Впервые он увидел Рыжую ведьму четыреста лет назад.

В Орден поступил сигнал, что в городе Бердэ орудует целый клан ведьм. А местная инквизиция совершенно бессильна. Странно было, что сигнал пришёл не от самих представителей инквизиции, а от светлого мага, аристократа, проживающего по соседству.

Сначала отправили запрос в инквизицию Бердэ. Но ответа просто не последовало. Отсутствие новостей взволновало Верховного, и он решил послать туда внука. Это было первое задание Верлицкого как главы отряда. Его первое серьёзное дело против тёмных.

Ему единственному, кто обладал тьмой в Ордене, было непросто. И хотя дед во всеуслышание заявлял, что его сила благословение богов и он сам по себе оружие против тёмных тварей, это мало помогало в личных отношениях. Да, его приняли в Орден, его обучали как истинного воина Света, но… косились. Соратники не доверяли ему. Не шептались (вдруг Верховный услышит), но и не принимали на равных. В результате капитаны отрядов не поручали ему по-настоящему серьёзных дел: выступить против некроманта, поднявшего кладбище или разбить ведьмин клан. Так, по мелочи только – гонять нечисть отправляли.

Деду он не жаловался. Считал это недостойным внука верховного инквизитора и старался заслужить доверие соратников и капитанов безупречной службой. Даже мелкие задания он выполнял так, что комар носа не подточит.

Нужно уничтожить демонов на болоте? Он тёмным огнём проходился по всем окрестностям, выжигая их любые поселения до самых глубин.

А ещё он столетие усердно учился применять светлую магию. Верлицкий понимал, как бы ни была эффективна его тьма против тварей, если ты член отряда, соратникам спокойнее, когда он использует свет, а не тьму. А свет ему не легко подчинялся. Да что там – подчинялся, он отвергал его. Поэтому так много времени ушло на то, чтобы научиться использовать эту сторону энергии.

Не все старейшины в Ордене принимали идею, что маги способны использовать обе стороны. Это бы разрушило каноны церкви: значит и в тёмных тварях есть свет, а это немыслимо. Поэтому дед при каждом удобном случае и говорил про божье благословение. Не родись Дэнис в семье Верховного, его бы уничтожили ещё в младенчестве.

И вот сейчас, когда Верлицкого начали понемногу принимать (использование светлой магии на глазах остальных инквизиторов действительно помогло), дед решился назначить его капитаном отряда и послать в Бердэ на важное задание.

Город встретил их нерадостно. Не только хмурой погодой: грозы в последнее время тут стали регулярными явлениями в любой сезон. Но и мрачными взглядами горожан. Верлицкий уже и раньше видел такое: души жителей были на стороне тьмы.

Неужели местный Орден инквизиции уничтожен, и никто не проводит проповеди?

Но небольшая церковь Света оказалась на месте. И даже её двери были гостеприимно распахнуты. Приказав отряду на всякий случай оцепить здание, он спешился и прошёл внутрь.

Его шаги эхом раздавались в пустом нефе. Но алтарь сиял Священным Светом, а значит, всё должно быть нормально. Или нет?

Верлицкий приблизился к алтарю и, встав на колени, осенил себя святым знамением. Но в ответ Свет не вспыхнул для него (что, если признаться, не часто происходило, поэтому он редко молился на людях), зато он услышал звуки. Точнее, стоны из-за алтаря.

Выхватив меч, он смело вступил на борьбу со злом.

Первое, что он увидел, обойдя алтарь и попав в ризницу, это брошенную на пол рясу и голый мужской зад. А в объятиях этого инквизитора, в экстазе билась обнажённая ведьма. Почему сразу ведьма? Потому, что не может быть у простой женщины такого прекрасного, белого тела и длинных вьющихся волос, которые сами по себе вздымались вверх огненной волной.

Ведьма бесстыже посмотрела на него огромными зелёными глазищами и коварно улыбнулась. Прямо ему! А затем, соблазнительно изогнувшись, бесследно растворилась из объятий любовника.

Позже, конечно, инквизитора этого допросили, разжаловали и заключили в тюрьму на вечное покаяние (тот всё продолжал блаженно улыбаться, будто любовь ведьмы того стоила). И город весь обыскали и зачистили от скверны. Но рыжей ведьмы так и не нашли.

Первое его самостоятельное дело нельзя было назвать полностью неудачным. Город был спасён, жители перешли на сторону света (кто вольно, кто не очень). Но виновница всего не была наказана. Как показало расследование, в городе не было «клана ведьм», а была всего лишь одна ведьма. Рыжая и красивая. Которая ещё долго снилась Тёмному инквизитору, и даже светлая магиана, взятая в любовницы, не спасала от этих грёз.

Второй раз он повстречал её спустя тридцать лет, во время расследования. Дело было сложным. И не только потому, что тёмные маги во главе с новоявленным Повелителем Тьмы пытались основать собственное государство прямо посреди Светлой империи, но и потому, что в заговоре с ними были и светлые маги, причём самые что ни на есть высокопоставленные. Дело надо было, с одной стороны, вести жёстко, чтобы искоренить врагов и предателей, а с другой стороны – тонко, с умом, чтобы не создать причин для восстания.

Вместе с Тёмным инквизитором расследованием занимался и глава имперской службы безопасности (недавно учреждённое министерство), который очень рьяно старался заслужить благосклонность императора.

Работать вместе с не самым дружелюбно настроенным главой было непросто, а тут ещё и дед начал сдавать, и в Ордене, и при дворе стали поговаривать о смене Верховного инквизитора.

Шпионы Ордена доложили, что в замке герцога Бредфорда состоится сбор заговорщиков. Действовать надо было немедленно и желательно без вездесущего главы безопасности.

Увы, как ни торопился отряд инквизиции, безопасники уже были в замке и всех арестовали.

Дэнис поморщился от такой ретивости. Тонкостью тут и не пахло. Стремление представить императору доклад об исполнении могло обернуться ещё худшими бедствиями для страны.

Пленники были собраны в большом зале: на всех, даже на женщинах и детях, (семья Бредфорд проживала тут в полном составе) были надеты блокираторы магии. А глава безопасников гордо прохаживался меж преклонённых людей, вещая о благе империи от их смерти.

Слуги жались по углам. Краем глаза он заметил, как один из жандармов выговаривает что-то хрупкой смуглой служаночке, по зарёванному милому личику и испуганному взгляду он понял, что это было нечто похабное.

Раздражение, которое Верлицкий испытывал по отношению к службе безопасности и их главе в частности, вылилось на этого жандарма. Он отшвырнул его от девушки рукой тьмы, ничуть не скрывая своих истинных сил.

Грузный мужик пролетел через весь зал и упал к ногам своего главы.

– Так вы разбираетесь с заговором? – прорычал Тёмный инквизитор. – Арестовывая всех подряд и притесняя слабых?

Главный безопасник вскинулся, но, увидев, кто посмел с ним так разговаривать, скривился, не посмев протестовать. Прямо.

– Вы, мой дорогой Тёмный инквизитор, невероятно вспыльчивы. Но я понимаю, это, видимо, из-за сил тьмы, что вам приходится сдерживать как воину света.

Таким елейным голосом проговорил он, что Верлицкому стало противно.

– Меж тем, – продолжил безопасник, – даже это невинное дитя, – он вытянул руку света и подтащил смуглую девчушку, которую так опрометчиво защитил от домогательств Верлицкий, к себе, подвесив бедняжку за горло. – Может оказаться и вовсе не невинной.

Девушка беспомощно перебирала ногами и так моляще смотрела на Дэниса, что у Тёмного инквизитора сжалось сердце.

– Она! – безопасник картинно развернулся к пленникам, – может оказаться таким же порождением зла и пособником тьмы, как и все вы!

Верлицкий, взяв себя в руки, подошёл ближе и тихо сказал ему:

– Нам же было велено действовать тонко.

Не отпуская девушку, из глаз которой градом лились слёзы, безопасник громко ответил:

– Лучше пусть пострадают сотни невиновных, чем хотя бы один заговорщик покинет этот замок.

– Да будет так! – вскричал один из пленников и зубами схватив, невесть откуда взявшуюся колбу, разбил её об пол.

«Ярость тьмы» – беспощадное оружие, уничтожающее всё живое. И не только на расстоянии, но и во времени. Ещё несколько столетий на этом месте будет безжизненная пустыня.

Первое, что увидел очнувшийся Верлицкий, был смутный женский силуэт. Та самая смуглая девчушка жалостливо смотрела на него.

– Такой красивенький, – проворковала она, проводя пальцем по его щеке.

Тут же её облик подернулся дымкой и на месте несчастной служанки возникла Рыжая ведьма. Она улыбнулась ему той самой, коварной соблазнительной улыбкой. И всё исчезло, свет померк для него.

Потом было много разбирательств и необоснованных обвинений в сторону Тёмного инквизитора. Единственный выживший после «Ярости тьмы» вызывал подозрения. Подарок ведьмы оказался ядовит.

Но больше всего Верлицкого мучило чувство вины. Он не распознал ведьму. Пожалел её, пусть и в образе несчастной служаночки. А этот отвратительный глупец, глава службы безопасности, оказался прав: невинная девица не была невинна. Она была не просто пособницей тьмы, она была её порождением.