Древнеяпонская мифология сохранилась в многочисленных письменных памятниках, таких как «Кодзики» («Записи о делах древности», 712 год), «Нихонги» («Анналы Японии», 720 год), этногеографические описания японских провинций – фудоки («Записи о землях и обычаях», VIII век), древние молитвословия норито, а также в более поздних текстах, таких как «Когосюи» («Собрание древних слов», начало IX века) и «Кюдзихонги» («Главные записи о делах старины», начало XII века). Большинство мифов, включая циклы преданий, о которых мы поговорим в этой книге, вошли в состав «Кодзики» и «Нихонги». Эти своды легли в основу официальной мифологии синтоизма, частично адаптировав местные верования и оттеснив шаманские культы, превратив их в элементы низшей или региональной мифологии. [11]

Эти элементы низшей мифологии – духи природы, демоны и шаманские практики – продолжали существовать в фольклоре местных культов. Чаще всего истории о них передавались устно или записывались уже в средние века, став важным источником понимания разнообразия японской духовности.

Сюжеты, вошедшие в «Кодзики» и «Нихонги», принято делить на три группы:

• мифы о появлении Неба и Земли, первых богов и рождении японских островов;

• повести о божествах равнины высокого неба Такамагахара, где обитают небесные боги, и о царстве мертвых Ёминокуни;

• рассказы о нисхождении ками на землю и о первых земных потомках небесных богов (императорской династии) – этот период называют кунидзукури («строительство страны»).

Мифы также разделяются на миротворческие, мироустроительные и связанные с деяниями первых земных потомков небесных богов. Сюжеты делятся на три свитка «Кодзики»: в первом охватывается эпоха миротворения и мироустроения, а во втором и третьем уже рассказывается о строительстве страны и императорской династии. [2]

Характерная особенность японской мифологии – отсутствие фигуры демиурга-творца. Вселенная и мир появились не просто из хаоса – в центре космогонического мифа самопроизвольный установленный с самого начала порядок, основанный на взаимодействии противоположностей: Ин и Ё. Это отсылает к другим космогоническим легендам, в которых Ин и Ё соответствуют китайским абстрактным выражениям Инь и Ян, олицетворяющим женское и мужское начало, свет и тьму, солнце и луну, небо и землю. [2]

В «Кодзики» не описывается процесс зарождения мироздания. Космогонический миф о возникновении Вселенной – процесс отделения Неба от Земли, то есть появление равнины высокого неба и низшего мира. Одновременно с этим возникает первая божественная троица синто: Три бога сотворения – «Дзёка сансин».

К божественной троице относились:

• Амэноминакануси-но ками – Бог-Правитель священного центра небес;

• Такамимусуби-но ками – Бог высокого священного творения;

• Камимусуби-но ками – Бог божественного творения. [9]

Подробное описание уже присутствует в «Нихонги»: мы узнаем, что изначально элементы Ин и Ё представляли единое целое и имели форму яйца с расплывчатыми очертаниями и с зародышами внутри. Со временем «чистое и светлое» растянулось и стало Небом, а «тяжелое и мутное» опустилось и стало Землей. Вначале установилось Небо, затем – Земля, а между ними – первая троица божеств, каждое из которых «явилось само по себе и не дало себя увидеть».

Невозможно не отметить схожесть мифов о зарождении Вселенной в японской и китайской культурах. В китайской мифологии в основании мира был хаос «хунь-дунь», имевший форму яйца. Далее описывается процесс, когда яйцо раскрылось и появились небо и земля. Из хаоса образовались два первоэлемента, Инь и Ян – основополагающие понятия в китайском мировосприятии[22].

На первый взгляд неясное описание первых ками имеет важную характеристику. «Каждый сам по себе» – так подчеркивалась мысль, что боги появились по одному, без взаимодействия противоборствующих сил, то есть мужского и женского. Под «не дали себя увидеть» имеется в виду, что ками были сокрыты от чужого взгляда между небом и землей, на равнине высокого неба.

В те времена земля была еще юной и плавала по воде, подобно курагэ[23]. И тогда, «словно молодой побег тростника», пробившийся из ее глубин и тянущийся к небу, в мир явились еще два божества:

• Умасиасикаби-хикодзи-но ками – Бог-юноша прекрасных побегов тростника;

• Амэнотокотати-но ками – Бог, навечно утвердившийся в небесах. [9]

То были пять ками из группы амацугами («особые небесные боги») – группы божеств спонтанного происхождения, которые возникли по одному и не имели определенного пола. В отличие от последующих божеств первые три бога – создатели Вселенной, а два других – боги, родившиеся на небе (пока земля находилась еще в зачаточном состоянии). Остальные божества относились уже не к небу, а к стихии земли.

Далее в «Кодзики» и «Нихонги» упоминается рождение Семи поколений богов, возникновение которых относится к периоду, когда земля и небо полностью сформировались. Первые два поколения принято относить к тому же типу, что и амацугами, – то есть ками, рожденные сами по себе и не имеющие определенного пола.

То были:

• Кунинотокотати-но ками – Бог, навечно утвердившийся на земле;

• Тоёкумоно-но ками – Бог обильных облаков над равнинами.

Последующие пять поколений возникали уже парами:

• Ухидзини-но ками – Бог всплывающей грязи, за ним Сухидзини-но ками – Богиня осаждающегося песка;

• Цунугуи-но ками – Бог твердых свай, за ним Икугуи-но ками – Богиня таящих жизнь свай;

• Оотонодзи-но ками – Бог больших покоев, за ним Оотонобэ-но ками – Богиня больших покоев;

• Омодару-но ками – Бог совершенного облика, за ним Аякасиконэ-но ками – Богиня, внушающая трепет;

• Идзанаги-но ками – Бог, влекущий к себе, за ним Идзанами-но ками – Богиня, влекущая к себе.

Вместе с появлением божественных пар в первоисточниках появляется новое слово – имо, которое переводчики (в частности, Н. И. Фельдман) трактовали как «младшая сестра», а далее по тексту – «жена». В древности, когда речь шла о мужчине и женщине, будь то супруги, братья и сестры и даже чужие друг другу люди, женщину называли имо (味). Об этом свидетельствуют записи исследователя эпохи Эдо Мотоори Норинага. В зависимости от обстоятельств слово «имо» передавало значение «жена» или «сестра». [9]

Важнейшее событие в японской мифологии – рождение богов, играющих своеобразную роль демиургов-творцов, – Идзанаги и Идзанами. Эта чета ками выступает родоначальниками всего сущего в мире, в первую очередь восьми островов Японии. В «Кодзики» описан момент, когда по повелению высочайшего Бога-Правителя Идзанаги и Идзанами было поручено обратить плавающую по морским волнам землю в твердь. Для этого свершения боги даровали божественной паре волшебное копье, щедро украшенное жемчугами и драгоценными камнями, – Амэ-но нубоко («небесное драгоценное копье»).

Под копьем принято понимать японское холодное оружие – нагината, первые упоминания о котором относятся к VII веку. Это оружие с длинной рукоятью и изогнутым односторонним клинком. Европейский аналог – глефа или алебарда.

Чтобы обратить несформировавшуюся до конца землю в твердь, Идзанаги и Идзанами спустились на небесный плавучий мост Укихаси, соединяющий верхний и нижний миры, и принялись размешивать воду копьем. Морские воды загустели, и капли, падающие с острия копья, превращались в твердую землю – то был остров Оногородзима (иначе Оногоро), то есть Сам Собой Сгустившийся остров. С точки зрения мифологии, именно с этого момента начинается история японских островов.

Идзанаги и Идзанами – первые боги, спустившиеся на созданную твердь. Вскоре после этого они решили стать мужем и женой, несмотря на родственную связь. Следует отметить, что отношения между братом и сестрой в древние времена на Востоке не считались препятствием для заключения брака. Инициатором союза стал Идзанаги. Диалог четы не сильно отличается в первоисточниках: и в «Кодзики», и в «Нихонги» Идзанаги предлагает соединить «исток мужского» с «истоком женского», чтобы «родить» страну.

Вместе боги установили в центре острова Небесный Столб Амэ-но махасира, а вокруг него возвели покои. Исследователи трактуют данный отрывок как описание брачного ритуального обычая: мужчина и женщина обходили церемониальный столб, а после для новобрачных возводили отдельные покои. Идзанаги пошел вокруг столба в одну сторону, а Идзанами – в другую.

Стоило им встретиться, как Идзанами не сдержала чувств и воскликнула:

– Поистине, прекрасный юноша!

Вслед за ней воскликнул Идзанаги:

– Поистине, прекрасная дева!

Но тут же стал бранить жену, ведь «если первой заговорила женщина – быть беде». Возможно, в эпоху зарождения мифа древнеяпонское общество уже обладало чертами отцовского (патриархального) права, когда женщина не имела права говорить первой и среди людей это могло считаться предзнаменованием несчастья.

Тогда родилось у богов существо хируго, или «дитя-пиявка», – нечто, не имеющее ни рук, ни ног, или, возможно, с руками и ногами, но без костей. Мотоори Норинага предположил, что так могли называть детей, которые родились с «увядшим» телом: дети вырастали, но не могли даже держаться на ногах. Боги положили хируго в лодку из листьев тростника и пустили по воде. За ним родился Авасима – «пенный остров», но и его боги сочли за неудачу: тот еле держался на плаву и обладал столь неприглядным видом, что его не принято даже относить к потомкам создателей Поднебесной.

Тогда Идзанаги и Идзанами обратились к небесным богам, чтобы узнать, как побороть эту напасть. Посоветовавшись, небесные боги наказали супругам заново провести брачный ритуал, но на сей раз первым должен заговорить мужчина. Вернувшись к Небесному Столбу, Идзанаги и Идзанами вновь провели обряд. После того как они повторили ритуал по всем правилам, от их союза появилось многочисленное потомство.

Так в мифологии описано появление Оо-ясимагуни, то есть Страны восьми больших островов, – Японии, куда входило восемь больших и шесть малых островов.

• Первым островом стал Авадзи-но-хо-но-са-вакэ, или просто Авадзи.

• За ним появился остров Иё-но-футана, ныне Сикоку. Считается, что персонификация острова имела одно тело, но четыре лица: горный хребет разделяет остров на четыре части. Каждое обладало отдельной личностью и имело собственное имя.

• Третьим появился остров Окиномицуго, или Амэ-но-осикоро-вакэ.

• За ним – остров Цукуси (ныне Кюсю), который также имел одно тело и четыре лица, каждое из которых обладало отдельной личностью и именем.

• Пятым появился остров Ики, по-другому Амэхитоцубасира.

• Шестым – остров Цусима, или Амэ-но-садаёри-химэ.

• Седьмым появился остров Садо.

• Восьмой остров назван Оо-ямато-тоёакидзусима, или просто Ямато (ныне Хонсю). [9]

Когда Идзанами создавала острова, моря, реки, травы и деревья, она вместе с супругом размышляла: «Мы создали Великую страну восьми островов с ее горами, реками, зелеными полями и лесами. Почему бы нам не создать существо, которое смогло бы стать Правителем Вселенной?» Так появились первые боги, населившие еще молодую землю. Всего насчитывается 35 богов, первым из которых стал Оо-котооси-о-но ками – Бог-Муж Великого Деяния.

За ним появились бог моря – Ооватацуми-но ками, бог проливов – Хаяакицу-хико-но нами, богиня осени – Хаяакицу-химэ-но ками и бог земли – Ивацути-бико-но ками. Имена первых божеств перечислены в «Кодзики», и каждый олицетворял природные стихии и явления или времена года. Переломным моментом стало рождение бога огня – Хи-но-ягихая-о-но ками, или Кагуцути. При родах Идзанами очень ослабла и заболела, а вскоре скончалась. Рождение Кагуцути символизировало завершение эпохи сотворения мира, а гибель Идзанами – явление смерти для всего живого.

В болезни Идзанами успела родить еще нескольких детей: пару богов Рудных Гор, пару богов Глины и пару богов Бегущих Вод. После ее кончины Идзанаги был неутешен: он «ползал в ногах у нее» и плакал. Из его слез появилась Плачущая Богиня Болот – Накисавамэ-но ками. Но как бы ни была велика скорбь Идзанаги, не в его силах воскресить супругу. В порыве ярости он снес голову сыну, по вине которого умерла Идзанами, и из брызг крови и его тела появилось множество божеств Амэ-но Охабари[24].

Время шло, но скорбь Идзанаги не утихала. Тогда он решил отправиться в царство мертвых – Ёми-но куни («Страна жёлтого источника»). По-видимому, название подземного царства заимствовано из китайского языка, так как в мифологии Китая страну мертвых именовали «Желтый подземный источник» – Диюй. Основное описание земель Ёми встречается в первом свитке «Кодзики», а также в норито[25] «В праздник успокоения огня», где их именуют просто «тьмой». [11]

Страна Мрака находилась далеко и являлась запретным местом для живых. Там царил вечный холод и никогда не светило солнце. Стоило Идзанаги оказаться перед вратами в подземное царство, как ему навстречу вышла Идзанами. Стал тогда Идзанаги умолять супругу возвратиться, ведь страна, что «я и ты создавали, еще не до конца создана», однако Идзанами уже вкусила еду загробного мира и не могла его покинуть.

Схожий мотив можно встретить в древнегреческой мифологии: богиня плодородия Персефона похищена по воле владыки подземного царства Аида. Став его пленницей, она не пробовала загробной пищи, однако по итогу вкусила зерна граната и оказалась обречена на вечное возвращение в царство мертвых. С того момента она получила статус супруги Аида и владычицы преисподней.

Тем не менее Идзанами обращается за советом к богам подземного царства, чтобы узнать о возможности вернуться в свой мир. При этом из мифа неясно, кто эти боги и какова их иерархия. Перед уходом Идзанами строго запрещает супругу следовать за ней или оборачиваться, однако ее долгое отсутствие заставляет Идзанаги нарушить этот запрет, и он отправляется на ее поиски. Отломав зубец от бамбукового гребня, он зажег его как факел, чтобы осветить себе путь. Стоило ему увидеть супругу, как он содрогнулся от ужаса: по ней ползало несметное множество червей, а из всех частей ее тела рождались страшные чудовища.

Далее в «Кодзики» описан момент рождения из тела Идзанами восьми богов грома: из головы богини родился Гром-Великан, из груди – Огненный Гром, из живота – Черный Гром, из лона – Рассекающий Гром, из левой руки – Юный Гром, из правой – Ударяющий в Землю Гром, из левой ноги – Грохочущий Гром, из правой – Пригибающий Траву Гром. Каждый злобно уставился на нарушителя правил загробного мира. Идзанаги зажег пламя и осветил царство Ёми – это считалось нарушением покоя мертвых и несло дурное предзнаменование.

Идзанами разъярилась, ведь, осветив ее мертвое тело, Идзанаги осквернил ее и нарушил слово. Тогда бог обратился в бегство. Поначалу в погоню за ним Идзанами пустила восемь уродливых женщин страны Ёми – фурий, а затем восьмерых богов грома во главе воинства страны Ёми «в тысячу пятьсот числом». На бегу Идзанаги снял головную повязку и бросил ее под ноги фуриям – из нее тотчас вырос виноград. Пока фурии пожирали его, Идзанаги удалось оторваться от погони, но вскоре восьмерка фурий вновь настигла его. Тогда Идзанаги бросил на дорогу гребень, и тот обратился бамбуковым лесом. Ему вновь удалось сбежать, пока фурии пробирались сквозь бамбук. На сей раз его настигла армия во главе с богами грома: тогда Идзанаги вынул волшебный меч и стал отмахиваться им от преследователей.

Когда бог достиг Плоского Склона, отделяющего царство мертвых от мира живых, те вновь настигли его. Тогда Идзанаги сорвал с дерева три персика и бросил в преследователей. Тотчас рать повернула вспять. В благодарность Идзанаги даровал персиковому дереву и его плодам имя Оо-каму-дзуми-но микото – Великие Божественные Боги-Духи, или Плоды Великих Богов.

Такое могущество, приписываемое плодам персикового дерева, объясняется влиянием китайской культуры, в которой считалось, что персик спасал от нечистой силы и наговоров (порчи). Из персикового дерева даже изготавливали амулет удзути – «заячий молоточек», который использовали в качестве оберега от злых намерений и нечисти. Амулет украшали длинными нитями пяти цветов и часто дарили близким и друзьям в Новый год.

Увидев, что погоня не увенчалась успехом, Идзанами сама отправилась за мужем и настигла на пороге между мирами. Идзанаги предложил расторгнуть их союз, и богиня в гневе пригрозила, что станет умерщвлять по тысяче человек в день. Вопреки ее словам Идзанаги обещал, что будет возводить в день тысячу пятьсот домиков для рожениц, чтобы сократить нанесенный ею ущерб.

На том боги и расстались: Идзанами получила имя Ёмоцу оо-ками (Великое Божество Страны Желтых Вод) и стала повелевать в загробном мире, а Идзанаги выбрался из царства смерти, после чего еще долго предавался многочисленным очищающим омовениям Охараи.

В «Кодзики» во время умывания левого глаза Идзанаги породил Великую Священную Богиню – Аматэрасу оо-ми-ками. Это важный момент: после потери супруги Идзанаги принял на себя роль покровителя над рожаницами и даже смог произвести на свет детей без участия женщины. Когда Идзанаги омыл правый глаз, родился бог Луны – Цукуёми-но микото. Когда же омыл нос, на свет появился Неистовый бог Ветра и Бури – Такэхая-Сусаноо-о-но микото. [9]

В «Нихонги» рождение легендарной троицы богов – Аматэрасу, Цукуёми и Сусаноо – описано по-другому. Вместе Идзанаги и Идзанами породили божество Солнца и посчитали ее настолько прекрасной для земного мира, что отослали на Небеса. Когда же родилось божество Луны, его также отослали на Небеса, чтобы он помогал Солнцу. Затем на свет появился Сусаноо – неистовое и гневливое божество ветра, которое по обыкновению непрестанно рыдало. «От этого народ страны во множестве умирал преждевременной смертью, а зеленые горы стали увядать». [13]

Чтобы уберечь землю и людей, Идзанами и Идзанаги изгнали сына в Нэ-но куни – Страну Корней. Так называли иной мир, где располагались корни деревьев. Иногда этот мир называли обителью душ мертвых по ту сторону моря в легендарном краю Ёми. Если проводить параллель со знакомыми нам легендами и представлениями, то Страну Корней можно сравнить с чистилищем – местом, куда попадали души умерших людей, не совершивших тяжкий грех, но несущих на сердце ряд незначительных прегрешений. В чистилище такие души подвергались временным мукам, которые очищали и открывали дорогу в рай. [11]

В «Кодзики» сюжет изгнания Сусаноо отличается: когда Идзанаги породил троих детей, он обрадовался их появлению и распределил между ними правление в трех мирах. Аматэрасу отправилась ведать равниной высокого неба, Цукуёми – управлять страной, где властвует ночь, а Сусаноо было велено повелевать «равниной моря», однако вместо управления он впал в бесконечную истерику и постоянно рыдал. Поэтому Сусаноо назвали Плачущим богом бурных морских волн и ураганов. От этого плача горы вокруг высыхали, реки и моря исчезали, на поля посевов посягала саранча, и люди погибали от голода и страха.

Когда Идзанаги призвал сына и спросил, отчего же он постоянно плачет, вместо того чтобы ведать страной, Сусаноо ответил: «Хочу я удалиться в Страну Матери – Нижнюю Страну. Потому и плачу». Здесь в «Кодзики» возникает некоторое противоречие: ранее указывалось, что Идзанаги породил троих детей самостоятельно. Никаких комментариев по этому поводу не встречается, однако можно предположить, что, несмотря на отсутствие фигуры Идзанами в момент появления трех богов, ее сила присутствовала в самом Идзанаги, так как он только вернулся из ее царства и как раз совершал очищающее омовение. Акт неповиновения сына разгневал Идзанаги, и он изгнал Сусаноо из обители богов. На этом завершается большой цикл о богах-демиургах и сотворении мира и начинается новый цикл сюжетов о богах-устроителях и культурных героях.