выступавшего здесь в качестве опекуна своего сына Филиппа. В 1482 году Мария скончалась, что поставило Габсбургов в сложное положение. В 1488 году Максимилиан даже был взят в плен фламандскими повстанцами. Однако по инициативе императора князья, рыцари и города восстановили Швабский союз, поддержавший Максимилиана и позволивший ему одержать решительную победу.
В наследственных землях после множества поражений старому императору наконец-то улыбнулась удача. В 1463 году он наследовал своему брату, однако затем ввязался в войну против Матьяша Корвина, который в 1485 году смог даже изгнать его из Вены. Слабость императора побудила курфюрстов в 1486 году избрать его сына Максимилиана римским королем. В 1490 году Матьяш скончался. Венгры призвали на свой трон польского принца Владислава, ставшего в 1471 году королем Богемии, и тот заключил с Максимилианом договор о наследстве. Примерно в это же время Сигизмунд Тирольский отказался от своих владений в пользу Максимилиана. Таким образом, когда Фридрих скончался в 1493 году, все земли Габсбургов оказались вновь объединены в одних руках.
Максимилиан пользовался всеобщим уважением и любовью. Он отличался рыцарственными манерами и интересом к искусствам и наукам. Честолюбивый и предприимчивый, осторожный и исключительно энергичный, он казался подходящим человеком для того, чтобы привести в порядок расшатанное здание Империи. Однако процессы распада зашли уже слишком далеко для того, чтобы имелась возможность укрепить центральную власть. А на создание конфедеративной системы, в рамках которой королевская власть бы совсем потеряла свое значение, монарх, естественно, соглашаться не хотел.
В этот период королевская власть в Дании, Швеции, Польше, Богемии и Венгрии была ограничена аристократией. Однако в Англии, Франции, Папском государстве и других итальянских княжествах, а также в объединенных династической унией Кастилии и Арагоне монархия смогла избавиться от всех ограничений. Империя же сохранила свою старинную систему, однако самостоятельное развитие ее институтов поставило ее на грань полного развала.
Имперские князья — около 30 светских и 50 духовных — присваивали права короны один за другим. Их владения превратились в практически самостоятельные княжества вне зависимости от того, были они изначально ленами или аллодами. Князья стремились расширить территорию и покончить со всеми независимыми игроками внутри своих владений. Вместо ленников-графов назначались судьи, фогты и чиновники. Владения князя складывались из его домена, где он располагал полной властью, ленной территории и третьей составляющей, где он имел только графские полномочия. На ленных и графских территориях князь нуждался в согласии прелатов, дворян и городов на сбор налогов и прочие повинности. Так постепенно появилась система, в рамках которой сословные представительства имели право голоса во всех вопросах, связанных с законодательством и налогообложением. Ведущую роль среди князей имели курфюрсты, владения которых обладали равным статусом с эрцгерцогством Австрией.
В Германии имелось более 60 имперских городов. Однако лишь немногие (Любек, Кельн, Аахен, Страсбург, Ульм, Аугсбург и Нюрнберг) насчитывали свыше 20 тысяч жителей. Лишь с трудом им удавалось отстаивать в этот период свою независимость. Главным козырем городов являлась возможность создавать союзы — Ганза не севере, Швабский союз на юге. Однако в 1442 году Ганзу вынуждены были покинуть бранденбургские, в 1466 году прусские, в 1470 году нидерландские города. На Франкфуртском рейхстаге 1489 года города впервые образовали третью курию наряду с курфюрстами и князьями.
Влияние рыцарства, напротив, уменьшалось. В связи с появлением огнестрельного оружия и наемных армий оно практически потеряло свое военное значение. На рейхстагах рыцари не были представлены. Однако хуже всего было положение крестьянства, особенно после Гуситских войн в Южной и Центральной Германии. Именно крестьяне больше всего страдали от усобиц в Империи. Поскольку с конца XIII века сведение лесов было запрещено, крестьянские наделы приходилось постоянно делить. В конечном счете стандартным наделом стала считаться четверть нормальной гуфы. По мере того, как таяла способность зависимых крестьян к сопротивлению, крупные землевладельцы увеличивали объем сборов и повинностей и стремились установить крепостное право. Положение свободных крестьян и арендаторов также ухудшалось.
В монетном деле господству гульдена понемногу наступал конец. Государствам, которые не чеканили золотую монету сами, он был неудобен, к тому же начала сказываться нехватка золота. В 1444 году курфюршество Саксония приравняло золотой гульден к двум лотам серебра (или 20 грошам) и начало чеканить исключительно гроши, а золотые монеты официально рассматривать как слитки золота. В 1454 году Бранденбург, Бамберг, Вюрцбург и Нюрнберг договорились друг с другом чеканить только шиллинги стоимостью 1/24 гульдена. В последней четверти столетия распространенная порча гульденов еще больше снизила их популярность. Хотя считали часто по-прежнему в гульденах, теперь под этим понятием подразумевали определенное число серебряных монет. Принятый в 1524 году имперский монетный закон признавал только серебряную монету.
В 1495 году на рейхстаге в Вормсе Максимилиан потребовал создания постоянной армии и организации похода в Италию, которую к тому моменту практически полностью завоевал французский король Карл VIII, претендовавший на Неаполь. Имперские сословия под руководством архиепископа Бертольда Майнцского поставили условием своего согласия принятие королем разработанных ими законов. Стороны договорились о том, что рейхстаг провозглашает «вечный» мир, а вместо королевского надворного суда создается имперский камеральный суд. Для его финансирования устанавливался специальный имперский налог на имущество в размере 0,1 %.
Рыцарство, однако, выступало против этого налога, утверждая, что служит Империи своим мечом. Швейцарцы не признали камеральный суд, а Нидерланды, где правил сын Максимилиана Филипп, женившийся на дочери Фердинанда Арагонского и Изабеллы Кастильской Хуане, вообще вели совершенно самостоятельную политику. В 1499 году по Базельскому миру была признана полная независимость Швейцарии. В 1500 году на Аугсбургском рейхстаге Максимилиан был вынужден отказаться от постоянного имперского налога, удовлетвориться разовыми сборами и допустить создание имперского правительства из представителей сословий.
Однако собрать деньги так и не удалось, а правительство начало действовать без всякой оглядки на короля, и Максимилиан стал решительным противником реформ. Камеральный суд и правительство вскоре прекратили существование из-за нехватки денег. Первый, однако, был восстановлен, когда королю потребовались деньги на кампанию в Италии. Там французы захватили Милан и Неаполь. Из последнего, впрочем, их вскоре выбили арагонские войска.
Максимилиан в 1508 году без формальной коронации принял в Триденте императорский титул, и его преемники делали то же самое сразу же после вступления на престол. В остальном его кампания в Италии осталась безрезультатной. Политическая реформа Империи затормозилась. На Кельнском рейхстаге 1512 года было решено разделить ее на десять округов для поддержания внутреннего мира, однако и это поначалу не было выполнено. Война с Францией окончилась в 1515 году победой французов при Мариньяно.
Когда Максимилиан скончался в 1519 году, действительно значимые преобразования в Империи так и не были произведены. Зато Габсбурги стали мировой династией, даже если сам Максимилиан еще не смог воспользоваться плодами этого развития. Филипп Красивый скончался еще в 1506 году; однако внуки Максимилиана сосредоточили в своих руках не только габсбургские владения в Германии, Нидерланды и Франш-Конте, но и Испанию с ее колониями, Сардинию и Королевство обеих Сицилий.
Наступала новая эпоха. Изобретение пороха уже давно изменило военное дело, и огнестрельное оружие убрало с поля боя дворянскую рыцарскую конницу. Тяжелая аркебуза и пика стали оружием наемных солдат, а необходимость длительного обучения обращению с оружием привела в последней трети XV века к созданию небольших постоянных армий.
Упадок рыцарства повлек за собой распад ленной системы. На место ленников постепенно приходили чиновники, получавшие жалованье. Самые высокие должности занимали те, у кого имелось юридическое образование. Влияние римского права в Германии стремительно росло.
В сфере образования с XIV века большую роль играли «братья совместной жизни», которые жили как монахи, но не принимая пострига. Университеты того времени делились на четыре факультета — теологический, юридический, медицинский и «свободных искусств». Из семи «искусств» три «низших» (тривиум — грамматика, риторика и диалектика) изучались в низших школах, студенты же занимались четырьмя «высшими» (квадривиум — музыка, арифметика, геометрия, астрономия). Факультет «свободных искусств» был рангом ниже других и считался чем-то вроде современных гимназий. Под руководством магистров школяры должны были пройти здесь определенный курс, по завершении которого получали степень бакалавра и могли учиться дальше и сами учить других. Став магистром, студент мог попасть на «высшие» факультеты и получить докторскую степень.
Еще до 1400 года в Германии был основан ряд университетов по примеру Праги. В XV веке появились университеты в Лейпциге, Ростоке, Грейфсвальде, Фрейбурге, Базеле, Ингольштадте, Трире, Майнце и Тюбингене. Тем не менее, с середины века школы и университеты вступили в полосу кризиса. Учителя были во многих случаях ленивы и невежественны. Господствующий схоластический метод базировался на учении Аристотеля и помогал оттачивать ум, однако у тех, кто зазубривал правила схоластики, возникало ощущение, что они знают все на свете. Особенно в сфере теологии бесплодные диспуты и штудирование классиков — Фомы Аквинского и Дунса Скотта — совершенно вытеснили изучение Библии и отцов Церкви.
Научная жизнь в Европе испытывала влияние гуманизма. В противовес церковной учености в Италии появилось направление, опиравшееся на Данте, Петрарку и Боккаччо и выступавшее за более свободное образование, примеры которого можно было найти в трудах античных авторов. Импульсами для развития этого направления, процветавшего при дворе Медичи во Флоренции, стали падение Константинополя и изобретение книгопечатания. Из погибшей Византии на Запад прибыло множество ученых, которые способствовали распространению древнегреческой литературы. Книгопечатание же сделало вновь открытые сокровища классической древности доступными широкому кругу читателей. Большое внимание стали привлекать и произведения античного искусства, изучение которых значительно обогатило искусство той эпохи. В развитии искусств начался новый период, который по праву назвали Возрождением, Ренессансом и который достиг своей высшей точки в произведениях Леонардо, Микеланджело и Рафаэля. Расширялись и географические познания, особенно после открытия Америки в 1492 году и морского пути в Индию шестью годами позже.
В Германию гуманизм пришел во второй половине XV века. Образцом трудолюбивого и жизнерадостного поэта, одержимого жаждой познания и стремлением к славе стал Конрад Цельтис, закончивший свою жизнь как преподаватель Венского университета в 1508 году. Большую известность получили Иоганн Рейх-лин, Эразм Роттердамский и рыцарственный поэт Ульрих фон Гуттен. Новый взлет немецкого искусства связан с такими именами, как Альбрехт Дюрер, Ганс Гольбейн и Лукас Кранах. На схоластов, все еще контролировавших университеты, гуманисты смотрели со справедливым презрением. Острые сатиры высмеивали глупость, невежество и низость доминиканцев, преследовавших Рейхлина, но в итоге вынужденных занять оборону. Постепенно влияние гуманистов стало ощущаться и в университетах. Основанный в 1476 году университет Тюбингена стал первым, в котором гуманисты с самого начала играли ключевую роль. В еще большей степени были проникнуты гуманистическим духом основанный курфюрстом Фридрихом Мудрым в Саксонии в 1502 году Виттенбергский университет и созданный Иоахимом I Бранденбургским в 1506 году университет во Франкфурте-на-Одере.
Именно университет в Виттенберге приобрел в дальнейшем ключевое значение. Здесь с 1518 года работал преподавателем греческого языка Филипп Меланхтон, ставший одним из ведущих немецких гуманистов[43]. Здесь же обретался человек, который не принадлежал к числу гуманистов, однако нашел в себе мужество всерьез взяться за исправление всем известных пороков Церкви и начал борьбу против папы и императора. Речь идет, разумеется, о Мартине Лютере. С того дня, когда он прикрепил свои 95 тезисов против торговли индульгенциями к дверям церкви в Виттенберге, — 31 октября 1517 года — началась эпоха Реформации.
