Что происходило с бриллиантом «Санси» в течение следующих 40 лет, неизвестно. В 1906 г. он снова появляется. Его приобрел Уильям Уолдорф Астор, член влиятельной нью-йоркской семьи и владелец знаменитого отеля «Уолдорф-Астория».

В 1893 г. Уильям переехал со своей семьей в Англию и был хорошо принят местным высшим обществом. Он получил британское гражданство и стал бароном, а впоследствии и первым виконтом Астором.

Уолдорф приобрел бриллиант не для себя (и даже не для жены, та умерла ранее, в 1894 г.), а для будущей невестки Нэнси Уитчер Лэнгхорн, в которой души не чаял. Нэнси выросла на юге Соединенных Штатов. Ее семье поначалу приходилось выживать, однако ее отец благодаря железнодорожному бизнесу разбогател и стал одним из самых богатых людей в Америке.

Во время первой поездки в Великобританию молодая женщина была настолько очарована этой страной, что решила переехать. К тому времени ей было 24 года, но она успела побывать замужем и развестись, оставшись с маленьким ребенком. Для американского общества того времени, придерживавшегося викторианской морали, подобное поведение считалось предосудительным.

Однако ни Уильяму, ни его сыну Уолдорфу II не было дела до прошлого прекрасной молодой американки, которая любила свою новую страну так же сильно, как и они. Нэнси была не только привлекательной, но и очень умной и за словом в карман не лезла. На одном балу некая английская дама попыталась оскорбить ее: «Вы приехали погостить к нашим мужьям?» Она тут же ответила под всеобщий хохот: «Знали бы вы, какого труда мне стоило избавиться от моего».

Когда Уильям Уолдорф-старший подарил ей бриллиант, удивление девушки было настолько велико, что она не нашлась что сказать. На глазах у всех она расплакалась и обняла его. Нэнси решила закрепить драгоценный камень на тиаре, которую заказала у Картье. Получилось нечто весьма симпатичное, напоминающее средневековую корону с элементами эдвардианского стиля. В центре, разумеется, был «Санси». С тех пор украшение называли не иначе как тиарой Асторов «Санси», и гордая владелица носила ее на протяжении всей жизни.

Молодожены переехали в Клаведен, роскошное поместье в Бакингемшире рядом с Темзой, тоже подарок Уолдорфа-старшего. Еще они приобрели большой особняк в Лондоне по адресу площадь Сент-Джеймс, дом 4 и вскоре стали влиятельными представителями британского высшего общества.

Однако Нэнси не собиралась становиться светской львицей. Она активно занималась общественной деятельностью, защищая права женщин, добиваясь равенства избирательного права для них. Благодаря своим влиятельным друзьям она вторглась в закрытую до этого времени для женщин сферу: в политику.

В 1919 г. ее муж, до начала Первой мировой войны сделавший блестящую карьеру в палате общин, должен был стать вторым виконтом Астором и членом палаты лордов, что было несовместимо с членством в палате общин. Воспользовавшись тем, что его место в палате общин освободилось, она баллотировалась и добилась избрания с большим успехом. Так леди Астор стала первой в истории женщиной, занявшей место в знаменитом зале. Помимо того, что при голосовании ее кандидатура получила наибольшее количество голосов, она удерживала свое место в палате в течение 26 лет, одержав семь побед подряд.

Однако жизнь владельцев про́клятых драгоценностей не бывает радужной. Ее расистские, антисемитские и антикатолические высказывания, которые она делала еще перед Второй мировой войной, способствовали укреплению ее репутации сторонницы нацистов, и после войны ее политическая карьера завершилась. Она и Уолдорф II в конечном итоге начали жить совсем разными жизнями и годами не разговаривали друг с другом. Из ее шестерых детей почти все отвернулись от нее, и она умерла в 1964 г. в возрасте 84 лет, забытая друзьями и семьей.

Ум, обаяние и деньги Нэнси Астор не смогли спасти ее от самой себя. Однако в историю она вошла как пионер британской политики и одна из самых элегантных женщин своего времени. На многих фотографиях она носит свою знаменитую тиару с бриллиантом, который также носили Мария-Антуанетта и княгиня Демидова.

После ее смерти «Санси» оставался собственностью могущественной семьи Астор в течение нескольких лет, пока в 1976 г. владельцы не решили его продать. Покупателем стал Лувр, начавший собственный крестовый поход по возвращению драгоценностей короны, утраченных во времена Третьей республики. Сделка была профинансирована Банком Франции, сумма не афишировалась, хотя некоторые источники называют ничтожную сумму размером миллион долларов.

С тех пор «Санси» находится в коллекции музея. «Санси» – одно из самых ценных украшений музея, ведь его история охватывает период с XIV в. до наших дней. Несмотря на темные места в этой истории, приключения, через которые «Санси» прошел, делают его одной из самых значительных про́клятых драгоценностей в мире.

После своего загадочного нахождения в Индии он был переправлен в XIV в. в Милан и Париж, затем превратился в талисман могущественных герцогов Бургундских. Попал в Англию и проделал обратный путь в Париж, чтобы исчезнуть на долгие годы и появиться уже в коллекции сокровищ Демидова. Побывал на Всемирной выставке в Париже в 1867 г. и в Нью-Йорке в начале XX в., чтобы вернуться в Европу и окончательно поселиться в Лувре.

С тех пор ничто не нарушает покой алмаза, и непохоже, что Лувр готов с ним расстаться после стольких усилий по его возвращению. Такова сегодня судьба «Санси». Некоторые скажут «навсегда», но мы-то знаем, что ничто не бывает «навсегда», особенно когда речь идет о камне, прошедшем многовековой путь, преодолевая границы и время.