– Тебя точно ромей учил! – воскликнул Пиперат, салютовав спатой. – Это… – он изобразил несколько шажков, выполнив полуповорот, – ни с чем не спутаешь!

Сергей поначалу фехтовать с патрикием не планировал. Как пойдет. Для разминки сошелся сначала с одним из ромеев. Ради сближения с населением и слабой надежды: покажет что-то интересное? Ромей не показал ничего, кроме умеренной неуклюжести и парочки явно позаимствованных домашних заготовок посредственной отработки.

Потом Сергей поиграл немного с Нарви, а затем сошелся с Грейпом, который давил в обычной нурманской манере «кто силен, того и поле». «Полем» нынче была личная тренировочная площадка Синадинов неподалеку от Ипподрома. Личная, но достаточно большая, чтобы здесь можно было отрабатывать не только пешие, но и конные навыки. Сегодня лошадок не привели, так что места хватало с избытком, хотя и народу собралось изрядно. Присутствовала вся нурманская команда Сергея, за исключением пары отроков, которых оставили приглядывать за домом; Хольмстейн с кучкой головорезов-варангов из своей декурии и, конечно, сам хозяин, благородный Николай Синадин со свитой, в которую входили его дальние родичи и столичные хлыщи благородных кровей, с одним из которых Сергей и позвенел учебным оружием двадцать минут назад.

«Реквизита» хватало всем: слуги Пиперата подогнали целую повозку, так что тем, кто не хотел портить боевое оружие, можно было воспользоваться тренировочным железом.

Сергей заменой пренебрег. Сломать клинки он не боялся, а парировать лезвием его еще в начале «прошлой» жизни старый Рёрех отучил. К тому же с тупыми тяжелыми железками настоящий класс не покажешь, а это было второй по счету целью, ради которой он принял предложение Пиперата «немного попотеть». Пусть слухи о крутизне русов разойдутся по ромейской столице. Первой же целью было сближение с византийской публикой. Сергея должны узнать и признать своим. Иначе никакие одобрения свыше не сработают в полной мере. Впрочем, поразмяться тоже было приятно.

Сам предлагать поединок Пиперату Сергей не собирался. Наблюдал и ждал.

Патрикий тоже наблюдал, изучил технику, которую использовал Сергей на уходах от сокрушительных атак Грейпа. И не удержался. Очень его интриговало: откуда взялся такой… продуманный юноша. Что ж, патрикий в этом желании не одинок. И ему уже был и еще будет подарен не один букет намеков и загадок. Из которых патрикий, так же как и все остальные, соберет свою версию происхождения Сергия Вартислава. Человеку куда проще поверить в легенду, которую он сам придумал, чем в ту, которую ему предлагают. Сергею останется лишь многозначительно помалкивать, пожимать плечами и время от времени, словно бы случайно, подкидывать ту или иную оговорку, от которой тут же отказываться… достаточно неубедительно.

– …Не спутаешь!

– Ты об этом? – Сергей повторил связку, сознательно изменив рисунок.

– В поединке ты делал чище! – продемонстрировал высокий уровень внимательности Пиперат.

– Так то в поединке.

Рог Битвы запел в деснице Сергея, перепорхнул в шуйцу и обратно, не нарушив вязь стального веера.

Очень красиво.

И даже полезно.

Для кисти. Для чувства клинка. Для того, чтобы произвести впечатление на дилетантов.

И совершенно бесполезно в реальном бою с серьезным противником.

Однако этот противник может и из выпендрежной «мельницы» узнать о тебе кое-что полезное. И отнестись к тебе чуть серьезнее. Или наоборот.

Но наоборот – вряд ли. Ведь Пиперат точно знал, что наварха Нифонта завалил не он, а Сергей.

– Попробуешь со мной? – напрямик предложил патрикий.

– А давай! – азартно воскликнул Сергей. – Покажи, насколько ты хорош в паре!

Именно так. Не бой. Игра.

Игра игрой, а равнодушных на площадке не осталось.

Едва Сергей и патрикий встали друг напротив друга, как все спортсмены превратились в зрителей.

Ромеям было интересно поглядеть, как признанный фехтовальщик, победитель самого чемпиона флота Нифонта покажет безусому скифу, что такое настоящий столичный мастер оружия. Прямо-таки страсть как интересно. Разве что ставок не делали. Не потому, что не азартны, а по правилам хорошего тона не положено. Другое дело, если бы Сергей с Пиператом поспорили. Тогда и остальным прилично поучаствовать.

В том, что Николай – изрядный фехтовальщик, Сергей не сомневался. Как и в том, что он, Сергей, лучше. Год назад было наоборот, но сегодня главной его задачей было не столько продемонстрировать класс, сколько не показать настоящий потенциал. И обыграть мастера так, чтобы мастер не слишком огорчился. Как это сделать, Сергей, естественно, продумал заранее. И способ выбрал не самый заковыристый. Зеркалить противника. Задача не сказать что простая. Более того – невозможная. Если бы не один нюанс: «школа», в которой Пиперата обучали управляться со спатой, была хорошо знакома Сергею. Отличная школа, надо отметить. Прошедший ее ромейский патрикий мог запросто отбиться от двух-трех варангов-этериотов[40]. При условии, что он ее действительно прошел, а не профилонил, как ромей, с которым Сергей сегодня разогревался.

Пиперат – прошел. На отлично. И явно красовался, демонстрируя отточенные до совершенства… но прекрасно знакомые Сергею связки. Сергей же повторял их с небольшим опозданием и, может, не так красиво, но вполне эффективно, уклоняясь и парируя буквально в последний миг и создавая у зрителей и у самого Пиперата иллюзию: вот-вот – и достанет. Игра была немного рискованной. Если патрикию придет в голову сымпровизировать, создать свой собственный рисунок, действовать не от «формы», а от противника, то план провалится. Но Пиперат, в отличие от покойного мужа Юлии, действовал строго по канону. Почему бы и нет? Это ведь не настоящий бой, а повод показать свое знание классики. Так библиотекарь патрикия, пишущий хронику империи, более заботился не о точности изложения событий, а об изысканности слога, верности цитат и демонстрации глубинных связей между творениями прошлых гениев и его, библиотекаря, текста.

Так они развлекали публику минуты три, а потом Сергей решил, что проявился достаточно, и вместо ожидаемого повтора канонической атаки «упал» в глубокий выпад, не характерный ни для ромейской, ни для нурманской повадки, и легонько шлепнул клинком по туфле патрикия.

– Достал! – удивленно воскликнул Пиперат. – Ты меня достал, Сергий!

– Ага! – подтвердил Сергей. – Ты мертв!

– Подумаешь, нога… – проворчал один из племянников Пиперата.

Пришедшие поглазеть на состязание этериоты из декурии Хольмстейна, успевшие перемешаться с нурманами Сергея, грохнули хохотом, в котором потерялось обиженное бурчание юного аристократа.

– Нет, тебя точно ромей учил! – вновь провозгласил Николай.

– Ага, – ухмыльнулся Сергей. – Сегодня, например, я учился у тебя.

Он был доволен. Он показал себя. Причем не включая «форсированный режим». И грамотно польстил проигравшему патрикию.

– А можно с твоим комитом попробовать? – поинтересовался Николай, которого проведенный, можно сказать, вполсилы поединок не особо утомил.

Сергей не сразу понял, о ком речь, потом сообразил…

– Погоди, у него спрошу, – сказал он.

Спросил. И сразу изложил систему ограничений.

– Не убивать, значит? – ухмыльнулся Дёрруд. – Трудно, но попробую.

– Не убивать, не калечить! – Сергей нахмурился. – Не унижать! Обходись с ним как с юной красоткой… – И когда ухмылка Убийцы стала еще шире, поспешно уточнил: – С моей юной красоткой!

– Ох, хёвдинг, ну и задачи ты мне задаешь, – проворчал Дёрруд. – Он же не дренг какой-нибудь. Железо крутит не хуже Грейпа.

– Ну ты-то получше Грейпа, – напомнил Сергей. – Порадуй ромея и его миклагардских[41] друзей.

– Я бы их порадовал сразу всех, – буркнул Убийца, но Сергей знал, что это недовольство – фальшивое. Дёрруд любил подраться. Даже с ограничениями.

Свой франкский меч Убийца использовать не стал. Позаимствовал клинок у Фьётры. Тоже неплохая железка, но попроще. К тому же на пядь длиннее и на полтора кило тяжелее. Для битвы это минус, а вот для единоборства с противником вроде Пиперата – в самый раз.

Что Убийца и доказал немедленно, принявшись гонять патрикия как юнца. Пиперат, которому было вполне по силам на равных сыграть с тройкой варангов, ничего не мог противопоставить Дёрруду. Который, надо признать, вышеназванную тройку тоже только что разделал не запыхавшись. Физическая мощь, длина рук, а главное, потрясающая быстрота и точность Убийцы Берсерков разорвали в клочья продуманную византийскую школу фехтования. Стиль поединка «рапира против оглобли» невероятно эффективен, если оглобля проворством не уступает рапире.

Однако все пожелания Сергея Дёрруд выполнял четко. Включая «не унижать». Хотя и мог. Патрикий, опытный боец, осознал это меньше чем за минуту и даже попытался использовать: обнаглел.

И оказался без спаты.

На том состязание и завершилось. Не интересно. Тем, кто понимает, скучно следить за игрой, когда всё – в одни ворота. А те, кто не понимает, ничего и не увидели. Слишком быстро.

Поразмялись, умылись и отправились обедать. Не все, конечно. Строго по списку. В который вошел и Хольмстейн, который разместился рядом с Сергеем и порадовал: вручил ему серебряную бляху, причислявшую носителя к людям логофета дрома. То есть – к секретным и не совсем агентам имперской безопасности. «Пропуск» покруче, чем уже имевшийся у Сергея перстенек «от Евагрия».

– Сегодня передали, – сообщил Хольмстейн. – Гордись. Даже у меня такой нет.

– У тебя есть получше, – возразил Сергей.

Но основания для гордости имелись. Это был не обычный «пропуск» для иностранцев, а этакая «непроверяйка». С ней Сергей мог не только сам перемещаться туда-сюда, но и друзей с собой приводить. В том числе – из города и в город.

Прозрачный намек на то, что Палатин желает лично пообщаться с великим князем.

Но для этого пока рановато. Сначала сам Сергей должен встретиться с кем-то повыше проэдра Евагрия.

Хотя кое-кого Сергей непременно проведет сквозь великую стену Феодосия. Он обещал, а обещания следует выполнять.

Однако навестить лагерь русов следует не откладывая. Потому что со жратвой там дела обстоят не очень и большинству это понятно. А раз понятно, то может спровоцировать на всякие неправильные действия. Например, уйти от ромейской столицы и этим ослабить позиции русов на переговорах.