Возможно, я несправедлива к Су Хену и слишком резко реагирую?..

Последние недели я старалась не обращать внимания на тревожные звоночки и отмахиваться от беспокойных мыслей, хотела насладиться романтичными отношениями. Но больше закрывать глаза на проблемы не получалась.

Мы слишком разные. Банально, я даже на заднем сидении автомобиля пристегивалась, а Лис и на переднем – нет. Я правильная, чопорная, занудливая. Да, уже не такая, как два года назад. Стала более смелой и менее категоричной, но все же натуру не исправишь. А Су Хен – необузданный ветер. Когда-то давно я пошутила, что Лиса дикие звери воспитывали. Но тогда и подумать не могла, как близко окажусь к истине.

Не только я должна принять сущность Лиса, но и он сам измениться. Иначе у нас ничего не получится.

Опять-таки не стоило забывать, что мы дети разных наций, культур. Мне интересно с Ли Су Хеном. Но встречаться с парнем из далекой азиатской страны – это одно, а жить вместе – совсем другое. И вопрос: где жить? Почему-то, как само собой разумеющееся, я рассудила, что мы должны обосноваться в России, в Москве. Но что если кореец считал иначе?.. Ведь одно дело задержаться в другой стране по делам, а совсем иное – осесть на длительный период времени, а то и на всю жизнь.

Я не готова бросить отца, интересную работу, друзей, любимый город и переехать вслед за парнем на другой конец света. Во всяком случае, сейчас. А значит, требовать аналогичного от Су Хена тоже не могу – это нечестно по отношению к нему.

Если мы настолько разные, то есть ли у наших отношений будущее? Не просто череда романтических свиданий и страстный роман, а общий дом, семья?..

Сегодня я всерьез испугалась, что Лис мог исчезнуть. И правда в том, что он действительно мог. Ветер в объятиях не удержишь.

Целых два года я грезила о парне со злыми лисьими глазами. Но нужны ли отношения, если они ни к чему не приведут? Не разобьет ли кумихо мне сердце снова?..

Если бы мне было восемнадцать-двадцать лет, наверное, я бы мыслила иначе. Но мне почти тридцать, и отсутствие опыта в отношениях лишь усугубляло ситуацию.

* * *

Такси остановилось перед знаменитой высоткой на Котельнической набережной.

Лис выскочил из машины и, прежде чем я успела отстегнуть ремень безопасности, распахнул дверь с моей стороны, галантно предложил руку.

– Позер, – проворчала я. Но в этот раз руку приняла, не стала отталкивать.

– И зачем мы здесь? – спросила, рассматривая громаду замка, шпиль которого терялся в снежной круговерти.

Я часто гуляла мимо этого здания, читала про него, как-то даже посещала легендарный кинотеатр «Иллюзион», расположенный на первом этаже одного из корпусов.

– Сюрприз, – лукаво стрельнув глазами, улыбнулся Лис.

Сердце пропустило удар, а потом забилось быстрее. Как и всякий раз, когда Су Хен так на меня смотрел.

– Здесь? – нарочито холодно поинтересовалась я.

– Да. Пойдем.

Держась за руки, мы подошли к массивным высоким дверям. Лис толкнул тяжелую створку, и мы оказались в огромном холле. Стены отделаны мрамором и украшены барельефами, на потолке мозаичное панно, светильники – явно наследие прошлого века. Если бы не знала, что это жилой дом, подумала бы, что мы очутились в музее.

Заметив нас, всполошился консьерж за стойкой, но Су Хен небрежно махнул каким-то документом, и пожилой усатый мужчина тут же потерял к нам всякий интерес.

В лифте Су Хен нажал кнопку двадцать четвертого этажа. Кабина плавно заскользила вверх.

– Кстати, ты ведь помнишь заклинания для нейтрализации злокозненных духов? – как бы невзначай спросил он.

– Стандартные. Но практики у меня почти не было.

– А высоты ведь не боишься?

– Вроде бы нет, – без особой уверенности ответила я.

Всю жизнь я прожила на втором этаже. Но книгохранилище «Ленинки», так называемой «первой московской высотки», насчитывало девятнадцать этажей, так что на работе забираться ввысь не раз приходилось. Особого дискомфорта я не чувствовала, наоборот, с удовольствием любовалась видами на Кремль и маковки церквей.

– К чему эти вопросы?

– Скоро увидишь, – загадочно отозвался Лис.

Когда мы вышли из лифта, парень уверенно пересек холл и направился к лестнице.

– Дальше пешком.

– А почему не на лифте?

Я запомнила, что на панели значились тридцать кнопок.

– Он дальше не идет.

– Почему? – удивилась я.

– Специфика здания. – Су Хен обернулся ко мне. – Если коротко, следующий этаж с лифтовым оборудованием, а на этажах выше нет электричества, так что они нежилые. Только внешняя подсветка здания идет.

– Как странно… – нахмурилась я. – Это сколько же здесь технических этажей?

– Восемь. Но так высоко нам не надо.

Мы поднялись на этаж, а дальше лестничный пролет перегораживала грубая металлическая решетка… и за ней все роскошное убранство дома разом заканчивалось. Поразительный контраст! Сквозь прутья решетки лестница выглядела грязной и обшарпанной, краска на стенах облупилась, на ступенях грязь и мелкий мусор. Словно эту часть здания не ремонтировали несколько десятков лет, и не убирали тоже. Электричества, похоже, действительно не было, ибо никаких светильников я не заметила, а следующая лестничная площадка терялась в темноте. Жутковатое место, однако.

Лис вытащил их кармана ключ, вставил в массивный висячий замок. Решетка с противным скрежетом распахнулась.

По спине пробежал мороз. Я нервно повела плечами и только собралась щелкнуть пальцами, чтобы зажечь светлячок, как Су Хен поймал меня за руку.

– Лучше пока без этого. Держись за меня. Ты же знаешь, я отлично вижу в темноте… – подмигнул он. – И оставь здесь мобильник. А то, как с моим случится.

– Подожди… – начала догадываться я. – Ты не случайно спрашивал про заклинания против злокозненных духов?

– От тебя ничего не утаишь, – сверкнул зубами Лис.

– Зачем мы здесь?

– Разве не работа Инквизиции усмирять всяких тварей, которые мешают жить простым людям?

– Вот и передал бы сведения в организацию. Они бы отправили дежурный отряд.

– Тогда сюрприза бы не получилось. Пойдем, ты должна сама все увидеть.

Устраивать сцену и возвращаться назад, проделав такой путь, было глупо. Я со вздохом скинула куртку, в кармане которой лежал телефон, и сняла шарф. Повесила одежду на перила.

Кумихо нежно взял меня за руку, и я покорно отправилась за ним.

Если бы в подобное место, в окружении всей этой таинственности, меня привел другой человек, то у меня возникли бы нехорошие подозрения. Но после всего случившегося я не могла не доверять Ли Су Хену. Вот только теперь чувствовала себя разочарованной. Последние минуты я терялась в догадках, зачем он пригласил меня в высотку на Котельнической набережной. Подозревала, что парень решил устроить романтическое свидание с видом на заснеженный город. Иных причин штурмовать знаменитый замок я не видела.

Действительность оказалась куда прозаичнее – от меня требовалось приструнить какого-то зарвавшегося духа. Хорошее свидание, ничего не скажешь!..

Пока мы поднимались по лестнице, немного света еще пробивалось с нижних этажей, но стоило оказаться в холле двадцать шестого этажа и стало совсем темно. Мне пришлось полностью положиться на внезапного поводыря.

– Что… известно про духа? – мой голос предательски дрогнул.

Настроение и так хуже некуда, а к тому же я ничего не видела, мне посоветовали воздержаться от применения магии, и где-то рядом обитал враждебный дух.

– Не любит электричество, выводит из строя любую электронику – неважно используют ее или нет. Огонь ему тоже не нравится. Ну и на магию нервно реагирует.

– Давно здесь обитает?

Мне показалось, что Су Хен пожал плечами. Через пару мгновений, видимо вспомнив, что я не могу его видеть, он произнес:

– Да кто его знает. Вроде давно. Подозреваю, еще во время строительства завелся… Я говорил со старожилами. По проекту лифтовое машинное отделение должно располагаться значительно выше, планировалось больше этажей делать жилыми, но так как электрические приборы не работали выше двадцать пятого этажа, проект пришлось пересмотреть.

Значит, сначала построили тридцатидвухэтажную высотку, а потом столкнулись с непредвиденной проблемой. Я представила величину скандала и масштаб работ, когда пришлось пересматривать схему использования здания. Все-таки высотку на Котельнической набережной можно смело назвать одним из самых известных сооружений эпохи. А тут такой конфуз…

– Ничего себе… – пробормотала я. – И никто не подсказал местным, что с этой проблемой стоит обратиться к Инквизиции?

– Тебе напомнить, что мы работаем на одну из самых секретных организаций? – усмехнулся парень. – Про инквизиторов мало кто знает, еще меньше верит, что они реально существуют, остальные же боятся и предпочитают не беспокоить организацию по пустякам.

– Тебе напомнить, что теперь ты тоже инквизитор? У тебя даже удостоверение есть, – не удержалась от шпильки я.

– Не напоминай, – фыркнул Лис. – До сих пор недоумеваю, как я во все это ввязался.

– Только не говори, что жалеешь? – в шутливой манере произнесла я.

– Нет, – со всей серьезностью отозвался он. – Что два года назад, что два месяца, что сейчас… – это был сознательный выбор.

Сердце глухо ударилось в груди, а потом застучало быстрее.

– Сейчас? – переспросила я.

– Пойдем, сама увидишь, – вновь ушел от ответа Лис и потянул меня за собой. – В общем, дом строили после второй мировой, а времена тогда были смутные, у инквизиторов хватало хлопот и помимо того, чтобы со всякими духами разбираться. Тем более что этот сидит тихо и ниже двадцать шестого не спускается.

Вторая мировая коснулась не только обычных людей, одаренные и сверхъестественные существа тоже принимали участия в тех драматических событиях. Некоторые сражались друг с другом, поддерживая одну из противоборствующих сторон, а другие преследовали собственные интересы и творили всевозможные бесчинства. Это были действительно темные времена, о события тех лет в Инквизиции вспоминать не любили.

– Жертвы были? В смысле здешний дух на людей нападал?

– Точно не в последние годы. Местные знают об опасности и на верхние этажи без особой надобности не суются. Вон, даже решетку поставили. Хотя есть легенда, что здесь умер какой-то электрик. А кто-то говорит, что это и есть призрак электрика. Как оно на самом деле, уже не узнаешь.

– Откуда ты вообще узнал про духа?

– Помнишь, я пару недель назад работал под прикрытием?

Кивнула.

– Мне пришлось притвориться гадалкой, жить в ее квартире. Которая, к слову, была в этом корпусе, только на пятом этаже.

Вновь кивнула. Что-то такое я припоминала. Инквизиция теперь привлекала к работе кумихо, когда требовалось принять облик другого человека… или нечеловека. Деталей операции я не знала. Но вроде Лис помог поймать одну из постоянных клиенток гадалки – некую ведунью, которая продавала приворотные зелья обычным людям. Потом парень еще ворчал, что ему двое суток пришлось «жить в теле» древней бабки и вообще он весь пропах старостью. Больше всего Су Хен не любил «влезать» в женскую шкуру, а тут еще пришлось безвылазно сидеть в доме старушки и пользоваться ее вещами. Надо ли говорить, что для Лиса это оказалось непростым испытанием?

– Ты же знаешь, я не могу не исследовать местность вокруг своего жилища, пусть даже оно и временное. Вот и нашел, – с некоторым самодовольством изрек Су Хен.

– Лис, а может, ну этого духа, а? – робко спросила я. – Вызовем наших.

– Не волнуйся. Мы и сами справимся.

В отличие от Су Хена, уверенности я совсем не чувствовала, ибо потусторонних тварей до сих пор опасалась и по своей воле в такое место не полезла бы. Тем более без подготовки! И вообще я библиотекарь, а не специалист по борьбе со злокозненными духами.

– Если тебе дух покоя не дает, почему сам не разобрался? Ты же можешь, я знаю. Твой веер идеальное оружие против подобных тварей!

Я хорошо помнила, как один росчерк красного веера отправлял жутких вонгви в небытие.

– Дух старый, высшего порядка, – терпеливо пояснил Лис. – Не обычный вонгви. Я ранил его, но… нужно заклинание, чтобы окончательно упокоить. А это, как понимаешь, мне не по силам.

– То есть он еще и в ярости?.. – еле слышно пробормотала.

Кумихо, конечно же, мои слова услышал:

– Не бойся, Алиса. Я прикрою, ты же знаешь.

Медленно кивнула. А что еще оставалось?.. Я знала, что могу рассчитывать на Су Хена, и он прикроет мне спину. Но все равно ситуация вырисовывалась ненормальная. Пообещала себе, что серьезно поговорю с парнем. Но лучше это делать, когда все закончится, и в другой обстановке, смотря глаза в глаза, а не в тревожной кромешной темноте.

Лис распахнул дверь, и я зажмурилась от яркого света. Через мгновение, проморгавшись, поняла, что свет не такой уж и яркий. Просто глаза привыкли к темноте, я уже и забыла, что на улице день.

Огромное помещение совершенно не использовалось и, кажется, осталось в первозданном после строительства виде. Бетонные потолок и пол, лишенные всякой отделки стены, даже строительный мусор остался – куски бетона и кирпича, прутья арматуры.

Меня, как магнитом, потянуло к огромному окну. Я сделала пару шагов, а затем спохватилась и остановилась, обернулась к парню. Он смотрел с меня довольной улыбкой.

– А можно?.. – указала в сторону окна, которое так и манило.

– Духа еще нужно выманить. На меня он тоже не сразу набросился.

С двадцать шестого этажа открывался потрясающий вид на город. Только теперь я воистину поняла значение фразы «захватило дух от восторга».

Из окна был виден весь центр. Башни и зубчатые стены Кремля, колокольня Ивана Великого и древние храмы, парк Зарядье, набережная Москва-реки и Яузы, мосты… а вдалеке виднелись колоссы Москва-Сити и очертания других знаменитых высоток. Книгохранилище «Ленинки» я тоже разглядела. Снегопад закончился, с неба падали лишь одинокие пушистые снежинки, делая вид по-настоящему сказочным…