Когда Е Сяо и Су Му вышли из тюрьмы Наньшань, было уже за полдень.

На улице нещадно палило солнце, создавая резкий контраст с холодной и сырой тюремной обстановкой.

Дэн Вэйнин с недовольным выражением лица проводил двух молодых сотрудников полиции к двери.

За находившимся в камере серийным убийцей теперь требовался особый уход: у него внезапно пошла пена изо рта, и он впал в беспамятство. Тюремный врач диагностировал у него острую гипоксию из-за чрезмерного психологического давления и напряжения. Впрочем, сейчас его жизни ничего не угрожало, и после небольшого отдыха ему должно стать лучше. Внезапно умерший заключенный не смог бы понести наказание за свои преступления, а за пределами тюрьмы могли даже пойти слухи, что с ним плохо обращались. К счастью, обвиняемый потерял сознание лишь на время, а вот что сделали двое молодых полицейских – неизвестно.

Дэн Вэйнин, наблюдая, как они садятся в машину, не смог сдержать горькой улыбки.

Автомобиль медленно тронулся с места, выехал на ухабистую горную дорогу, проехал один контрольно-пропускной пункт за другим и исчез вдали.

После двух часов неспешной езды они вернулись в город. У Е Сяо от голода урчало в животе. Первоначально они планировали поехать прямо в полицейский участок, но он так настойчиво просил, что в конце концов они завернули в японскую лапшичную под названием «Цзюйцзин» на обочине дороги.

Обед уже закончился, и лапшичная была полупустой. Войдя, юноша сразу же заметил столик на двоих в углу. Он осмотрелся, указал на аппетитную фотографию на постере и заказал две двойные порции рамэна на свиной косточке. К этому добавились маринованные яйца, такояки[1], угорь на гриле с соусом, говяжьи пельмени, жареные креветки в темпуре и овощной салат с тунцом – все по две порции.

Су Му сел напротив и молча слушал заказ напарника. С каждым новым блюдом лицо его постепенно темнело. Наконец он не выдержал и прервал Е Сяо. Однако тот уже зачитал почти восемьдесят процентов всего меню.

– Ты свинья, что ли? – шокированно спросил молодой человек.

Е Сяо усмехнулся и почесал голову.

– А ты видел, чтобы свиньи ели палочками?

Су Му закатил глаза – ему было лень спорить.

Юноша усмехнулся и достал из коробочки с приборами две пары палочек. Одну из них он протянул напарнику.

– Эй, как думаешь, номер Тринадцать и правда виновен?

– Не знаю, – Су Му принял приборы, – но судя по тому, что мы видели, на притворство не похоже.

– Как тогда объяснить отпечатки пальцев на месте преступления и видео с камер наблюдения? – моргнул Е Сяо и в замешательстве посмотрел на парня.

Су Му оглядел стоявшие на столе три бутылочки с соусами.

– Никак не объяснить, – просто ответил он.

Е Сяо почесал подбородок и задумался.

– Согласно первым трем отчетам о расследовании, жертвы, похоже, вообще не знали этого парня. Они даже не пересекались, что уж говорить о каком-либо конфликте. Какой может быть мотив за столь жестоким убийством?

– Некоторым людям и мотив не нужен. В мире полно сумасшедших, – подняв бровь, спокойно произнес второй офицер.

– Мне он не показался сумасшедшим. Наоборот… Выглядит невинно.

– Пф, – фыркнул Су Му, – если тебя так легко развести на сочувствие, то советую поскорее уволиться из полиции.

– Ты… – Е Сяо бросил на него сердитый взгляд и, помолчав немного, пробормотал: – Судя по текущей ситуации, даю девяносто девять процентов, что дело закроют через суд в течение месяца. Даже если нам не удастся определить мотив, остаются доказательства, опровергнуть которые будет проблематично. Поэтому наше так называемое расследование – это просто формальность…

В глубине души он был уверен, что парень невиновен, но переживал, что никак не может это доказать. Отпечатки и записи с камер – весомые улики.

Пока он был занят этими размышлениями, официант принес две большие миски дымящегося рамэна тонкоцу[2]. Через некоторое время им принесли оставшиеся гарниры – более дюжины тарелок с вкусной едой заполнили стол. От расставленных перед ним лакомств Е Сяо охватил восторг. Он быстро схватил палочки и набросился на еду.

Су Му дернул губами, наблюдая за напарником. Порой он начинал подозревать, что перед ним эгуй[3]. Ну или что у него бездонная яма вместо желудка. Аппетит у него был отменный, чего не скажешь об интеллекте…

Что же такого с ним случилось, что он решил стать детективом?

Су Му тихо вздохнул и тоже принялся за еду.

– Кстати, я вижу, что в записях предыдущего расследования все еще много темных пятен. Почему бы нам не навестить офицера Хэ Чжидуна и не узнать его версию событий? Что думаешь? – Опустив голову, Е Сяо втянул лапшу, опустошив большую часть полной миски.

– Можно, – медленно ответил напарник, – но не думаю, что он что-то знает.

После этого он неторопливо взял со стола маленькую баночку с соусом, добавил немного в суп и, перемешав, попробовал.

– Офицер Хэ сейчас в отпуске и восстанавливается дома? – спросил Е Сяо.

– Да. Говорят, он должен был выйти на пенсию через три года, но пришлось сейчас. К тому же он не получил никакой компенсации, потому что ранил себя сам.

– Жаль. – Е Сяо вздохнул, проглотил ароматный шарик такояки. – А его коллеги пустили слух, что он одержим злыми духами – с чего бы нормальному человеку вдруг причинять себе вред?

– Ну, если это и впрямь призраки, то на одном они не остановились, – безразлично заметил Су Му и съел немного лапши.

Юноша поднял голову, у него изо рта свисал хвост жареной креветки.

– Ты имеешь в виду офицера Ло и офицера Кана?

Су Му кивнул.

– Ло Юйвэй убил невесту и спрыгнул со здания после допроса номера Тринадцать, а Кан Лэй сошел с ума. Добавим сюда случай с Хэ Чжидуном. Есть ощущение, что все это не просто случайные совпадения.

– Не случайные совпадения, значит? Хочешь сказать, чей-то тщательный план? – Е Сяо слизнул масло с губ, лукаво посмотрел на Су Му и рассмеялся. – Ты ведь не подозреваешь того парня?

– Все трое пострадали после общения с номером Тринадцать. – Су Му опустил голову и отхлебнул вкусного свиного бульона.

– Но ты же видел записи с камер за тот день. Во время допроса он даже не прикоснулся к Хэ Чжидуну. Как же он в таком случае заставил Хэ Чжидуна нанести себе увечья?– Е Сяо закинул гёдза[4] в рот, прожевал их и продолжил: – Кроме того, Ло Юйвэй убил невесту дома, а номер Тринадцать был в тюрьме. По-моему, все три случая – обычные совпадения. При этом они произошли слишком удачно, вот все и переполошились. Не согласен?

Су Му ничего не ответил, только опустил голову и молча пил суп. Через некоторое время он поднял глаза и внезапно произнес:

– А ты знал, что за день до того, как Ло Юйвэй задушил свою невесту Чжэн Шуи, он узнал, что та ему изменяет?

– Чего? Изменяет? – удивился Е Сяо. – Так это убийство на почве ревности?

– Да, у Чжэн Шуи был роман на стороне, но он об этом не знал. – Су Му помолчал, а затем добавил: – Ло Юйвэй никогда не опаздывал на работу и никогда не задерживался. А в тот день, допросив Тринадцатого, он поехал не в участок, а в мотель. Ворвавшись в одну из комнат, он застал там невесту с любовником.

– Э-э… – Е Сяо представил себе эту сцену, моргнул и внезапно понял: – Тогда ничего удивительного… Он себя не контролировал, вот и задушил ее во сне.

– Говорят, что Ло Юйвэй сильно любил Чжэн Шуи. Они уже разослали приглашения на свадьбу. Они могли бы быть счастливы, если бы не этот роман. Мужчина не вынес оскорбления, убил будущую супругу, а потом и сам присоединился к ней.

Су Му рассказывал медленно и спокойно, как будто пересказывал сюжет скучного телесериала-мелодрамы, транслируемого в восемь часов вечера. Он отложил приборы, вытер рот салфеткой и, скрестив ноги, откинулся на спинку стула. Юноша бесстрастно наблюдал за Е Сяо, сидевшим напротив и с наслаждением жующим жареного угря.

Проглотив кусок, тот в замешательстве спросил:

– Откуда Ло Юйвэй узнал, что у Чжэн Шуи был роман? И место встречи? Нанял частного детектива?

– Нет, и в этом-то проблема. – Су Му взглянул на напарника. – Он доверял невесте, не следил за ней и никого не нанимал. В то утро он даже забронировал столик на двоих в дорогом суши-ресторане на западе города, планируя поужинать с Чжэн Шуи после работы. В общем, никаких подозрений у него не было.

– Тц-тц, выходит, у него не было никаких причин мчаться в мотель и ловить ее на «месте преступления». Если только… – Е Сяо жевал рыбью кость, хмуро бормоча.

– Если только кто-нибудь ему не сказал, – договорил Су Му.

– Именно! Если только кто-нибудь ему не сказал! – Юноша выплюнул рыбную кость. – Но кто мог знать о времени и месте свидания, кроме него самого и частного детектива?

Он склонился вперед и посмотрел на напарника. В голосе его послышалась шутливая ирония:

– Эй, Рыбьи Глаза, ты же не пытаешься сказать, что это все номер Тринадцать?

– Почему нет? – Су Му поднял глаза. – Ло Юйвэй внезапно выбежал во время допроса и сразу направился к месту прелюбодеяния.

Е Сяо задумчиво покачал головой.

– Нет, нет, что-то здесь не так. Как это вообще возможно?

– А что здесь невозможного? – парировал Су Му.

Е Сяо моргнул, помолчал несколько секунд и вдруг расхохотался.

– Да ладно, ты же его видел: в железной клетке в тюрьме Наньшань, в смирительной рубашке и кандалах. Да он даже ходить не может, а ты говоришь, что он сбежал и все это выяснил. К тому же какая ему разница, был ли у Чжэн Шуи роман или нет?

– Да, ему-то разницы нет. Но вдруг он хотел поиздеваться над следователем? Ситуация-то интересная.

– Интересная? – Е Сяо в замешательстве наклонил голову. – Не понимаю, что тут интересного.

Молодой человек легонько улыбнулся.

– Ло Юйвэй – молодой и перспективный следователь. У него стабильная карьера, счастливая личная жизнь, и он вот-вот женится. Все кажется таким идеальным, и он сам словно опьянен происходящим. Тебе бы не было интересно наблюдать, как человек падает с высоты в бездну ужаса, из которой нет пути назад?

– Э-э… – Е Сяо долгое время молчал, недоверчиво глядя на Су Му, а затем сказал: – Я тебя не понимаю… как к тебе вообще приходят такие извращенные мысли?

– Извращенные? – Су Му усмехнулся и саркастически отметил: – Ты ведь знаешь, что есть мысли и похуже моих.

– Ладно, ладно, – развел руками юноша, не зная, смеяться ему или плакать. – По крайней мере, ясно, что номер Тринадцать не более сумасшедший, чем ты.

Су Му никак не опроверг его слова. Он просто сидел, скрестив руки, и спокойно смотрел на парня напротив.

Тот наконец решил отложить палочки для еды в сторону и удовлетворенно вздохнул.

– Честно говоря, я всегда хотел спросить: почему ты вообще захотел стать полицейским?

Су Му поднял брови.

– Потому что, исходя из твоего характера… – Е Сяо не смог удержаться от смешка и пояснил: —…тебе больше подошла бы роль преступника, а не офицера. Какого-нибудь хладнокровного убийцы или криминального гения.

– Криминального гения… Что ж, спасибо за похвалу. – Су Му улыбнулся, но взгляд его остался холоден. На вопрос он не ответил, а Е Сяо больше и не спрашивал. Они не вмешивались в прошлое друг друга – редкая особенность в настоящее время.

Закончив сытный обед, заплатив по счету и покинув «Цзюйцзин», они не стали возвращаться в полицейский участок, а направились прямо к резиденции офицера Хэ Чжидуна.

По пути Е Сяо все время чувствовал, что в своем расследовании они немного сбились с курса. Им передали дело, чтобы они могли выяснить истинную личность и мотив заключенного. Но по какой-то причине Су Му, казалось, больше интересовали причины увечий и смертей первых трех детективов.

Может, эти случаи действительно связаны с номером Тринадцать?

Да ну, ерунда какая-то.

Как заключенный за решеткой может обладать такими способностями? Рыбьи Глаза выдвигает слишком уж неправдоподобную версию.

Подумав об этом, Е Сяо, сидя на пассажирском сиденье, невольно покачал головой с довольным видом.

Су Му взглянул на него.

– Если ты надо мной смеешься, – сухо бросил он, – хотя бы не показывай этого. А то я и разозлиться могу.

После этих слов Е Сяо отчетливо почувствовал, как скорость автомобиля увеличилась, и быстро схватился за ручку двери, надув губы и спрятав ухмылку.

Они проехали еще немного и в пятнадцать минут пятого добрались до дома Хэ Чжидуна.

Это был старый жилой квартал, с небольшими, не выше шести этажей, зданиями. Большинство живших там людей – это люди среднего и пожилого возраста. Весь район так и кипел жизнью, в отличие от многих так называемых элитных, которые представляли собой холодные и безжизненные каменные джунгли.

Су Му нашел ближайшее свободное место на обочине и припарковал машину. Вместе с напарником они выбрались наружу и, следуя по номерам домов, вышли к старому зданию с испещренными трещинами стенами.

Они поднялись на пятый этаж и позвонили в дверь Хэ Чжидуна. Им открыла женщина средних лет в простой одежде и с седыми волосами.

Это была жена офицера.

Она как раз готовила: на талии у нее был повязан фартук, а в руке она держала мокрый лук. Увидев, как на пороге ее дома по непонятной причине объявились двое незнакомых молодых людей, женщина на мгновение застыла. Прежде чем она успела спросить, из комнаты раздался громкий голос.

– А-Вань, кто там?

– Я не знаю. Первый раз их вижу, – ответила госпожа Хэ, обернувшись.

В этот момент из комнаты вышел мужчина лет пятидесяти среднего телосложения.

Он был седым и худощавым, но выглядел энергичным и сильным. Единственной примечательной деталью была повязка на левом глазу, которая делала мужчину похожим на пирата из мультфильма. Даже забавно на первый взгляд.

Сомнений не было – это Хэ Чжидун.

Е Сяо посмотрел на мужчину в ответ, показал удостоверение личности и кратко объяснил цель визита.

– Да что вы? Вы те четвертые, кто взялся за дело номера Тринадцать? – Бывший полицейский был весьма удивлен. Он осмотрел юношей единственным оставшимся глазом, горько улыбнулся, а затем пригласил их в гостиную.

Госпожа Хэ налила каждому из них по чашке чая и вернулась на кухню.

Е Сяо сел на диван, беспокойно осматриваясь. Наконец его взгляд бесцеремонно остановился на закрытом глазу Хэ Чжидуна.

– Хе-хе, хотите посмотреть? – он понимающе улыбнулся, и на лице у него показались морщинки. Мужчина спокойно снял повязку под любопытным взглядом Е Сяо. За повязкой виднелось черное как смоль глазное яблоко. На первый взгляд оно ничем не отличалось от обычного, но, если присмотреться, можно было заметить, что зрачок как-то по-особенному блестел, а из его глубин словно исходил странный свет.

– Мой глаз недавно удалили и поставили стеклянный. Я еще не привык, поэтому ношу повязку. На прошлой неделе приходил внук и сказал, что я похож на пирата. – Хэ Чжидун рассмеялся и, указав на свой левый глаз, спокойно сказал: – Мне еще повезло. Врач сказал, что если бы ручка вошла чуть глубже, она бы задела кору головного мозга. Тогда простым имплантом я бы не отделался.

Он сказал это легко, но Е Сяо все равно услышал в его голосе бессилие и горечь. После минуты молчания он перешел прямо к делу.

– Простите, но почему вы сделали это тогда?

Хэ Чжидун улыбнулся.

– Многие задавали мне этот вопрос. – Он кивнул в сторону кухни и прошептал: – А-Вань до сих пор меня спрашивает, но, к сожалению, у меня все еще нет ответа.

На лице пятидесятилетнего детектива появилась едва заметная грусть.

– Не могли бы вы еще раз описать произошедшее? – медленно заговорил Су Му.

– Даже не знаю, что сказать, – горько усмехнулся собеседник. – Тогда казалось, будто в меня вселился злой дух.

– Злой дух? – Юноша удивленно поднял брови.

Пожилой детектив кивнул.

– Да, я тогда себя не контролировал. – Он прищурился и попытался вспомнить. – Не знаю почему. Я был в ясном уме и прекрасно осознавал, что делаю, но просто не мог контролировать свои действия. Это было, как будто… как будто в меня вселился дух. Я видел, как я ем свои заметки, а потом… потом как взял ручку и воткнул ее себе в глаз. Мне было так страшно, так страшно, но остановиться я не мог.

Странно было слышать такое от опытного следователя, но в его уцелевшем глазу явно читался настоящий ужас.

Прошло уже несколько месяцев, но воспоминания об инциденте по-прежнему его терзали.

Хэ Чжидун долго молчал. Вдруг, словно вспомнив что-то, он продолжил:

– Кстати, я слышал, что были еще двое, которые взялись за это дело после меня. Один из них умер, а другой сошел с ума. Это правда?

Е Сяо взглянул на Су Му, кивнул с тяжелым сердцем и честно сказал:

– Это правда.

– Я слышал, они были еще очень молоды?

– Ага.

– О, как жалко.

Хэ Чжидун вздохнул, отпил из чашки и пробормотал:

– Это проклятие? Тех, кто его допрашивал, ждала кошмарная судьба.

– Проклятие? – Е Сяо был ошеломлен и переспросил: – Офицер Хэ, вы тоже считаете, что все дело в этом заключенном?

Мужчина поставил чашку и махнул рукой.

– Я ни в чем не могу быть уверен. Это просто моя интуиция. В конце концов, с номером Тринадцать нелегко иметь дело. Вам следует быть осторожнее.

– Нелегко иметь дело? Что вы имеете в виду? – Юноша вспомнил испуганный и беспомощный взгляд преступника. Он не думал, что все настолько серьезно.

– Он скрытен, хитер и коварен, – нахмурился мужчина. – Хотя и признал свою вину, но мотив отказался раскрыть. Он ловок и всегда себе на уме.

Е Сяо только и оставалось, что молча смотреть на детектива.

Скрытен? Коварен? Себе на уме?

Они с одним и тем же Тринадцатым говорили?

Но самое главное – это…

– Вы сказали, что он признался? – внезапно вмешался Су Му.

– Да, и даже оставил свои отпечатки пальцев на признании. А вы не знали?

– Но как же так? – Е Сяо был поражен. – Нам он сказал, что невиновен.

– О, невиновен? – усмехнулся Хэ Чжидун. – Мне он такого не говорил.

Е Сяо наклонил голову и в замешательстве посмотрел на напарника. Тот что-то пробормотал себе под нос, а потом спросил:

– Заключенный, которого вы допрашивали, заикался?

– Заикался? – Хэ Чжидун нахмурился и ответил: – Нет, он мало говорил, но артикуляция была четкой.

Ситуация становилась все более запутанной.

Так заикание было притворным?

Но какой в этом смысл? Хотел завоевать их симпатию? Или дело в другом?

Е Сяо и Су Му покинули дом Хэ Чжидуна с еще одной загадкой на руках.

На следующее утро они поспешили в психиатрическую больницу на окраине города, где встретились с третьим следователем.

Кан Лэй окончательно сошел с ума. Прибыв на место, детективы увидели, как он бился головой о стену, да так сильно, что у него пошла кровь. После настойчивых уговоров персонала пациент наконец успокоился.

После чего тут же завернулся в толстое одеяло и забился в угол палаты, дрожа всем телом и бормоча что-то себе под нос.

Е Сяо попытался приблизиться и разговорить его, но как только Кан Лэй это заметил, то накрылся с головой и громко завыл. Его истерический вой был таким же жалким, как у свиньи на бойне.

Юноша беспомощно отступил, почесал голову и с надеждой перевел взгляд на девушку с короткой стрижкой, стоявшую у двери палаты.

Ей оказалась младшая сестра следователя и его единственная родственница в городе, Кан Вэнь.

Она окончила школу в прошлом году и работала в небольшой торговой компании. После того как ее брат попал в клинику, она взяла на себя заботу о нем. Целыми днями она была либо на работе, либо в больнице, из-за чего ужасно уставала. Девушка была бледной и худой.

Кан Вэнь утомленно откинула челку, упавшую ей на глаза, и вымученно улыбнулась.

– Не смотрите на меня, я ничего не могу поделать. Мой брат никого к себе не подпускает, даже меня.

– Почему?

– Не знаю, но лечащий врач сказал, что он, похоже, напуган.

– Напуган?

– Да, ему кажется, что кто-то пытается причинить ему вред.

– Кто? Кто причинит ему вред?

– Не знаю. Думаю, это ему просто мерещится.

Кан Вэнь покачала головой, скрипнув зубами.

– Мало того, что, работая полицейским, он стал чересчур подозрительным, так еще и постоянно подвергал себя опасности. Я давно советовала ему бросить это дело, но он отказывался слушать, говоря, что это его детская мечта. А теперь эта мечта превратилась в кошмар, от которого он никогда не сможет проснуться. Наши родители дома пока не в курсе, а я не знаю, как им сообщить. Как мне сказать, что брат сошел с ума? – говоря это, девушка сокрушенно обхватила себя руками за голову.

– Почему вы думаете, что расстройство вашего брата связано с его профессией? – спросил Су Му.

Кан Вэнь подняла голову и уверенно сказала:

– А есть сомнения? Раньше брат был радостным, всегда улыбался и веселился, и у него было много верных друзей. Но после произошедшего два года назад он полностью изменился. Он больше не улыбался, всегда молчал и был печальным. А теперь… – Она поперхнулась рыданием и больше ничего не сказала.

– Что произошло два года назад? – решил узнать Е Сяо.

Кан Вэнь потерла покрасневшие глаза.

– Два года назад умер напарник моего брата.

– Его напарник… мертв?

– Да, погиб при исполнении служебных обязанностей. – Девушка глубоко вздохнула и пояснила: – Они не только вместе работали, но и дружили в обычной жизни. Я часто обедала с ними, и мы хорошо ладили друг с другом. Он был немного старше и всегда хорошо заботился о нас. Кто бы мог подумать, что такого хорошего человека ждет такая плохая участь? Этот мир так несправедлив… – договаривала она уже с ироничной усмешкой.

– Вы знаете, как он погиб? – спросил Су Му.

– Что? – Кан Вэнь растерялась.

– Я имею в виду, в ходе какого дела погиб этот человек? Несчастный случай или убийство?

– О, я узнала об этом от других людей. Брат отказался рассказывать. – Кан Вэнь задумалась на мгновение и продолжила: – Похоже, в то время они расследовали контрабанду наркотиков. Преступники выяснили их настоящие личности. Брат вовремя сбежал, но его напарник…

– Ну, неудивительно… – Е Сяо понимающе вздохнул. – Тот мужчина погиб, а ваш брат выжил. Он винил себя, отсюда и перемены в поведении.

– Но… но это вовсе не его вина! Почему он винит себя?! – Кан Вэнь от волнения повысила голос и сердито посмотрела на Е Сяо.

Тот сделал шаг назад и тактично промолчал.

Су Му посмотрел на Кан Лэя, забившегося в угол. Очевидно, что в таком состоянии говорить с ним было бесполезно.

Спустя некоторое время детективы попрощались и ушли.

Выйдя из ворот клиники, Е Сяо вздохнул, поднял голову к яркому солнцу, посмотрел на бескрайнее небо и пробормотал:

– Эй, Рыбьи Глаза, если я однажды внезапно умру при исполнении, ты будешь…

– Не буду, – не дослушав, без колебаний отрезал Су Му.

Е Сяо застыл в растерянности, а второй юноша уже ушел вперед.

– Если ты когда-нибудь умрешь при исполнении, – не поворачивая головы, продолжил он, – это будет по твоей же глупости. Так что я не буду из-за тебя грустить. Ты этого не заслужил.

– Ты… Ты…Что ты сказал?! – Е Сяо гневно уставился на его спину и пробурчал: – Ты ублюдок, свинья! Тварь бездушная! Мог бы и соврать ради приличия!

– О, понятно, – фыркнул Су Му. – Когда этот день настанет, я исполню твое желание и изображу ненадолго печаль.

– Ты… – От злости молодой человек потерял дар речи.

Они дошли до парковки и уже собирались садиться в машину, как позади раздался крик.

– Подождите минутку!

Тяжело дыша, к ним бежала Кан Вэнь, на ходу доставая что-то из сумки.

– Я знаю, что то, что вы взяли старое дело брата… Это… я нашла, когда разбирала его одежду. Он бережно хранил это в кармане своей формы… Я подумала, может, оно связано с этим делом. В любом случае мне нет смысла это хранить, так что отдам вам… Надеюсь, поможет…

Договорив, она передала предмет, который держала в руке, Е Сяо.

Это был листок бумаги с арабскими цифрами: 13, 17, 26, 31, 49, 2…

А под этой цепочкой значились три заглавные буквы: Э, С, В.

Что означают эти буквы и цифры?

Е Сяо удивленно поднял голову и посмотрел на Су Му.